7. shiner

      В пятницу Рей не приходится много готовить, поскольку большая часть приготовленной во вторник еды до сих пор стоит в холодильнике. Она снова варит суккоташ и убирает в детской.       Фиби куда-то ушла с Арчи и Эмилин, а мистер Соло сидит наверху, в своём кабинете. К семи Рей заканчивает свою работу и ей хочется успеть домой к началу любимого сериала, но она боится беспокоить мистера Соло. Вместо этого она сидит на диване и вяжет шарф, который далёк от идеала. Ей стоит обратиться к маме за помощью.       Спустя полчаса мистер Соло спускается вниз. Рей старается держать спину прямее и сосредотачивается на вязании, когда он проходит мимо неё на кухню. Со вторника она только и думала о том, как его рука легла на её плечо, гадая, не повторится ли это снова. Он, конечно же, не хотел ничего дурного — просто пытался успокоить истеричную девчонку.       — Мисс Ниима.       Рей оживляется. Мистер Соло стоит в дверях кухни с бесстрастным выражением на лице. Ой, возможно, ей стоило прийти и позвать его на ужин.       Она вскакивает и спешит на кухню, протискиваясь мимо мистера Соло прямиком к шкафчикам. И тут Рей замечает, что стол уже накрыт, она замирает на долю секунды, прежде чем занять своё место.       Рей не особо голодна, но доедает всё до последней крошки. Дома её всегда наказывают, если в тарелке остаётся хоть немного еды, и она не сомневается, что и мистер Соло не потерпит расточительства. Вилки скребут по тарелкам в тишине. Семейные ужины обычно сопровождались оживлённой беседой, но мистер Соло не отличался общительностью.       Рей поглаживает край столешницы.       — Э-э-э… Сэр? Я могу быть свободна? Я хотела пойти домой и посмотреть «Люси».       Он не реагирует. Мистер Соло дожёвывает кусочек и подхватывает следующий вилкой. Пауза затягивается, и Рей уже откровенно жалеет, что вообще задала этот вопрос. Он отгораживается от некоторых вещей молчанием, будто они настолько ничтожны, что не заслуживают внимания. Наверное, ему не нравится «Я люблю Люси». Это глупенькая программа.       — Или я могу вернуться к вязанию… — бормочет Рей.       — Это было бы куда более продуктивным использованием времени.       После ужина она убирает со стола, а мистер Соло занимает кресло со стаканом спиртного и книгой. Рей робко устраивается на диване и принимается за вязание.       Она чувствует его присутствие и заметно нервничает, но, похоже, он больше увлечён книгой. Иногда Рей буквально кожей ощущает его взгляд, хоть и не смеет встретиться с ним глазами. Вместо этого она продолжает делать вид, будто ничего не замечает. Одна мысль о том, что он наблюдает за ней, приводит Рей в неописуемый ужас.       — Твой отец в курсе, что ты смотришь эту передачу?       Рей отвлекается от шарфа. Мистер Соло читает свою книгу, не глядя на неё.       — Да, сэр, — говорит она.       Он вскидывает брови, однако не отвечает. Все смотрят телевизор, и «Люси» очень популярна. Нет ничего странного в том, что она смотрит его.       Неодобрительная реакция мистера Соло заставляет Рей усомниться. Возможно, она напрасно тратит время на глупые передачи.       «Я могла бы лучше вязать», — думает она, пытаясь разгладить шарф. «Я могла бы больше читать. Может быть, если бы я больше читала и меньше смотрела телевизор, мистер Соло лучше бы относился ко мне».       Она не знает, почему для неё так важно его одобрение. Он — начальник её отца, и, само собой, Рей старается произвести на него хорошее впечатление, но в то же время ей хочется заслужить ещё одно продолжительное похлопывание по плечу.       Они так увлекаются, каждый своим делом, что не замечают наступления темноты. Мистер Соло глядит на часы и подзывает Рей к себе. К сожалению, она пропустила свою программу, зато преуспела в вязании. Ей уже не так стыдно показать этот шарф маме.       Мистер Соло провожает её по тёмной улице к дому. Он держит руки в карманах и смотрит прямо, а Рей глядит себе под ноги.       — Спасибо за ужин, мисс Ниима.       Она поднимает глаза.       — Не за что, сэр.       Они подходят к дому Рей. Мистер Соло звонит в дверь, мама же, вопреки обыкновению, далеко не сразу открывает её. Она слегка прячется за дверью, высунув голову, чтобы улыбнуться мистеру Соло. Рей с хмурым видом заходит внутрь. Мамино лицо выглядит раскрасневшимся.       — Она хорошо себя вела? — уточняет мама. Её голос дрожит.       — Да, не сомневайтесь. Мы надеялись забрать Рей к себе после воскресной службы, если вы, конечно, не против. Я верну её домой к ужину.       — О, без проблем. Рей вполне может пропустить один воскресный ужин. — Мама начинает закрывать дверь. — Значит, увидимся в воскресенье в церкви?       — До встречи.       Дверь захлопывается, мама запирает её. Она стоит, скрестив руки на груди, и от Рей не укрывается перемена в её настроении. В уголках маминых глаз блестят слёзы. Рей пытается осознать случившееся, ведь это так на неё не похоже. Мама никогда не плачет в её присутствии.       — Что стряслось, мам? — беспокоится Рей.       Мама лишь качает головой и пытается улыбнуться. Она вытирает слёзы, катящиеся по щекам, и Рей замечает круглые багровые синяки на её предплечье.       — Просто у нас с твоим отцом случилась небольшая размолвка, — отвечает мама, поджав губы. Она всхлипывает и вновь смахивает подступившие слёзы. — Беги наверх и прими ванну.       — Что с твоей рукой?       — Ничего, милая. Беги.       Синяки тревожат Рей. Она обнимает маму, прежде чем подняться наверх, и останавливается на последних ступенях, держась рукой за перила. Иногда у её родителей действительно возникали подобные ситуации, но она никогда не слышала, как они ссорились. Рей возвращалась домой и видела последствия: расстроенную маму и уединившегося в спальне отца. На следующий день они вели себя как ни в чём не бывало.       Но ей невыносимо видеть мамины слёзы.       Рей крадётся по коридору к кабинету отца и стучит в дверь. Он приглашает её войти, и она просовывает голову внутрь, оглядываясь.       Он сидит за своим столом и что-то пишет, всё ещё одетый в рабочую одежду. Он поднимает взгляд, когда Рей закрывает за собой дверь и подходит к нему. Её отец — хороший человек, добрый и терпеливый. Обычно.       — Что-то ты припозднилась сегодня.       — Прости, пап. Я увлеклась вязанием. — Рей стоит возле его стола, небрежно сцепив руки. — Мама расстроена.       Его брови приподнимаются, и отец отвлекается от работы. Он молчит, и Рей продолжает:       — У неё синяки. Мне кажется…       — Рей, — с обманчивой ласковостью прерывает он.       — Думаю, ты сделал ей больно. — Рей сглатывает вставший в горле комок, встретив стальной взгляд отца. — Ты не должен оставлять её плачущей… вот так. — Её сердце сжимается. — Ты же сильнее её, папа. Ты вообще не должен поднимать на неё руку.       Она испытывает те же чувства, когда мистер Соло прикоснулся к Фиби, но ему она не осмелилась бы сказать хоть слово. Она вообще не должна говорить об этом, сделав вид, будто ничего не происходит. Строго говоря, это не её дело.       Отец глядит на неё через стол и барабанит пальцами по лежащей перед ним записке.       Затем он встаёт.

***

      Они собираются на воскресную службу. Рей выбирает одежду с длинными рукавами. Немного жарковато для них, но мама одета так же, так что она, по крайней мере, не будет выглядеть странно.       Жизнь входит в привычное русло, если не считать нескольких синяков на руках Рей. Она невозмутимо завтракает вместе с родителями, стараясь не подавать виду, что дуется или обижена на отца. Она спокойно отвечает на его вопросы с лёгкой улыбкой, следуя маминому примеру. Папа сказал, что каждый проступок имеет последствия, и теперь ей придётся с этим мириться.       Они едут в церковь в полном безмолвии. Мама сразу теряется в толпе прихожан, увлекаемая подругами, папа тоже отходит к своим знакомым. Роуз приболела, потому Рей остаётся сидеть на скамье в одиночестве. У неё болят руки.       — Прекрасно выглядите, мисс Ниима.       Голос мистера Соло отвлекает Рей от безрадостных мыслей. Её сердце трепещет в груди, и она улыбается ему, хотя ей хотелось плакать все выходные.       — Ой, простите… — Рей сдвигается в сторону, освобождая для него место. — Спасибо, сэр.       Мистер Соло опускается на скамью подле неё. Скамья скрипит, когда он садится, зажимая руки между коленями, его бедро прижимается к бедру Рей, как и в прошлый раз. Она украдкой глядит на его ноги и быстро переводит взгляд на свои сжатые кулаки. Мистер Соло берёт Библию, открывает её и больше не говорит с ней.       Родители возвращаются к началу службы и приветствуют мистера Соло. Он встаёт, здороваясь с мамой, и они обмениваются поцелуями, как это принято среди взрослых.       — Так приятно снова видеть вас, мистер Соло, — говорит отец, усаживаясь рядом с мамой. — Планируете и дальше ходить сюда?       — Думаю, да, — отвечает мистер Соло. Он подаётся вперёд, чтобы вернуть Библию на полку. — Это хороший приход.       Рей искренне не понимает, чем тут можно восхищаться. Проповедь настолько скучна, что один или два раза она чуть не засыпает, прислонившись к плечу мистера Соло. Но события пятничного вечера не выходят у неё из головы, а ещё неизбежное наказание, которое непременно последует, если она умудрится заснуть во время службы. Каким-то чудом Рей удаётся сдержаться.       Наконец проповедь подходит к концу. Прихожане высыпают на улицу, где общение продолжается, а Рей стоит полукругом в компании родителей и мистера Соло. Одной рукой она держится за предплечье, другая — свободно свисает вдоль её тела.       — Ох, дорогой, мистер Соло планировал забрать Рей до самого вечера, — говорит мама. — Прости, я совсем забыла об этом.       Рей замечает, что непринуждённая улыбка отца становится чуть более сдержанной. Он обнимает маму за плечи, а та, подняв глаза, улыбается ему. Мистер Соло наблюдает за ними, но выражение его лица ничуть не меняется. Лёгкий ветерок ерошит его чёрные волосы.       — Если у вас были какие-то планы, я, конечно же, не обижусь, — примирительно говорит мистер Соло. — Я знаю, как ты ценишь время, проведённое с семьёй, Джек.       — Нет-нет, никаких проблем, Бен, — отвечает отец. Он целует маму в макушку. — Я всё равно хотел пригласить Жанетт отобедать.       Они прощаются, и мистер Соло ведёт Рей к своей машине.       Поездка домой занимает около пятнадцати минут. Рей сидит, словно жердь проглотила, всерьёз опасаясь, что одним только присутствием может повредить какую-нибудь деталь, — тогда папа рассердится на неё ещё больше. Это отличная машина. Дорогая. Мистер Соло, должно быть, зарабатывает не в пример больше её отца.       Он молчит всю дорогу, пока они не сворачивают на подъездную дорожку к его дому. Рей сглатывает комок и ждёт, когда он выйдет из машины.       Вот только он никуда не спешит. Они сидят в тишине какое-то время. Рей осмеливается взглянуть на него и видит, как он задумчиво поглаживает большим пальцем оплётку руля.       — Не слишком ли жарко для длинных рукавов, мисс Ниима?       Этот вопрос сбивает Рей с толку. Неужели его так волнует длина её рукавов? Она беспомощно пожимает плечами.       — Нам с мамой утро показалось прохладным, — отнекивается Рей.       — Ах, вот оно что.       Напряжение нарастает. Наконец мистер Соло выходит из машины, а Рей следует за ним.       Фиби, как обычно, проводит время с подругой. Рей заходит в тёмный дом, наполненный прохладой. Она дрожит в ожидании указаний. Может, нужно приготовить что-нибудь ещё или навести порядок в детской? А вдруг он попросит её прибраться в их спальне? Было бы крайне неуместно, не так ли?       Рей размышляет о том, насколько этично убирать спальню женатого мужчины, когда мистер Соло подкрадывается к ней сзади и застаёт врасплох. Ещё немного — и её сердце выпрыгнет из груди.       Его пальцы скользят по её рукам. Они поднимаются к локтю и опускаются вниз — невесомо, как пёрышко. Рей замирает, когда мистер Соло удерживает её за запястье, тем временем другой рукой задирая рукав. Он действует решительно, но не грубо, не оставляя Рей шанса протестовать.       Её всю трясёт, когда рукав поднимается достаточно высоко. Мистер Соло молчит, изучая открывшиеся его взгляду отметины. Рей неловко демонстрировать ему так много обнажённой кожи, но она не осмеливается возразить. Она ждёт и дрожит от его ласковых прикосновений. Ей едва удаётся дышать.       Кажется, это длится целую вечность. К тому моменту, когда мистер Соло аккуратно опускает её рукав, у Рей кружится голова. Он сжимает её предплечье своей огромной ладонью, отчего её нутро стягивает узлом. Кожу покалывает в местах, где он касался её.       — Почему бы тебе не присесть на диван, дорогая? — шепчет он. И снова сжимает её руку. — Я разогрею для нас остатки еды.       Рей машинально кивает. Мистер Соло обходит её, словно бы ничего не произошло, а она остаётся стоять, едва держась на ногах, в полном недоумении.