Глава 2

Дом Дадана отличался от моего дома в прежней жизни. Деревянные потолки хижины казались такими странными. Сколько бы раз я ни просыпался. Они были теплее, чем холодные белые потолки, к которым я привык. Когда я повернулся на бок, боль пронзила мои руки и ноги. Со стоном я перевернулся обратно. — Ты проснулся. — Наконец-то! — Эй, босс, этот сопляк проснулся. — Можно нам теперь съесть этого Крокодила? — послышались голоса бандитов. От шума у меня ещё больше разболелась голова. — Они что, никогда не слышали о том, что нельзя разговаривать в помещении? Застонав от шума, я прикрыл голову рукой. Это на мгновение помогло приглушить яркость света в комнате. — Что случилось? — спросил я, пытаясь открыть глаза. Свет был слишком ярким, чтобы что-то разглядеть. Чья-то рука отвела мою руку от лица. Что-то холодное коснулось моего лба. — Ты принёс домой ужин. — сказала Дадан отстранённым голосом. Воспоминания о Крокодиле всплыли в моей голове. Сев, я, превозмогая боль, закричал: «Вы же не съели его без меня, верно?» Бандиты переглянулись, а за их спинами уже разделывали шкуру Крокодила. Дадан выглядела не слишком довольной. — Сопляк! лежи смирно, а то разойдёшься! — сказала Дадан, и её лицо стало сердитым. Из аниме я знал, что она беспокоится об Эйсе больше, чем показывает. Однако прямо сейчас... нетрудно понять, почему Эйс думал иначе. Рычание~ Мой желудок, казалось, был со мной согласен. Я был голоден. Лицо Дадан немного прояснилось, прежде чем она вздохнула. Она встала и пошла на кухню. Наблюдая за её движениями, я старалась не поворачиваться слишком резко. — Рад, что ты очнулся, — сказал один из её людей. Он был ниже ростом, и я не мог вспомнить его имя в первую неделю. Догра не давалаю мне забыть об этом. — Полегче с левой рукой. Ты, наверное, её сломал. Мы наложили на неё гипс. Сломанная кость. Я не знаю, что с этим делать. В прошлой жизни я слишком боялся того, во что это может вылиться, чтобы даже пытаться сделать что-то опасное. Моей матери не нужен был лишний счёт. Кивнув, я сказал: «Спасибо». Остальные бандиты, похоже, не обращали на меня внимания. Они просто хотели съесть мясо крокодила, которое я принёс домой. Если они так относятся к мясу крокодила, мне стоит принести ещё. Они приютили меня и будут заботиться обо мне, пока мне не исполнится 17. Если между нами будет хоть немного взаимопонимания, это поможет мне в будущем. Было бы неплохо какое-то время есть не только кроликов. Дадан принесла мясо, но не позволил им взять по кусочку. Только после того, как я взял свой. И это был один из самых больших кусков. Я улыбался, глядя на свою тарелку, и в груди у меня разливалось чувство гордости. Когда я в последний раз чувствовал себя таким довольным? Последние пару месяцев были адом, но в каком-то смысле и весёлыми. Мясо было сочным и распадалось на части при каждом укусе. Должно быть, Дадан на этот раз постаралась на славу. На вкус это было лучше всего на свете. — Чего вы ждёте? — спросила Дадан, глядя на своих мужчин. Они всё ещё ждали её разрешения поесть. В аниме она казалась слабой. На самом деле она крутая. Под её контролем было 30 мужчин, и они делали всё, что она говорила, как хорошо обученные собаки. Если бы она приказала им сесть и перевернуться, они бы сделали это без вопросов. Боль от швов утихла, пока я ел. Еда затуманила мой разум. Когда я закончил, моё тело снова почувствовало усталость. Взглянув на свою ногу, я как будто забыл, как выглядит рана. Возможно, я был так шокирован, что не замечал её. К тому же всё было скрыто под кровью. Единственное, что я знал наверняка, — это то, что останется ужасный шрам. Может, я просто сделаю ещё одну татуировку. Мне всегда нравились татуировки, и у меня даже было несколько. Огненный кулак Эйс с несколькими дополнительными татуировками звучит довольно круто… Не знаю, можно ли это считать подбадриванием. Забудь о том, чтобы встать на следующее утро. Я проспал весь день и проснулся только к обеду. Но и тогда я снова отключился вскоре после еды. Моя кожа горела, и боль разбудила меня. Дадан заставила меня сесть и выпить что-то, когда боль стала невыносимой. Не знаю, что это было, но на вкус отвратительно. Потом она снова уложила меня и приложила к голове прохладную ткань. Её нежные движения были приятны, как будто меня любили. Или, может быть, это просто моё воображение. Когда просыпаться стало не так больно, я начал чаще пытаться встать. Ноги зудели от желания походить. Бандиты спорили и толкали меня обратно на кровать. Я таа хотел увидеть шрам. Интересно, какую татуировку мне сделать? Может, что-то уникальное? Или что-то, что отражало бы характер Эйса? — Перестань ёрзать, сопляк, — сказала Дадан, отталкивая меня и накрывая меня одеялом. Я натянул одеяло на себя и сердито посмотрел на нее. «Я хочу встать. Я устал сидеть здесь как мёртвый». — Что, чёрт возьми, ты собираешься делать с больной ногой и рукой? Ты просто напрашиваешься на смерть. Дадан возразила в ответ. Она не совсем неправа. Моя нога всё ещё болит, а рука точно сломана. И всё же я не мог позволить ей так легко победить. Мне нужно поддерживать репутацию упрямца. Снова откинув одеяла, я сказал: «Ну и что? Я просто хочу пройтись». Дадан сердито посмотрела на меня и отвернулась. Думая, что я победил, я медленно встал. Я не ожидал, что она развернётся с верёвкой в руках. «Если ты не будешь сидеть смирно и вести себя хорошо, я тебя свяжу», — сказала она. Быть привязанным к кровати — не самое приятное занятие. Эта стерва даже не слишком сильно меня связала. Только мою здоровую руку и ногу. Так что выбраться прямо сейчас невозможно. Не потревожив раненую ногу. Моя сломанная рука была так перевязана, что не могла достаточно сильно тянуть за верёвку, чтобы выбраться. «Если ты выберешься, я разрешу тебе прогуляться», — сказала она, слишком гордясь собой. Три. Три целых грёбаных дня. Я тянул за верёвку каждый день в течение трёх дней. Сосредоточившись на верёвке здоровой руки. Иногда, когда я работал другой рукой, мне становилось тяжело, когда её удерживали. Вес импровизированного приспособления был слишком велик. Но никто не хотел мне помогать. Не то чтобы я их об этом просил. Распустив последний узел, я вздохнул. — Почему бы тебе просто не отдохнуть? Так ты быстрее поправишься. — спросил Догма, глядя на верёвку. Я немного сердито посмотрел на него. «Мне скучно. Мне нужно чем-то заняться, иначе я сойду с ума!» — сказал я, думая, что он не поймёт. Это слишком нормально для горных бандитов. Как я и думал. Догма кивнул, отвернувшись от меня. И вернулся к тому, чем занимался. Переведя дыхание, я сел. Потянулся к узлам на лодыжке. И тут мне на колени упал деревянный столик. — Если так, я тебя кое-чему научу. — ухмыляясь, сказал Догма. Должно быть, он думает, что раскусил меня. По правде говоря, этот человек был неплохим учителем. Это просто базовая математика. Он показал мне, как использовались семейные финансы. Где искать ошибки или предателей. Он наклонился ко мне и сказал: «Предатели всегда оставляют бумажный след. Они откладывают деньги на чёрный день». Мы просматривали отчёты, пока я не увидел это. Человек, который не тратит выделенные ему деньги. Большинство людей тратили деньги по мере поступления, откладывая, когда могли. — Догма… — спросил я, глядя на него. Он улыбнулся и приложил палец к губам. Догма потянулся, подняв правую руку вверх, а левой придерживая правую руку. Он застонал, прежде чем громко вздохнуть. Дадан и Могура посмотрели в его сторону. А затем отвели взгляд. Всё это казалось таким невинным. «Следующий урок: хотите узнать, как определить, настоящие ли драгоценные камни?» Я кивнул, возможно, всё не так плохо, как я думал. Догма принес несколько разных драгоценных камней. Мы обсудили, как отличить настоящий от поддельного. Сколько стоит каждый из них, как на виду, так и в тени. Что можно отследить как украденное и как это исправить. Чтобы разобраться во всём этом, потребовалось время и много умственных усилий. — Погоди, почему у тебя так много подделок? — спросил я, глядя на количество. Это была примерно треть камней, лежавших передо мной. Догма рассмеялся: «Эйс, кто мы такие?» «Бандиты». «Откуда, чёрт возьми, у бандитов на таком острове столько денег? Вы диверсифицируем свою деятельность», — объяснил он. Им было бы трудно заработать достаточно, чтобы оставаться на плаву, если бы они всегда занимались одним и тем же. При таком большом семействе на это не хватит денег. Поэтому они продавали наркотики, подделывали драгоценные камни и грабили людей. Прежде чем я осознал это, после всех уроков Догмы. Прошло две недели. Моя нога болела не так сильно, поскольку теперь я мог ею двигать. Догма предпочитал проводить уроки за столом, а не на медицинской койке. Человек, который, как я заметил, копил деньги, исчез однажды ночью. Никто ничего не сказал по этому поводу. "Ты присоединишься к моей семье?” Спросила Дадан, когда я спросил о нем. Отрицательно покачав головой, она добавила: “Тогда это не твое дело”. Прежде чем оставить все как есть. Остальные ее мужчины держали язык за зубами по этому поводу. Для таких забавных парней, которые ни о чем не могли соврать. Они были в состоянии сохранять невозмутимое выражение лица и каменно отбрасывать каждый мой вопрос по этому поводу. Чтобы мне разрешили снова выйти на улицу, Догма установил правило. Я должен был создать сносное украшение. “Это должно быть легко для тебя”. сказал он насмешливым тоном. Потребовалось еще три недели, прежде чем драгоценные камни, которые я сделал, стали достаточно хороши, чтобы их можно было сдавать. Хотя это не означало, что я еще не мог уйти. Дадан стоял перед дверью. "Что теперь?’ Я задумался, моя нога не только больше не кричала на меня, но и выдерживала мой вес. Она протянула мне нож. Он был немного длиннее того, что я украл у неё раньше. Его край был зазубренным и выглядел острее. Взглянув на неё в поисках ответа, она фыркнула: «Если ты собираешься на охоту, тебе стоит взять охотничий нож». Дадан могла говорить что угодно, но она заботилась об Эйсе. Нож, который был у него на поясе, должно быть, тоже был от неё. — Спасибо, — сказал я, убирая нож. Это просто прогулка по джунглям. Хотя, добравшись до опушки, я обернулся и улыбнулся: «Я ПРИНЕСУ ОБЕД!» — крикнул я, не слишком уверенно убегая в джунгли. Я слышал, как они кричали, но никто не побежал за мной. Я смеялся, ветер свистел в моих ушах, и я был свободен от душной хижины. Я больше не мог просто охотиться. Не мог, потому что животные здесь знали, что я каждый день что-нибудь ловлю. Это делало меня лёгкой мишенью. «Разве наблюдательное Хаки не помогает в таких ситуациях? Если бы я мог использовать его, я бы лучше охотился и прятался от хищников.» Но как тренировать наблюдательное Хаки — это совсем другое дело. Мне нужно было больше получать травм. Когда я сказал: «Я бы завязал глаза Сабо и Луффи. Прямо как в аниме. Я не думал, что это действительно сработает. Ну, Луффи выглядел так, будто немного тренировался в это время. Я не ожидал, что результат будет так быстро. Это было не так, как у Луффи позже, но я всё равно чувствовал разницу. Мой слух стал лучше. Когда шелестели листья, я понимал, насколько велико животное. Я знал, когда нужно убегать. Оставаться вне поля зрения крокодилов. Это создало для меня новую проблему. Три вещи, которые я узнал благодаря нападению, — это то, что крокодилы очень вкусные. Такие вкусные, что слюнки текут. Трудно находиться так близко к ним и не воспользоваться шансом напасть. Особенно когда я мог легко дотянуться и ударить их по голове. Внутренний голос, который снова и снова повторял: «Эйс мог охотиться на крокодилов, когда ему было десять», возможно, сделал меня слишком самоуверенным. Я поклялся себе не нападать, пока не смогу хотя бы отнести одного из них к Дадан. Используя камни вокруг, я начал поднимать их разными способами. Нес некоторые из них по несколько миль, прежде чем снова поднять. Только мои пациенты сдавались раньше, чем я надеялся. Нападал на одного и убивал его. Это проще, когда я сам справляюсь. Первый крокодил, которого я убил, был не таким большим, как напавший на меня монстр. И всё же я принёс его обратно к Дадан. Добраться было не так уж сложно. Может быть, это просто из-за потери крови. Эйс всегда был таким сильным? Как только я стал охотиться на крокодилов с большей уверенностью и совершать меньше ошибок, пришло время перейти к следующему этапу истории ASL. Серый Терминал — мусорная свалка, где жили самые бедные люди. Найти край джунглей легче на словах, чем на деле. Благодаря тому, в каком направлении убегает Эйс в аниме, у меня хотя бы было направление. Не самое лучшее, но намного лучше, чем кое-что другое. Когда я нашёл его, я не мог ошибиться в том, что увидел. Пышная зелень джунглей, переходящая в серый бетон. Почти как на одной из тех картинок, разрезанных пополам, где одна сторона грустная и серая, а другая полна красок. Показывает двойственность людей и мира. Это потому, что это мир аниме? Ну, вонь — это не часть аниме. Здесь пахнет мочой, дерьмом и плесенью, которой двадцать лет. Если бы мне нужно было с чем-то это сравнить, я бы сказал, что пахнет так же плохо, как в доме бомжа или на какой-нибудь заброшке. Мне потребовалось три попытки, чтобы обойти это место. Запах отпугивал меня больше, чем что-либо другое. Быть осторожным и носить с собой оружие было несложно. Хотя не знать, как правильно им пользоваться, — это проблема. Как же мне повезло, что так много людей готовы помочь мне научиться. От глупых мужчин, преследующих ночных бабочек, до неудавшихся пиратов, которые сдались и теперь прячутся от своих неудач. Они все были так добры, что позволили мне научиться правильно двигаться, чтобы максимально эффективно использовать трубу в моих руках. Улыбаясь, я чувствую себя на вершине мира. Даже если этот мир — всего лишь мой задний двор. Животные не смогли меня остановить, и отбросы из Грей Терминала оказались такими же слабыми. По крайней мере, Серый Терминал хорош в одном. Тренировке Хаки. Это не похоже на фильмы, где повсюду были люди, готовые причинить тебе вред. Они прятались в тени, ожидая, когда ты подойдёшь достаточно близко. Поддерживать свой маленький Хаки на как можно более высоком уровне — отличная практика. Даже если потом у меня будет болеть голова. Благодаря Хаки и навыкам ментального картографирования мне не нужно было беспокоиться о том, что я заблужусь. Пройдя по всем возможным тропам, я нашёл лучший путь. Он пролегал мимо всех женских домов, так что я мог делать свои обычные дела. Но на то, чтобы обойти их, у меня не ушло много времени. Мне придётся менять маршрут через день, чтобы Блуджем и его команда не смогли последовать за мной. Может быть, я даже смогу расставить для него ловушки где-нибудь на пути. Но эта проблема была уже для будущего меня. В течение года всё было по-прежнему. Я бродил по Серому Терминалу до полудня. Потом охотился до ужина. Я стал сильнее, потому что мне приходилось нести добычу обратно в хижину. Тела меньше волочились по полу. Ходить и бегать стало легче. Однажды я подумал, что если положить камни в карманы, это поможет. Немного силовых тренировок. Но это только разозлило меня, когда я пытался устроить засаду на кабана. С этим было трудно справиться. Пришлось вскарабкаться на дерево. Посмотреть, как кабан несколько раз протаранил его. А потом перепрыгнуть на другое дерево, пока он не заметил. Кабан протаранил первое дерево. Он обнюхивал ветки, но не нашёл меня. Всё это время я осматривал свои ноги и руки. Мои штаны всё ещё лежали на земле в трёх метрах от меня. Камни — это плохая идея. Лазание по деревьям стало для меня отличным развлечением. С верхушек деревьев я мог видеть большую часть джунглей. Это помогло мне в других тренировках. Я старался приземляться тихо.И учился падать так, чтобы не сломать ни одной кости. Если это помогало мне научиться двигаться бесшумно, то это был просто бонус. Должен признать, теперь меня было легче найти. С моим распорядком дня. Всё моё свободное время я проводил на верхушках деревьев, вырезая что-нибудь, чтобы занять руки, и любовался видом. Тысячи зелёных листьев боролись за то, чтобы увидеть солнце, растворяясь в сине-зелёном море. Море, которое блестело на свету. Небо, меняющееся миллионами оттенков синего, серого и сиреневого. Сколько бы раз я ни видел это, оно всегда прекрасно. Когда Гарп пришёл ко мне, я не сильно удивился, что он меня нашёл. В конце концов, он мог использовать Хаки, но даже если бы и не мог. Найти меня было не так уж и сложно. Сунув свою новую резьбу в дупло дерева, я спрыгнул на землю. Немного покатился, чтобы смягчить удар. Гарп, взглянув на меня, приподнял бровь, но не удивился. «Ты становишься сильнее. Если ты уже здесь охотишься. Мне стоит начать тебя тренировать», — сказал он, и на его лице появилась дикая ухмылка. По моему позвоночнику пробежала дрожь. Как тогда, когда я смотрел на крокодила несколько месяцев назад. Разве Гарп не навещал их только раз или два в год? — Конечно, — сказал я. Не желая выглядеть напуганным. Бросившись вперёд, я подумал, что если бы мне удалось хотя бы раз ударить его. Может быть, он бы отнёсся ко мне снисходительнее. Конечно, это были просто мечты. Гарп даже глазом не моргнул, когда я наносил ему удар за ударом. Используя пространство вокруг нас, чтобы получить хоть какое-то преимущество, я лишь сокращал количество своих движений. Должен сказать, ничто не бесит меня больше, чем Гарп, стоящий там и глядящий на меня, как на червя. «Ты сильнее, чем я думал», — сказал он. Улыбка на его лице по-прежнему говорила о том, что я в опасности. Первое, чему он решил меня научить, — это как схватить своего внука и подвесить его вниз головой за ногу. Он не схватил за ту ногу, которую укусил Крокодил. Я бы подумал, что Дадан рассказала ему об этом, если бы не шрам. Уродливый обесцвеченный шрам на моей ноге кричал всем: «Я ЗДЕСЬ!» Я попытался вырваться из его хватки. Гарп смеялся над каждым моим движением. Когда мы добрались до места, куда он меня вёл. По его словам, это было «лучшее место для тренировок». Лучшим местом оказалось дно ущелья. И не просто какого-то ущелья. Нет, ущелья, которое почти полностью разделяет Дон на два острова. Если бы не горный хребет выше по течению, который перекрывал ущелье. Я уставился в землю. У меня внутри всё сжалось. Мне нужен был план. Я мог бы спрыгнуть с дерева и не сильно пострадать. С высоты нескольких километров? «Нет, это невозможно. Гарп не может быть настолько сумасшедшим.» — подумал я, зная, что он действительно такой сумасшедший. — Посмотрим, как ты справишься с этим, — сказал Гарп, протягивая руку над ущельем. Он так и не убил Эйса и Луффи. — Это не убило Эйса. Это не убьёт и меня… Я надеюсь. Холодный ветер пронёсся мимо меня. Земля казалась всё дальше. — ПОДОЖДИ! ПОДОЖДИ! ЧЁРТ ВОЗЬМИ, СУМАСШЕДШИЙ УБЛЮДОК! — закричал я, когда он отпустил меня. Земля стремительно приближалась. Моей первой мыслью была земля, а затем голубая вода. Удар о воду был похож на удар о камень. Было больно, и я задохнулся. Вода немного заполнила мои легкие. Прежде чем я подплыл и вылез. Отхаркивать воду и хватать ртом воздух было больно. Я знаю, как я умирал, но, черт возьми. Утопление сегодня не входило в мои планы. “У-ублюдок”. Я выдохнул. Пристально смотрю на пятнышко морского пехотинца сверху. — Хочешь сыграть? — спросил я, вставая. Он хочет, чтобы я прошёл через ущелье, но я не стану этого делать. Дело в том, что я готов поспорить на хорошие деньги, что Гарп не лжёт мне о том, что ущелье — лучшее место для тренировок. Он не из тех, кто будет тратить время на подобные вещи. Я бы нашёл способ попасть в ущелье позже, когда он уйдёт. Когда у меня будет время осмотреться и спланировать свой следующий шаг. Не с таким человеком, как он, который следит за каждым моим движением и изучает мой образ мыслей. Если бы он узнал об этом, я бы никогда не смог его удивить, сколько бы ни прожил. Засунув руки в крошечные трещины в скалах, я начал карабкаться. Мне нужно было потренироваться, прежде чем он придёт в следующий раз. Я хотела напугать его до чёртиков. Я цеплялся за любые крепкие корни, чтобы забраться повыше. Это заняло больше времени, чем я думал, но я добрался до вершины. Я улыбнул6 ему, слегка задыхаясь. “ Ну, посмотри на себя. ” сказал Гарп, улыбаясь в ответ. Он наклонился, поднимая мою руку. Я должен был догадаться, что это плохой знак. На этот раз он швырнул меня внутрь с меньшей осторожностью. “Оставайся там, сопляк”. Он крикнул, когда я падал. На этот раз я знал, как туда забраться. Я проделал достаточно отверстий для рук, чтобы видеть путь. Подбежав к стене, я снова полез наверх. Я поднимался быстрее, потому что был менее осторожен. Есть что-то такое в том, чтобы идти против того, что говорит Гарп. Я горжусь тем, что вижу, как он злится. Особенно когда я выпрыгиваю из ущелья и оказываюсь вне досягаемости. — Мелкое дерьмо, — пробормотал Гарп. — Чтобы узнать, нужно попробовать, — ответил я. Не лучший ответ, но посмотрим, что ты скажешь после того, как дважды вскарабкался на стену и чуть не утонул. Какое-то время мы спорили и дрались. Пока Гарп не оттолкнул меня. Я не заметил, что ущелье позади меня становилось все ближе. Этот придурок загнал меня в угол. На этот раз я падаю по-другому. Теперь я достаточно близко к стене, чтобы дотянуться до неё. Я знал, что будет больно. Но я понятия не имел, насколько сильно. Моё плечо пронзило болью, когда я зацепился за корень. Моё тело врезалось в стену. У меня так сильно болел нос. Я чувствовал, как струйка крови стекает в мой рот. Я плевался и отхаркивался, вкус железа обжигал моё горло. Подняться обратно на вершину было и легче, и сложнее. По кровавому следу, который я оставил, поднимаясь. Кто бы мог подумать, что Эйс так же уязвим, как и все мы. Просто у него была семья из ада, которая сделала его сильнее. На этот раз он выглядел потрясённым, когда я снова вылез. «Ха-ха-ха, ты точно мой внук». Сказал он, и улыбка на его лице немного изменилась. Теперь он смотрел на меня не как хищник. Должно быть, я делаю что-то правильно, раз он действительно смотрит на меня сейчас. — Ты же не думал, что я позволю тебе толкать меня весь день, да? — спросил я. Мой взгляд, которым я одарил его, не произвёл того эффекта, на который я рассчитывал. “БАХАХАХАХАХАХА! В следующий раз я возьму с собой гантели, чтобы удержать тебя внизу, ” засмеялся он. "Черт, кажется, я сам себе сделал хуже. Ну что ж, это были проблемы будущего меня". Я уверен, что позже я возненавижу себя за это. Следующее в списке — построение морской пехоты. Гарп разглагольствовал и восхищался тем, как морская пехота изменила свой подход к делу. «Это не то, что было, когда я был молод. Тебе придётся приложить больше усилий, чтобы выделиться». Он сказал, как будто я собирался что-то из этого делать. Он показал мне стойки. Помогал мне с осанкой и подсказывал, когда я опускал руки. Затем он хотел, чтобы я спарринговал с ним, используя эти стойки. «Я беру свои слова обратно. Он худший человек из всех, кто когда-либо жил.» — подумал я, когда он снова швырнул меня на землю. Спарринг с ним — это уже испытание. Это можно расценивать как наказание. Чёрт, морские пехотинцы могли бы использовать это как наказание и увидеть, как их аресты растут в геометрической прогрессии. Неважно, что он был в три раза крупнее меня. Я учился двигаться. Он бил сильно и быстро. Я не смог бы повторить это, даже если бы захотел. Но этого все равно было недостаточно, этот мужик хотел, чтобы я выучил ещё и коды. Он продолжал их выкрикивать. Если я не отвечал, что они означают, дело доходило до рукоприкладства. С помощью старого доброго кулака. Это было всё равно что пытаться выучить другой язык в режиме наказания. В прошлой жизни у меня это никогда не получалось. К тому времени, как он остановился, в моей голове крутились коды. Он что, делал это с Эйсом и Луффи? Если да, то почему они не знают кодов? Сейчас мне трудно не запомнить их. Не то чтобы я собирался стать морским пехотинцем, но я мог бы воспользоваться этой информацией. Гарп, похоже, был рад меня научить. Даже если я забуду коды к его следующему визиту. Занятия с Гарпом были одновременно скучными и мучительными. Как можно сделать обучение таким ужасным? Даже учителя, которые ничего не делали в моей прежней жизни, справлялись лучше. Гарп уделял этому гораздо больше внимания, чем они. Слушать его было почти мучительно. Мне часто приходилось встряхиваться, чтобы прийти в себя, или отгонять странные мысли. И всё это для того, чтобы сосредоточиться на том, что он говорил. Или снова встретиться лицом к лицу с кулаком любви. — Эйс, ты слушаешь? — спросил Гарп, поднимая кулак. Я моргнул. «Да. Слушаю. Можешь остановиться». Я сказал это в надежде, что он воспримет это как ответ. Но он не воспринял, если удар кулаком по моей голове что-то значил. «Этот чёртов ублюдок!»