Часть 30

***

Эсен, уставшая после долгого дня, вошла в свою комнату и, не включая свет, легла на кровать. В этот момент в окно раздался легкий стук, но она не обратила на него внимания, продолжая лежать с закрытыми глазами. Внезапно зазвонил её мобильный телефон. Рыжеволосая девушка с тяжёлым вздохом поднялась с постели и, не глядя, взяла трубку. — Слушаю… — произнесла она, прикрывая зевок ладошкой. — Выгляни в окошко, — раздался бархатный мужской голос, и Эсен резко подскочила на кровати. — Только не говори мне, что ты… — она не закончила фразу, пытаясь лишь мысленно донести до Салиха то, что думает о нём. — Ты верно поняла, aşkım, — в голосе брюнета прозвучала язвительность и ещё что-то, скрытое от Эсен и даже от самого себя. — Aşkım, — зеленоглазая девушка включилась в своеобразную игру и зашипела в трубку, словно гюрза. — Ты хоть представляешь, что с тобой сделают отец или братья, если увидят? — Всё в твоих руках, и ты можешь этого не допустить, — Салих смотрел на окна, в которых так и не появилось рыжеволосое чудо. — Что ты хочешь? — Эсен подошла к окну и отворила створку, вдыхая запах ночного сада и натыкаясь на силуэт Вартолу. — В идеале… — Хельваджи замолчал, не решаясь произнести то, что уже давно крутилось на языке и в мыслях. — Чукур? Этого не будет, смирись, братишка, — сказала Айдын, и внутри всё замерло. Относится к нему как к брату ей будет мешать не смерть Кахрамана, а нечто другое. Салих скривился, услышав такое обращение из уст девушки, и буркнул: — Не называй меня ни братом, ни братишкой и тому подобное… — Как же вас называть, Садеттин бей? — спросила Исла, понимая, что хоть в чём-то они солидарны. — Ты дала мне много прозвищ, с любым соглашусь, но не… Ты поняла меня? — Вартолу прикрыл глаза и сглотнул, вновь возвращая взор на Эсен. — Ладно, буду звать тебя koca ile, — произнесла зеленоглазая, еле сдерживая смех, слыша, как кареглазый подавился. — Я тебя понял, eşim, — на выдохе ответил Вартолу, не отрывая тёмных глаз от девушки в окне. На лестнице послышались шаги, и рыжеволосая скинула трубку, закрывая окошко и задергивая шторку. Салих усмехнулся такому изменению в поведении и, накинув капюшон, тоже поспешил скрыться от дома семьи Кочовалы. В комнате появилась Султан, на губах которой заиграла лёгкая улыбка при виде дочери: — Эсен… — Мама, — девушка с такой же улыбкой подошла к женщине, которая поправила её рыжеволосые локоны и нежно поцеловала в лоб. — Что-то случилось? — Всё хорошо, дочка, я пришла пожелать тебе спокойной ночи… — Султан уже собиралась уходить, как зеленоглазая решилась задать вопрос: — Мама, у папы же есть ещё один ребёнок… Внебрачный… Я… недавно встретила его… — произнесла рыжеволосая, прикусив уголок губ. Брюнетка резко развернулась, и её взгляд из мягкого превратился в более жёсткий. — Не понимаю, о чём ты, Эсен. — Она скрестила руки на груди, и зеленоглазая повторила её позу. — Михрибан… — Единственное, что произнесла младшая дочь Идриса и Султан Кочовалы, глядя на черногоазую. — Откуда? — На лице женщины мелькнула растерянность, и она вновь подошла к дочери. — Неважно, но я это не просто так взяла. Раз ты знаешь, то и папа… — Эсен замолчала, видя, как Султан прикрыла глаза и глубоко вздохнула. — Идрис ничего не знает, никто не знает, кроме меня и Паши. Тридцать лет назад, когда ваш отец сидел в тюрьме, на порог нашего дома пришла его любовница. В её руках был свёрток, который ворочался, там был ребёнок, а позади неё маячил Джихангир. Она просила забрать ребёнка, потому что его отец Идрис… — Старшую Кочовалы перебила Эсен: — Он имел право знать… Может быть, тогда бы и Кахраман был бы жив… — Девушка сказала это не с упрёком, но разве можно было так поступать? — Ты… тот ребёнок это Вартолу? — Недоверчиво спросила Султан, глядя на рыжеволосую. — Ямач и Селим, как и отец, не знают. Я не знаю, как бы поступила на твоём месте, возможно, также. Ты одна растила сыновей, а тут ещё и любовница с ребёнком… — Ответила Эсен и присела на кровать, вздохнув, посмотрела на маму, которая села рядом с дочерью. Зеленоглазая закрыла глаза и устроила голову на коленях матери, а та погладила её непослушные волосы. Дверь в комнату открылась, и на пороге показался Ямач: — Госпожи, если я не вовремя то, я оставлю вас — Шутливо произнёс русоволосый, смотря на маму и сестру. Те рассмеялись над словами парня и махнули ему, чтобы сел рядом. Кареглазый устроился по другую сторону от матери и также закрыл глаза, лёг на её колени, макушки брата и сестры соприкасались. Со всем как в детстве, мелькнуло в головах людей. Ямач и Эсен раньше частенько так засыпали, а потом братья или отец относили их по комнатам, но чаще это делал Кахраман. « — Этот парень, слишком здоровый для своего возраста…» — Мелькнуло в голове Ямача слова старшего брата.

***

Чакал, прогуливаясь у одного ресторана, услышал за своей спиной мужской голос. Обернувшись, он увидел перед собой высокого мужчину с русыми волосами, подстриженными почти под ноль. На его лице едва заметна борода, почти рядом с глазом виднелся шрам, а в одном ухе красовалась серьга. Взгляд мужчины был устремлён из-под бровей, словно он смотрел на что-то, находящееся за пределами его восприятия. — Ты Чакал? Видимо, родители очень любят тебя, — произнес мужчина, хмуро глядя на брюнета. — Да, а ты Элвис. — Чакал не мог оторвать глаз от сообщника русской мафии, понимая, что тот, если захочет, может одним движением прихлопнуть его. Он старался не акцентировать внимание на фразе о своем имени. — Молодец, — Эл слегка наклонил голову в сторону и произнес: — Кто тебя прислал? — Эсен. Эсен Кочовалы. — После слов Чакала темные глаза русоволосого округлились. В голове сразу же возникло несколько воспоминаний, связанных с этим именем.

Рыжеволосая красавица сидела в университетском коридоре и учила конспект, написанный неровным почерком в тетради. Парень сначала наблюдал за ней издалека, а затем сделал несколько уверенных шагов к девушке. Однако вся его уверенность исчезла, когда их зелёные глаза встретились с его карими, и в этот миг он словно пропал.

— Привет, ты что-то хотел? — произнесла незнакомка, за которой он наблюдал несколько месяцев, но так и не решился подойти и познакомиться.

— Привет, да. — Русоволосый поправил свою густую шевелюру и, прочистив горло, представился: — Я Илмаз… Илмаз Сойсал…

Зеленоглазая мягко улыбнулась, закрыла тетрадочку, встала со скамейки и протянула руку парню:

— А я Эсен… Кочовалы, приятно познакомиться. — Девушка улыбалась новому знакомому, и тот, зеркаля её улыбку, пожал руку в ответ. — Так что ты хотел, Илмаз?

— Хотел познакомиться и спросить, не хочешь ли ты сходить со мной в кино? — Кареглазый поправил лямку рюкзака и посмотрел на девушку взглядом кота из «Шрека».

— Илмаз, я не простая девушка и… — Эсен не успела закончить фразу, как её перебил парень.

— Если ты не хочешь, или занята, или нужно поговорить с твоими родителями… — Теперь очередь пребывания настала Эсен.

— Нет, нет и нет, понимаешь, я просто… — Рыжеволосая замолчала, словно обдумывая что-то. — Я схожу с тобой, но ты себе там не надумай.

— Я, да, да… — В карих глазах была нежность и радость.

Теперь ясно, что подразумевалось под «непростой» девушкой.