Глава 13

Неожиданно через неделю у Кэйла поднялась температура. Ожет быть, рассказ будущего короля перегрузил его и так напряжённый мозг, вызвав лихорадку. А возможно, из-за стресса, или потому, что его Жизненная Сила Сердца больше не действовала. Он винит в этом взрослых. Если бы у него были способности, у него не началась бы лихорадка. Он чувствовал себя неуютно, решив, что с ним начнут сильнее возиться, когда он болеет. Он прав. По крайней мере, он больше времени проводит в постели. Они обращаются с ним очень мягко, даже дают ему больше возможности выбирать. Это заставило Кэйла задуматься: если бы он не стал узником, и у него осталась семья, разве было бы иначе? Раон уложил его спать, его хён возился с документами и не присматривал за ним. Ему позволяли оставаться в кровати и спать сколько угодно, дети были рядом с ним, температуру сбили. Много внимания уделяли его настроению и старались не волновать его. Он почти плакал при мысли, что лихорадка пройдёт, даже если ему не нравилась боль. Иллюзия была приятной, и он хотел остаться в ней. Но он снова в сотый раз осознал, что чем дольше он остаётся в плену, тем больнее становится. Кэйл чихнул, испугав детей и взрослых в комнате. Его лицо было ужасно красным, как у пьяного, но ему в рот не попало ни капли спиртного с тех пор, как он приехал сюда. — Человек, ты не можешь умереть! Я сожгу всё, убью всех, а потом убью себя! Этот ребёнок… Ха! Никто не умрёт от лёгкой лихорадки. Он заболел, запланировав побег через несколько недель. Что он будет делать, если они станут осторожнее? Его зрение было слегка затуманено, тело ощущалось тяжёлым, и он находился не в своем уме. Короче говоря, он был уязвим. Нет, он был таким с тех пор, как приехал сюда, но сейчас его бдительность ослабла, из-за недостатка душевных сил пока он болен. Раон быстро сменил горячее полотенце и принёс дополнительные одеяла. Эрухабен вздохнул и пробормотал: — Невезучий ублюдок. Чхве Хан смотрел на Кэйла с непроницаемым выражением. — Холодно… — прошептал он, слабо моргая. — Подожди, человек! Я собью температуру! Кэйл оглядел комнату, остановил взгляд на входе в комнату. Дверь, которую он возненавидел, потому что мог подойти к ней близко, но не открыть. — Где хён? — спросил Кэйл, до сих пор будучи оглушённым. — Его Высочество скоро прибудет, молодой господин, — ответил Раон. Ха… ему правда нужно приехать? У него что, нет работы? Он не может просто остаться в офисе? Кэйл действительно не хочет с ним встречаться. Кэйл чувствует, что его отношения с хёном самые натянутые, хотя и однобокие. Этот ужасный, дотошный принц просто нашёл способ залезть ему в голову, и это напрягает рыжего больше всего. Они действительно две горошины в стручке. — Молодой мастер-ним, вот почему вы должны позволить нам больше заботиться о вас. Вы бы не заболели, если бы ели свою еду. Кэйл уставился в пространство, избегая его взгляда. Он точно знал, о чем говорил Раон. Похоже, он недооценил их слух, и его поймали на том, что он выблевал еду в раковину. Но разве это не их вина? После этого они проверили, рвало ли его или нет. Его время в туалете сократилось на пять минут. — Тебе нужно съесть всё. — Это всего лишь несколько укусов, успокойся. — Молодой мастер-ним снова хочет, чтобы его покормили? Всего несколько месяцев назад его поднос был маленьким, и он редко ел. Быстро вернуть всё в нору оказалось для него слишком трудным. Даже будучи Ким Рок Су, он редко ел три раза в день. Это было действительно редко. Неплохо есть три раза в день, но были времена, когда он не мог доесть порцию. Ему давали маленькие порции еды, но он всё равно не мог их доесть. Ему угрожали, что случится нечто плохое, если он не съест. Пока Кэйл, как обычно, дремал, послышался звук открывающихся дверей. Кэйл сразу понял, что это его хён, но он оставался оглушённым, надеясь, что ему не придётся угождать или разговаривать со своим хёном. Он понимал, может убедить, что чувствует себя в безопасности, запертым. Для них Кэйл —дома, а для Кэйла — наоборот. Рыжему приходится следить за словами, не расстраивать остальных. Сделай он это — они станут ещё строже, а он просто устал и задыхается. Такое чувство, что их волнует только его тело и то, что они сами испытывают. Нет, это не так. Ему на лоб положили руку, и Кэйл услышал на заднем плане шёпот. — Проследите, чтобы он принял лекарство. — Мы не можем забыть его лимонный чай. — Человеку тоже нужны яблочные пироги! Кэйл моргнул, пытаясь взглянуть на источник голоса. Однако его глаза прикрыли рукой. — Мой младший брат заболел, поэтому мне приходится следить за тем, чтобы он не двигался, и стараться больше не создавать проблем. — Пожалуйста, не волнуйтесь. Этот Раон обязательно хорошо о нем позаботится. Пожалуйста, без лимонов… У него поднимется температура, если будут лимоны. Альберу посмотрел на своего донсэна, нахмурившись. Его Кэйл всегда умудряется пострадать так или иначе. Что бы Кэйл делал без них? Это восприняли, как очередную причину, по которой Кэйлу нужна его семья, чтобы выжить.

***

Чхве Хан взглянул на своего спящего сеньора, его губы скривились, взгляд стал хмурым. Он задаётся вопросом, что снилось его сеньору. Это больно? У него кошмар? Стоит ли его разбудить? Чхве Хан прав, Кэйлу действительно приснился кошмар. Кошмар, в котором он разговаривает с Богом Смерти. Да, это вправду плохой сон. Кэйл реально хотел ударить этого ублюдка по спине, да, хотел! Однако сейчас, если Бог Смерти хочет помочь ему, Кэйл не в том положении, чтобы отказываться. Но дело в том, что помощь не всегда бесплатна. Ему нужно заключить сделку с ублюдком. Ему нужно уйти, освободиться, уйти. — Отдай мне свою душу, и я освобожу тебя из этого мира. Кэйл молча обдумывал его слова. Он был ошеломлён тем, что услышал несколько секунд назад. Он правильно расслышал? Его душа жаждет свободы? Это вообще имеет смысл? Каковы мотивы этого ублюдка? — Разве не ты изначально поставил меня в это положение? Я сделал почти всё, что ты хотел, а теперь ты хочешь, чтобы я тебе заплатил? Тебе не стыдно? — Э-э-э. Ну, просто подумай об этом. Практически невозможно сбежать от таких порочных людей, и ты не будешь в безопасности в этом мире. Я буду держать тебя под защитой в своём царстве, так что тебе не придётся ни о чем беспокоиться. Я дам тебе всё, что ты пожелаешь. Кэйл немного задумался. — А ты не можешь просто перевоплотить меня в другой мир? Зачем тебе моя душа? — Такие души, как твоя, драгоценны. Я никогда не видел их раньше. Раз уж ты покончил с этим миром, оставайся в цепях. Тишина. Он так и не понял, чего хочет бог. Его душа — для чего именно? Это немного похоже на дежавю. И он предчувствует, что за его спиной что-то замышляется. Кэйл немного подумал, и его внезапно осенило. Его глаза чуть расширились, лицо побледнело, а разум погрузился в смятние. Его сердце билось быстро, пока он пытался сохранить невозмутимость на лице. Кэйл мысленно покачал головой. Ни за что, правда? Отдать душу этому ублюдку… означало лишь… ещё одну тюрьму? Постоянную. Нет. Нет. Нет. Нет. Пожалуйста, он так устал. Он мог сдаться. Но он не может. Если Бог не поможет ему, значит ли это, что он поистине одинок? Не то чтобы он вообще когда-либо в них верил, в конце концов, он атеист. Но всё равно больно осознавать, что его бросили. Почему все так одержимы им, в очень плохом смысле? Плюс, он сходит с ума в очень плохом смысле! — Ты ублюдок… — Кэйл стиснул зубы, глядя в пустоту. — Кхм. Неужели этот Бог в самом деле верит, что он настолько глуп, чтобы принять эту сделку? Это почти как сделка с дьяволом! — Или ты становишься их пленником навсегда, или принимаешь мою помощь. Третьего не дано. Кэйл рассмеялся в недоумении. Во-первых, у него никогда не было выбора. Он был лишён прав. Разве он кукла, которая может только следовать желаниям других? У него нет сил и дальше сидеть взаперти, он не желал садиться в другую тюрьму. Он впрямь одинок. Всё, на что он мог рассчитывать, — это его силы. Кэйл жаждал убить этого ублюдка. — Что скажешь, Кэйл? Ты примешь моё предложение? — Да пошёл ты, ублюдок! Я сам сбегу. Мне никогда не требовалась твоя помощь! Бог молча слушал, слова Кэйла. Тишина словно насмехалась над ним, или, быть может, жалела его, или просто глумилась над его дерзким планом сбежать. — Тогда удачи тебе, Кэйл Хенитьюз. Я желаю тебе свободы, но помни, я всегда буду готов принять твою душу. Кэйл поклялся отомстить этому ублюдку, несмотря ни на что.