Часть 31

***

Некоторое время спустя

Ямач с силой давил на педаль газа, и его светло-карие глаза неотрывно смотрели на дорогу. Он сжимал руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. «Скажи, скажи, что её зовут Мине, прошу, скажи…» Её звали Михрибан. Это имя словно выжжено в его сознании и сердце. Он узнал, что у его отца есть внебрачный сын, и это было самым ужасным. — Вартолу… Будь ты проклят, Садеттин! — прорычал он, ударив ладонью по рулю. Машина резко въехала в Чукур и остановилась у кафе, к счастью, там никого не было. Однако в соседнем здании он заметил рыжеволосую макушку — его сестра была сегодня в столовой и готовила еду вместе с другими женщинами. Младший из сыновей Кочовалы зашёл в кафе и позвал: — Эсен, идём, нам нужно поговорить. — Он не смотрел на сестру, выходя из столовой и входя в кафе. Рыжеволосая сняла фартук и последовала за братом, чуть прикрыв за собой дверь. Кареглазый стоял спиной к ней по центру кафе. Когда он понял, что девушка здесь, то одним махом столкнул всё со стола и с бешенством посмотрел в её мятные глаза, которые едва не расширились от страха. За дверями кафе тут же появились несколько мужчин, но они не решились зайти внутрь. — Что случилось? — Зеленоглазая подняла глаза от разбитой посуды на брата. — Вартолу, Вартолу, Вартолу… Только он и случается, сестра! И ты тоже хороша, сводишь меня с ума, как и Селим! Неужели ты не понимаешь, что ты и он единственные, кому я могу доверять, а в ответ что? Ни-че-го! — В конце речи он усмехнулся, словно подтверждая нелепость своих слов. — Ямач… — начала было Эсен, но её перебило резкое поднятие руки русоволосого вверх: — Hafif, просто скажи мне, глядя прямо в глаза, Ямач, братишка, ты можешь мне доверять, скажи это, сестрёнка. — Ответил младший брат среди братьев Кочовалы. Он уже проверял Селима, но не будет же он тем же методом проверять Эсен. Айдын некоторое время молча смотрела в глаза брата, не отрывая от него своих зеленоглазых очей. Слишком много тайн она хранит за спиной брата, семьи. — Artık güvenmiyorsun. — Она едва заметно скривила губы, а русоволосый усмехнулся слишком громко и язвительно: — А унижаться оправданием я не буду, господин Ямач. Эсен вышла из кафе, не оглядываясь и не заглянув в столовую. Она понимала, что Ямач в таком состоянии может наделать необдуманных поступков, и ей нужно было что-то предпринять. «Двери этого дома всегда открыты для тебя, и здесь ты желанная гостья». Эсен усмехнулась, осознавая, что, возможно, чтобы уберечь близкого человека и своего брата от необдуманных поступков, ей придется зайти в дом врага. «Не Ямач, так папа голову снесёт», — тихо произнесла она, направляясь к дому Салиха, который теперь жил по соседству с семьей Кочовалы. Проходя мимо своего дома, Эсен увидела, как Салим открывает ей ворота, чтобы она могла пройти внутрь. Но зеленоглазая лишь мотнула головой и прошла дальше, остановившись у ворот дома Садеттина. Несколько раз постучав, она с удивлением обнаружила, что дверь открылась перед ней. Салим же с удивлением наблюдал за действиями девушки и, увидев, как она скрывается в доме врага, тут же набрал номер: — Брат, Селим… — Говори, Салим, что уже случилось? — Эсен ушла в дом к Вартолу… — Что? Дверь распахнулась, и младшая дочь Идриса и Султан Кочовалы тут же столкнулась с темными глазами Джеласуна. Тот в шоке уставился на девушку перед собой. — Я к твоему господину, не стой столбом, — произнесла Эсен, подвинув Гюнеша и пройдя дальше во двор, где встретилась с самим Салихом. — Эсен? — произнес брюнет, ничего не понимая. Его вид напоминал кота из «Шрека». — Ты говорил, что я желанная гостья и двери твоего дома открыты, так пустишь меня на некоторое время? — спросила она. Фраза звучала как вопрос, но внутреннее ощущение мужчины говорило ему, что его мнения не спрашивают, и ему пришлось лишь кивнуть. — Скажи мне только, ты головой по дороге не билась? — спросил Вартолу, держа девушку за руку и ведя её в дом. — А ты ещё не заметил? Салих, у меня не все вальты в колоде. О чем речь вообще? — Эсен увидела, как прыснул со смеху Садеттин, и слегка пихнула его кулачком в плечо, на что тот привлек её к себе в объятия. А стоящий недалеко и ничего не понимающий Медет лишь с недоумением посмотрел на Джеласуна: — Джеласун, что она сказала, я не понял. Вальты какие-то, колода… — Мужчина уставился на кареглазого, ожидая ответа, но тот лишь покрутил пальцем у виска и едва слышно присвистнул. Селим стоял у входа в кафе и внимательно слушал разговор Салима, в то время как четверо других мужчин, находившихся внутри, пристально смотрели на него. — Как такое возможно, Салим! Как вы могли допустить подобное! — Голос сына Идриса стал громче, и к нему вышел Мухиттин, только что вышедший из здания напротив. — Хорошо, я понял, понял, не говорите пока домашним. — Что случилось, Селим? — Старший Дербент нахмурился, глядя на брюнета, который молча зашёл в кафе и, подойдя к отцу и Ямачу, произнес: — Папа, Ямач. Эсен у Вартолу. — Третий сын Кочовалы сказал это и увидел, как Ямач стиснул зубы, а Идрис, ожидая продолжения, смотрел на него. — Как он посмел забрать её? — Возмутился Эмми, глядя на всех присутствующих. — Если бы он забрал, Эмми. Салим сказал, что Эсен сама пришла к нему в дом. — После этих слов Ямач соскочил с места и выбежал из кафе. — Иди за братом и не дай ему наделать глупостей, но приведи мою дочь домой. — Идрис, нахмурившись, посмотрел на сына, нервно перебирая чётки, а Селим поспешил вслед за младшим братом. Паша сидел в задумчивости, нахмурив брови. «- Паша, я знаю, что означает эта татуировка. — произнесла Исла, обращаясь к нему. — Откуда? — спросил Шахин. — Эмми рассказал, вернее, я его спросила. — ответила она. — И что же она означает? — спросил он снова. — Если кратко, то семью, семья защитит тебя, если понадобится, а ты защитишь семью.» Шахин закрыл глаза и выдохнул: «Не тот способ для защиты семьи, девочка». Ямач шёл впереди, за ним следовали Кемаль и Метин, а затем Мике и Чакал. Селим пытался догнать младшего брата: — Ямач, остановись, Ямач! — Он схватил брата за предплечье и повернул к себе, но тот посмотрел на него не своим взглядом. — Я не остановлюсь, брат, нет, буду спокоен, когда сестра будет дома и заперта в своей комнате, шагу из неё не сделает до тех пор, пока я не разберусь с этим ублюдком! — Рыкнул Ямач и, вырвав руку из хватки брата, двинулся дальше. Подойдя к воротам дома, Ямач с ноги открыл их и увидел на лестнице свою сестру, за которой стояли Вартолу, Джеласун и Медет. Двое последних стояли чуть дальше, а первый почти за плечом рыжеволосой, словно готовый в любой момент броситься на её защиту. — ЭСЕН! — Крикнул Ямач и быстрым шагом подошёл к сестре. — ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! — НЕ ОРИ НА МЕНЯ!!! — Зеленоглазая крикнула не хуже брата и, сверля глазами мужчин, которые пришли за ней, встретилась с каждым из них взглядом по очереди. В глазах Ямача была злость. У Метина — огорчённость. У Мике — обида и злость. У Чакала — настороженность. У Кемаля — непонимание. И только у Селима была обеспокоенность за непутевых младших, за сестру и брата. — Иди сюда, и мы уходим домой. — Настойчиво произнёс русоволосый. — Нет. — Четко отрезала рыжеволосая, упрямо смотря своими глазами. — Тебя за шкирку увести? — Процедил разозлённый до бешенства Ямач, но Селим ухватил брата за руку. — Брат, спокойнее, это всё ещё наша Эсен, — шепнул на ухо кареглазому брюнет. — Господа, Эсен моя гостья, и никто без её на то желания не заберёт отсюда. — Произнёс Салих и вышел вперёд, закрывая её собой, Айдын же, подобно Селиму, ухватила Вартолу, только за край рубашки. — Вас ещё не убили, потому что я дал слово этой девушке. Но в отличие от неё вы всё ещё не желанные гости, поэтому… — Садеттин усмехнулся и мотнул головой в сторону ворот. — Идём, брат, сейчас мы ничего не сделаем, идём. — Старший Кочовалы начал уводить младшего, а за ним и другие стали уходить, Кемаль ещё некоторое время смотрел на Эсен. — Кемаль, — Метин обернулся и позвал младшего брата, тот словно взглядом говорил с рыжеволосой, а потом развернулся и ушёл вслед за остальными. «Ты поймёшь, кто если не ты, Кемаль, на моём месте ты бы поступил также.» — Про себя произнесла Исла, глядя лучшему другу вслед, надеясь на его понимание.