Часть 1

Бри Ван де Камп протёрла последние тарелки и поставила их на полку, не забывая аккуратно вытереть каждую кромку. Дом всегда должен быть идеален, и она была уверена, что она — единственная, кто способен поддерживать этот идеал. Даже если ей приходилось надрывать себя, убирать следы недавних ссор и неудач, скрывать любые признаки тревоги, которые могли бы вывести её из равновесия. Всё должно было быть идеально.   Когда раздался звонок, Бри даже не удивилась. Она не ожидала ничего важного, но мгновенно почувствовала, как привычный холодок осторожности скользит по ее спине. Сначала она подумала, что это просто рекламный звонок, но, увидев номер на экране, сразу поняла, что это нечто важное. Её рука застыла в воздухе.    — Слушаю? — голос был ровным, без малейших колебаний, как всегда.   — Добрый день, миссис Ван де Камп, — ответил голос с другой стороны. — Это лечащий врач вашего мужа, госпиталь "Сент-Лука". Я вынужден сообщить Вам, что состояние мистера Ван де Кампа, значительно ухудшилось за последние полчаса. В связи с этим мы приняли решение провести срочную операцию. Он уже в операционной.   Внутри что-то сжалось, но внешне она не выдала ни малейшего беспокойства.   —   Мы сделаем все возможное, но, к сожелению, есть опасения, что он может не дожить до утра.   Бри, несмотря на свою внешнюю невозмутимость, почувствовала, как кровь отходит от лица. Всё происходило как в замедленной съёмке: слова, предложения, не дающие времени на раздумья. Она продолжала стоять на месте, держа трубку, и лишь слегка выдохнула. Всё ещё без выражения.   — Бри?   — Конечно, — её голос был вежливым, спокойным, с лёгкой улыбкой. — Понимаю. Спасибо за информацию. Я приеду, как только смогу.   Но, положив трубку, она не сразу двинулась в сторону двери. Вся её уверенность, вся эта контролируемая сдержанность вдруг как-то развеялась в воздухе, оставив за собой лёгкий, почти незаметный укол тревоги. Что-то не так... Она вернулась в кухню и посмотрела в окно на пустую улицу. Дом был такой, каким она его привыкла видеть. Даниэль и Эндрю были в школе, всё, как всегда, было на своём месте. Но что-то щемящее внутри её не отпускало. Может быть, это осознание, что теперь всё может измениться? Что она не может больше быть той, кто контролирует каждую деталь своей жизни? Как она, всегда чётко следящая за порядком, теперь оказалась в ситуации, где не всё зависит от неё?   Бри слегка качнула головой, пытаясь вернуть себя в реальность. Она могла продолжить выполнять свои привычные обязанности, точно так, как делала до этого. Но, несмотря на это, мысль о том, что Рекс может не выжить, теперь неожиданно и прочно засела в ее голове.    Не было страха или паники — миссис Бри Ван де Камп не позволяла себе этого. Но что-то другое, более тяжёлое, медленно проникало в её сознание. Это было неясное чувство, трудное для осознания, как туман, скрывающий реальность. Это было ощущение уязвимости, словно её привычный мир вдруг стал ненадёжным, и все, что она считала постоянным, могло в одно мгновение разрушиться.   Она не могла понять, что именно её пугает — сама ситуация или осознание того, что она абсолютно беспомощна перед тем, что происходит. Ситуация была слишком сложной, слишком болезненной, и теперь, несмотря на её внешнее спокойствие, она начала ощущать всю тяжесть возможной утраты. Бри взглянула на сервиз, ещё раз провела по нему тряпкой, как будто это могло помочь ей вернуть контроль.    Ещё совсем недавно она была уверена, что уход Рекса, после всего, что между ними произошло, — будет для неё настоящим облегчением. Она долго обдумывала это, представляя, как будет легче дышать, как её жизнь снова станет её собственностью, не обременённой ни его молчаливой критикой, ни скрытыми обвинениями. Её не будет больше мучить его измена, которую она так долго пыталась игнорировать, хотя боль от неё никуда не уходила.    Когда она узнала, что он был с другой женщиной, Бри почувствовала себя преданной. Это было не просто нарушением её доверия — это был удар, который поставил под сомнение всё, что она считала важным в своих отношениях. Она на протяжении долгого времени пыталась восстановить их, строя мосты, где уже давно не было основания. И после того как узнала о них с Мейси Гиббонс, Бри была уверена, что потеря Рекса — это не конец, а освобождение. Он же не заслуживал быть частью её жизни после того, что сделал.   Но сейчас, когда ей сказали, что ее муж может не дожить до утра, всё изменилось. В тот момент, когда она услышала эти слова, её уверенность в том, что его уход будет облегчением, исчезла. Она вдруг осознала, что, несмотря на всё его холодное безразличие, несмотря на его измену и отказ быть тем мужем, которого она хотела, всё это время он был её частью. Он был частью её мира, частью её собственной стабильности, того самого «порядка», который она так тщательно создавала. И теперь, когда его жизнь висела на волоске, что-то внутри неё, что она никогда не осознавала, будто бы разорвалось. В мыслях о его уходе она не учитывала того, как сильно он, несмотря на свою холодность, всё же был её опорой, каким бы больным и разрушенным этот союз ни был.   Бри подошла к входной двери, на мгновение посмотрев на своё отражение в зеркале. В её жизни всегда было место для решения, которое не требовало эмоций. Она привыкла действовать чётко, без колебаний, с уверенным шагом. Это был её стиль.   Подняв пальто и аккуратно накинув его на плечи, она не позволяя себе ни секунды для колебаний. Всё было продумано до мелочей: одежда, прическа, макияж, действия. Она не могла позволить себе слабость, не могла дать себе право на сомнения. Она была Бри Ван де Камп. Ей нужно было ехать в больницу, и она сделает это, как бы тяжело это ни было. Как бы не менялась её жизнь, она всегда должна была оставаться сильной.   Но на каждом шаге что-то внутри неё сопротивлялось. Она чувствовала, как теряется не только контроль над ситуацией, но и над собой. Её тело двигалось автоматически, но внутри, в её сознании, было нечто большее, чем просто ответственность. Страх, который она не хотела признать, пронзил её в самый момент, когда она покинула дом. И вместо того чтобы идти в уверенности, Бри почувствовала, как эта уверенность начинает таять, как ледяная вуаль, покрывающая её душу.   Села в машину. Застегнула ремень. И, несмотря на всю её решимость, она не могла отогнать эту мысль: Что, если всё изменится навсегда?