Глава 5. Поворотный момент

— Орден Феникса должен быть уничтожен.

Тишину, воцарившуюся после этих слов, казалось, можно потрогать руками. Сидящие за столом пожиратели несмело переглядывались, не решаясь сказать хоть слово. Воля Тёмного Лорда была законом, и не нашлось ещё того смельчака, который имел наглость или безрасудство оспорить его решения. Вот только сейчас они не совсем понимали, зачем Лорд так делает.

С одной стороны, устранение Ордена вполне логично и понятно, но… это противоречило системе, которой начал следовать Лорд, активно расписывая её в газетах.

— Мой лорд, позвольте… — робко попросил Рабастан, сидящий по левую руку Лорда. Один из самых сильных, жестоких и известных пожирателей, сейчас он осторожно бросал на хозяина неуверенные взгляды, словно боясь впасть в немилость. Но Лорд сегодня был настроен вполне дружелюбно и поэтому позволил своему слуге продолжить. — Мой лорд, не лучше ли повременить с казнью? Сейчас, когда вводимые нами изменения в магическом мире ещё не до конца восприняты волшебниками, это может пагубно сказаться в дальнейшем. И…

— Достаточно. — Лорд властно поднял руку, и Рабастан тут же замолк, покорно опустив голову. — Я вижу, многие из вас не воспринимают моё решение всерьёз. Что ж… думаю, надо исправить эту досадную ошибку.

Маги непроизвольно съёжились, ожидая круциатуса за неподчинение. В воздухе запахло напряжением и тихой угрозой. Лорд казался довольным реакцией на его слова и поэтому, частично сменив гнев на милость, продолжил.

— Орден Феникса на протяжении долгого времени мешал нам. Сначала, под руководством Дамблдора, это была сильная и весомая организация. Теперь… — Лорд сделал небольшую паузу, внимательно скользя взглядом по лицам пожирателей. — Теперь Орден Феникса ослаблен. Многие из его членов погибли, другие вынуждены скрываться. Но даже в таком состоянии они всё ещё представляют угрозу. Дамблдора больше нет, и это говорит о многом. Да, многие, и довольно сильные члены Ордена, сейчас находятся у нас в плену и не смогут дальше вставлять нам палки в колёса, но… Вам не хуже меня известно, что кое-кому из защитников Хогвартса удалось сбежать сразу после Битвы.

Лорд замолчал, обводя взглядом собравшихся. Пожиратели снова опустили головы, каждый боялся, что именно его повелитель сейчас обвинит в побеге некоторых из орденцев.

— Мы должны действовать быстро и безжалостно. Уничтожим Орден, и Тёмное правление станет необратимым. Никто больше не сможет встать у нас на пути. По залу прокатился одобрительный гул, и последователи Лорда подняли палочки, готовые к действию. Каждый хотел показать, на что он способен, хотел доказать свою преданность Лорду, уничтожив остатки Ордена.

* * *

— Ты можешь идти тише?

— Да, прости. Просто тут пол…

— И что? Под ноги-то смотри!

Еще несколько шагов вперёд, и снова все замерли. Идущий во главе небольшого отряда Кингсли поднял руку, призывая всех к тишине. Рон, которого только что злым шёпотом отчитывала Джинни, виновато махнул рукой, старательно избегая её жгучего взгляда.

Медленно но верно Орден Феникса выбирался на свободу. В руках нескольких самым старших и сильных волшебников были трофейные палочки, отобранные у пожирателей в темнице.

Кингсли внимательно вглядывался вперёд, прислушиваясь к малейшему шуму. В конце длинного коридора виднелся тусклый призрачно-жёлтый свет факелов. Однако путь был не так прост, как казалось, несмотря на тишину и безлюдность.

— Мы не можем просто пройти мимо охраны, — тихо сказал он, оборачиваясь к своим спутникам. — Пожиратели скоро обеспокоятся отсутствием тех двоих.

С этими словами он кивнул за им за спину. В камере, где Лорд держал своих пленников, сейчас находились два ловко обведённые вокруг пальца молодых пожирателя, связанные и оглушённые.

Ох, через что же пришлось пройти Ордену, чтобы заставить их открыть дверь и войти внутрь! Хвала Мерлину, Крэбб и Гойл оказались настолько тупыми, что практически сразу проглотили наживку Ордена. Когда они с брезгливостью встали над Джинни, ловко разыгрывающей удушье, Кингсли и Римус сзади набросились на них, зажав рот и выкручивая руки с палочкой. Дальше всё было максимально просто: их оглушили их же палочками, связали и оттащили в самый дальний и тёмный угол так, чтобы нашлись они не сразу и у Ордена было время отойти подальше.

А потом — побег.

И вот сейчас, крадучись, они осторожно пробирались к выходу, вздрагивая от малейшего шороха и пугаясь собственной тени.

В темноте идти было непросто, но слабый свет факелов значительно упрощал эту задачу, да и путь, по которому они шли, был всем хорошо известен. Уверенно двигаясь, они медленно, шаг за шагом приближались к выходу. Каждое неверное движение, лёгкий шум — и, возможно, всё пропало. Возможно, их всех поймают. Дорога́ была каждая секунда, ведь скоро могли хватиться отсутствующих товарищей.

Неожиданно раздался громкий стук: дверь одной из комнат с грохотом раскрылась, подуло свежей прохладой и лёгким ароматом цветущей сирени. Замерев, никто не мог двинуться с места, ожидая нападения, но всё обошлось. Из комнаты никто не вышел.

— Это всего лишь сквозняк, — прошептал Билл, пытаясь успокоить остальных, получая неуверенные кивки на свои слова.

— Идем, нельзя терять ни минуты, — так же тихо проговорил Римус, первым отворачиваясь от двери и продолжая путь.

К счастью, в замке остались самые молодые и неопытные пожиратели, оглушить которых было делом пары минут. Оглядев безсознательные тела, Рон тихо с ненавистью проговорил:

— Это Нотт и Паркинсон. На одном с нами курсе учились.

Кингсли нетерпеливо прервал его:

— Потом расскажешь, кто это был. Сейчас не время трепать языком. Пошли!

Теперь у них было четыре палочки, что значительно облегчало им трансгрессию. Главное — выбраться из замка незамеченными.

* * *

Грубый хохот, испуганные крики и неясные мольбы о помощи — всё смешалось и тонуло в воздухе. Лёгкий предвечерний сумрак вдруг прорезал яркий всполох огня, моментально взвившийся вверх и наполнивший воздух запахом гари и дыма. На всё небо раскинулось красно-оранжевое зарево, языки пламени лизали деревянные постройки под оглушительный жалобный треск дерева.

Драко сглотнул, крепче сжимая в руке волшебную палочку и немного испуганно косясь на огонь. Рядом чёрной безумной тенью неожиданно промчалась Беллатриса с развевающимися волосами и бешеным блеском в глазах. Со странным боевым кличем она выпустила из палочки изумрудный луч, и одна из спасающихся бегством девушек-маглов рухнула на землю прямо под ноги взвизгнувших подружек. Драко отшатнулся назад, не в силах отвести взгляда от остекленевших глаз убитой. Сделав ещё шаг, он чуть не рухнул на землю, споткнувшись о какой-то предмет, коим оказалась брошенная женская сумка, содержимое которой валялось в пожухлой траве.

Беллатриса стремительно обернулась, привлечённая его шипением и глухой бранью.

— Быстро сюда, — отчеканила она, и Драко ничего не оставалось, кроме как послушно исполнить приказ. Беллатриса терпеливо подождала, пока он подойдёт достаточно близко. Нетерпеливо постукивая каблуком по земле, она раздражённо хмурилась и время от времени бросала короткие быстрые взгляды ему за спину.

«Ждёт чего-то?» — невольно пронеслось в голове у Драко. Вообще Беллатриса никогда не отличалась нервностью и дёрганностью, которые были присущи многим пожирателям. Все они настолько боялись Лорда, что даже когда ничем перед ним не провинились, всегда чувствовали вину и ожидали наказания. Драко уже насмотрелся на все эти заискивающие взгляды, низкие поклоны и тревожное молчание, охватывающее всех, когда Лорд был чем-то недоволен или разгневан. Беллатриса в этом отношении была самим спокойствием. Она относилась к Лорду с глубоким почтением и уважением, и никогда Драко не видел ее желающей лихорадочно угодить Лорду. Её, несмотря на всю ненависть, что он к ней испытывал, можно, по его мнению, назвать настоящей чистокровной леди. Призрачная маска холодной и неприступной аристократки, которой Драко всегда считал мать, сейчас была на Беллатрисе. Манера держаться, поведение, жесты — всё это было присуще настоящей чистокровной волшебнице, выросшей в богатой древней семье. Порой она вела себя как безумная, и в такие моменты Драко её по-настоящему боялся. Видя, как палочка крутится в её длинных пальцах, он невольно сочувствовал орденцам. Он точно не хотел бы встретиться с ней на поле битвы…

Он перевёл взгляд на тётку. Взгляд, которым она окинула его, Драко совсем не понравился. Лёгкая насмешка и презрение в её глазах, как и раньше заставили Драко втянуть голову в плечи.

— Сейчас ты сделаешь то, что я тебе скажу. — Белла резко вскинула палочку, луч пролетел в нескольких сантиметрах от уха Драко, и сражённая невербальным заклятием магла рухнула на землю.

Он отскочил в сторону.

— Ты… ты убила её? — прохрипел он не своим от страха голосом.

— Нет. Она оглушена.

Шурша чёрным платьем, Беллатриса подошла к распростёртой на траве фигуре и осторожно перевернула её на спину. Длинные волосы частично закрывали лицо девушки, но Драко всё же смог увидеть застывшее на нём выражение страха.

Беллатриса сделала короткий взмах палочкой, и оглушённая девушка пришла в себя. Распахнув глаза, она села, затравленно оглядываясь вокруг. Когда её взгляд упал на Беллу, скалившуюся так, что в темноте была похожа на дьявола, она поползла назад. Когда она уперлась спиной в стоящего позади Драко, коротко взвизгнув, попыталась отползти в другую — более безопасную, как ей казалось — сторону. — Чего ты ждёшь? Убей её!

Он перевёл испуганный взгляд с неё на девушки и обратно. Магла тихо пискнула, умоляюще глядя на нерешительно мнущегося Драко.

— Пожалуйста, не надо… Опустите меня!

Драко стоял неподвижно, словно статуя, не в силах двинуться. Палочка дрожала в низко опущенной руке, а в голове крутились мысли одна страшнее другой. Когда-то это должно было случиться — он прекрасно это понимал, но… он не хотел этого делать, но и не мог противостоять приказу Беллы.

Та, заметив его колебания, раздражённо зашипела:

— Ты что, совсем идиот? Делай, что говорят! Ты служишь Тёмному Лорду и не должен жалеть всякий сброд! Она грязная магла! Животное! Убей её!

От её ледяного голоса и пронзительного взгляда по спине Драко побежали мурашки. В том, что Белла убьёт эту девушку, если он сам не сможет этого сделать, он не сомневался. Но… Лорду станет известно об этой ситуации. Лестрейндж не упустит шанса снова ткнуть лицом в грязь своего «племянника-недотёпу». И вот тогда ему несдобровать. Лорд сильно рассердится из-за его мягкотелости.

— Я… я не могу, — тихо прошептал он, опуская голову. — Я не могу убить её.

Магла, услышав его слова, издала облегчённый вздох и попыталась подняться на ноги. Идиотка. Но Беллатриса мгновенно отреагировала, направив на неё палочку и произнеся заклинание. Девушка снова упала на землю, потеряв сознание.

— Это огромная ошибка, Драко. Ты упустил свой шанс показать, что ты на что-то годен. Ты такой же, как и Нарцисса, — мягкий, неуверенный маменькин сынок! — холодно сказала Белла, презрительно кривя губы. — Следи за ней, и если она, очнувшись, попробует сбежать, я не буду так милосердна. Драко кивнул, практически пропустив её слова мимо ушей. Все его мысли вились вокруг одного — возможного убийства. Он не хотел убивать эту девушку. Да, она магла, но… Она же ему ничего не сделала. Почему он должен марать руки её кровью? Всю эту помешанность на чистокровности Драко считал не более чем глупым древним предрассудком, который волшебники вбили себе в голову и яростно отметали любые, даже разумные опровержения. Маглорождённых он презирал, но никакой ненависти к ним, а тем более жажды убийства не испытывал. Достаточно, чтобы они просто не попадались ему на глаза, а остальное его не касается. Ему нет и не было дела до них и их несчастий. Ему было плевать, убивают их, мучают, калечат — ему-то что? Лишь бы его самого не трогали… Но служба Лорду требует обратного. Ты должен доказать ему свою преданность. Безукоснительное исполнение приказов — вот главное качество по-настоящему ценного пожирателя смерти. Удержаться в топе было очень сложно и для многих (таких, как Драко) просто невозможно. Среди слуг Лорда шла вечная грызня: каждый хотел подставить другого и сам попасть в милость господина. Сейчас самой влиятельной пожирательницей, пользующейся покровительством Лорда, была именно Беллатриса. Правая рука лорда, она имела безграничную власть, и поэтому, если она расскажет ему о колебаниях Драко… Лорд хоть и был в последнее время настроен добродушно, всё равно, как и раньше, приходил в неописуемую ярость, когда кто-то из слуг противился его воле, хотя такое было редкостью. С момента битвы за Хогвартс пожиратели только и делали, что пировали в Большом зале да выходили на охоту на маглов, которая стала их любимым времяпровождением, и никаких важных операций не проводили. Лорд же в это время был занят распространением своей власти в стране. Бо́льшая часть магического населения придерживалась нейтральной позиции во время войны, и сейчас, видя правление Лорда, резко поменяла свои взгляды на происходящее. Маглов перевели чуть ли не в разряд животных, за их смерть теперь не нужно было нести уголовной ответственности, как это было раньше. Раньше даже за непреднамеренное убийство магла (несчастный случай, убийство по неосторожности) волшебник нёс небольшое наказание, тяжесть которого устанавливалась в соответствии со степенью убийства. Драко никогда не горел желанием узнать эти подробности, поэтому плохо понимал, как низко пали маглы в волшебном сообществе. Сейчас же убийство маглов не запрещалось, а только приветствовалось. В газетах публиковались статьи с призывами очистить население волшебников от «людей, недостойных носить в себе волшебную кровь». Те, кто читал магловские газеты, были поражены количеством «несчастных случаев», описанных в них. Ни с того ни с сего рушились только что построенные мосты, загорались огромные торговые центры, и пламя, которое было невозможно потушить, перекидывалось на соседние магазины и дома, из-за чего сгорали целые кварталы. Попытка бунта среди магического населения, возмущенного таким отношением к маглам, случившаяся спустя два дня после Битвы, была жестоко подавлена, и волшебники, выказывающие протест, сейчас находились не в лучшем положении,чем маглы. Беллатриса вернулась так же неожиданно, как и ушла. Драко, который краем глаза следил за сидящей на земле и тихо всхлипывающей маглой, услышал возбуждённые крики. Беллатриса быстро подскочила к нему, потянув за собой.

— Быстрее, мы должны вернуться в замок, — прошипела она, больно стиснув его локоть. — Быстрее!

Не понимая, что происходит, не понимая, почему тётка выглядит такой встревоженной, он двинулся вперёд, прекрасно видя дорогу из-за бушующего пламени. Все пожиратели, учавствующие в этом рейде, уже собрались в полукруг, возбужденно переговариваясь.

— Белла, ещё дольше могла ползти? — набросился на неё Роули и тут же попятился назад — палочка Беллы угрожающе уткнулась ему в горло, и несколько вылетевших искорок слабо блеснули в темноте.

— Ещё слово, — прошипела она, тяжело дыша ему прямо в лицо, — и ползти будешь ты.

Чтобы её угроза подействовала, Белла подержала палочку ещё секунды три и отвернулась от выпучившего глаза Роули. Не удостоив его взглядом, она обратилась к Долохову, который, так же как и остальные пожиратели, с настороженным испугом смотрел на только что завершившуюся сцену.

— Нам нужно вернуться в замок? Так что встали! — рявкнула Беллатриса. Маги засуетились, отходя друг от друга и трансгрессируя. Белла отправилась последняя; коротко приказав Драко появиться в Большом зале и идти вместе со всеми, она исчезла в вихре аппарации. Драко практически сразу последовал за ней: что-то ему подсказывало, что в Хогвартсе случилось что-то из рук вон выходящее, иначе зачем нужно было выдергивать их с рейда? В замке остались пожиратели, их было немного, но всё же. «Что-то случилось… что-то случилось… — лихорадочно думал он, спеша вместе со всеми на место происшествия. Пожиратели вытащили палочки и спешно направлялись куда-то в сторону подземелий, но, не дойдя до него пары десятков метров, свернули в боковой коридор. Он услышал крик и следом испуганный возглас, смутно показавшийся знакомым. Драко прислушался, замедляясь, пытаясь опознать кричавшего. Крик повторился, но на этот раз потонул в громком взрыве, и впереди он увидел ярко-красную вспышку парализующего заклятия. Кто-то грязно выругался, выставляя щит. Драко рванул вперёд, силясь догнать остальных. Вдруг он заметил в толпе бегущих знакомую светло-русую макушку и, отчаявшись понять происходящее, закричал: — Блейз! Остановись!

Тот обернулся и будто бы нехотя остановился. Драко подбежал к нему и, с трудом переводя дыхание, выпалил:

— Что случилось? Куда все бегут?

Забини ухмыльнулся, разворачиваясь и делая Драко знак идти следом. — Повнимательнее будь, приятель, — бросил он через плечо. — Ты что же, не слышал — Орден сбежал. Лорд велел догнать их и привести назад.

— Орден? — тупо переспросил Драко, хватая его за локоть. — Что ты ещё знаешь? Скажи мне!

Наверно, что-то странное отразилось в его взгляде, и Блейз подозрительно оглядел его.

— Ты в порядке? Что с тобой? Как-то ты разволновался.

Его слова будто привели Драко в чувство. Он передёрнул плечами и придав голосу былое равнодушие, произнёс: — Не дури, Блейз. Всё со мной нормально, просто… я не ожидал побега Ордена. Это невозможно! Они же под охраной.

— Я тоже так думал, — мрачно произнёс тот и развёл руками, — но, как видишь… Спасибо Крэббу и Гойлу, что упустили их. Пошли быстрее, а то всё шоу без нас закончится.

Драко хотел было спросить, о каком шоу идет речь и при чём здесь Крэбб, но не решился. Хватит и того, что сейчас он чуть ли не истерил перед Блейзом, расспрашивая его про побег Ордена. Он бросился вдогонку за другом, размышляя на бегу, как этим проклятым фениксовцам удалось сбежать. И где, чёрт, возьми Крэбб с Гойлом? Разве не всех послали в погоню за пленниками… Он выскочил во двор, завидев впереди рыжие макушки Уизли. Пожиратели настигали их. Один за другим орденцы исчезали, трансгрессируя в неизвестном направлении. За считаные секунды остались только Люпин и Лавгуд, но и они быстро последовали за своими товарищами. Когда они, держась за руки, уже практически исчезли, пронзительно завизжала Беллатриса. Отправленное ею режущее проклятие влетело прямо в уходящих беглецов. Драко показалось, что вздрогнул Люпин и что-то прокричала стоящяя рядом с ним Лавгуд, но он не был уверен.

Пожиратели не догнали их. Ордену удалось сбежать. Странная, горячая волна непонятного облегчения разлилась в груди Драко, в то время как пожиратели бесновались, чувствуя нависшую над ними грозовую тучу Лордова гнева.

Среди общей суматохи раздался неестественно спокойный голос Рабастана: — Возвращаемся. Лорд ждёт.

* * *

Когда же это кончится!? Драко больше не мог находиться здесь, в этой насквозь пропитанной страхом комнате, где пожиратели смерти валялись у Лорда в ногах, моля о прощении, доказывая свою невиновность и обвиняя в произошедшем соседа… Кажется, уже несколько часов кряду вопит Крэбб, сваливая всё на Гойла. А в ответ Гойл обвиняет его в том, это это была идея Крэбба — открыть дверь и посмотреть, что же там случилось с Уизли. Драко мог бы их пожалеть, но не стал. Эти два придурка получают по заслугам. Это же надо быть такими идиотами — выпустить Орден, поддавшись на их уловку! Сам он предпочел не думать, как поступил бы в этой ситуации.

Драко нервно сжал кулаки, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Тёмное облако нависнет и над ним, если Беллатриса заикнётся о его трусосте во время рейда. А если она заметила, что он не учавствовал в поимке Ордена… Ему будет очень плохо.

Пожиратели продолжали молить о пощаде. Несмотря на то, что часть из них уже была наказана, они всё ещё говорили о своей невиновности. Особенно раздражала Драко Паркинсон. Её визгливый голос, переходящий в истерические вопли, больно бил по ушам. Он понимал, что эта четвёрка, обманутая Орденом, заслужила наказание, но от этого зрелище не становилось менее отвратительным. Драко презирал их за глупость, из-за которой сейчас расплачивались все. «Они сами виноваты, — твердил он себе, пытаясь заглушить внутренний голос, который шептал ему, что он тоже мог бы оказаться на их месте. — Я бы никогда не попался так глупо».

Он гнал эти мысли прочь, сосредотачиваясь на происходящем.

А Орден Феникса, благополучно вырвавшись из лап пожирателей, строил планы по свержению Лорда и освобождению Гарри Поттера из Азкабана.