Глава 2.4. Люмин и Итер. До наступления основных событий "Настоящего"

      Люмин сидела на диване, самозабвенно заплетая волосы брата и украшая их разнообразными приколюхами наподобие заколок в форме любимых персонажей, искусственных цветков и бабочек, бусин и тп. На фоне шумела телевизионная программа, на столике стоял свежезаваренный кофе, от которого шел приятный аромат с нотками жасмина. Итер сидел на полу и клевал носом, рассеянно поглядывая то на экран своего смартфона, то на экран телевизора. Пальцы Люмин ловко и аккуратно перебирали каждую прядь. Эти действия всегда действовали на него расслабляюще. Ему нравилось это активное копошение на его голове, хотя, не каждый знает, что он ненавидит прикосновение к своим волосам. Но сестра в этом уравнении исключение. Как и всегда. - Люмин. Кофе стынет.                                                 - Мгм, - она что-то бормотала про себя, закусив в зубах невидимку. Это Итеру тоже нравилось. Видеть сосредоточенное, но отвлеченное от постоянных проблем и стресса лицо сестры было куда радостнее. Она была настоящей трудоголичкой, к тому же тяжело находила общий язык с новыми людьми. И не только. А еще она была очень требовательной, поэтому можно понять, почему многие люди не хотели иметь с ней дел.              Может он и субъективен, но Люмин обладала невероятной леденящей красотой. Она манила людей как магнит, но острые шипы и холод останавливали всех жаждущих. В своих мыслях, возможно, они уже проигрывали по силе ее характеру и не хотели лезть в опасную авантюру. Итер знал, что стоит людям чуть-чуть лучше узнать ее – и они увидят, какой поразительно добрый и честолюбивый человек его сестра. Но сама Люмин не особо давала людям шанса. Она всегда говорила, что ее действия воспринимают неправильно и это доставляет ей дискомфорт, поэтому ей спокойнее круг самых близких друзей.       Но как бы она не пыталась, обмануть брата, с которым она вместе с утробы матери, было невозможно. Итер видел, что Люмин тоже хочет общаться с другими на легкие и бессмысленные темы, но считает, что только задушит атмосферу. И никакие уговоры брата, ни его попытки немного посодействовать не помогли. И если в его компании она могла почти(!) непринужденно общаться с другими, то самостоятельно – биг, биг проблем!       Поэтому он был очень благодарен ее близким друзьям, с которыми она всегда улыбалась и была собой. Особенно был в их компании парень, который кардинально отличался от всех. От одного взгляда на него Итер ощущал, что будто попадает в паучью сеть. Словно открытая всем книга, написанная на мертвом языке. Общительный, собирающий вокруг себя людей, хитрый, но не коварный, постоянно улыбается.       Несмотря на юный возраст мудр не по годам. Правда, прямого ответа от него никогда не дождешься, но Люмин говорила, что таков он человек. Придерживается принципа «хочешь накормить человека один раз – дай ему рыбу. Хочешь накормить его на всю жизнь – дай ему удочку и научи ловить эту рыбу». Этот парень направлял окружающих, словно ветер. Ни больше, ни меньше – соблюдая идеальный баланс. Он стал ее первым другом и был очень дорог ей. Потом он познакомил его сестру со своими друзьями, помог ей найти друзей как-то случайно на улице, в общем, стал для его сестры тем направляющим маяком, которым сам Итер не смог стать. Итер словно пытался сам все сделать, а он направлял. Раскрывал все стороны характера Люмин, позволяя людям и сестре сделать самим шаг навстречу. Хоть они и были близнецами, их подход к жизни был очень разным, но поняли они это не сразу. И то, что давалось ему легче, для сестры было пыткой. И наоборот. Так что он был благодарен этому другу за столь ценный урок, хотя все же относился с небольшой настороженностью. -Вуаля! – вырвал из мыслей голос сестры. – Господь Милостивый, ты божественно красив.       Люмин потянулась к ручному зеркальцу и показала результат брату. Она собрала его волосы в две сложносочиненные косы, часть которых на самой голове собрала в «булочки», украсив их лентами с серебряными бабочками и цветами. Челку она немного разделила и расслабленными прядями закрепила на невидимках. А по центру лба уже разместилась витиеватая диадема со множеством лепестков и цветков и аккуратно спадающими фианитами. - Погоди, погоди, у меня где-то завалялись эльфийские уши, - сестра юркнула в комнату и через мгновение вернулась с парой накладок. Пока она крепила их брату, все повторяла, какой же он божественно красивый. - А теперь, мой дорогой и божественно красивый брат, становись-ка у этой стены. И сделай вид, будто ты преисполнен вековой мудростью.       Пока она выставляла настройки на своем фотоаппарате, Итер сфоткал ее на телефон. Люмин даже не подозревала, как притягателен и животрепещущ ее вид с растрепанными волосами и озорством в глазах. В голове Итера даже пролетела мысль, что возможно это к лучшему, то, что не каждый видит ее такой. Меньше всяких сумасбродов возле его драгоценной сестры. Меньше нервов его сердцу. Меньше боли сердцу сестры. Он слишком боялся, что ее снова ранят. Невозможно жить в мире, не испытывая при этом боли и потерь, но на его взгляд - сестра уже достаточно настрадалась. И он желал для нее исконно одного - счастья.       Он с радостью поддерживал это ее маленькое хобби и разрешал абсолютно любые действия в дальнейшем. Люмин властно раздавала команды в какую позу стать, какое выражение лица принять, а Итер покорно выполнял все, пока сестра не поднимала довольно пальцы в форме «козы» вверх. - А теперь раздевайся.       Итер притворно стыдливо поджал губы и рассмеялся. Нет, она точно продает его фото! Его сестра такая предприимчивая! - Пощади, о Великая! Твой слуга хиленький. - Не прибедняйся, Мистер самый сексуальный животик, - подразнивала его сестра, используя «позорное» прозвище, которое прикрепилось к нему еще в школе. – Я видела много мужских торсов, но ты, пожалуй – самый эстетичный среди них всех. Нет, ну серьезно, такая белоснежная кожа, словно вылепленный фарфор. - У тебя такая же, здравствуй. - Ну, да? Так, не заговаривай мне зубы. Оголяй уже свои вишенки! - Но на мне тугая майка, я не смогу ее снять, не испортив прическу, - Итер намеренно дразнил сестру. Просто такой у них был стиль общения. Вот еще немножко сопротивления и….       Нету больше майки. В прямом смысле. Люмин в мгновение ока разорвала ее напополам на груди брата и удовлетворительно кивнула своим мыслям. - Епт, тридцать баксов в мусорку, систер! – воскликнул он. – Что ж ты такая нетерпеливая! Я уже боюсь, не накидываешься ли ты так на других парней, - он принял позу, будто невероятно смущен и стесняется, как в одной из сцен «Тома и Джерри». - Ну что ты, дорогой брат, я всего лишь связываю их в нашем подвале и «фоткаю» до изнеможения! - У нас есть подвал? – Итер заливисто рассмеялся. – И скольких же молодых людей ты совратила?! - Ни одного, - с серьезным видом ответила она. – Девяносто девять и девять процента, что это было обоюдно! - А оставшийся ноль один? - С кляпом во рту трудно говорить. И не переживай, я куплю тебе новую майку. Не ходить же тебе голым.       Услышь кто их разговоры, счел бы их дурковатой семейкой. Хотя, возможно(!) они такими и были. Со своими тараканами, увлечениями и глупыми шуточками, которые были понятны только им одним. Ведь с кем еще, как не с самыми близкими людьми мы можем позволить себе быть собой. Лицемерить всегда успеется, а от души посмеяться и побыть собой – не всегда.       Завершив с фотографиями, Люмин благодарно чмокнула брата в щеку и приземлилась на диван, чтобы обработать понравившиеся кадры. Итер сел позади, обнял сестру за талию и положил подбородок на плечо. Люмин не всегда было удобно, когда он садился с одной стороны, особенно работая за ноутбуком, поэтому брат всегда садился позади нее и тихонечко подглядывал на манипуляции с настройками резкости и контрастности.       Она сосредоточенно смотрела в экран. В такие моменты хоть танк проедет – ей будет все равно. Периодически она подтягивала к себе чашку с кофе, делала пару глотков, смакуя «умерший» напиток. У нее еще была привычка немного грызть края чашки. Сама она этого не замечала.       У них были очень близкие отношения. Самые родные в мире друг другу люди. Рядом с сестрой Итер чувствовал комфорт. Куда бы не пошла она – он пойдет следом. Когда сестра была вынуждена уехать заграницу – он не думал ни секунды. Хоть и говорят, что меж близнецами особенная связь и они будут чувствовать друг друга на любых расстояниях, он этого не хотел. Время в компании сестры он ставил превыше всего и очень ее любил. Возможно, для кого-то их отношения были «излишне» близкими, и кто-то даже видел в этом что-то запретное, но ребята не придавали этому значения. Их родители часто пропадали на работе, так что близнецы были почти что предоставлены сами себе. Конечно, по мере улучшения ситуации на работе, родители смогли себе позволить проводить больше времени с детьми, но это не отменяет того факта, что именно он был с Люмин, когда у той начались первые месячные, а Люмин застала его первую поллюцию (тогда он даже не совсем понимал, что с ним, но это было дико неловко). Они делили одну утробу, у них не было секретов друг от друга. Конечно, одну ванную они уже не делили так, как когда были детьми, но и не стали друг другу абсолютно чужими. Их отношения не рухнули по мере полового созревания, когда у многих бушуют гормоны и они не способы контролировать свои эмоции, чем могут сильно ранить близких. Близнецы, скорее, уравновешивали друг друга и постоянно оказывали поддержку. Они не ограничивали друг друга в общении, увлечениях, но компанию друг друга ценили выше всего. Друг его сестры – его друг, враг его сестры – его враг. Это было неизменно. - Разве позволительно быть таким красивым? – Люмин прислонилась головой к макушке брата. – Ты точно спас страну в прошлой жизни. Посмотри!       Итер внимательно смотрел на снимки, которые показывала ему Люмин. Ему самому было сложно поверить, что это он. Сестра имела определенный талант «видеть» человека и передавать это на фотографии. Она могла быть бесконечно молчалива и равнодушна для других, но ее работы словно говорили сами за себя. Будто она была способна извлечь все самое лучшее из человека и показать это другим. Как внимательно и вдумчиво она «читала» других. - Ты намного прекраснее, - прошептал он. – Ты как утренняя звезда на небосводе. Ты даже представить себе не можешь, скольких людей пленила, - он улыбнулся, аккуратно поправляя ее челку.       Люмин немного изменилась в лице. Ее взгляд на мгновение задержался где-то в стороне. Она нахмурила брови, потом расслабила, потом снова нахмурила. Словно пробуя на вкус сказанное им. Итер, конечно, постоянно одаривал ее комплиментам, как и она его, но комплименты от брата - это немного как данность. Ведь это же брат. - Думаешь? – произнесла она задумчиво. - Я знаю. - Эм… ты ведь получил приглашение на встречу выпускников? Не составишь мне компанию? - Оу, моей дорогой сестренке нужна моя поддержка. На самом деле, я не особо горел желанием, но для тебя я сделаю исключение. - Подожди? Ты не хотел? Я просто думала…там же твои школьные друзья, вы были достаточно близки…. Ты не хочешь с ними встретиться? - Не пытайся обмануть меня, родная, - Итер покрепче обнял ее. – Может у меня и были достаточно близкие отношения с одноклассниками, о тебе такого сказать не могу. Собственно, почему я и удивлен, что ты хочешь туда сходить.       Щеки сестры вспыхнули румянцем. Она начала перебирать пальцами и глубоко вздохнула. - Ты хочешь туда не ради встречи выпускников, а ради встречи с конкретным человеком? - Да, - на выдохе произнесла она. - Только не говори мне, что этот человек…ох, Люмин… - …Чайльд. Да. - Но, Люмин…! Угх, боже, почему из всех людей ты…! Почему это должен быть именно он! – Итер отодвинулся и посмотрел на сестру. О том, что Чайльд познакомился с Люмин в обход всем, он узнал намного позже. Причем, их «тайные» встречи происходили неоднократно, и его сестра очень хорошо это скрывала. А Чайльд? Сам черт не поймет, что в голове у этого безумца. Он ни разу не выдал себя, поэтому Итер даже предположить не мог, что тот общается с его сестрой. Его фактически водили за нос. Но взглянув на сестру после тех событий, он понял одно – каким-то невообразимым образом Чайльд ей понравился. Возможно, даже сильно. Но Итер боялся…взаимны ли те чувства. И тогда, да простит его Люмин за эти прогнившие мысли, он возможно выдохнул с облегчением от того, что Люмин вынуждена была покинуть страну. Чем дальше от Чайльда, тем лучше.        Он до безумия любил и оберегал сестру, может даже слишком, не давая Люмин сделать самостоятельного шага. Но страх, что кто-то разобьет ей сердце, навредит, обидит… были сильнее. И в один единый раз, когда его не было рядом…он опоздал. Что, пожалуй, и усилило его тревожность на максимум. Из-за чего друг Люмин, которого он никак не мог понять, потащил его к психологу. «Тебе надо понять, что твоя чрезмерная забота ее потихоньку губит. Она должна жить свою жизнь, даже если это значит упасть и ошибиться. Ты не всегда сможешь быть рядом с ней двадцать четыре на семь. Но не давая ей делать собственные шаги, ты лишаешь ее возможности принимать самостоятельные решения, что однажды она и дышать не сможет без твоей команды. Ты - не плохой брат и никогда им не будешь, но ты должен позволить сестре пройти ее собственный путь. И быть готовым всегда ее поддержать, верно?» -Итер словно оцепенел под пристальным взглядом изумрудных глаз. – «Мы должны быть опорой для наших близких, но не стремиться слиться с ними и жить их жизни».       После того разговора Итер стал регулярно посещать специалиста, чтобы не «душить» сестру своей заботой. Чтобы не закрывать ее в своей тени. Чтобы дать ей возможность самой выбирать, даже если этот выбор не самый хороший. Пока она не вредит себе и не впадает в зависимости, конечно же. Но это уже крайности… - Тебе он не нравится? – тихо спросила сестра, взглянув в глаза брату. Ее глаза были кристально чисты, как и ее намерения. - Ох, прости…я…немного остро отреагировал. Чайльд неплохой парень, но он сам себе на уме. Никогда не знаешь, что он может выкинуть… Да и прошло столько лет, может он вообще женат. Если это разобьет тебе сердце…! Я…! - он обессиленно опустил руки. - Я понимаю, Итер, я все понимаю, - она обхватила руки брата. – Я просто хочу воспользоваться…этой небольшой возможностью. Я понимаю, что наивно полагать, что за это время он не нашел кого-нибудь…Но! Если есть хоть один крошечный шанс, что я могу ему быть симпатична, я хочу попробовать. Тогда я... - Люмин сжала губы, стараясь не вспоминать тех событий, - вынужденно уехала, не дав себе и ему возможность узнать об этих чувствах. Я пыталась их хоронить и закапывать, но вот, вернувшись сюда, я снова ощущаю этот трепет... Я…Я сдамся, если у него кто-то есть! Не буду рушить его отношения! Но я должна знать, попытаться, сделать хоть что-то, чтобы наконец отпустить эти чувства восвояси и пойти дальше, - хоть в уголках и выступили слезы, взгляд ее был полон решимости. - Только так я сброшу этот груз, терзавший меня последние годы и дребезжащий мое сердце. - Люмин… - Итер крепко обнял ее. – Разве я могу сопротивляться, когда ты настроена так решительно. Разве могу не поддержать тебя?       «Я ведь обещал поддерживать тебя и давать самостоятельно принимать решения, пускай они не всегда мне нравятся. Это – твоя жизнь». - Спасибо, - прошептала она в ответ. – Все будет хорошо. Я никогда не выйду за рамки дозволенного. - Конечно, родная, конечно. А иначе он вырвет ему кадык. На сердце у Итера было неспокойно и он безумно боялся, что «что-то» может причинить боль его драгоценной сестре. Головой он понимал, что не сможет вечно защищать ее от любых угроз и обидных слов, но сердцем и душой желал ей бесконечного счастья. Он уже видел, как разбивается ее сердце…и как Люмин прячет от него эту боль за улыбкой, чтобы не доставлять неудобств, чтобы не бередить столь неспокойное братское сердце. Чтобы он не винил себя. Стараясь со всем справится в одиночку. Его дорогая и единственная во всем мире сестра. Слишком дорогой и важный человек она в его жизни, чтобы позволять ей грустить. Но Люмин впервые за столько времени искренне попросила его о помощи. Его сестра такая сильная. Она снова готова открыть свое сердце. Открыться кому-то, кроме него и близких друзей. Полюбить.       Он обязательно поддержит ее. Чего бы это ему не стоило. Будет рядом, когда она сделает первые шаги. Как Люмин всегда поддерживала его, он также будет на ее стороне. И будет молиться всем ветрам, чтобы судьба была благосклонна к его сестре. Он прощупает почву, надо будет – разберет душу…и когда он убедится, что это имеет хоть каплю взаимности, он будет на девяносто девять процентов спокоен.       А если нет... Позволим решаться проблемам по мере их поступления. А сейчас пора действий. Все обязательно будет хорошо.