Часть 14

С восходом солнца

Я отдаляюсь,

Отдаляюсь, и ты чувствуешь это.

С восходом солнца

Я отдаляюсь,

Отдаляюсь, и ты чувствуешь это.

Чувствуй!

Tokio Hotel, Feel it all©

Примерно на середине пути молодые люди замолчали, и так продолжалось до самого дома Фин. Чёрный автомобиль Микки плавно въехал на территорию не слишком большого, но весьма привлекательного особняка, фасад которого был окрашен белым и на его фоне чёрными дырами зияли провалы тёмных окон. Они, подобно пустым глазам живых мертвецов, безмолвно наблюдали за молодыми людьми, которые собирались нарушить их вечный покой, наблюдали и желали испить горячей крови, чтобы вновь, хотя бы на миг, почувствовать себя по-настоящему живыми. Остановив машину и заглушив двигатель, брюнет покинул салон, после чего открыл пассажирскую дверцу, помогая выйти на улицу и Фин. Девушка не шаталась и глаза её не пытались встретиться на переносице, но, всё же, движения её были несколько неловкими, она определённо выпила лишнего в этот вечер, радуясь тому, что в «сказочном городе» стало на одно увеселительное заведение больше. Когда девушка поправила помявшееся платье, Микки, молча, подал ей руку, чтобы она не упала по пути к собственному дому, и повёл её к крыльцу. И, когда они дошли до него, парень, также молча, отошёл чуть в сторону, чтобы не загораживать спутнице и без того скудный свет и позволить найти ключи в её маленькой сумочке и открыть входную дверь. Прислонившись к стене дома, парень скрестил руки на груди и чуть прикрыл глаза, смотря куда-то в сторону, в ночь, и терпеливо ожидая, когда Фин отыщет ключи. Ждать пришлось долго. Но ключи всё-таки нашлись, и дверь была благополучно открыта. Больше ничего не сдерживало молодых людей от того, чтобы переступить порог и, спрятавшись за надёжными стенами, продолжить веселье уже без посторонних. Не смотря, Фин бросила ключи в вазочку на тумбочке около самой входной двери и сняла туфли, сразу же теряя в росте около двадцати сантиметров. - Я больше не могу, - как-то жалобно и измучено произнесла девушка, поворачиваясь к Микки и смотря на него. Её глаза во тьме блестели ещё больше, отражая скудный свет уличного освещения, проникающего в окна. Было непонятно, к чему были слова Фин: к тому ли, что у неё ноги болят от неудобных туфель и потому она просто не могла не разуться, или к тому, что она чувствует, что умирает без дозы «радости» в своей крови. Микки, в принципе, было всё ровно. - Пойдём наверх? – почему-то спросила Фин, хотя, логичнее было бы произнести данное предложение с утвердительной интонацией, ведь она здесь была хозяйкой и именно она должна была брать на себя ответственность управлять их с гостем перемещением в пространстве. - Пойдём, - согласился Микки и снял пальто, повесил его на вешалку около двери. – Только скажи, есть ли у тебя вино? - Да, есть, - кивнула девушка. – А ты хочешь выпить? - Не отказался бы. - А почему именно вино? - Потому что я люблю его, - сухо отозвался парень. Решив более не расспрашивать Микки об его предпочтениях, Фин тоже сняла пальто и удалилась на кухню, возвращаясь через минуты две с бутылкой вина, штопором и двумя бокалами. - Пошли наверх, - вновь произнесла она, только в этом раз уже утвердительно, и ступила на первую ступеньку лестницы, поднимаясь на второй этаж. Микки последовал за ней, и они поднялись на второй этаж дома. Фин не включала света в коридорах, а брюнет этого совсем не требовал. И только тогда, когда они зашли в одну из комнат, девушка щёлкнула выключателем, озаряя помещение мягким приятным светом. Комната оказалась спальней с просторной не застеленной кроватью. - Извини, - произнесла Фин, бросая взгляд на разобранную постель и бардак на рабочем столе, - я не думала, что у меня будут гости. - Твой беспорядок меня совершенно не волнует. - Просто, не хотелось бы, чтобы меня сочли неряхой. - Мне всё равно. А никому другому я об этом не скажу. - Это радует, - улыбнулась девушка. – Просто, многие не умеют держать язык за зубами… - Я умею, поверь мне, - слегка кивнул Микки. Фин вновь улыбнулась, после чего направилась к кровати. Подойдя к ней, она стянула с себя чулки и, бросив их на постель, села, открывая ящик тумбочки и начиная что-то искать там. Подождав немного, Микки тоже подошёл к кровати и сел на расстоянии полуметра от спутницы, взял в руки её чулок, начиная задумчиво разглядывать, а после намотал его на кулак и потянул, проверяя на прочность. - Что ты делаешь? – поинтересовалась Фин, оторвавшись от поиска непонятно чего. - Пытаюсь занять время, пока ты там роешься, - ровным тоном отозвался Микки. – А, заодно, проверяю, насколько данная деталь женского гардероба прочна, мне это всегда было интересно. - Если тянуть, как ты делаешь, то очень прочна, если зацепить чем-то острым, то чего-то более хрупкого не найти. - Буду знать, - хмыкнул Микки и отложил чулок обратно на кровать, аккуратно и ровно раскладывая его. - А чего ты интересовался прочностью чулок? – с нотками смеха в голосе спросила Фин, вновь склоняясь над ящиком тумбы. – Привязывать кого-то ими собрался? - Возможно… - задумчиво ответил брюнет и откинулся чуть назад, опираясь на вытянутые руки и чуть прикрывая глаза, смотря на, стоящую на корточках и увлеченную поиском, девушку. Оторвавшись от поисков, Фин взяла бутылку вина и протянула её Микки, после чего передала ему и штопор. Лёгким движением избавив бутыль от пробки, парень наполнил рубиновым напитком бокал и сделал маленький глоток, смакуя его кисловатые богатые нотки. Беглым взглядом обведя содержимое тумбочки, в которой рылась девушка, брюнет встал и выудил из её недр маленький пакетик с неприметным содержимым на несколько сотен евро. - Это ищёшь? – поинтересовался Микки. - Да, - кивнула Фин, забирая пакетик и удивлённо смотря на спутника, который с такой лёгкостью отыскал искомую вещь в её бардаке. Немного смутившись и крутя в руках пакетик, она опустила взгляд, добавляя: - В последнее время у меня дома творится настоящий хаос… Ничего не могу найти. А времени на уборку нет. - Так, почему не наймёшь домработницу? – поинтересовался Микки, делая глоток вина и вновь садясь, закидывая ногу на ногу и внимательно смотря на девушку. - Я не люблю, когда по моему дому ходят чужие… - Любишь одиночество? - Можно сказать и так. - Тогда, - брюнет медлил со словами, рассматривая рубиновые переливы в своём бокале, - почему ты пригласила меня сюда? - Иногда одиночество надоедает, - пожала плечами Фин и, захлопнув дверцу тумбочки, тоже села на кровать. Ничего не сказав в ответ, Микки встал и, поставив бокал на тумбочку, молча, удалился из комнаты. Преодолев несколько метров тёмного коридора, парень зашёл в ванную комнату, так легко находя её, будто уже был в этом особнячке и не раз. Подойдя к шкафчику недалеко от двери, Микки открыл его и достал два шприца, после чего вернулся в спальню. - Думаю, теперь бы ты стала искать это, - произнёс брюнет, подходя к кровати и бросая на неё шприцы. – Так что, я решил облегчить тебе участь. Фин взяла шприцы в руки и вновь непонимающе взглянула на спутника. Откуда он мог знать, что она хранит шприцы в ванной и именно в том шкафчике? Всё просто – он не знал. Сам бы Микки не стал хранить подобные вещи в ванной комнате, но сейчас он просто знал, что они должны лежать именно там. Он неплохо умел предугадывать действия людей и понимать их персональную психологию. - Спасибо, - с некоторым опозданием кивнула Фин, неровными движениями разрывая упаковку одного шприца. - Ломка? – поинтересовался брюнет, сделав маленький глоток вина. Он остался стоять. - Просто нервы. - Это почти то же самое, - хмыкнул парень. – Но нервничать не стоит, это для здоровья вредно. Фин вновь взглянула на него. Всё-таки, он был невероятно странным и слишком спокойным. И спокойствие его, с одной стороны, передавалось и ей, проходя волнами сквозь тело, но, с другой, оно вгоняло в состояние некой неосознанной тревоги. Отбросив лишние размышления, мотнув головой, Фин наконец-то расправилась с упаковкой шприца и, освободив его от её плена, обратилась к Микки: - Одолжишь мне ремень или взять свой? - Одолжу, - пожал плечами Микки. – Почему бы и нет? - Тогда, - произнесла девушка, - пошли. Она встала и, наполнив свой бокал вином и быстро осушив его, направилась к дверям. Микки последовал за ней. Он не знал, куда они шли, но неизвестность не пугала и даже не волновала. Его состояние в этот вечер, в эту ночь, было слишком ровным, чтобы нечто смогло выбить его из колеи. Зайдя в ванную комнату и включив там свет, Фин прошла на середину помещения и обернулась на Микки. Она обратилась к нему: - Не подумай только, что я немного того, но мне нравится «ловить кайф» в ванной. Это совершенно особенные эмоции и ни на что не похожие ощущения. - А почему я должен подумать, что ты не в себе? – поинтересовался брюнет, вскидывая бровь, но ответа дожидаться не стал и продолжил: - Каждый вправе развлекаться так, как ему нравится. Так что, если ты хочешь принять дозу в горячей ванне, то я не стану осуждать тебя и говорить, что это странно. - Это хорошо, - слегка улыбнулась Фин и включила воду, наполняя ванну. – Просто, у меня был парень, который говорил, что так делать нельзя. - Я так не скажу, - ровным тоном ответил Микки и, отпив ещё вина и оставив его глоток на дне бокала, поставил бокал на стиральную машинку. Подойдя к девушке так тихо, что она совсем не заметила его приближения, парень легко тронул её за бок, проводя по нему кончиками пальцев. Фин вздрогнула и обернулась, хлопая своими огромными серыми глазами и смотря на Микки. - Позволишь мне составить тебе компанию? – понизив тон, спросил брюнет. Фин широко улыбнулась и кивнула, после чего ответила: - Конечно, - ещё одна улыбка. – Конечно, ванна у меня стандартная, но, думаю, мы в ней поместимся. - Да, нас обоих никак нельзя назвать толстыми. А ноги я подогну. В самом деле, при росте Микки нормально разместиться, лечь в стандартной ванне ему не представлялось возможным. Ещё раз бегло улыбнувшись, Фин сунула руку в воду, проверяя её температуру, а после закрыла кран. Заведя руки за спину, она пыталась расстегнуть молнию на своём белом платье, но она заклинила и у Фин ничего не получилось. Придя на помощь спутнице, Микки ловко выудил из стальных челюстей молнии ткань платья, застрявшую в ней, и расстегнул. - Спасибо, - вновь поблагодарила парня девушка, оборачиваясь через плечо. – У меня часто случается такое, что молния заклинивает, потому что в неё попадает ткань. - Пожалуйста, - отозвался Микки и, отступив чуть назад, начал расстегивать пуговицы на своей рубашке. Расправившись с этим, брюнет снял вещь и отложил её на вешалку, после чего вытянул из джинсов кожаный ремень и положил его на бортик ванны, снял штаны. Фин в это время спустила с плеч платье, которое лёгкой невесомой тканью соскользнуло вниз, задерживаясь лишь на не слишком крутых бёдрах. Сняв вещь полностью и положив её на вешалку-сушилку, девушка сняла белый кружевной бюстгальтер и такие же белые трусики и, не оборачиваясь, переступила бортик ванны и опустилась в воду. Сняв последнюю деталь одежды – трусы, Микки также забрался в ванную и сел. Не слишком горячая вода тут же окутала тело и захватила его в свои расслабляющие объятия. «В самом деле, приятно», - отметил про себя брюнет. Сам он не имел привычки лежать в ванне. Фин минуты две просто полежала, позволяя тёплой воде сделать своё дело, расслабить мышцы, а затем потянулась к ещё одному шкафчику, что располагался прямо рядом с ванной, и достала оттуда ложку, зажигалку, вату и антисептик. - Меры предосторожности? – усмехнулся Микки, наблюдая за спутницей. – Одобряю. - Да, мне тоже кажется, что так делать правильнее, - кивнула девушка. Подготовив всё необходимое, Фин несколько раз щёлкнула зажигалкой, но она выплёвывала в воздух лишь искры и не желала давать ей огонь. Пронаблюдав за потугами девушки какое-то время, Микки вышел из ванны и, взяв зажигалку из кармана своих штанов, протянул её Фин, после чего вернулся в воду, удобно устраиваясь и прикрывая глаза, смотря на спутницу из-под полуопущенных ресниц. - Спасибо, - в который раз произнесла девушка, щёлкая зажигалкой и поднося её огонёк к ложке, плавя её содержимое. - Может быть, помочь? - Нет, спасибо, я справлюсь сама. Слегка кивнув в ответ, Микки отвернул голову, какое-то время смотря в кафельную стену, а затем вновь возвращая взгляд к новой знакомой, глаза которой сверкали в предвкушении «радости». Когда всё было готово, Фин взяла ремень. Микки, ничего не говоря, сел ближе к ней и, взяв из её рук ремень, самостоятельно перетянул руку девушки повыше локтя. Он безмолвно и как-то отстранённо наблюдал за тем, как тонкая игла протыкала нежную кожу Фин, и, как шприц наполнялся её тёмно-алой кровью, которую вот-вот должны были смешать с наркотиком и, вновь впрыснув в вену, отравить всё тело. Когда всё было закончено, Фин бросила шприц в урну, промахнувшись мимо неё, и протянула Микки руку, чтобы он развязал свой прочный узел. Получив свободу, чувствуя, как «радость» разносится по крупным венам и самым мелким сосудам, девушка удовлетворённо и расслабленно улыбнулась и прилегла, кладя голову на бортик ванны, размещая ноги по бокам от бёдер Микки, чтобы не слишком мешать ему и стеснять. Проделав всё то же, что делала Фин, только приняв дозу в десять раз меньшую, чем она, Микки, также, освободил руку от плена импровизированного жгута и, отложив его на бортик, прилёг. По венам стремительно и незаметно бежал дурманящий яд, замедляя ритм сердца, но делая его удары более мощными. - Правда, здорово? – поинтересовалась Фин. - Да, неплохо, - ответил Микки и чуть сменил положение, размещая ноги удобнее. Подумав, что её ноги мешают парню, Фин сначала поджала их, но в такой позе было совсем неудобно сидеть – ступни скользили по дну ванны, а затем положила их на Микки. Ощущая босыми ступнями живот парня, в который она ими упиралась, Фин пошевелила пальчиками на ногах, будто пытаясь пощекотать, а затем так по-детски рассмеялась. Брюнет приподнял уголки губ, слегка улыбаясь-ухмыляясь на пьяное ребячество своей спутницы, и положил ладони на её тонкие лодыжки, провёл вверх, до колен и скользнул под них, отчего у девушки по коже побежали мурашки, и она даже вздрогнула. Не убирая рук, продолжая почти невесомо поглаживать нежную кожу под коленями Фин, Микки смотрел на неё из-под опущенных ресниц, смотрел прямо в глаза. Какое-то время Фин сидела, молча принимая такую ласку, невольно вздрагивая от неё, потому что прикосновения под коленями ощущались как-то просто невероятно приятно. Затем она резко села прямо, отчего по воде пошла волна, и придвинулась ближе к Микки, застывая так, внимательно смотря в лицо, изучая его черты. - У тебя очень красивые глаза, - произнесла девушка. - Да, я знаю, - слегка ухмыльнулся в ответ Микки. Фин улыбнулась на такую его реакцию. Ей было непривычно слышать, чтобы парень так уверенно и в то же время спокойно говорил о собственной привлекательности. Микки достаточно рано понял, что он нравится людям, что их в нём нечто привлекает, манит, и очень сильно, потому он не видел смысла в том, чтобы лукавить и кокетничать и делать вид, что он слышит комплименты впервые. Посидев немного, Фин подсела ещё ближе и приблизилась к лицу брюнета, замирая в нескольких сантиметрах от него. - Что-то хочешь сделать? – поинтересовался Микки. Не дожидаясь ответа, он тоже подался вперёд, теперь между ними оставался от силы сантиметр. Фин ощущала на своём лице лёгкий ветерок дыхания Микки, а парень явственно чувствовал её вздохи, пахнущие коктейлем из самого разнообразного спиртного. Отпустив колено девушки, брюнет переместил ладонь на её бедро, на верхнюю его часть, но больше ничего не сделал, замирая, выжидая и будто испытывая. Ещё несколько секунд Фин сидела, не шевелясь, смотря Микки в глаза, а затем вновь рассмеялась. Брюнет слегка улыбнулся ей в ответ и взял за тонкое запястье с сетью синих вен под светлой кожей. Перевернув его внутренней стороной вверх, Микки взглянул на Фин, а затем медленно склонился и провёл языком по сгибу её локтя, слизывая капельку отравленной крови, выступившую на том месте, где кожу недавно пронзила безжалостная игла. Фин сперва вздрогнула от такого странного действия, но уже в следующее мгновение широко улыбнулась. Когда парень вновь сел ровно, она подалась вперёд, размыкая губки и высовывая язычок. Вновь слегка ухмыльнувшись, Микки подался ей навстречу, также высовывая язык, встречаясь им с языком Фин, скользя по нему и деля с ней призрачный вкус её крови. Это не было нормальным поцелуем – просто скольжение языков, просто странная будоражащая игра, но вскоре девушка ещё больше сократила расстояние между ними и припала к губам Микки, крепко целуя, прижимаясь. Микки не стал противиться, а ответил на поцелуй, делая это, сперва, будто бы лениво, но быстро добавляя в него страсти и жёсткости, сминая губы девушки. Захватив нижнюю губу парня, Фин слегка прикусила её, оттягивая, и шумно выдохнула. - Не думай, что я всегда веду себя так, - произнесла девушка, отстраняясь. Дыхание её уже сбилось, она часто облизывала губы, пусть и старалась вести себя нормально. - Как «так»? – спросил Микки. Не дожидаясь ответа Фин, он приблизился к ней и склонился к её плечам, начиная целовать их, ключицы, впадинку у основания шеи, отчего под кожей девушки вздрогнули жилы, и она шумно сглотнула, прикрывая глаза и почти забывая о том, что только что сказала, о чём беспокоилась. - Не нужно так много думать, Фин, - продолжил говорить Микки, целуя девушку в шею. – Если ты хочешь, чтобы тебя считали правильной и добропорядочной, то будь такой. Но, - он сделал паузу, засасывая тонкую кожу Фин и оставляя на ней неяркий след, - если ты желаешь быть другой, то отбрось к чёрту сомнения и мысли о каких-то правилах. Поверь мне, - он оторвался от её шеи и заглянул в глаза, - так будет правильнее. Никому побег от себя не принёс счастья. Вопрос лишь в том, чего ты хочешь на самом деле? Фин слегка нахмурилась. Слова Микки звучали так серьёзно и правильно, они на самом деле заставляли задуматься. У этого парня был врожденный дар оратора, и этого у него было не отнять. Оставалось лишь ответить себе на этот главный вопрос… Не торопя девушку с ответом, Микки откинулся на бортик ванны и прикрыл глаза, наблюдая за ней из-под опущенных ресниц и терпеливо ожидая, пока она подумает. Дотянувшись до вешалки, он взял из кармана сигареты и, вставив одну в рот, закурил, затягиваясь дымом и, после, отпуская его в вольный полёт по комнате. Ничего не сказав, Фин встала и выбралась из ванны, после чего покинула комнату, не накинув на себя даже полотенца, шлёпая босыми ногами по полу и оставляя на нём мокрые следы. Микки никак не отреагировал на её уход, продолжая неспешно курить. Скорее всего, она вернётся, а, если нет, то, значит, она сделала свой выбор. Но Фин вернулась, держа в руках бутылку вина, в которой заметно поубавилось рубинового напитка, и почти пустой бокал. Допив его содержимое и вновь наполнив до краёв, девушка вернулась в ванну и опустилась в воду. Сделав ещё один глоток, она поставила бокал на бортик ванны, обращая свой взгляд на Микки. Ничего не сказав, она придвинулась ближе к брюнету и села ему на ноги, чуть повыше колен. Продолжая сохранять молчание, она склонилась вперёд и, закрыв глаза, тягуче поцеловала его. Слова были не нужны. Выбор был сделан. Несколько мгновений Микки лишь позволял девушке целовать себя, не отталкивая, но и не отвечая на ласку, затем он сел прямо и обнял её за спину. Фин шумно и неровно выдохнула, не отрываясь от губ брюнета, когда он провёл кончиками пальцев вдоль её позвоночников до поясницы, погладил чувствительную кожу, и выгнулась. Оторвавшись от губ девушки, парень поцеловал её прямо под ухом, затем чуть ниже, несильно засасывая тонкую кожу и получая новый шумный вздох в ответ на свои действия. Она шумно дышала, чувствуя, как внутри нарастает уже давно зародившееся желание. Ей хотелось свести ноги в глупой и неосознанной попытке скрыть свои эмоции, но в той позе, в которой она находилась, это не представлялось возможным. Оставалось только мучится томлением и предвкушением. Фин так судорожно вдохнула, что едва не подавилась воздухом, когда пальцы Микки скользнули вниз по её пояснице и коснулись ложбинки вверху ягодиц, слегка проникая между ними, дразня. Второй рукой парень обхватил правую ягодицу девушки, ощутимо сжимая, провёл под ней, очерчивая пальцами полукруг, а затем переместил ладонь на внутреннюю поверхность её бедра, поглаживая чувствительную кожу. Он не поднимался выше, намеренно оставаясь на середине бедра Фин, позволяя ей полностью увериться в своих желаниях и осознать их в полной мере. Желания свести ноги более не возникало в ней, теперь их хотелось развести и как можно сильнее, показать этим степень своего желания. Словно прочитав мысли Фин, Микки взял её за бёдра и легко пересадил выше, усаживая верхом на свои бёдра. Теперь девушка ощущала лобком его твёрдый член, и это возбуждало ещё больше. Не открывая глаз, Фин нашла губы Микки и впилась в них тягучим поцелуем, прикусывая, причиняя этим неясную боль. И брюнет отвечал ей, кусая в ответ и зализывая свои укусы. Ухмыльнувшись в губы девушки, не разрывая их поцелуя, парень опустил руку вниз и, взяв свой член, провёл его головкой по промежности Фин. Получив в ответ сладкий нетерпеливый стон, он не смог сдержать новой ухмылки. Фин сама двинула бёдрами, пытаясь повторить столь приятное прикосновение, но у неё ничего не получилось. С губ её сорвался вздох разочарования. Слегка улыбнувшись одними губами, лишь приподняв их уголки, Микки слегка оттолкнул девушку от себя, после чего встал на колени, вздёргивая её вверх, поднимая на ноги, и встал сам. Коротко поцеловав Фин в губы, брюнет резко развернул её к себе спиной, отчего она запуталась в собственных ногах и могла бы даже упасть, если бы не его руки, которые крепко держали её за талию. Ей понадобилось всего несколько секунд, чтобы понять неясным сознанием, что от неё требуется. Шумно вздохнув и прикрыв глаза, она наклонилась и упёрлась руками в бортик ванны. Микки взглянул на неё, скользя взглядом по ногам и выгнутой, как у кошки, спине. Положив ладонь на верх её ягодицы, Микки повёл вверх, оглаживая нежную мокрую кожу, и надавил на поясницу, требуя, чтобы она прогнулась в ней. Фин немое требование выполнила и выпятила попу, пытаясь развести ноги, но этого у неё сделать не получилось, потому что ванна была явно не создана для подобных манёвров и утех. - Презервативы в шкафчике, - на выдохе проговорила Фин. Это было сказано очень вовремя, потому что с собой контрацептивов у Микки не было. Взяв из шкафчика шелестящий квадратик, парень на несколько мгновений оторвался от тела любовницы, чтобы надеть презерватив, после чего вновь прикоснулся к Фин. Погладив немного поясницу девушки одной рукой, скользя взглядом по её спине, заднице и напряженным ногам, Микки опустил руку, пробегаясь кончиками пальцев по разъёму меж её ягодицами. А затем разместил руку меж её ног, почти грубо проводя ребром ладони по её разомкнутым половым губам, ощущая на коже скользкую влагу, а после повторяя движение, но уже пальцами, ведя ими медленно и так томительно, касаясь её влажного мокрого входа, но не проникая в него. Финн вздохнула и вновь попыталась развести ноги шире, но ставить их было уже некуда, разве что на бортики ванны. Прекрасно видя и понимая желание спутницы, Микки шагнул ближе к ней, отчего его каменный член упёрся в её левую ягодицу и провёл по правой кончиками пальцев, оставляя на коже блестящий след от её же смазки. - Микки, - обратилась к парню Фин, но мигом запуталась в словах и прикусила губу. – Эм… - Хорошо, - чуть улыбнувшись, ответил брюнет и, взяв Фин за бёдра и притянув к себе, начал плавно входить. Девушка сильнее прикусила губу, шумно выдыхая носом. Из-за дурмана в голове она даже не почувствовала, что прокусила её до крови, лишь неяркий металлический вкус говорил об этом. Придерживая Фин за бёдра, Микки вошёл и, оказавшись полностью внутри, замер. Но это промедление длилось всего мгновение. Девушка даже не успела открыть рот, чтобы попросить о каких-то действиях, когда парень подался бёдрами назад и совершил первое движение в её глубине, срывая с губ невольный стон. Она вновь прикусила губу и снова до крови – из-за наркотика в венах болевые ощущения терялись где-то в лабиринтах проводов нервов и не доходили до сознания. Сильнее вцепившись в бортик ванны, Фин опустила голову, занавешивая лицо длинными пепельно-русыми волосами, вновь и вновь кусая истерзанные губы. Она стонала сквозь сжатые зубы, то и дело открывала рот, хватая тёплый влажный воздух, и начала подаваться бёдрами назад, навстречу Микки, усиливая их ощущения. Одну руку парень оставил на бедре Фин, чтобы удерживать и иметь возможность подхватить, если она вдруг всё-таки поскользнётся и начнёт падать. Второй же рукой он вновь оглаживал её тело: спину и пунктир позвоночника, от прикосновений к которому девушка сводила лопатки, поясницу и ягодицы, плечи. Переместив ладонь вперёд, брюнет огладил грудь Фин, ненадолго задерживаясь пальцами на твёрдых сосках, а после спускаясь вниз, скользя по чуть влажной коже и кладя руку на самый низ её живота, ощущая под пальцами нежную кожу гладковыбритого лобка. Фин уже не закрывала рта, отчаянно хватая им горячий кислород, выдыхая хрипло, словно её душили. Она обернулась через плечо и мотнула головой, пытаясь отбросить упавшие на лицо и налипшие на влажную кожу волосы. Из-за этого неосторожного движения ноги её поехали по дну ванны, и она едва не упала, но Микки успел среагировать, подхватывая её под живот и удерживая, прижимая к своим бёдрам. - Если ты планируешь и дальше разъезжаться, - произнёс Микки, - то нам лучше сменить позу. - У меня уже ноги устали… - жалобно ответила девушка. Не дожидаясь того, когда она закончит мысль, брюнет резко покинул её тело, заставляя вновь прикусить губу. Завтра искусанная плоть точно будет ныть и болеть, не давая забыть о себе и о сегодняшней ночи. Встав на колени, Микки взял Фин за бедро и несильно потянул на себя, побуждая тоже опуститься в воду. Девушка послушно села и помедлив несколько секунд, вновь развернулась к Микки спиной, упираясь руками в бортик ванной и прогибаясь в пояснице так сильно, что, казалось, у неё вот-вот сломается позвоночник. Дождавшись, пока Фин устроится и перестанет ёрзать, парень накрыл её бёдра ладонями и одним рывком вошёл в неё, отчего её бросило вперёд. Девушка стиснула зубы и зажмурилась, дабы не вскрикнуть, но самообладание её слетело ко всем чертям, и с губ её сорвался протяжный стон. Вцепившись одной рукой в гладкий бортик ванны до побелевших костяшек, Фин завела вторую руку назад, сжимая бёдро Микки и не позволяя ему отстраняться, вынуждая двигаться глубоко-глубоко в ней. Брюнет с радостью последовал немому требованию, которое приносило ещё больше удовольствия и ему самому, окончательно спуская тормоза и начиная двигаться так часто и глубоко, что Фин заскулила, ударяя по бортику рукой и вновь вцепляясь в него сведенными судорогами пальцами, ломая себе два ногти и вновь ничего не замечая. - Да, да!... Давай! Господи, как же… - окончание фразы Фин затерялось в стоне, сорвавшемся на высокий скулёж. С силой сжав бедро Микки, впившись в кожу недлинными, но острыми ноготками, девушка начала сама с силой подаваться бёдрами навстречу его движениям, хватая ртом воздух и задыхаясь. Лицо её было искажено гаммой ярчайших эмоций, пальцы скользили по краю ванной и скребли ногтями по её стенке. - Давай… господи… - выдохнула, а затем проскулила, едва не плача от переизбытка чувств, Фин, отпуская бортик ванны и упираясь ладонью в её дно, скребя теперь по нему поломанными ноготками. Видя, что девушка уже на грани, Микки склонился вперёд, сильно кусая её в плечо близко к шее и вместе с этим опуская руку между её ног, кладя пальцы на клитор и надавливая, с нажимом обводя по часовой стрелке. Фин вновь заскулила от удовольствия, начиная ощущать внутри себя те самые зарождающиеся судороги пикового наслаждения. Эти спазмы становились всё сильнее и сильнее, продолжаясь всего несколько секунд, но они показались Фин сладкой вечностью, и выливаясь в яркий оргазм. Стыд был уже давно позабыт и девушка, не пытаясь сдержать криков и стонов, кончила, продолжая подаваться бёдрами назад и жадно встречая каждый мощный толчок. Слыша звуки удовольствия любовницы словно издалека, едва разбирая их из-за собственного набата сердца в груди и шумного дыхания, Микки совершал последние движения, ощущая неумолимую близость оргазма и желая поскорее оказаться в его власти. Совершив ещё несколько толчков, брюнет кончил, сжимая бок Фин и крепко жмуря глаза. Когда оргазмические спазмы покинули его тело, парень шумно выдохнул и вышел из любовницы, открыл глаза. На боку Фин, на её светлой коже виднелись следы от его пальцев. Девушка постояла в прежней позе ещё несколько секунд, затем села и повернулась лицом к Микки. Дыхание её было тяжёлым и очень сбитым, она пыталась убрать с лица влажные пряди волосы и наконец-то взглянула на Микки. Поймав немного растерянный, но расслабленный взгляд Фин, брюнет склонился к её лицу и поцеловал, деля с ней вкус её крови, а после провёл по губам девушки языком, слизывая всю алую солоноватую жидкость. Отстранившись, Микки заглянул Фин в глаза, ничего не говоря, смотря так непонятно и, в то же время, гипнотически. Только спустя секунд десять девушка смогла отвести взгляд от глаз брюнета и взглянула на его губы, которые были окрашены её кровью. Фин прикоснулась кончиками пальцев к своим губам и взглянула на них – на коже остались блеклые розовато-алые следы. Взяв свой бокал, Микки сделал небольшой глоток вина, после чего вновь склонился к лицу девушки, замирая так на несколько мгновений, заглядывая ей в глаза таким тёмным взглядом, а затем накрыл её губы своими, сплетая и смешивая на их языках вкусы крови и вина. Эти пурпурные жидкости потрясающе сочетались между собой… Когда нотки винограда и металла практически растворились в слюне, Микки отпустил Фин, наградив напоследок ещё одним прицельным взглядом, и прилёг, откидываясь на бортик ванны. Неспешно взяв сигарету, парень подкурил, медленно затягиваясь горько-сладким дымом и ещё более медленно выдыхая его. Фин залпом допила остатки вина в своём бокале, затем наполнила его доверху и вновь осушила, после чего тоже прилегла. Брюнет наблюдал за её действиями из-под опущенных ресниц; сигарета осталась тлеть в правой руке – после пятой затяжки Микки совсем про неё забыл. Всё сильнее его охватывала дремота, а веки всё больше смыкались. Сквозь заборчик ресниц он видел, как Фин опрокинула в себе очередной бокал кисловатого вина и дёрнулась, скидывая этим неловким движением фужер с остатками рубинового напитка на пол. Стекло разбилось, усыпая опасными осколками пол рядом с ванной, а вино растеклось по светлому кафелю, подобно крови. И треск стекла, и запоздалый взгляд Фин, направленный в сторону её рукотворного беспорядка, Микки наблюдал безразлично и отстранённо. А затем он просто закрыл глаза и отдался приятной дрёме. Ему просто хотелось спать, и он не видел причин для того, чтобы противиться своим желаниям.