Глава 11. Ещё одна игра

🎵Halsey — Colors🎵

      В тесноте общей комнаты, на ступенях, ведущих к двухъярусным кроватям, расположились Танос, Намгю, Джиын, Сэми и Минсу. К ребятам также присоединилась Джихё, которая устроилась рядом с Джиын.       — Ах, чёрт, столько людей выжило… — Намгю, с грустью в голосе, размял затекшую шею.       — Да уж, слишком много выживших, — кивнула Джиын. В её взгляде читалась неприкрытая досада: 421 прекрасно понимала, что чем больше игроков уцелело, тем меньше будет их денежный приз. Жестокая арифметика выживания.       Намгю повернулся к Минсу и тихо позвал:       — Эй.       125, словно съежившийся в комок, обнимал себя, пряча лицо.       — Эй! — Намгю повысил голос, настойчиво требуя внимания.       Минсу посмотрел на него.       — Сколько, думаешь, их осталось? — спросил Намгю, не отводя взгляда.       — Что? — переспросил Минсу.       — Сколько… сколько всего тараканов, по-твоему, осталось в игре? — Намгю постарался выразиться как можно понятнее.       Минсу обвел взглядом общежитие, словно пытаясь уловить ускользающую цифру в воздухе.       — Кажется, примерно 200.       — А откуда ты знаешь? Ты ИИ*? — язвительно протянула Джиын, вкладывая в свой вопрос всю гамму накопившегося раздражения.       — Иди и посчитай их, — с издевкой предложил Намгю, наслаждаясь замешательством собеседника.       — Сейчас? — неуверенно спросил Минсу.       Намгю и Джиын синхронно закивали, не оставляя ему выбора.       — А-а-а… ладно…       — Угу, — подтвердил Намгю, предвкушая забавное зрелище. Джиын издала тихий смешок.       Минсу уже было собрался встать, но тут Сэми властно положила руку ему на плечо, приказывая остаться на месте.       — Зачем их считать? — Сэми бросила на Намгю и Джиын взгляд, полный нескрываемого презрения. — Тупая идея.       Намгю и Джиын в ответ злобно зыркнули на 380.       — Персонал по-любому нам скоро всё скажет, — продолжила Сэми, игнорируя их неприязнь.       — Слушай, рот свой закрыла! — грубо рявкнул Намгю, не терпящий, когда ему перечат.       — Сучка… — прошипела Джиын, вкладывая в это слово всю свою ненависть.       Сэми смотрела на них с насмешливой снисходительностью, а 124 и 421 сверлили её взглядами, полными неприкрытой враждебности. Даже Джихё, не участвующая в конфликтах с Сэми, поглядывала на 380 с лёгкой неприязнью.       — Stop it! — внезапно вмешался Танос, разряжая обстановку. — Как там тебя зовут? — он повернулся к Минсу, стараясь сменить тему.       — Я Минсу, — ответил тот, немного опешив от такого внимания.       — Сколько лет?       — Мне 27 лет.       — Значит, родился в 1997. Чё ты его слушаешь? Зачем выполняешь его приказы? — он мотнул головой в сторону Намгю, выражая свое недовольство. — Вы ровесники, Намсу!       — Намгю, — с натянутой улыбкой поправил его 124.       — Да, Намгю. Всё правильно?       — Да, — кивнул тот, не желая раздувать конфликт.       — Говорите, как друзья! Вы одногодки! — строго произнес Танос, словно отчитывал непослушных детей. — Будем одной командой! Okay? — затем он повернулся к Джиын. — А тебе сколько, напомни?              — Я 2000-го, — ответила девушка, чувствуя себя неловко под его пристальным взглядом.       — А ты? — спросил Танос Сэми.       — 1996-го, — ответила та, сохраняя невозмутимое выражение лица.       — Значит так, — подытожил Танос, словно расставляя фигуры на шахматной доске. — Джиын — самая младшая, вы — одногодки, — он указал на Намгю и Минсу, подчеркивая их связь. — Ты их старше, — Танос указал на Сэми, словно возлагая на нее определенные надежды. — Давай же, обратись к Сэми «нуна*». — приказал он Намгю.       124 неловко засмеялся, пытаясь скрыть свое смущение.       — Давай! — настаивал Танос, пытаясь подтолкнуть его к примирению.       Но Намгю лишь продолжал смеяться, избегая зрительного контакта с Сэми, которая в ответ лишь снисходительно улыбнулась.       — Джиын, а ты обращайся к Сэми «онни**».       — Ладно, хорошо, — кивнула 421, изобразив подобие дружелюбия.       Намгю и Джиын обменялись красноречивыми взглядами, выражающими крайнюю степень недовольства. С какой стати они должны проявлять уважение к Сэми, если она вызывала у них лишь дикую неприязнь?       А Джихё была удивлена, что Минсу — ровесник Намгю. «Да ему не 27, а просто 7! Такой нытик! Просто позор!» — подумала девушка.       — У нас, между прочим, the coolest team ever! Мы самые молодые и ловкие! — с воодушевлением заявил Танос, пытаясь поднять боевой дух команды. — Вы вообще видели, как Джиын сыграла в ттакчи?!       — Умница, с первого раза выиграла! Да еще как кинула! — восхитился Намгю, вспоминая ее триумф. — У меня никогда не получается с первой попытки, даже когда я играл с мужчиной в костюме. Всё лицо было красным от пощечин, ибо я столько раз проигрывал…       — Джиын еще со времен, как мы вместе учились, прекрасно играет в ттакчи, — Джихё с гордостью смотрела на свою лучшую подругу, радуясь ее успехам.       — А ты, Джихё, сразу попала по камню! Тоже с первой попытки! — восхищалась Джиын, отвечая ей взаимностью. — Онни, ты тоже классно сыграла в бисокчиги, — обратилась она к Сэми, пытаясь выдавить из себя хоть подобие искренней улыбки. — А как ты, Танос, великолепно отбил джеги! Я наблюдала, затаив дыхание!       — Ну а что я, что Минсу — оба облажались в своих мини-играх, — голос Намгю немного поник, словно он переживал из-за своей неудачи. — Я в волчок умею играть с детства. Но вот сегодня что-то пошло не так, хотя я был уверен, что выиграю с первого раза. Я просто безумно нервничал…       — Ну зато ты со второй попытки смог победить. Ты всё равно у меня самый лучший! — Джиын коротко поцеловала Намгю в губы, выражая свою поддержку.       — Бро, ты всё равно молодец! — подхватил Танос, стараясь его подбодрить. — Да мы все хорошо постарались! Неважно, кто с какой попытки выиграл! Теперь нам надо отдохнуть, а утром настроиться на третью игру! Интересно, что это будет?

***

      — Онни, — робко обратилась Ёнми к Хёнджу, не решаясь нарушить ее покой. — я могу задать вам вопрос?       — Да, — ответила Хёнджу, отрываясь от своих мыслей.       — Откуда вы знали, что легче будет перевернуть конверт?       — Я часто играла в эту игру с соседскими ребятами, — с улыбкой пояснила Хёнджу. — Это был мой секретный ход.       — Ясно…       — Простите… — вмешалась миссис Чан. — Могу я тоже спросить?       — Конечно, — кивнула Хёнджу.       — Когда вы играли в джегичаги, почему попросили всех отвернуться?       — Э-э-э, ну-у… — Хёнджу немного замялась и неловко заулыбалась. — Я…типа…       — Вы, наверное, просто стеснительная? — миссис Чан тоже улыбнулась, пытаясь ее понять.       — Не в этом дело… — у Хёнджу вдруг сошла улыбка с лица, словно она вспомнила о чем-то неприятном. — Я ещё не завершила процесс смены.       — Какой смены? — с любопытством спросила миссис Чан, не понимая, о чем идет речь.       Но Ёнсик мигом всё понял, словно молния пронзила его сознание.       — Мама, хватит задавать вопросы! Что ты всё время суешь свой нос? — он был в ярости от ее бестактности.       — Всё в порядке, — произнесла Хёнджу, взглянув на Ёнсика и успокаивая его. — Мне нужно сделать еще несколько операций. Я не хотела, чтобы на меня пялились.       — Какие операции? — не понимала миссис Чан, оставаясь в неведении. Но вдруг ее взгляд упал на грудь Хёнджу. — А-а-а, это хирургическим путём, да??? Ну конечно! Я ещё подумала: отчего они такие большие?!       — Мама, хватит уже! — взмолился Ёнсик, умоляя ее остановиться.       В общежитие вернулась команда Кихуна.       — Что, во второй игре ещё кто-то выжил? — недовольно спросил Чондэ, выражая общее разочарование.       — Это команда этого психа, — сказал Ёнсам, указывая на Кихуна, словно тот был заразным.       — Чёрт возьми… — тяжело вздохнул Чондэ, осознавая, что их шансы на большой куш уменьшаются с каждой минутой. — Насколько это уменьшит призовой фонд?       — Кажется, они не очень рады нас видеть, — с усмешкой заметил Ёниль, наслаждаясь их раздражением.       Чонбэ бодро махал всем рукой. Миссис Чан помахала ему в ответ, проявляя свою доброжелательность.       — Эта женщина милая! — широко улыбался Чонбэ, глядя на миссис Чан с теплотой. — Я скучаю по маме!       В общежитие зашли менеджеры игры.       — Вы все выдержали вторую игру. Примите наши поздравления. Итак, позвольте объявить результаты второй игры, — и менеджер с помощью пульта погасил в общежитии свет, создавая атмосферу таинственности.       В копилку стали сыпаться пачки денег, словно дождь из купюр, о котором мечтал каждый из присутствующих. За этим зрелищем жадно наблюдали игроки, не отрывая глаз от денежного потока.       — Во второй игре выбыло 110 игроков. Призовой фонд сейчас составляет 20,1 миллиарда вон. Призовой фонд на каждого из оставшихся 255 игроков составляет 78 823 530 вон.       — Как это? Это даже не 100 миллионов! — возмутилась Джихё, чувствуя себя обманутой. — Даже не 80!       — Умерло 110 человек, и это всё??? Вы точно правильно посчитали??? — разволновалась Джиын, сомневаясь в их честности.       — Не может быть! Вы стольких расстреляли! — кричал игрок 285, словно его обокрали. — Их было всего 110?!       — Пересчитайте! Пересчитайте еще раз! — требовал Чондэ, настаивая на справедливости.       — Чёрт, я здесь чуть дважды не умер, и это всё, что получу? — игрок под номером 343, Сим Джэсок, был разочарован, словно его мечты разбились о скалы реальности. — Мне бы больше заплатили, если бы меня кто-нибудь просто избил!       — Я прекрасно понимаю ваше разочарование, — сказал менеджер, сохраняя невозмутимое выражение лица. — Однако мы всегда держим дверь возможностей открытой для вас. И теперь мы начнём голосование о том, состоится ли следующая игра. Всё зависит от вас: продолжать ли игру ради большего приза или остановиться на этом. Это ваш выбор. Пожалуйста, свободно и демократично воспользуйтесь вашим ценным правом.

🎵Melanie Martinez — Tag, You’re It🎵

      А затем менеджер объявил, словно судья, выносящий приговор:       — В этот раз голосование начнется с игрока 001.       Ёниль подошел к кнопкам и нажал красную с крестиком, выражая свой протест. Его примеру последовала Пак Михва — игрок 006, подтверждая свое нежелание рисковать. Ёнсик неожиданно проголосовал за «O», чем весьма разочаровал свою мать, миссис Чан, она с крайней обидой наблюдала за тем, как он уходит на синюю сторону комнаты, словно предатель, перешедший на сторону врага. Вслед за ним синюю кнопку также нажали игрок 013, игрок 015 — Сон Ханнам, игрок 023, игрок 028 и игрок 043, укрепляя ряды сторонников продолжения игры.       Когда очередь голосовать дошла до Соннё, то она очень долго, закрыв глаза, водила рукой над кнопками и что-то тихо нашёптывала, словно вызывая духов, чтобы те подсказали ей верное решение.       — Эй, ты что там сопли жуёшь?! — нетерпеливо крикнул ей кто-то со стороны «крестиков», раздраженный ее медлительностью.       — Заткнись! — развернувшись, отчеканила шаманка, словно накладывая проклятие, и, еще немного побыв в трансе, она нажала на кнопку с кружком, выбирая риск и надежду на лучшее.       Когда Квон Бёнсу — игрок 047 — проголосовал за «X», Намгю подошел к Минсу, словно заключая сделку.       — Не предай нас, — сказал он с натянутой улыбкой, скрывая угрозу.       — Что?.. — непонимающе спросил Минсу, чувствуя давление.       — Угу, — Намгю взялся руками за ткань его куртки, где был прикреплен значок «X», словно пытаясь удержать его на своей стороне. — Мы договорились сыграть еще одну игру вместе. Угу? — он убедительно кивнул, не давая ему шанса отказаться.       Минсу неуверенно кивнул ему в ответ, словно подписал смертный приговор.       — Давай, Минсу, не подведи, — шепнула ему на ухо Джиын, добавляя свой яд в эту смесь манипуляций. — Мы не можем уйти сейчас. Всего одну игру, хорошо?       — Х-хорошо, — запинаясь, проговорил Минсу, сломленный их напором.       — Вот и славно, — Джиын облегченно выдохнула, чувствуя, что им удалось его убедить.       Игроки 048, 052, 073, 084, игрок 100 — Им Чондэ и игрок 120 — Чо Хёнджу тоже проголосовали за продолжение игры, укрепляя позиции сторонников риска. Игроки 050, 072, а также игрок 095 — Ким Ёнми отдали голос за прекращение игры, выбирая безопасность и гарантированный выигрыш.       Намгю проголосовал за «O», подтверждая свою приверженность риску.       — Следующий — игрок 125.       Когда к кнопкам вышел Минсу, Намгю, широко усмехаясь, показал ему руками кружок, словно давал последний шанс подчиниться, а после заговорщически кивнул и стал следить за тем, как проголосует его товарищ по команде, словно хищник, наблюдающий за своей жертвой.       — Минсу, кружок! — подначивала Джиын.       Минсу, словно сомнамбула, нажал на синюю кнопку и пошел на сторону кружков, делая свой выбор, определяющий его судьбу.       — Пропустите! Пропустите! — Кихун растолкал игроков и вышел вперед, словно пророк, готовый открыть им глаза. — Послушайте!       — Вы все с ума сошли! — опередил его Ёниль, который вышел в середину зала, призывая их к благоразумию. — Вы хотите продолжать после того, как видели гибель всех этих людей?! Откуда вы знаете, что тоже не умрете?! Немедленно остановитесь! Все здесь умрут! Немедленно одумайтесь и уходите с деньгами! Сначала нужно выжить, а уж потом думать о дальнейшем!       — Всего лишь с 70 миллионами вон? — откликнулся Чондэ, прерывая его пламенную речь. — Не знаю, сколько у вас долгов, но если взять эти деньги, то людям этого не хватит и для десятой части долга! Вы согласны? — мужчина обратился к «кружкам», ища поддержки. — Нечего думать о дальнейшем! Эта сумма всё равно ничего не изменит!       — Он прав! — крикнула Джиын, поддерживая его аргументы.       — Да! Верно! — закричал игрок 043, соглашаясь с его словами. — Мне этих денег хватит ненадолго!       — Первая игра — 25 лимонов. 78 — вторая. После второй игры сумма приза выросла уже втрое! — сосчитал Чондэ. — Итак, если сыграем в ещё одну, сумма приза будет 240 миллионов!       — Я больше не выдержу… — жалобно плакала Ёнми. — Прошу, пожалуйста, отпустите меня, я очень хочу вернуться домой! Я не хочу умирать!       Хёнджу виновато отвела взгляд, не в силах вынести ее мольбы.       — Послушайте. — произнес игрок 015, Сон Ханнам, его голос был тих, но полон решимости. — Вы ещё молоды, и у вас, вероятно, ещё будет шанс…но у меня нет!       — Пожалуйста!!! — рыдания Ёнми стали невыносимыми.       — У меня и моей семьи нет будущего! — продолжал Ханнам, и в его глазах заблестели слезы отчаяния. — Я взял долг для своего бизнеса более 500 миллионов вон! Мне, по крайней мере, нужно выйти с половиной этой суммы, чтобы я мог заново начать работу!       — Если вы умрёте здесь, ваша семья даже тело не получит! — гневно отрезал Ёниль. — Вы погубите семью, а не только себя! Вы не поняли?! До сих пор?!       — Да не бойтесь вы! — воскликнул Ёнсам, пытаясь взбодрить их. — Ттакчи, кукла, волчок! Нас не просят играть в сложные игры! Смотрите! Нас осталось 255, это значит больше половины людей выжило! Раз уж мы дожили до этого момента, давайте сыграем ещё один раз!       — Как вы хорошо говорите, молодой человек! — одобрил Чондэ. — Да! Все хорошо играли в игру, поэтому мы все ещё живы! Так, сыграем в ещё одну! Только одну игру, и на этом всё! Мы сыграем ровно одну игру!!! — он поднял указательный палец вверх, словно давая священную клятву.       — Сыграем ещё одну игру! — заорал Ёнсам, его голос потонул в нарастающем гуле.       — Ещё одна игра! Ещё одна игра! Ещё одна игра! — скандировали многие игроки, включая Таноса, Намгю, Джиын и Джихё.       Голоса игроков слились в едином порыве: игрок 145, игрок 149 — миссис Чан, игрок 189 — Хан Юна, игрок 246 — Пак Кёнсок, игрок 270 — Ли Минё, игрок 271 — Ким Ёнха, игрок 307 — Ли Сынхи, игрок 308 — Ким Суён, игрок 333 — Ли Мёнги, игрок 388 — Кан Дэхо, игрок 400 — Хо Миён, игрок 430 — Хон Дауль и игрок 456 — Сон Кихун проголосовали против, нажав «X», в то время как игрок 185 — Ким Харин, игрок 203 — Ким Кимин, игрок 226 — Ким Ёнсам, игрок 230 — Танос, игрок 306 — Шин Донам, игрок 336 — Ли Сынвон, игрок 343 — Сим Джэсок, игрок 352 — Ким Юнтэ, игрок 353 — Мин Джихё, игрок 380 — Сэми, игрок 390 — Пак Чонбэ и игрок 421 — Пак Джиын сделали свой выбор в пользу продолжения, нажав «O».       — На этом голосование окончено, — объявил менеджер игры, его голос был бесстрастен. — 139 «кружков» против 116 «крестиков». Учитывая результаты вашего голосования, завтра мы продолжим игру. Благодарим вас.       — Отлично! — воскликнул Танос, торжествуя. — Все, кто голосовал за «O» — thank you!       — Завтра повеселимся, да?! — радостно прокричала Джиын, ее лицо светилось надеждой.       — Да! — крикнули ей в ответ «кружки».

***

      Игрокам выдали скромный ужин — булочку и коробочку молока.       Танос, Намгю, Джиын, Сэми и Минсу выстроились в очередь. Танос, получив еду, посмотрел на солдата с выражением лица, на котором было написано: «И что это?»       Намгю, позабавленный реакцией друга, принял свой ужин и, сияя улыбкой, учтиво поблагодарил:       — Большое спасибо, — и, словно мальчишка, помчался догонять Таноса.       — Спасибочки! — пропела Джиын, схватив свою еду и присоединяясь к погоне за друзьями.       — Благодарю, — произнесла Джихё, забирая ужин и спеша к остальным.       Сэми молча взяла свой паёк, тут же вгрызаясь в булку на ходу.       — Нуна, — обратился к ней Минсу, — Вы не боитесь?       — Чего? — отозвалась Сэми, не прекращая жевать.       — Ну… этой игры…       — Я боюсь, — призналась девушка, неохотно отрываясь от еды.       — Тогда зачем проголосовали «за»?       — Хм-м… — Сэми на мгновение задумалась. — Поскольку если уйду сейчас, то снаружи мне будет страшнее, — Затем она вдруг рассмеялась и внезапно выпалила: — И не надо со мной на «вы». Я 1998-го. Но уродам не говори, — Под словом «уроды» Сэми, без сомнения, подразумевала Таноса, Намгю и Джиын.       Сэми удалилась, оставив Минсу в состоянии глубокого изумления.

***

      Миссис Чан, после того как Ёнсик проголосовал за продолжение игры, наотрез отказалась разговаривать с сыном.       — Мам… мам, ты сердишься? — виновато бубнил Ёнсик, плетясь за матерью.       — Больше не зови меня мамой, тупица, — холодно отрезала женщина.       — Мама, прости! Но я не могу вернуться домой с такой жалкой суммой!       Миссис Чан обернулась и непонимающе уставилась на сына.       — О чём ты?       Ёнсик замялся, словно провинившийся школьник, и выдавил:       — У меня долг… чуть-чуть побольше…       Миссис Чан на секунду прикрыла глаза, словно от удара, а затем тихо спросила:       — Сколько?       — Сто миллионов… — Ёнсик опустил голову. — Я взял деньги у ростовщиков в игорном доме. Если не заплачу до конца месяца, мне конец! Они сказали, что возьмут мои глаза, печень и почки, и я точно знаю, что они на это способны, и из-за них я сбежал из дома! — у Ёнсика были слёзы в глазах, как и у миссис Чан. — Сыграем ещё одну игру, и в следующий раз выйдем! Точно выйдем! Если сыграю ещё раз, точно смогу всё вернуть! Мы начнём новую жизнь!       — Ёнсик… — прошептала миссис Чан. — Новая игра? Новая жизнь? А если один из нас не доживёт до этого момента? Я знаю, что ты и без меня замечательно справишься. Но если с тобой… что-нибудь случится… мне незачем жить! Даже если я выберусь отсюда! — миссис Чан побрела к их кроватям.       — Ну что ты такое говоришь? — нетерпеливо возразил Ёнсик. — Мы просто должны хорошо сыграть в следующую игру!       Ёнми тоже была слегка обижена на Хёнджу из-за того, что та на голосовании нажала на «кружок».       — Хёнджу, зачем ты это сделала? — напустилась на неё миссис Чан. — Мы же договорились, что соберёмся все вместе у нас дома! Почему ты изменила решение? Не похоже, что у тебя такие долги от азартных игр, как у моего сына! Это из-за нужных тебе операций? Они на самом деле настолько дорогие?       Хёнджу лишь молчала, опустив взгляд в пол.       — Ты можешь мне не рассказывать, если не хочешь. Я даже не сумела своего собственного сына воспитать, как надо! Кто я такая, чтобы учить тебя, как надо жить? — и миссис Чан тяжело вздохнула.       Напряжение между членами команды висело в воздухе, словно густой туман. Все молчали, не произнося ни слова.

🎵정재일 — Hyun-ju🎵

      — До того… как я рассказала о своей ориентации, всё было хорошо, — заговорила Хёнджу. — Люди вокруг всегда считали меня слегка странной, но больших проблем не было. Но… после того, как я призналась, что хочу стать женщиной и сделать операцию, всё изменилось. Моя мама много плакала, а папа перестал со мной общаться… Меня уволили с работы, друзья отвернулись. Мне нужно было продолжать процедуры, но у меня не было средств, и я увязла в долгах… Несмотря на то, что я освободилась, моя жизнь становилась всё хуже…       — Бедняжка… — прошептала миссис Чан, полная сочувствия. — А кем ты работала? Ну… до всего этого?       — Я была в армии, — ответила Хёнджу, вызвав удивление у Ёнсика.       — А-а-а… — протянула миссис Чан. — А если удастся отсюда выйти с деньгами, то чем ты хочешь заняться?       — Я бы хотела поехать в Таиланд! — оживлённо ответила Хёнджу.       — В Таиланд? — переспросила миссис Чан.       — Я сыграю в ещё одну игру, и с этими деньгами поеду туда. Доделаю все операции, куплю маленький домик и постараюсь начать новую жизнь! — глаза Хёнджу засияли мечтой.       — О-о-о, я бывал в Таиланде, и там много таких, как Хёнджу! — подхватил Ёнсик. — Серьёзно, там много людей, которые стройнее и красивее обычных женщин! Они там повсюду! Правда? — улыбаясь, спросил он Хёнджу.       — Да, — ответила Хёнджу. — Я слышала. Там много красивых людей!       — Вы тоже красивая, — тихо проговорила Ёнми, вызвав слёзы на глазах Хёнджу.       — Ну… не знаю, могу ли я сказать «красивая», но… думаю, что ты… ты ничего, — поддержала девушку миссис Чан.       — Мама, раньше ты так не говорила! — заметил Ёнсик.       Миссис Чан шлёпнула его по руке, в которой он держал коробку молока, и мужчина чуть не захлебнулся, закашлявшись.       — Помолчи! — и, смеясь, миссис Чан стала вытирать молоко с куртки Ёнсика.

***

      Мёнги справлял малую нужду, стоя в мужском туалете у писсуара. К нему подошли с обеих сторон Танос и Намгю. Танос схватил его за ткань куртки и посмотрел на значок «X».       — Ах ты грёбаный предатель. Как ты ещё ссышь после того, что сделал? — прошипел он, пылая гневом.       Мёнги молча натянул штаны и нажал кнопку смыва.       Намгю взял его за плечи.       — Закончи. Если терпеть, можно заболеть чем-нибудь, — сказал он, слегка потирая плечи Мёнги.       Мёнги резко отпихнул от себя Намгю и пошёл в сторону раковин. Намгю вздохнул.       Когда Мёнги открыл кран, чтобы сполоснуть руки водой, Танос и Намгю вновь подошли к нему, а рэпер закрыл кран обратно. Мёнги сердито посмотрел на него.       — Ты серьёзно решил выйти отсюда? — насмешливо спросил Танос. — 70 миллионов — это ни о чём. Тебе этих денег даже на мой долг не хватит. И ещё плюс ты должен мне компенсацию за моральный ущерб.       — Сколько раз мне повторять? — рявкнул Мёнги. — Цена на валюту поднялась, а вы зажмотились, и не стали продавать её вовремя! Так что я сам решу: уйти или остаться!       — Как же ты меня бесишь этим тоном! — прошипел Намгю. — Жалко, что я просто не могу ему порвать рот! — он угрожающе потянулся к лицу Мёнги, заставив того отшатнуться. — Чёрт! — выругался Намгю.       — Свобода. Freedom. Ты её не заслужил! Пока не выплатишь весь долг, ты мой раб! My slave! Поэтому останешься здесь и закончишь игру! А вдруг ты выиграешь все 45,6 миллиардов? Ты мне все деньги вернёшь, и сам счастье найдёшь! Йоу! — последние слова Танос выкрикнул в рэп-стиле.       — Если я сам всё выиграю, это будет значить, что ты мёртв, — Мёнги стало смешно от абсурдности слов Таноса. — Зачем мне отдавать долг мертвецу? Как ты вообще помнишь свои стихи с такими мозгами? А-а-а, точно! Ты же забыл стихи на финале программы!       — Ах ты сукин сын! — Танос пришёл в ярость и, схватив Мёнги за горло, прижал его к стене.       Но драка не началась. В мужской туалет вошли Ёниль, Кихун, Чонбэ и Дэхо. Таносу пришлось отпустить Мёнги.       — I'm watching you, — прошипел он Мёнги и удалился вместе с Намгю.       — Эти козлы всё ещё пристают к тебе? — обеспокоенно спросил Чонбэ.       — Если что, ты можешь запросто попросить нас помочь! — предложил Дэхо.       — Всё в норме, — заверил Мёнги.       Он вымыл руки и вышел из туалета. В коридоре его поджидали Танос и Намгю, которые тут же набросились на него.

🎵Skillet — Rise🎵

      — Ну что, подонок?! — процедил Танос. — Что ты там вякал про финал? Да как ты смеешь упоминать это, вонючая мразь?! — он ударил Мёнги коленом в живот, и тот, охнув, согнулся пополам.       — Он просто слишком смелый стал, да, ублюдок?! — присоединился Намгю и пнул Мёнги по ноге, заставив того осесть на пол. — А чтобы проголосовать за продолжение игры, в этом мы уже не такие храбрые!       — Хватит меня доставать, уроды! — проорал Мёнги, вскакивая на ноги, и ударил Таноса кулаком в лицо. Рэпер схватился за нос, из которого хлынула кровь.       — Ебучий выблядок! — Намгю набросился на Мёнги, разбивая ему губу.       Между парнями завязалась жестокая драка.       Всё это увидели Хёнджу, миссис Чан и Ёнми.       — Какой кошмар! Этот мальчик с длинными волосами, — миссис Чан показывала на Намгю. — он же встречается с вон той девочкой, ну которая миленькая такая, чуток пухленькая, ну как же её…имя забыла…       — Игрок 421, — сказала Ёнми. — Джиын.       — Нужно немедленно ей сказать! — миссис Чан побежала в общежитие.       — Пока они не поубивали друг друга! — испуганно говорила Хёнджу, когда они бежали по коридору.       — Джиын! Мне нужна Джиын! — звала миссис Чан.       — Госпожа, я здесь! — Джиын обеспокоенно подошла к ней. — Что-то стряслось?       — Там твой молодой человек ввязался в драку! — миссис Чан торопливо выпалила новость.       — Он и его лучший друг опять дерутся с игроком 333, — сообщила Хёнджу.       — О боже!!! Джихё, бежим скорее!!! — позвала Джиын лучшую подругу. — Хёнджу, Ёнми, показывайте, где они!       Игроки 095 и 120 быстро привели подруг к месту драки. Там девушки увидели Таноса с окровавленным носом, Намгю с подбитым глазом и Мёнги с разбитой губой.       — Вы сошли с ума?! — гневалась Джиын. — Что вы творите?!       — Вы что тут устроили?! — Джихё была вне себя от ярости. — Вы, блять, кто, школьники?! Взрослые парни, а выясняете отношения как пятиклассники! Мёнги, от тебя я такого не ожидала!       — Вы уже достали своими разборками! — кричала Джиын.       — Они первые начали! — выпалил Мёнги. — Я был вынужден защищаться!       — Вы два придурка! — Джихё обратилась к Таносу и Намгю. — Я даже разговаривать с вами больше не хочу! Мёнги, пойдём, я обработаю тебе губу, — озабоченно сказала Джихё.       — Пойдём, — согласился Мёнги.       И они ушли в общежитие.       — Ну сколько можно?! — сердилась Джиын. — Зачем вы лезете на Мёнги?! Разве вы на игре для этого? Может, пора сосредоточиться на победе, а не на конфликтах?       Танос напустил на себя маску непроницаемости, словно высеченную из камня. Намгю, казалось, прислушался к словам Джиын, на его лице промелькнула тень сомнения.       — Ладно, пора возвращаться в общежитие, скоро отбой, — устало вздохнула Джиын, отворачиваясь, чтобы скрыть разочарование.