6

В восемь часов утра я была дома, который встретил меня холодными серыми стенами. Хорошо, что сегодня суббота. Эти пару дней можно никуда не идти. Я опустилась рядом с входной дверью. Осмотрев коридор, из глаз снова полились слёзы. Только предыдущим утром они провожали меня в школу, а сегодня их уже нет. Так я просидела пару часов. Меня отрезвил звук входящего сообщения. На экране сообщение от подруги: «Ты слышала, что произошло сегодня ночью? Я надеюсь ты дома? Как проснёшься, позвони мне». Я написала быстрый ответ, что со мной всё хорошо и мол только ложусь спать. Поэтому созвонимся потом. — Девочка моя... — перед глазами появился мой верный лис. — Думаю тебе стоит пойти отдохнуть, ты второй день без сна. — Не хочу. В моих глазах читалась пустота. — Малышка, я понимаю тебе тяжело. Но ты устала, дай себе небольшой отдых. — Это всё моя вина... — Ди, ты не могла знать наперёд... Дух прикоснулся к моему колену лапой. И в этот момент что-то внутри щёлкнуло, и голос сорвался на крик: — Я ДОЛЖНА БЫЛА ЗНАТЬ, ЛЕНИ! ДОЛЖНА БЫЛА ЭТО ОСТАНОВИТЬ! ИЗ-ЗА СВОЕЙ ГЛУПОСТИ Я УПУСТИЛА АЙКУ. ИЗ-ЗА СВОЕЙ НЕОСМОТРИТЕЛЬНОСТИ ПОЗВОЛИЛА СЛУЧИТЬСЯ ВЗРЫВУ. ОНИ ПОГИБЛИ ИЗ-ЗА МЕНЯ! Я ДОЛЖНА БЫЛА БЫТЬ ВМЕСТЕ С НИМИ! Я МОГЛА ИХ ЗАЩИТИТЬ. КАКОЙ Я К ЧЁРТУ СТРАЖ, КОГДА НЕ СМОГЛА ЗАЩИТИТЬ САМОЕ ДОРОГОЕ, ЧТО У МЕНЯ БЫЛО... На этом крике я закашлялась, Лени принёс мне воды в своих лапках. После чего я продолжила более спокойным, но злым голосом: — Айка поплатится за это. Обещаю, что безнаказанным он не выйдет. Я бросилась в свою комнату к компьютеру, где собиралась продолжить поиск информации. Лени же только вздохнул от безысходности и поплёлся за мной. Весь оставшийся день я провела штудируя информацию. На следующее утро я проснулась за столом от мелодии на телефоне. Неизвестный номер позвонил в 9 утра. Я усмехнулась, на пару часов таки вырубилась. Приняв вызов, в трубке послышался мужской голос: — Диана Андерсон? — Да, это я. — Вас беспокоит следователь дежурной части центрального района города Чикаго. Думаю вы уже слышали про случившееся на Мичиган Авеню. Были обнаружены два тела, по описанию схожие на Эмму Андерсон и Эндрю Митчелл. Просим вас прибыть в участок на опознание. — Да... хорошо. Мой голос дрожал, вспоминая ужас вчерашней ночи. Пришлось взять себя в руки и собираться в участок. После опознания, мне принесли слова соболезнования. Из участка мне позволили поехать домой, и быть там до похорон. После органы опеки должны решить все вопросы о моей дальнейшей жизни. Мне ведь ещё даже шестнадцати нет. Приехав домой, не было ни сил, ни настроения. Включив телевизор, по первому же каналу крутили новости. Рассказывали про случившуюся катастрофу. Показывали списки погибших. Я старалась не смотреть, отошла на кухню, налить себе воды. Казалось всё это страшный сон, стоит только проснуться и всё будет хорошо. Вот только... «Нам только что поступили обновлённые списки, в них появились имена известных людей...» — телеведущая начала произносить имена, которые знают многие. После её следующих слов, наконец пришло осознание реальности. «Также были обнаружены тела известного в высших кругах риелтора Эндрю Митчелла и его жены, скандальной (в прошлом) журналистки Эммы Андерсон. По неизвестным источникам, у них осталась несовершеннолетняя дочь. Однако официальных данных не найдено». Наконец я поняла, их больше нет. У меня больше никого нет. Эмма официально не признавала, что у неё есть дочь. Я числюсь только в документах. И все архивы официально засекречены. Только близкие знают правду и больше никто. Меня снова пробило на истерику. Через несколько часов в дверь постучали. На пороге стояли мои друзья — Эмили и Алан. — Ди, мы принесли тебе еду, — осторожно сказала рыжеволосая. — Не хочу есть, — ответила я, не глядя на них. — Мы знаем, что тебе плохо, но ты не можешь так себя загонять, — Брюнет пытался меня приобнять. — Оставьте еду и уходите, — мой голос звучал резко. Они молча оставили пакет с едой и ушли, но на следующий день вернулись снова. — Ди, пожалуйста, поговори с нами, — умоляла Эми, на ее глазах были слезы. — Ты не можешь справиться с этим в одиночку. — Уходите, — прошептала я, отворачиваясь к ...стене. Но подруга не сдавалась. — Мы знаем, что ты сильная, но даже сильным иногда нужна поддержка, — мягко произнесла она. — Мы беспокоимся о тебе. Алан молча положил руку мне на плечо. Все последующие дни прошли как в тумане. От школы меня освободили на ближайшее время — решение психолога. Подготовка, похороны, соболезнования, все формальности — всё смешалось в одно. Днями я проводила в родительской комнате, обнимая мамин любимый плед, который пах её духами. Лени принял физическую оболочку и всегда был рядом. Хоть он и твердил, что не любит всех этих сентиментальностей, однако грустил не меньше и позволял мне плакать. По ночам из-за невозможности уснуть я просила духа трансформировать меня, и до рассвета сидела на крышах. Очень часто приходила на крышу возле разрушенных зданий и уходила только когда наступал рассвет. Друзья продолжали навещать меня. Они приносили еду, пытались разговорить, но я всё так же отказывалась от общения. Питалась я одними бутербродами и энергетиками. От остальной еды только воротило. Я сильно похудела и ослабла, но продолжала защищать город. По новостям изо дня в день рассказывали про героя из Чикаго, который помогал вытаскивать людей. «Это была девушка, облачённая во всё чёрное. Глубокий капюшон и маска, из-за которых не было видно лица. Она нас успокоила и вывела оттуда», — рассказывала молодая девушка 25 лет. «Она была очень сильна, легко подняла кусок бетона, который меня придавил. Ещё вокруг неё было как будто слегка синеватое поле», — говорил мужчина на больничной койке с загипсованной ногой. «У меня было пробито лёгкое, она подняла меня как пушинку и отнесла врачам. Спасибо ей, если бы не она, я бы больше никогда не увидела своих девочек», — плакала женщина 43 лет, обнимая своих дочерей. «Девушка помогла нам с завалами, но, к сожалению, мы не знаем кто она. Она растворилась в ночи, словно тень», — сообщил офицер полиции. «Очевидцы прозвали героиню чёрным ангелом из-за её облика и действий. Интересно, кто же она...» — заключил журналист. Я только истерично смеялась над этими высказываниями. Ангел? Очень сомневаюсь. Через две с половиной недели в доме появились незваные гости. Органы опеки приехали в сопровождении нотариуса родителей — Джонатана Майерса, а также Маргарет Митчелл, сестры Эндрю, и её сына Майкла. Эти люди вызывали у меня лишь отвращение. — Диана, я Джонатан Майерс, нотариус. Твои родители неоднократно обращались ко мне за помощью. Мы с миссис Грейс здесь, чтобы обсудить вопрос твоего дальнейшего проживания, — начал мужчина, стараясь сохранять профессионализм. — А разве я не могу остаться здесь? — мой голос дрожал от волнения. Миссис Грейс, приятная на вид женщина лет сорока, решила ответить сама: — Диана, ты несовершеннолетняя. По закону ты не имеешь права самостоятельно распоряжаться счетами и имуществом, а также проживать одна. — Верно. По документам из ближайших родственников у тебя только миссис Митчелл, твоя тётя, — добавил Майерс. Маргарет, не скрывая презрения, окинула меня ледяным взглядом: — Всё верно, только эту девочку я брать к себе не собираюсь. Мой брат был слишком добр, приняв в семью эту...потаскушку, неизвестно от кого родившую. И её подкидыша тоже. Я сжала кулаки, готовая ответить, но Майерс опередил меня: — Маргарет, прошу вас воздержаться от оскорблений. Мы правильно поняли, что вы отказываетесь взять под опеку приёмную дочь вашего брата? — Именно так. Я не намерена нянчиться с безродным созданием. Не хочу, чтобы мой сын видел перед собой такой пример. Мы с Майком здесь только из-за наследства. Мы — единственные близкие родственники Эндрю, — процедила она сквозь зубы. — Вопрос наследства будет решён после оглашения завещания... — начал Майерс. — Так огласите его! — резко перебил мужчину Майк, парень моего возраста. — Молодой человек, перебивать невежливо. По закону я имею право огласить завещание только через три месяца со дня смерти. На этот период всё имущество будет находиться под опекой государства. Как только срок истечёт, оно перейдёт к законным наследникам. Маргарет фыркнула, но промолчала. Сын последовал ее примеру. После нескольких формальных вопросов они наконец покинули дом. Миссис Грейс подошла ко мне: — Диана, нам нужно поговорить. — Что теперь будет со мной? — спросила я, глядя на неё с надеждой. Она вздохнула: — К сожалению, поскольку твоя тётя отказалась от опекунства, по закону мы обязаны определить тебя в приёмную семью. Пока мы будем искать подходящую, тебе придётся некоторое время провести в приюте. — Неужели нельзя как-то изменить это решение? — в моём голосе звучала отчаянная мольба. — Только если кто-то официально оформит над тобой опеку. Но обычно это делают родственники, а единственный возможный кандидат уже отказался. Я опустила голову, борясь с подступающими слезами. — Я дам тебе пару часов на сборы. После этого ты должна передать ключи мистеру Майерсу до выяснения всех обстоятельств, — мягко сказала миссис Грейс. Майерс подошёл ко мне и положил руку на плечо: — Не переживай так сильно. Знаю, это нелегко. Но всё обязательно наладится. Я лишь молча кивнула, чувствуя, как рушится весь мой мир.