Часть 1

Чимин смахивает с лица выбившуюся из высокого хвоста розовую прядку, покрепче вцепляясь в ручку огромного такого же розового чемодана. Чем черт не шутит, на всех этих островах всегда нужно быть осторожнее. Она пытливо оглядывает ряд машин, пока не замечает взглядом синий Форд. Быстро сверив номера с мессенджером, она семенит к авто, думая о том, что все же нужно было послушаться маму и одеться попроще. Чимин не в первый раз прилетела в Тайланд. Но так как это ее первый рабочий день в этой компании, не может позволить себе явиться в чем попало. Что ж, хорошо, что она не надела брюки. Хотя и в юбке ей невыносимо жарко. — Пак Чимин? — стоит ей подойти, и из машины выходит крепкого вида кореец. — Добрый день, — она смущенно улыбается, надеясь, что из-под очков не потечет тушь. — Долго ждете? — Не, — альфа тянет руку к ее чемодану и быстро запихивает его в багажник. — Я — Буксен. Один из водителей господина Чон. — Ох, рада познакомиться, — стоит им обменяться коротким влажным рукопожатием, и она тут же плюхается на заднее сиденье, облегчено выдыхая, когда разгоряченной кожи касается охлажденный кондиционером воздух. Чимин повезло, Буксен оказался не болтливым. Так что ей удается отдохнуть почти целый час, пока они добираются до огромной виллы, снятой командой Чон Чонгука. Именно его менеджером она и является с сегодняшнего дня. Это не первая знаменитость, с которой ей предстоит работать. Но первая из Кей-попа. До этого Чимин строила карьеру в Америке, но после того, как ее босса обвинили в насилии над женщинами, быстренько уволилась и уехала домой. От греха подальше. Знает она эти скандалы. А там благодаря связям подыскала новую работу. Да еще и сразу довольно удачную. Лишь бы Чонгук оказался нормальным, а не мудаком, как все эти американские звезды. Пока она добирается, тот уже прочно обосновался на побережье. В Тай он прибыл пару дней назад. Снятая стаффом вилла выходит с видом на море, а летний бриз будит его по утрам вместо будильников. Идеальный отдых для идеального айдола. Попивая прохладительный коктейль с мартини, Чонгук с самого утра пребывает в прекрасном настроении. Встав пораньше, он делает зарядку, принимает ванну, а затем, одетый лишь в легкие гавайские шорты, что сидят явно ниже положенного, идет встречать своего нового менеджера. Его вообще не пришлось бы менять, не будь прошлый ленивой задницей. К тому же, ему шепнули на ушко, что на этот раз с ним будет работать девушка. И это не может не радовать главную поп-звезду Кореи, которая покорила миллионы девичьих сердец. Красивый, сексуальный, молодой альфа, рвущий все чарты каждым новым хитом. Чонгук так гордится тяжело проделанной работой, что не может не смаковать каждую секунду собственного успеха. Вся та роскошь, что окружает его — заслуги многолетнего труда и беспрерывной работы, а потому сейчас, когда он откатал очередной тур, решил, что пора взять паузу и отдохнуть. — Господин, — молодой охранник кланяется, когда видит Чонгука, и тут же сообщает: — мисс Пак уже здесь. Прибыла пару минут назад. — Пойдем посмотрим, кто такая эта мисс Пак, — задорно говорит Чонгук, и они вместе выходят под палящее солнце. Когда Чонгук появляется на пороге огромного вестибюля, Чимин уже успевает зайти внутрь, смотря за тем, как охранник поднимает ее чемодан наверх. А стоит ей заметить своего нового клиента, делает вежливый поклон, что приняты в Корее. — Доброе утро, Господи Чон, я — Пак Чимин, Ваш новый менеджер. Чонгук так же кланяется, скользя взглядом по фигуристой малышке. Благодаря короткой юбчонке он может оценить мясистые ножки, а так же явно тяжелые сиськи, скрытые легкой блузой. Но самым выделяющимся в образе омеги являются волосы. Розовые волосы, которые так идеально подходят малиновому запаху Чимин. Чонгук тянет руку, чтобы поприветствовать девушку как следует, и когда нежная ладошка ложится ему в руку, он целует ее с тыльной стороны, стреляя глазками. — Очень доброе утро, госпожа Пак. Чимин лишь вежливо улыбается, никак не реагируя на своеволие альфы. О, таких как Чон Чонгук она знает очень хорошо. Богатые и популярные плейбои, меняющие девушек каждую ночь. Чимин может разрушить немало семей, если откроет свой ротик и расскажет про всех пассий своих клиентов. Вот только будь она болтливой, место это получить бы не смогла. Стоит Чонгуку отпустить ее руку, как она делает шаг назад, оглядывая просторное светлое помещение. И намеренно не смотрит на альфу. Он хорош. Правда хорош. Но она здесь, чтобы работать, а не обзаводиться интрижками. Чимин никогда не спала с коллегами. И начинать не планирует. — Когда я познакомлюсь с остальной командой? — мило улыбается она, скрещивая руки на груди. — Зачем вам остальная команда? — улыбается Чонгук, намереваясь проводить девушку до ее комнаты, а заодно показать виллу. — Вы здесь для меня. И я был бы несказанно рад познакомиться с Вами поближе, чтобы понять, сможем ли мы с Вами найти, так скажем, общий язык. — Конечно, сможем, — Чимин остается предельно вежливой, хотя внимание альфы ей и не нравится. Чонгук слишком красив и обаятелен, так что она надеется, что он быстро потеряет к ней интерес. Тут явно много женщин поинтереснее. — Вам не стоит переживать, я профессионал и у меня большой стаж. — Отлично, — отпив немного из фигурного бокала, Чонгук ведет Чимин внутрь. По пути он рассказывает, где что находится, а так же знакомит с проходящими мимо ребятами. Когда попадаются двери занятых спален, Чонгук рассказывает, кого можно там найти, а затем они поднимаются на второй этаж, где находится и его спальня в том числе. — Вы, наверное, устали с дороги, а я накинулся на Вас, — Чонгук улыбается девушке, хотя прекрасно чувствует и без слов, что она хочет скорее удрать от него. Эдакая хорошенькая отличница, делающая вид, будто ей не интересно узнать, что скрывает в себе мир веселья и кайфа. Ничего страшного. Все, кто попадают под его влияние, влюбляются в него. Это закономерность. Может, о нем и ходит множество слухов, но все они так или иначе гипертрофированы, а потому, когда люди узнают его настоящего — настоящего Чонгука, уже не могут остаться равнодушными. Чонгука никогда не интересовало количество женщин в его постели. Он не гоняется за юбками, не ведет списков, но пользуется всеми благами жизни, беря от нее все. И женщины — главный подарок, дарованный этому миру. — Да, если можно, я хотела бы принять душ и переодеться, — Чимин не спешит приоткрывать дверь спальни, чтобы Чонгук не прошел за ней. — Где я потом могу Вас найти, чтобы обсудить расписание? — Где-то здесь, — жмет плечом Чонгук, сам не зная, чем займется в ближайшее время. — Хорошо, я найду, — Чимин переминается с ноги на ногу, ожидая, когда альфа ее покинет. Не то чтобы она Чонгуку не доверяет… Хотя да, она ему не доверяет. И работа научила ее не открывать двери в номера, квартиры и спальни, если она не хочет приглашать своего сопровождающего. — Тогда… До встречи? — Можешь обращаться ко мне на ты, — кивает Чонгук и направляется в сторону своей спальни, все так же потягивая коктейль. — Хорошо! — кидает Чимин ему в спину, наконец быстро шмыгая в спальню. И стоит ей щелкнуть щеколдой, она замирает. Нет, Чимин видела много подобных мест. В конце концов, она много лет работает в мире шоу бизнеса. Но эта вилла — просто нечто. Быстро сбрасывая с ног каблуки, она подходит к огромной панорамной стене, с восторгом смотря на океан за стеклом. — Ого! — присвистывая, девушка уже предвкушает, как приятно тут будет засыпать и просыпаться, но не позволяет себе провалиться в фантазии. Потом. Все потом. Сначала ей нужно разобраться с работой. Пока она обустраивается, Чонгук проводит время в своей комнате — переодевается в однотонную хлопковую одежду, а затем спускается вниз, чтобы созвониться с ребятами и сделать новый коктейль. Прижимая телефон плечом к уху, он разговаривает с другом, который тоже находится в Тае, чтобы пригласить на вечеринку. Вечеринку, которую он собирается закатить прямо на этой вилле. В конце концов, они отдыхать сюда приехали? Как раз и первая работенка для очаровашки Чимин — пусть организует все так, чтобы Чонгук остался более, чем доволен. Хотя, вспоминая ее пышные формы, он уверен, что поработает Чимин на славу. Чимин и правда собирается работать на славу. Вот только ожидает она совсем иных поручений. По крайней мере, в первый рабочий день. Как следует смыв дорожную пыль в душе, она возвращается в спальню, надеясь, что с улицы ее не видно. Не подумав заранее задернуть шторы, Чимин достает из чемодана первое попавшееся белье, а сверху натягивает длинное хлопковое платье. Пусть оно и далеко от делового стиля, но все лишнее прикрывает. Да и не жарко в таком. Просушив волосы феном, Чимин собирает их в пучок, закрепляя крабиком, на переносицу водружает очки, желая отдохнуть от линз, а на ножки обувает кожаные сандалии, оборачивая тонкие щиколотки длинными завязками. И только после покидает спальню, прихватив рабочий планшет. К тому времени Чонгук лежит у бассейна на шезлонге. Он потягивает слабоалкогольный напиток, а из колонки громко играет музыка. Кто-то из охраны решил искупаться вместе с ним, поэтому когда Чимин находит его, он не один. Облизывая взглядом девушку, Чонгук салютует ей напитком. — Ты как раз вовремя, Чимин, проходи! — он указывает ей на свободный шезлонг рядом с собой. Чимин лишь мило улыбается, осторожно присаживаясь на указанное место. Она расправляет юбку на коленях, чтобы та не помялась, открывает чехол планшета и выжидающе смотрит на Чонгука, стараясь игнорировать тягучий запах бадьяна, что исходит от этого альфы. — В общем, — Чонгук смотрит на бассейн, а затем на остальную часть виллы, на ходу визуализируя то, что хочет здесь видеть. — Ты должна организовать вечеринку. С огромным количеством пены, алкоголя и светомузыки. И, конечно, минимумом одежды. Хочу, чтобы ребята отдохнули как следует. — Поняла, — Чимин хочется сказать, что она менеджер, а не ассистентка, но делать этого явно не стоит. Наймет потом себе помощницу, чтобы та занималась всем этим бредом. — Будут еще пожелания? — Да, — Чонгук встает с шезлонга, и уровень его бедер оказывается прямо у глаз девушки. Он, не стесняясь, чуть поворачивается боком, и мокрое белье совершенно не скрывает его достоинства, от чего омежки писаются кипятком. — Я хочу, чтобы здесь были танцовщицы и бармены. — Будет сделано, — Чимин быстро записывает все в планшет, стараясь не отрывать глаз от экрана. Но мельком все же успевает посмотреть, надеясь, что Чонгук не замечает, как округляются ее глаза. Что ж… она привыкла, что у большинства звезд члены так себе. Их размер вполне окупается славой и состоянием. Но Чонгук… даже не будь у него всего этого, девочки бы все равно в толпу прыгали к нему в койку, хотя-я-я… Чимин так же знает, что размер не гарантирует качество. Не факт, что Чонгук умеет пользоваться своими сантиметрами. — Тебя я хочу видеть в каком-нибудь красивеньком купальнике, пончик. Ты же купила красивые купальники, прежде чем лететь сюда? — Боюсь, это будет неуместно, — Чимин и глазом не ведет на новое прозвище. За всю ее жизнь у нее их было столько, что и не пересчитать. — Я все же твой менеджер. — Мы же в отпуске, кого ты стесняешься? Неужели не хочешь оттянуться? — Я на работе, — твердо отвечает Чимин. — Но я позабочусь о том, чтобы ты хорошо отдохнул. Танцовщицы будут первоклассные, Чонгук, ты останешься доволен. — О, это не для меня, — качает головой Чонгук. — Это ребятам. О том, что для него здесь уже находится Чимин, Чонгук тактично умалчивает. Одно ее хорошенькое личико около его члена заставляет его кровь бежать быстрее по венам. — Оу, — Чимин удивленно распахивает ротик, но лишних вопросов не задает. — Поняла. Что ж… Я могу идти? — Да, — кивает Чонгук. — До встречи, пончик. Клевые волосы! Как и малиновый аромат, вынуждающий его жадно втягивать воздух носом. Чонгук любит сладенькое. А уж малиновые пончики тем более. — Спасибо, — Чимин резво поднимается и упархивает от бассейна быстрее, чем Чонгук успевает сказать ей что-то еще. А в следующий раз встречает его уже после заката, когда последние нанятые ей рабочие покидают территорию, оставляя за собой множество фонариков, шезлонгов, полную барную стойку, фуршет и кучу оборудования. Чимин позаботилась не только о танцовщицах и бармене, что уже подъезжают на автобусе к вилле, но и нашла крутого диджея. А заодно пригласила нескольких моделей, которые уже подписали контракты о неразглашении. Черт знает этого Чонгука, может у него есть отношения, а может он свободен. В любом случае, красивые девочки на таких мероприятиях никогда не бывают лишними. Когда Чонгуку сообщают о полной готовности, он уже слышит с улицы грохочущую музыку. Растягивая губы в улыбке, он опрокидывает в себя очередной коктейль, поддерживающий его весь день в легком опьянении, чтобы не потерять рассудок, но абсолютно точно расслабиться. Из одежды на нем лишь хлопковые белые брюки, одетые поверх голого тела, и расстегнутая хлопковая белая рубашка, оттеняющая золотой загар ярким контрастом. Уложенные гелем волосы чуть приподняты у корней, а на лице довольная улыбка. Чимин постаралась на славу. Он спускается к основной массе народа спустя час. Наблюдает за выпившими альфами, за развратными красивыми девочками, а сам бродит среди красоток, выискивая одну конкретную недотрогу. Чонгуку жизненно необходимо расслабить ее. И в этом ему очень поможет его член. Чимин находится у барной стойки. С неизменным планшетом в руках, она хоть не в купальнике, но платье переодела, выбрав все тот же хлопок, но покороче. Ночи в Тайланде особенно душные, а потеть она не собирается. Просьбу о купальнике она проигнорировала, не собираясь оголяться, но от лифчика избавилась. Платье плотно держит грудь, и без лишнего слоя ткани ей намного комфортнее. Да и торчащие соски в приглушенном свете совсем не видно. Трусики Чимин тоже сменила, сделав выбор в пользу стринг. Опять же, исключительно из-за жары. — Привет, пончик, — Чонгук выплывает из-за спины, непозволительно близко склоняясь к чужому ушку. Шумно вдохнув, он садится рядом с Чимин на высокий барный стульчик, широко улыбаясь. — Тусовка огонь! Ты хорошо постаралась! — Спасибо, — она прижимает планшет к груди, поправляя очки на переносице. — Нужно что-то еще? — Твое внимание, детка, — Чонгук делает быстрый заказ бармену, взяв напиток и для Чимин. Такой же сладкий, как и ее спрятанная за тряпочками киска. О, Чонгук не может не думать об этом. Наверняка та розовая и миленькая, такая хорошенькая, что Чимин будет пищать, когда он растянет ее своим членом. Совсем не скрывая своего состояния, Чонгук начинает усердно выделять феромоны, чтобы соблазнить симпатичную самочку. — Благодарю, — Чимин внимательно следит, чтобы в коктейль ничего не подмешали, и спокойно принимает его наманикюренными пальчиками. Чувствуя, как сильно начинает пахнуть Чонгук, она на всякий случай делает пару шагов в сторону. Не то чтобы это не было для нее чем-то привычным, но этот альфа правда очень хорош. Да и пахнет вкусно. И его член… Черт, ей срочно нужно найти себе кого-то для качественного перепихона. Не Чонгука. Чонгук хмурится, когда замечает, что она отходит, и отворачивается к стойке с алкоголем, поджав губы. В два счета он опрокидывает в себя стакан, а затем встает и протягивает ей руку. В конце концов, он не разговоры пришел с ней разговаривать. — Пошли потанцуем, пончик. — Чонгук, я на работе, — повторяет Чимин, крепче прижимая к груди планшет. — Тут много красивых девушек, которые будут рады с тобой потанцевать. Выбери себе. — Я решаю, когда ты работаешь, а когда нет, пончик, — подмигивает ей Чонгук, а затем аккуратно тянет планшет из рук, оставляя его прямо на барной стойке. В конце концов, кому он тут нужен, когда кругом разврат и похоть? Бассейн переполнен полуголыми омегами и его стаффом, что внимательно подбирают себе девочек, а по обе стороны от него танцпол, на который Чонгук и ведет Чимин, чтобы дать ей расслабиться и, возможно, немножко полапать ее сочную задницу и сиськи. Чимин не спорит. Лишь обреченно выдыхает, понимая, что отделаться не получится. Не важно. Чонгуку быстро надоест ее профессионализм и он найдет себе девочку подоступнее. А уже через пару дней перестанет видеть в ней новую омежку и начнет воспринимать исключительно как коллегу. Чимин проходила это множество раз. Справится. Когда они оказываются зажаты со всех сторон в толпе, Чонгук придерживает ее за талию, поглаживая бочок. Постепенно он вливается в общий ритм, и спустя мгновение они оба поддаются ритмичным движениям, иногда соприкасаясь телами. То, что нужно для того, чтобы заставить эту омежку стать мокрой. Из-за жары их природные запахи становятся сильнее, и Чонгук снова выпускает густое облако феромонов, иногда скользя руками на талию девушки. Такая соблазнительная и якобы недоступная… Строящая из себя недотрогу. Чонгук знает таких. Они громче всех визжат на его члене, умоляя никогда не останавливаться. Чимин это… нравится. Долгое отсутствие секса, красивый альфа с большим членом и знойная жара после сладкого коктейля делают свое дело. Она позволяет себе чуть больше, чем привыкла, отдаваясь музыке и танцу. Ничего страшного. Она все равно все держит под контролем. Если ситуация станет опасной, она просто извинится и под видом нужды убежит в спальню, пообещав вернуться, а Чонгук забудет о ней через пару минут. Но до тех пор… В ответ на очередное облако томного феромона она выпускает свой. Сладкий, вкусный… Альфы обожают, как она пахнет. А она обожает услужливых щенков, крутящих перед ней хвостами. Глубоко втягивая малиновую сладость, Чонгук понимает, что на верном пути. А потому позволяет рукам чуть больше, вертя омежку в танце. То прижмется сзади к мягкой попке, томно дыша на ушко, то прижмет к своей груди, буквально чувствуя мягкость чужих сисек, то скользнет ладонями ниже поясницы, касаясь попки ладонями. Обнаженное тело Чонгука покрывается испариной, а золотой загар сияет бархатом под стробоскопами. — Отлично танцуешь, пончик, — выдыхает он девушке на ушко, задерживаясь в этом положении, чтобы понюхать еще глубже. Он склоняется к ее шее, буквально окутывая со всех сторон собственным феромоном, чувствуя, как в штанах становится все теснее и теснее. — П-профессия обязывает, — чуть сбивается с дыхания Чимин, позволяя себе ненадолго насладиться тесным контактом. Выпитый коктейль дал знать о себе не сразу, но быстрый танец разогнал его по венам, а жара поспособствовала тому, чтобы обычно сдержанная Чимин немного захмелела. — Ты для альфы тоже хорошо двигаешься. Она отмечает каждое касание Чонгука и решает позволить себе немножко больше. Ничего страшного. Чимин в любой момент может уйти. Чувствуя, как член альфы твердеет за ее попкой, она прижимается еще ближе, будто случайно ерзая, пока открытая железа выделяет все больше и больше феромонов прямо альфе в нос. К этому моменту Чимин и сама успевает намокнуть. И не только от жары. Ох, Чонгук точно чувствует это в ее запахе. — Я же айдол, это моя профессия, — хмыкает Чонгук, буквально закатывая глаза от того, как идеально ощущается эта толстая задница на члене. Он кладет обе руки Чимин на бедра, буквально вжимая их в себя, а затем, когда чувствует поднимающуюся снизу сладость, тихо урчит, толкаясь в попку, имитируя секс. В глазах темнеет от вожделения, а низ живота лижут языки пламени. Он позволяет себе лизнуть плечо девушки, а затем и ароматную железу, толкаясь еще раз. — Такой сладкий пончик, — хрипло выдыхает он, скользя ладонью на мягкий животик. Он с удовольствием мнет его, понемногу поднимаясь все выше и выше. — Так вкусно пахнешь, детка. — Я не детка, Чонгук, — хмыкает Чимин, а сама с удовольствием откидывается головой на крепкое плечо. Скоро она уйдет. Совсем скоро. Еще пару минуточек. Она вожделенно выдыхает на каждый короткий толчок, чувствуя, как стринги все сильнее впиваются в ее попку. Черт, ей нужно их снять, пока они не натерли еще и текущую киску. — Альфа ведет себя совсем не по деловому, — мурлычет она, когда ладонь Чонгука подбирается опасно близко к груди. Груди, скрытой лишь одним слоем ткани. — Разве можно так трогать своих менеджеров? — Мы на отдыхе, забудь о работе, пончик, — вожделенно выдыхает Чонгук, а затем накрывает ртом запаховую железу, лаская ее языком и нежно посасывая. Одновременно с этим большие ладони взвешивают в руках тяжелые сиськи, и он начинает утробно рычать от того, как сильно ему хочется засадить этой дырке. Отыметь во всех позах у всех на глазах и набить спермой во всех щелях. Он продолжает имитировать толчки секса, пока рот занят железой, напитывая своим цепким ароматом, а руки нежно, но с силой мацают жирные сиськи, чувствуя острые соски. — Ах, — громко стонет Чимин, прогибаясь в пояснице и тут же широко распахивает глаза. Черт. Черт-черт-черт. Пора драпать, пока она не отдалась этому альфе прямо здесь. — Чонгук, — ласково зовет она сгребшего ее в охапку мужчину, пока он на глазах у всех занимается с ней петтингом. — Чонгук, мне надо в дамскую комнату, — она слабыми руками отрывает его ладони от своей груди, пытаясь высвободиться и достучаться до одурманенного похотью альфы. Чонгук реагирует не сразу. Оставляя на шее яркий засос, он отрывается, напоследок сжимая мягкие сиськи, и только потом нехотя отпускает ее, тяжело выдыхая. Напитав своим запахом, он может не волноваться о том, что ее выебет кто-то другой. Она уже на крючке. — Я буду скучать, пончик, возвращайся скорее, — хрипло выдыхает он и целует ее в щечку, провожая пристальным взглядом эту сладкую попку. А затем идет следом. Просто чтобы убедиться, что все пройдет в порядке. Чимин не замечает. Конечно же нет. Она уже проделывала этот трюк. Говорила что ей надо в туалет или за еще одним коктейлем. Альфы отпускали, а уже спустя пять минут терлись о других девочек. Вот и сейчас она уверенно летит в спальню, быстро миновав первый этаж, даже не задумываясь, что Чонгук может быть умнее остальных. Да и думать она сейчас особо не может. Киска горит, как и свежий засос на шее и все, чего она хочет — вернуться в спальню, закрыть дверь, прыгнуть в душ и как следует подрочить. Вот только этим планам не суждено сбыться. Чонгук понимает, что его обвели вокруг пальца, когда омежка следует не в сторону туалета, а лестницы. Он крадется за ней тихо, чтобы не спугнуть. Точно хищник. И когда жертва оказывается на пороге в комнату, ускоряется и успевает поставить ногу в проем, не позволяя двери закрыться. — Куда это ты прибежала, пончик? Ай-яй-яй, как не стыдно быть врушкой, м? — он с легкостью открывает дверь и проходит внутрь, не позволяя омежке улизнуть. — Ч-чонгук? — Чимин широко распахивает глаза, не понимая, как альфа здесь оказался. Черт, неужели он ей не поверил. — Ты что здесь делаешь? — она обхватывает себя руками, судорожно сглатывая и пятясь вперед спиной. Киска жутко пульсирует и пачкает бедра смазкой, железа работает на полную катушку, выделяя все больше феромона, чтобы заманить лакомого самца, а сама Чимин дрожит, отчаянно нуждаясь в разрядке. Этот альфа завел ее не на шутку. — Выслеживаю одну маленькую врушку, — он хищно сощуривает глаза, медленной поступью приближаясь все ближе и ближе. Член натягивает ткань брюк, совершенно не скрывая состояние хозяина. Он еще сильнее выделяет феромон, на этот раз с горькой примесью. Недоволен. Раздражен. Как она посмела убежать и бросить его? — Ты знаешь, что плохих девочек наказывают за такое ужасное поведение? — Н-не понимаю о чем ты, — Чимин дрожит, испытывая одновременно первобытный ужас и дикий восторг от вида хотящего ее альфы. — Я поднялась, чтобы сходить в туалет! — О, боюсь, он тебе больше не понадобится. Я заставлю тебя описаться столько раз, что ты начнешь визжать, — обещает альфа, все так же медленно наступая на девушку. — Как пошло! — восклицает Чимин, вздрагивая, когда оголенные лопатки касаются стены. Она загнана в угол и отлично понимает, что отделаться уже не получится. Но нужно ли? Этот самец такой красивый, так вкусно пахнет и у него такой огромный член! Чимин ненароком облизывается, опуская томный взгляд на вздыбленный пах и невольно стискивает собственные ляжки, чтобы оказать хоть какое-то давление на нуждающийся клитор. Чонгук ухмыляется, дергая головой, и подходит вплотную, буквально вжимаясь в чужое мягкое тело. Он не торопится. Знает, что теперь он хозяин происходящего, а потому может вдоволь поиграться с омежкой, которая посмела его обмануть. Поднося руку к румяному лицу, Чонгук легонько касается тыльной стороной пальцев бархатной кожи, а затем уверенно вплетает всю ладонь в розовые волосы, тут же сжимая в кулак у корней. Зафиксировав чужую голову, Чонгук оттягивает ее в сторону, а сам склоняется к ароматной железе, широко лизнув ее расслабленным языком. Сочный вкус малины заполняет рот и пазухи носа, и Чонгук, вылизывая чужую шею, свободной рукой задирает короткое платьице, чтобы стиснуть толстую ляжку и задницу, обнаружив на девушке стринги. — Ах! — Чимин снова несдержанно стонет, цепляясь вмиг ослабшими пальчиками за крепкие предплечья. — Альфа так несдержан. Неужели на острове нет ни одной девушки, способной утолить желания самого Чон Чонгука? Не верю! — она хрипло смеется, кусая полные губки, пока тратит все силы на то, чтобы выпустить как можно больше феромона. Чимин не спит со своими клиентами. Но у нее же испытательный срок? Значит, Чонгук, вроде как, пока что не совсем ее босс? — Конечно есть. Она здесь, — порыкивает довольно Чонгук, прикусывая нежную кожу шеи. Отпустив волосы, он задирает платье и оттягивает в стороны лямочки стринг, заставив их со звонким шлепком вернуться на место. А затем впервые целует своего менеджера, жадно запечатывая рот жгучим поцелуем. Одна рука мнет пышную задницу, а вторая до боли сжимает пышную сиську, пока он буквально трахает ее рот языком. Рыкнув, Чонгук в нетерпении спускает с плеч тонкие лямочки, заставив тяжелую грудь наконец-то освободиться. Обе руки накрывают дойки, пока он мацает их и щипает острые соски, покручивая их пальцами. — Такой сладкий пончик… Чимин не остается в долгу. Громко зашипев, она опускает маленькую ладошку на выпирающий пах, хватаясь за член прямо через тонкую ткань брюк. — Альфу не научили носить белье? — мурлычет она, с силой отрываясь от чужих губ, кусая нижнюю. — Неужели мне придется и за этим следить? — притворно возмущаясь, Чимин мнет крупный ствол через ткань, дерзко смотря Чонгуку в глаза. Это на работе она сдержанный профессионал. В постели же… Ох, Чонгуку придется хорошо постараться, чтобы удовлетворить ее. — Кому нужны эти тряпки? Ты и сама не любитель носить белье, я погляжу, — он кивает на тяжелые сиськи, а затем приподнимает одну и всасывается в нее ртом, покусывая сосок зубами. Он тискает попку ладонями, толкаясь в маленькую ручку членом. — Они слишком большие, — сладко выдыхает Чимин, запуская цепкие пальчики свободной руки в темные волосы. — Не хочу, чтобы вспотели… Ах, блять! — довольно выгибаясь, она скользит под свободный пояс брюк, наконец обхватывая горячий ствол напрямую. — Ты такой большой, не уверена, что смогу принять. У меня давно не было секса. — Ты же постараешься для альфы, детка? — порыкивает Чонгук, переходя ласками на вторую грудь. — Ты должна принять все. Иначе как мне убедиться в твоем профессионализме? — Подхватив омегу на руки, Чонгук несет ее к огромной кровати и опрокидывает на нее, а сам стягивает с себя рубашку и брюки, переходя на Чимин. Ее платье так же летит в сторону, и омега остается в одних лишь трусиках, которые Чонгук совсем не торопится снимать. Покрыв крепким телом девицу, Чонгук вклинивается ей между ног и фиксирует голову, нажав ладонью на лоб, пока снова вгрызается в ее рот. Страстно целуя Чимин, он принимается двигать бедрами, вжимаясь горячим толстым членом в скрытую тонкой тканью киску. Чонгук чувствует, какая она мокрая и жаждущая. Чимин дуреет сразу же. У нее были разные любовники. Черные с огромными членами, латиносы с умелыми языками, среднячки белые, но азиатов не было. И, наслышав об их скудных возможностях и навыках, она не стремилась этого изменить. Что ж… Ей точно нужно пересмотреть культурные стереотипы. У Чонгука не только огромный член и классная фигура, но и явно первоклассные навыки в сексе. То как он зажимает ее голову, трахая прямо через ткань, сразу же ставит их еблю на первое место в ее личном рейтинге. А он ведь даже еще не вошел в ее киску! Хрипло выстанывая в атакующий ее рот, она массирует темную макушку пальчиками, елозя пяточками по крепкой пояснице, а после скользит руками ниже, хватаясь за упругую альфью задницу и разводя половинки в стороны. Хихикая в умелый рот, Чимин дразняще касается подушечками явно тугой дырочки, раздумывая о том, насколько этот альфа свободен в сексе. Если достаточно, то они и правда могут очень весело провести время вместе. Чонгук, чувствуя омежьи поползновения к заднице, тут же отрывается и меняет их местами, заставив сесть себе на бедра. А после, когда устраивается удобнее, разворачивает Чимин к себе спиной, мягко подталкивая ее вперед, заставив лицом уткнуться в колом стоящий мокрый член, испачканный в ее собственной смазке. А сам, подтягивая поближе мокрую попку, рвет чужие трусики и отбрасывает на кровать, тут же жадно впиваясь взглядом в розовую пизденку, во всю истекающую соками. Пухлая, блестящая… Чонгук с силой шлепает ее, а затем еще и еще, наслаждаясь видом, как красиво она поджимается. Однако дает омежке сигнал, что он вовсе не против того, что она собиралась сделать, раздвинув колени и толкаясь тазом навстречу пухлому ротику. — Какой невоспитанный альфа, — мурлычет Чимин, отползая немного назад так, чтобы нагло плюхнуться пиздой прямо на красивое лицо. — Тебя не учили, что дама должна сама изъявить желание поиграть с твоим дружком, м? — она закусывает опухшие губки, елозя киской по довольно крупному носу, когда все же чмокает багровую головку. — М-м-м, а ты ничего так, — хихикает девушка, распробывая терпкий предэякулят с привкусом бадьяна. — Под пиво сойдешь! — Помалкивай и занимайся делом, — рыкает Чонгук, тут же накрывая пизду ртом. Щелкая языком по клитору, он скользит дальше по щели, забираясь внутрь. Крепко зафиксировав чужие бедра руками, он не позволяет никакого своевольничества, в наказание прикусывая пухлые опухшие губки. — Какой серьезный альфа, — дует губы Чимин, выпуская еще больше малинового феромона. — Трахаешь так же? — она отводит член в сторону, опускаясь языком к нежной коже между бедрами альфы, зная, насколько они там чувствительные. Чонгук разводит ноги еще шире, чуть приподнимая таз, уперевшись пятками в матрас. Прикусив мокрую киску, он принимается растирать клитор пальцами. — Любительница поболтать в постели? — Не кусайся! — Чимин шлепает его по бедру, в отместку щипая за нежное яичко. Она медленно вылизывает чувствительное местечко альфы, пока не добирается до самой задней дырки. Мальчики всегда сходят с ума, если играться с их простатой. Особенно во время долбежки. Чимин хорошо освоила этот трюк. И намеревается проделать то же самое с Чонгуком. Она обожает, когда альфы не просто рычат, а несдержанно стонут, сходя с ума от двойной стимуляции. Трах получается просто отпадный, а учитывая, какой у Чонгука монстр… Она уже в предвкушении. — Доиграешься же, — предупреждающе рыкает Чонгук, вздрагивая, когда та позволяет себе вольности. Разглядывая опухшую киску, он раздвигает ее двумя пальцами, а затем входит внутрь, надавливая на переднюю стеночку, отмечая, как они сразу испачкались малиновым сиропом. Потрахивая омегу пальцами, Чонгук представляет, как узко ему будет в этой дырке. Тем лучше им обоим. — Ах! — Чимин тут же громко стонет, до хруста прогибаясь в пояснице. — С-смотрю ты тоже знаешь наши чувствительные местечки, альфа? — мазнув еще раз языком напоследок, она наконец присасывается к тугой сморщенной дырке, продолжая игнорировать пачкающий ее волосы член. О нем позаботится ее киска, Чимин же должна подготовить альфу к своим умелым пальчикам, чтобы им обоим было очень хорошо. Чонгук начинает трахать дырку быстрее, возвращая мокрый рот на клитор. Посасывая его, он щелкает по нему языком, а второй рукой спускается к мягким сиськам, разминая их по очереди. Не облизывай она тугое колечко языком, Чимин обязательно бы рассказала альфе, как хорошо он справляется. Черт, этот мужчина действительно отлично обходится с женскими телами. Но, пожалуй, он и так вкурсе, учитывая, как сильно она течет и как дрожат ее бедра. Когда узкая дырка целиком намокает её стараниями, Чимин от души туда сплевывает и подставляет мизинчик ко входу, аккуратно начиная проталкивать его внутрь. Господь всемогущий, как же сильно она обожает мужские задницы. Чонгук дышит тяжелее, когда чувствует проникновение. Это не первый его раз, но он никогда не злоупотреблял подобным, а потому забывает, насколько это приятно. Раздвинув ноги, он чуть подвиливает бедрами, громче чавкая киской. А когда она находит простату, вздрагивает и низко рычит прямо в пизду, с силой вцепляясь пальцами в мягкие булочки. — Боже, — Чимин запрокидывает голову, наслаждаясь игрой альфы с ее киской. — Хочу кончить сначала так, — капризно выдыхает она, наконец возвращаясь к члену. Обхватывая его тугим ротиком, Чимин начинает неспешно посасывать головку, нежно массируя простату подушечкой среднего пальца. Кажется, Чонгуку нравится. Кажется, им и правда будет очень весело. Довольно порыкивая, Чонгук продолжает наседать на киску ласками, попеременно с тем иногда толкаясь глубже в жаркий ротик. Каждая клеточка его тела напряжена до предела, и Чонгук, выделяя все больше и больше феромонов, теребит омежий клитор, пока язык трахает узенькую дырочку и наоборот. Трахает дырку пальцами, пока рот занимается воспаленной бусинкой, что горит адским огнем, залитая омежьим сиропчиком. Чимин добивается, чего хочет. Интенсивность альфьих ласк достигает своего апогея, и она, теряя контроль, отрывается от члена и задницы, чтобы сесть, опираясь руками на крепкие бедра и начать обкатывать крепкое лицо. — Боже, да-да-да! — не сдерживая себя, Чимин совсем не думает о Чонгуке, когда использует его лицо как личный мастурбатор. Она шлепается попкой о его лоб, трахая носом киску, и громко стонет, матерясь и вспоминая господа в одном предложении. А когда наконец достигает пика, дрожа всем телом, кончает прямо на его язык, заливая красивое лицо малиновой смазкой. — Умница, — хрипит Чонгук и похлопывает ее по попке, облизывая губы. Он выбирается из-под омеги, а затем ставит раком на кровати, пристраиваясь сзади. Он совсем не дает ей передышки — не обращает внимания ни на судороги в ногах, ни на конвульсии красной пизды, ни на помутненный похотью взгляд. Проведя пару раз по горячему члену рукой, он раздвигает чужую задницу и пристраивается к дырке, аккуратно толкаясь внутрь. Тугая киска тут же растягивается вокруг толщины, поглощая сантиметр за сантиметром. — Узкая дырка, — хвалит Чонгук, запрокидывая голову, — я раздолблю ее узлом, — обещает он, одним коротким толчком вбиваясь в омегу до самого конца. — Переполню спермой матку, чтобы понесла кучу щенков. — Чонгук! — взвизгивает Чимин, забывая, как дышать. От первого же толчка ее протаскивает вперед по кровати, пока она пытается сделать судорожный вдох. Она не была готова. Не так же сразу! — Ты слишком большой! — возмущается девушка, морщась от легкой боли в переполненной киске. — Нежнее! И никаких узлов, я не смогу принять! — Заткнись, — Чонгук, взяв ее в волосы в кулак, вдавливает чужую голову в кровать, повыше оттянув попку. Хорошо смазанная киска позволяет члену идеально скользить внутри, а потому он, порыкивая, принимается методично трахать омежку, звонко шлепаясь о толстую задницу. Переодически он бьет ее по ягодицам, ускоряя темп, с удовольствием наблюдая за тем, как идеально его член исчезает в крошечной киске, которая полностью адаптируется к его размеру. Дернув чужую голову за волосы, он отдирает Чимин от кровати, чтобы прохрипеть на ухо: — Мелкая контролерша, помешанная на своей работе, — хрипит он, опуская руку к растянутой вокруг члена пизде, начиная теребить клитор. — Я быстро вытрахаю из тебя всю дурь, — и в подтверждение своим словам начинает долбить омегу сильнее, пока с первого этажа доносятся шум и музыка вечеринки. Чимин громко кричит, катаясь по кровати до стертых коленочек и таких же стертых сисек, далеко не сразу находя в себе силы ответить. — Я забью твое расписание так, что у тебя не будет времени даже поссать, обнаглевший альфа! — хрипит она, сгребая взмокшими пальцами сбившееся одеяло. — Будешь пахать как ломовой мул, принося деньги компании, и навсегда забыв о сексе! — сыплет угрозами Чимин, уже предвкушая, как сильно будет болеть ее тело завтра. — Ж-животное! Чонгук, лишь с каждой секундой распаляясь все больше, еще раз хлещет омегу по заднице, а затем, снова до упора натянув ее волосы кулаком, крепко зажимает рот, находя для себя новую точку опоры. На этот раз он действительно спускает все тормоза. Из груди вырывается громкий низкий рык, а бедра бесперебойно долбятся о чужие, взбивая пену и разбрызгивая вокруг смазку. Член идеально таранит растраханную пизду, и он не может не закатывать глаз от удовольствия, засовывая в грязный омежий рот пальцы. Он ощупывает язык, проникает ими глубже, наслаждаясь клохчущими звуками и кашлем, перемежающимся с криками и визгом. Интересно, их слышно на первом этаже? Хоть кто-то догадывается, как хорошо Чонгук обрабатывает новенькую дырку, даже не дав ей как следует обосноваться? Чимин вся исходится на хриплый скулеж, измазывая пальцы Чонгука слюнями, а после и вовсе начинает жадно их сосать, как шлюшка с техасской заправки. Альфа так крепко ее удерживает, что ей с трудом удается подмахивать в ответ, пока покрывало все сильнее собирается под их телами. Чимин начинает плакать от силы растяжения, поскуливая от легкой боли. Она и правда не была готова к такому размеру. Но боль, смешанная с удовольствием, ощущаются так хорошо, что она терпит. Чимин уверена, что Чонгук не настолько туп, чтобы дать сформироваться узлу, а обычный трах она как-нибудь, да выдержит. Отняв руку от чужого рта, Чонгук возвращает ее на киску, не прекращая трахать омегу, как в последний раз. Он дрочит ей клитор пальцами, обсасывая и кусая тонкие плечи, чувствуя, как яйца все сильнее и сильнее поджимаются к члену. — Я скоро, — хрипло выдыхает он, вновь вжимая чужую голову в матрас, а затем, чтобы закончить, упирается ступней в ее голову, имея больше возможности увеличить амплитуду, из-за чего оргазм подступает быстрее. Горячая сперма выстреливает вглубь маточки, и Чонгук, не прекращая толкаться, заполняет Чимин спермой, довольно порыкивая. Чимин хочет было ответить, но когда ее голову зажимают стопой, лишь теряет дар речи, возмущенно распахивая слезящиеся глаза. Она не успевает набрать в грудь воздуха, чтобы выдать гневную тираду, как член альфы разрывается прямо в ней, наполняя горячей спермой. Чимин всего лишь слабая омега. Она низко хрипит, стуча ладонями по матрасу, когда ее животик напрягается, киска пульсирует, а тугая спираль внутри резко начинает раскручиваться, заставляя ее дергаться вокруг ствола. Чимин кончает резко, рвано, содрогаясь на члене как безмозглая кукла, пока ее накачивают все больше и больше. Чертов спермозавод! — Вот так, малышка. Сладкий пончик, — хрипит Чонгук, когда полностью забивает дырку кончой. Он выходит из омеги, когда чувствует, как начинает формироваться узел, и переворачивает Чимин, начиная тереться твердым узлом и членом о пизду снаружи, трахая ее сквозь оргазм, прокатываясь каждый раз по клитору. Детка хотела сбежать в туалет? Он доведет ее до сквирта. Мокрый и красный, Чонгук продолжает усердно работать бедрами, а сам склоняется к сиськам, целуя и обсасывая каждую, а затем вгрызается в омежий рот сорванным поцелуем, не прекращая утробно рычать. Чимин так сильно расстрахана, что не может связать ни одной мысли, но она все еще хочет больше. Альфа так хорошо катается узлом по ее дважды кончившей киске, что она твердо намеревается подарить ему еще один оргазм. Следуя за похотью, Чимин выпускает так много феромона, как только может, а после обвивает Альфу как коала, запуская средний пальчик в тугую дырку. Следя его примеру, она сразу проталкивается до костяшки и тут же начинает дрочить его попку, с силой попадая мягкой подушечкой по простате. Из-за этого Чонгук ускоряет движения бедрами, но не выдерживает и снова толкается членом в киску, оставляя узел снаружи. Он начинает трахать омегу в прежнем ритме, и каждый раз, когда узел врезается в дырку, она чуть растягивается, целуя его горячим нутром. Прицелившись, Чонгук толкается сильнее, а затем принимается одновременно с этим дрочить клитор Чимин, замечая, как ее растраханная пизда сокращается от ощущений. Конечно, она как миленькая примет его узел. Скользя по собственной сперме, которую ранее альфа накачал в дырку, спустя несколько минут ему удается ворваться узлом в киску, замирая от того, как в глазах потемнело от наслаждения. Палец, давящий на простату, лишь усиливает ощущения, и он принимается осторожно разрабатывать киску уже узлом, неспешно прокатываясь то вперед, то назад. — Умничка, детка, такая старательная киска, — он гладит клитор, обводит его большим пальцем и не прекращает ласкать, медленно водя бедрами туда-сюда. — Такая хорошенькая дырка от пончика. Не хватает крема внутри, да? Сейчас альфа быстро начинит ее спермой. — Ты ужасен, — сипит Чимин, присасываясь губами к его железе и сильнее трахая узкую дырку пальцем. Но Чонгук прав. Ей хорошо. Очень хорошо. Тело знобит от интенсивности ощущений, пока она задыхается то ли от перемешанного феромона, то ли от огромного узла в ее узком канальчике. — Ужасный-ужасный альфа, — скулит она, катаясь спинкой по взмокшему одеялу. — Надеюсь, я получу прибавку к жалованью за внеурочную работу, альфа. Облизывая пухлые губы, она глотает испарину с чужой шеи, пока все сильнее насыщает тело альфы своим запахом. Черт, Чимин придется постараться, чтобы завтра не выпускать его из спальни. Она не хочет слухов. Точно не после первого рабочего дня. Когда киска позволяет двигаться свободно, Чонгук додалбливает их обоих до очередного оргазма, чувствуя, как из члена выстреливает очередная щедрая порция спермы, а из пизденки хлещет прозрачный фонтан оргазма. Шлепая киску, он разбрызгивает сквирт во все стороны, а затем выходит и освобождает ее, опухшую, растянутую и красную, поглаживая сквозь судороги и крики. — Старательная дырочка. Мне нравится, — выносит вердикт Чонгук, рухнув рядом на кровать, чтобы перевести дыхание. — Животное, — сипит Чимин, отбрасывая с лица мокрые растрепавшиеся волосы. — Завтра же уволюсь. — Не сочиняй, пончик, тебе понравилось, — хрипло смеется альфа, поглаживая омегу по мягкому животу. — Мы отлично пообщались с твоей киской. С ней и будем работать дальше. — Мечтай, — хмыкает Чимин, развалившись звездочкой и тяжело дыша. — Я не трахаюсь с коллегами. — Ты уже это сделала, крошка, — так же хмыкает Чонгук, щипая острый сосок. — И собираешься продолжить, потому что мне очень хочется трахнуть твой рот, пока мы будем мыться. — Ты будешь мыться у себя, босс, — Чимин отталкивает его руку от своей груди, кряхтя поднимаясь с кровати. Совершенно не стесняясь, она потягивается, демонстрируя свое идеальное тело, и шлепает в сторону ванны, кидая, не оборачиваясь. — Завтра не выходи из спальни, не хочу, чтобы все думали, что ты меня трахнул. Чонгук поднимается следом, но не вслушивается в последние слова, подхватывая одежду с пола. Раз омега решила выпендриваться и делать вид, что ей с ним было нехорошо — ее право. Он получил все, что хотел. И уж теперь, после двух оргазмов, он может вернуться на улицу, чтобы продолжить отрываться на вечеринке. — Спокойной ночи, пончик, — бросает он напоследок, выходя из комнаты прямо так, голышом. Скрывать ему здесь нечего, да и вряд ли кто-то находится дома. Чимин, радуясь, что Чонгук прислушался к ее словам, наконец заходит в душ. Пуская на себя тропический поток воды, она с наслаждением намыливает все тело, от души работая массажным мылом. Это был первый и последний раз, о котором она пожалеет уже завтра. Ну а пока она может получить удовольствие от легкой истомы, растекающейся по всему телу, а после сладко лечь спать, сдернув с постели перепачканное их выделениями покрывало. Чимин полностью удовлетворена. И с завтрашнего дня может полноценно влиться в рабочий коллектив, ведь она уверена, что Чонгук потерял к ней всякий интерес. Вот только еще не догадывается, что у Чонгука на нее совсем другие планы.