Часть 7

      Я знала, что это плохая идея. Но когда Баки уже третью неделю демонстративно избегал меня после той ночи на крыше, все средства казались хорошими. Особенно если это средство — капитан Америка.       Я сидела в общей зоне, уткнувшись в телефон, когда заметила, как Стив устроился в углу с книгой. Идеальный момент. С глубоким вздохом я поднялась и направилась к нему, специально выбирая путь мимо дивана, где обычно сидел Баки. Конечно, его там не было. Он уже неделю избегал меня после той ночи на крыше, когда отверг все мои попытки поговорить. — Можно? — я указала на свободное место рядом со Стивом, уже присаживаясь, не дожидаясь ответа. Он оторвался от книги, слегка удивлённый, но тут же улыбнулся. — Конечно. Я устроилась ближе, чем нужно, так что моё колено почти касалось его. — Что читаешь? — я наклонилась, заглядывая в страницы, и позволила волосам упасть на плечо. — *"Уловка-22". Классика,* — он слегка отклонился, но не стал отодвигаться. — О, я как раз хотела её прочесть! — я сделала глаза чуть шире, играя в заинтересованность. — Может, когда закончишь, дашь мне? Стив замер на секунду, его голубые глаза внимательно изучили моё лицо. — ...Конечно, — он ответил наконец, но в его голосе была лёгкая настороженность. Я улыбнулась и "случайно" коснулась его руки, когда брала книгу, чтобы посмотреть обложку. — Спасибо. Ты всегда такой... внимательный. Он медленно опустил взгляд на мои пальцы, всё ещё лежащие на его запястье, и я почувствовала, как его пульс участился. Именно в этот момент дверь в общую зону распахнулась. Я не обернулась, но краем глаза заметила высокую фигуру в чёрной кожаной куртке, Баки. Он замер на пороге, его металлическая рука впилась в дверной косяк так, что дерево затрещало. Я специально рассмеялась громче, чем нужно, в ответ на какую-то шутку Стива (хотя он даже не шутил), и прикоснулась к его плечу. — Ты правда думаешь, что смогу это освоить? — я сделала голос чуть мягче, чуть интимнее.       Стив открыл рот, чтобы ответить, но тут раздался громкий хлопок — Баки швырнул дверь, выходя обратно в коридор. Я наконец обернулась и успела заметить, как его плечи напряглись перед тем, как он исчез за поворотом. — ...Всё в порядке? — Стив смотрел на меня с лёгким подозрением. Я сделала невинное лицо. — Конечно. Просто... жарко, наверное. Он медленно кивнул, но его глаза говорили: "Я не дурак." Я улыбнулась и снова "случайно" коснулась его руки.

***

      Я специально задержалась в своей комнате, наблюдая за временем. 19:45. Ужин в столовой уже начался, и я знала, что Стив всегда приходит ровно в 19:30, садится за дальний стол у окна и ест в одиночестве. Идеальная возможность.       Я надела немного более облегающую футболку, чем обычно, слегка подвела глаза и, убедившись, что выгляжу достаточно привлекательно, но не слишком очевидно, вышла. Столовая.       Шум голосов, звон приборов, запах еды. Я сразу заметила Стива – он сидел, как и предполагалось, один, медленно доедая курицу с овощами. Но прежде чем сделать шаг в его сторону, я бросила взгляд на другой конец зала. Баки сидел с Сэмом и Наташей, его спина была ко мне, но я видела, как его плечи напряглись, когда Сэм что-то сказал, и он слегка обернулся. Он заметил меня. Я улыбнулась про себя и направилась к Стиву. — Можно? — я поставила поднос напротив него, даже не дожидаясь ответа. Стив поднял глаза, слегка удивлённый, но кивнул. — Конечно. Я уселась так близко, что мои колени почти касались его под столом, и намеренно вздохнула, откидывая волосы назад. — Устала. Весь день на стрельбище. — С кем тренировалась? — он отложил вилку, его голубые глаза изучали меня. — Одна. Барнс опять "забыл" про наши совместные тренировки, — я нарочно громче произнесла его имя, чтобы оно разнеслось по залу. Из угла глаза я видела, как Баки резко сжал вилку в руке. Стив заметил это и вздохнул. — Ты уверена, что хочешь сидеть именно здесь? — А что не так? — я сделала невинные глаза и "случайно" коснулась его руки. Он не отдернул ладонь, но его пальцы слегка дрогнули. — Просто... кажется, ты пытаешься кого-то разозлить. — Я? Нет, — я рассмеялась и наклонилась ближе, опуская голос. — Просто мне с тобой интересно. Именно в этот момент раздался громкий стук. Я обернулась. Баки встал. Его стул грохнулся на пол, а тарелка с едой осталась нетронутой. Он не смотрел в мою сторону, но его челюсть была сжата до боли, а металлическая рука сжимала и разжимала кулак. — Всё в порядке? — Наташа подняла бровь. — Да, — он бросил салфетку на стол. — Я закончил. И ушёл, даже не взглянув в мою сторону. Я повернулась к Стиву, ожидая его реакции. Но он больше не улыбался. — Ты играешь в опасную игру, — он сказал тихо, чтобы никто не услышал. — Я не знаю, о чём ты. — Знаешь, — он встал, беря свой поднос. — Но если ты хочешь его внимания, есть способы... честнее. Я открыла рот, чтобы ответить, но он уже уходил.

***

      Позже, в коридоре. Я шла к себе в комнату, когда из тени выступила высокая фигура. Баки. Он блокировал мне путь, его глаза горели в полумраке. — Довольна? — его голос звучал низко и опасно. Я приподняла подбородок, стараясь не дрогнуть. — А что такого? Я просто ужинала. Он шагнул ближе, заставляя меня отступить к стене. — Не ври. Ты знаешь, что делаешь. Его дыхание было горячим на моей коже, а запах металла и пороха кружил голову. — И что? — я бросила вызов его взгляду. — Тебе не всё равно? Он замер. Потом резко отстранился. — Не заставляй меня отвечать на этот вопрос. И исчез в темноте коридора.

***

      Я зашла в тренажёрный зал, зная, что Стив обычно тренируется в это время. Но сегодня всё пошло не по плану. Стив стоял у зеркала, снимая перчатки, когда я вошла. Его взгляд сразу же нашёл меня – и в его глазах было что-то новое. — Привет, — я улыбнулась, подходя ближе. — Опять один? — Нет, — он бросил перчатки на скамью. — Баки был здесь полчаса назад. Я почувствовала лёгкий укол ревности, но быстро подавила его. — Жаль, что я опоздала. — Да? — Стив скрестил руки. — А мне казалось, ты пришла сюда ради меня. Я замерла. Его голос звучал слишком уверенно. — Ну... конечно. Ты же лучший тренер, — я попыталась сохранить лёгкость, но он не купился. — Знаешь, я много лет провёл на войне, — он сделал шаг вперёд. — Научился видеть, когда кто-то использует меня как прикрытие. Я отступила. — Я не... — Ты играешь с Баки. И я тебе не союзник в этом, — его голос был твёрдым, но без злости. — Если ты хочешь его внимания, скажи ему прямо. Я сжала кулаки. — Он сам начал это! Он игнорирует меня! — Потому что боится, — Стив вздохнул. — А ты только усугубляешь это. Я хотела ответить, но вдруг дверь распахнулась. Баки стоял на пороге. Его глаза перебегали с меня на Стива, а челюсть была сжата до хруста. — Мешаю? — его голос звучал как лезвие. Стив не дрогнул. — Нет. Мы как раз закончили. Баки не двигался, его взгляд пригвоздил меня к месту. — Тогда я пойду, — Стив взял полотенце. — Подумай о том, что я сказал. Он вышел, оставив нас наедине. Тишина давила. — Ну? — Баки шагнул вперёд. — Что ты хотела? Я открыла рот, но он не дал мне говорить. — Ты неделю флиртуешь с Роджерсом у меня на глазах. Думала, я не пойму? — А тебе не всё равно?! — я выпалила, наконец сорвавшись. — Ты сам сказал, чтобы я ушла! Он внезапно оказался в сантиметре от меня, его дыхание обжигало. — Я врал. Я замерла. — ...Что? — Я не хотел, чтобы ты уходила, — его голос сорвался. — Но ты не должна быть рядом с кем-то вроде меня. Я схватила его за куртку. — Перестань решать за меня! Он притянул меня к себе – и мои губы столкнулись с его. Это был не поцелуй. Это было наказание. Грубый, злой, полный годами сдерживаемой ярости. Когда он оторвался, я еле дышала. — Вот что ты хотела? — он прошипел. — Теперь ты поняла, с чем играешь? Я не ответила. Потому что да...       Его губы снова нашли мои, но теперь это был не поцелуй – это было поглощение. Грубое, безжалостное, лишающее дыхания. Я вцепилась в его кожаную куртку, чувствуя, как металлические пальцы впиваются в мои бёдра, приподнимая меня. — Ты сама этого хотела, — он прошипел между поцелуями, его голос звучал хрипло, по-звериному.       Я почувствовала, как спина ударилась о стену, а его колено раздвинуло мои ноги, прижимая меня к холодному бетону. Его рука рванула ворот моей футболки, ткань треснула по шву. — Барнс… — я задохнулась, но он закрыл мой рот своей ладонью, пригвоздив голову к стене. — Тише.       Его зубы впились в шею, и я вздрогнула, чувствуя, как боль смешивается с чем-то сладким, запретным. Его металлическая рука скользнула под мою одежду, холодный металл контрастировал с пылающей кожей. — Чёрт… Ты вся дрожишь, — он усмехнулся, его пальцы медленно прошли по рёбрам, заставляя моё тело выгибаться навстречу.       Я не могла говорить – только стонать, когда его ладонь наконец нашла то, что искала. — Так вот чего ты хотела, — он засмеялся, низко, опасно, чувствуя, как я сжимаюсь вокруг его пальцев. Я закинула голову, мои ногти впились в его плечи, но он не останавливался. — Отвечай. — Д-да… Он вынул пальцы, и я застонала от пустоты, но он уже расстёгивал свой ремень. — Ты получишь ровно то, что заслужила. Это не было любовью. Это было наказание. Грубое. Безжалостное. Идеальное.       Он входит в меня резко, без предупреждения — одним глубоким толчком, от которого захватывает дух. Боль и удовольствие переплетаются, заставляя тело сжаться вокруг него. — Вот так лучше, — его голос хриплый, губы прижимаются к моему уху. — Теперь ты чувствуешь, кому принадлежишь?       Я не могу ответить — только стону, когда он оттягивает меня назад и вгоняет вновь, глубже, жёстче.       Его металлическая рука сжимает моё бедро, оставляя синяки, а другая заплетается в моих волосах, откидывая голову назад. — Смотри на меня, — рычит он, и я открываю глаза, встречая его горящий взгляд. — Хочу видеть, как ты теряешь контроль. Он ускоряется, каждый толчок заставляет меня вскрикивать, цепляться за него, терять почву под ногами. — Барнс… Я… — Не смей кончать без разрешения, — обрывает он, замедляясь, доводя до грани. Я стону от разочарования, но он только усмехается, наслаждаясь своей властью. — Проси. — Пожалуйста… — Не слышу. — Пожалуйста, дай мне кончить! Он взрывается движением, сжимает мои бёдра, вгоняя в меня последние резкие толчки. — Кончай. И я срываюсь — кричу, вцепляясь в него, чувствуя, как волны удовольствия накрывают с головой.       Он не останавливается, пока я не обмякаю у него на руках, дрожащая, обессиленная. Только тогда он отпускает меня, позволяя сползти по стене на пол.       Мы оба дышим тяжело, в воздухе пахнет кожей, потом, сексом. Он поправляет ремень, его глаза тёмные, нечитаемые. — Запомни это, — он наклоняется, его губы едва касаются моего уха. — Следующий раз будешь умнее, чем дразнить меня. Я еле заметно улыбаюсь.       Дверь в тренажерный зал распахнулась с такой силой, что стеклянная панель затрещала. Стив стоял на пороге, его обычно спокойные голубые глаза горели холодным огнем. Взгляд скользнул по моей растрепанной прическе, разорванной одежде, покрасневшим губам - затем перешел на Баки, который медленно отстранился от меня, но не выпустил мою руку из своей металлической хватки. — Я думал, мы договорились, — голос Роджерса звучал опасно спокойно. Баки оскалился, его тело напряглось, как у хищника перед прыжком: — Это не твое дело, Стив. — Когда ты используешь её, чтобы досадить мне - это мое дело, — Стив сделал шаг вперед, и я впервые увидела в нем не доброго капитана, а солдата. Я попыталась вырваться: — Стив, это не то, что ты... — Я видел достаточно, — он перебил меня, не отрывая взгляда от Баки. — Ты неделю играл в кошки-мышки, а теперь, когда она перешла черту, решил показать, кто здесь главный? Баки резко дернул меня за собой, поставив между собой и Стивом: — Она сама начала эту игру. — А ты не мог просто поговорить? — Стив внезапно взорвался, его кулак врезался в стену рядом с нами. — Вместо этого ты ждал, пока она унизится, флиртуя со мной? Я замерла. Баки сжал мою руку до боли: — Ты вообще слышал себя? "Просто поговорить"? После всего, что я сделал? — Да! — Стив схватил Баки за куртку. — Потому что она заслуживает правды, а не твоих больных игр! Я вклинилась между ними, чувствуя, как начинаю дрожать: — Прекратите! Я не... я не игрушка, которую можно перетягивать! Мгновение тишины. Стив отступил первым, его лицо внезапно стало старше, усталее: — Ты права. Прости. Он повернулся к выходу, но на пороге обернулся: — Но знай, Барнс - если еще раз увижу, что ты обращаешься с ней как с трофеем... Угроза повисла в воздухе. Когда дверь закрылась, Баки резко развернул меня к себе: — Довольна? Теперь он точно никогда не посмотрит на тебя по-прежнему. Я вырвалась, на этот раз по-настоящему: — А тебе не всё равно?! Его глаза внезапно потемнели: — Нет. Это признание повисло между нами, страшное и облегчающее одновременно.