Приставучая обезьяна (Макак)

Ты никогда не думала, что это произойдёт с Макаком. Да, он – обезьяна, но человекоподобная. И он никогда об этом не упоминал, так что даже и мысли не было, что настанет этот период. Брачный сезон. Изначально, изменения в его поведении не сильно бросались в глаза. Демон теней проводил с тобой чуть больше времени, чем ты привыкла, не упускал шанса сказать комплимент, рассказать историю о своих сражениях и победах, тактично умалчивая несколько определённых битв. Но через несколько дней это начало перерастать во что-то более масштабное. Гулять? Макак с тобой. И поверь, ты не хочешь, чтобы рядом находился другой мужчина, а уж тем более, пытающийся к тебе подкатить. Хочешь сладкого, чего-то романтичного? Будда, он устроит вечер при свечах, завалит тебя вкусняшками, цветами! Но самое главное – Михоу норовит коснуться тебя. Всегда. Будь то объятие или поцелуй, перебирание твоих волос или же простое соприкосновение руками. И ты видела, как на мгновение сияют его глаза, как шерсть слегка встаёт дыбом от мимолётного контакта. Ты забеспокоилась. Да, он любит тебя, но это перебор. Макак всегда показывал знаки внимания, но немного, и тебе хватало. А тут вдруг резкий наплыв нежности. Доходило даже до того, что он сидел в твоей тени, пока ты на работе. И его взгляд ты почувствуешь везде. В интернете ты быстро нашла информацию о брачном сезоне макак, сопоставила временные рамки, с марта по сентябрь, и поняла, что да, это именно то. Весь этот прилив заботы и любви начался с апреля и продолжается по сей день. Да и действия схожи: красуется, прилипчив, "защищает" от других мужчин, приносит дары. Ну прям самец в расцвете своего брачного сезона. Только остался вопрос: почему Макак ничего не сказал? Интимная жизнь в ваших отношениях присутствует, а тут он вдруг решил отмалчиваться. Не порядок. Предстоит разговор. — Привет, сладкая, — раздался из тени говор, и за спиной появилась влюблённая обезьянка, которая мгновенно обхватила твои плечи руками, а талию хвостом. — Что ты делаешь? — спросил Люэр, ткнувшись носом в твою макушку, и вдохнул аромат клубничного шампуня. Ты усмехнулась, уже привыкнув к этим необычным действиям. В последние пару месяцев, это норма. — Да так, информацию решила поискать. — Насчёт чего? — промурлыкал Макак, даже не удосужившись посмотреть на экран ноутбука. Нюхать волосы любимой девушки интереснее. — Насчёт брачного сезона обезьян, — прямо ответила ты, заставив темношёрстного впасть в лёгкий ступор. Макак проворчал что-то и нехотя отошёл на пару шагов. Его хвост скатился по твоей талии вниз. Ну почему ты такая умная? — Тебе не обязательно было это искать. — То есть ты прекрасно знаешь, какой у тебя период, — поняла ты. — Почему молчал? Я ведь могу... — Помочь, — сложив руки на груди, закончил Михоу, его хвост махнул. — Не говорил, потому что знал, что ты предложишь свою помощь. А вот теперь ты не улавливаешь. — Я бы поняла, если бы мы с тобой ни разу до этого не переспали. Но это было несколько раз, — пытаешься рассуждать ты, придумывая причины демону вести себя так скрытно. — Так что я не догоняю. Макак глянул на тебя, промычал и вздохнул. — Я... Боюсь, что буду небрежен... Груб, — признался теневой. — Обычно, самцы не славятся нежностью во время процесса при брачном сезоне, — он поправил шарф. Ты медленно кивнула, кажется, понимая, что именно его пугает в этом всём. Мило, как многолетний демон боится навредить хрупкой смертной. Он очарователен. — Макак, — ты подошла к нему и обняла, его хвост быстро завилял, вызывав лёгкий смешок с твоей стороны. — Я не думаю, что ты можешь сильно навредить мне. — Почему ты так уверена? — мастер теней хотел держать дистанцию, но внутренний голос оказался сильнее, а потому скоро его руки обвились вокруг тебя. — Потому что полностью тебе доверяю, — заявила ты без капли сомнения в голосе. Он так долго держится, потому что боится навредить. Это только показывает его искреннюю заботу. — И потом... Может мне понравится грубость, м? — протягиваешь ты, с улыбкой смотря, как удивление на лице любимого сменяется ухмылкой. — Мы можем это проверить, — ты встаёшь на носочки, соприкасаясь с его носом своим. — Что скажешь? Ты видишь искру желания, которая огнём разгорается в его янтарных глазах. Не долго думая, Макак подхватывает тебя на руки, укладывает на кровать, нависая сверху, и начинает покрывать твоё лицо поцелуями, параллельно громко мурча. — Я постараюсь не торопиться, — проговорил он сквозь мурчание. Даже в такой момент старается сдерживать животные порывы. — Но не обещаю, сладкая, — прорычал он рядом с ухом, от чего всё тело вздрогнуло из-за мурашек. Его ладони и не тёплые, и не прохладные. Что-то между. Они спускаются к плечам, поднимаются, поглаживают щёки, пытаясь отвлечь от хитрого хвоста не менее хитрого демона, который то и дело норовил коснуться внутренних частей бёдер. Простые прикосновения уже заставляли воздух вокруг гореть от напряжения, а вы ещё даже одежду не сняли! Ты опустила взгляд, чтобы посмотреть на тёмный хвост, но за подбородок хватают и запрокидывают голову, вызывая судорожный вдох. — Глаза на меня, — рычит Макак с игривой улыбкой, которая одновременно слегка пугает и интригует. Ты улыбаешься обезьяне, та хмыкает. — Весело тебе? — щурится воин. — Очень. Макак отстраняется. Так дело не пойдёт. Его будто не воспринимают в серьёз, а ему это совсем не нравится. — Ты чего? — Знаешь, я, думаю, что подожду ещё немного, — он откидывается назад, прислоняется спиной к стене, сидя на кровати. Ты вопросительно смотришь на него, приподнимаешь переднюю часть тела, опираясь на руки. — Уверен, что продержишься? — пытаешься задеть теневого ты. — Я держался пару месяцев, ещё подожду, — пожимает плечами Макак, стуча кончиком хвоста по постели. — Неужели? — ухмыляешься ты, подползаешь к нему и шепчешь ему на ухо. — Даже так? Тёмная шерсть встала дыбом, кончики ушей покраснели, как и его щёки, а в глазах сверкнул опасный огонёк. Но демон не отстранился. — Не смей... — он и так на пределе, а ты решилась на такую подлость. — Останови меня, — продолжаешь ты своё коварство. Ты думала, что своими действиями выведешь природные инстинкты теневой обезьяны на передний план. Но, к твоему удивлению, он сдержался. Ты видишь краем глаза, как тень под руками шевельнулась, и через мгновение ладони были схвачены теневым клоном Макака, чья улыбающаяся моська вскоре также показалась из той же тени. Ты успеваешь только ойкнуть, как тень прошмыгнула тебе за спину, сформировалась в копию воина и быстро, но осторожна завела твои руки назад крепко держа. Ты задумалась, пытаясь разгадать задумку любимого, и, кажется, у тебя это получилось. — Думаешь, я сдамся быстрее тебя? — дерзко бросаешь ты теневому. — Если ты начнёшь умолять меня взять тебя раньше, чем это сделаю я, то... — Макак протянул, прислонившись к стене и сложив руки за голову. — С тебя пакет бананов и слив. Ты усмехаешься. Почему-то ничего другого ты и не ждала. — А если выиграю я, то с тебя пакет сладостей, — равноценные ставки. Он любит фрукты, ты вкусняшки. — Справедливо, — кивает Макак, пожав плечами. Без предупреждения ладони тени залезли тебе под кружева нижнего белья, а твои руки остались за спиной, связанные лентой. — Т-так сразу? — запнулась ты от столь скорых действий. — Хочу поскорее увидеть, как ты проиграешь, — скалится Макак, озорно смотря на тебя. — Уверен, возбудиться ты уже успела. — И с чего такой вывод? — поинтересовалась ты, сдержав судорожный вдох, который так и норовил вылететь, как только пальцы теневого клона прошлись по влажным складкам чувствительного бутона. — Потому что стоит заломать тебе руки, так ты уже представляешь самые развратные в мире вещи, — хвост демона вильнул из стороны в сторону. Ты фыркнула, но это правда. Стоило Макаку сделать тебя беспомощной, без возможности выбраться из под него, то в голову моментально влезали грязные мыслишки. Ты оглянулась через плечо, встречаясь с улыбчивой мордашкой тени, чьи пальцы скользили по твоему влагалищу, сбивая тем самым дыхание и спутывая мысли. Но помни про спор, держишь. Сладости на кону. — Ну разве клоны не милые создания? — нежно спрашиваешь ты, замечая, что тень отреагировала, подняв сияющие фиолетовым глаза на тебя. — Так бы и потрепала за теневые щёчки. — Сахарок, это мой клон, — тут же отозвался Макак и прищурился. Так, значит, к самому себе тоже ревнует? Немножечко. Надо пользоваться, пока Михоу в таком неоднозначном состоянии. — И что? — спокойно настолько, насколько возможно в данном положении, спросила ты. — Трогает то меня сейчас он. Макак тихо зарычал, глядя на ехидную улыбку напротив. Ясно, что ты делаешь. Он отвернулся в сторону, тёмный хвост застучал кончиком по постели. Ты хмыкаешь, открываешь рот, чтобы что-то сказать, но не успеваешь, так как вместо слов вылетает стон. Прохладный палец теневого клона погрузился внутрь. — Какой резвый... — бормочешь ты, закусывая внутреннюю часть щеки. — Мне нравится. Ты слышишь, как настоящий Макак фырчит, старается не смотреть в вашу с клоном сторону. Ему тоже проигрывать спор не хочется, а он не уверен, что сдержится, если увидит столь сладкое, довольное, полное желания выражение лица. Тень, слыша похвалу, толкает палец дальше вглубь, отводит назад и снова вперёд. Ладони дёрнулись в тёмно-фиолетовых путах. Хотелось схватить что-нибудь руками, сжать. Желаешь простонать имя любимого, но боишься, что он воспримет это как зов, а значит, ты проиграешь. Ты видишь, как воин перед тобой тяжело дышит, как пыхтит и рычит, пока хвост взволнованно машет из одной стороны в другую, снизу вверх. Макака нужно раззадорить ещё больше. — Умница... — хрипло хвалишь ты тень, сглатываешь, смачивая горло. — Именно так. Слышишь тёмный смешок за спиной, прикусываешь губу, когда тебя валят вперёд животом на кровать. Клон нависает сверху, прижимается к твоей спине, не тормозя движения пальцев, к первому добавился второй. — Ох, Будда, — вздыхаешь ты, видя, как ушко Михоу дёрнулось. Какая-то слишком нахальная тень. Тебе на руку. — Ты приказываешь клону или он сам? Макак не поборол любопытство, оглянулся и сильнее нахмурился. Значит, не он. Шестиухий молниеносно махнул рукой, вмиг растворив клона. Ты осталась пустой. Захныкала. — Ты – бестия, — рычит Макак, сбрасывая с себя одежду на пол. Ухмыльнуться и сказать то, что победила, не удалось. Теневые ленты рассеялись, но только для того, чтобы темношёрстный живо потянул твою футболку вверх, отбросил к своим вещам и принялся за нижнюю одежду. Как только он закончил путы сразу же вернулись, обвязали руки вместе, дёрнули назад, заставив упасть на спину на мягкую постель, а головой на подушку. Другие половины лент обмотали изголовье кровати и зафиксировали тебя в положении с поднятыми руками. — М-Макак! — он застал тебя врасплох. — Цыц! — рявкнул Макак, накрыв твои губы тёплой ладонью. — Раз хорошей девочкой ты побыть не можешь, то буду учить. Как же его голос, рычащие нотки будоражат. Теневой видит, что теперь-то ты точно серьёзна. Да, он проиграл спор, но сейчас ему дела до этого нет. Он получит гораздо более приятный приз, чем пакет фруктов. Наконец, почувствует облегчение от зуда внутри тебя. Рациональная часть его ушла всё таки не полностью, поэтому он освобождает твой рот, протягивает руку в тень, намереваясь достать от туда презерватив. — Не стоит, — сипишь ты, хочешь дотронуться до его ладони своей, но вспоминаешь, что привязана. — Думаю, будет лучше без защиты. Макак удивлённо вскидывает бровь. Серьёзно? Вот так просто. — Уверена? — вопрошает он напряжённым голосом. Видно, как сдерживаться обезьяне всё труднее и труднее. Ты постаралась. — Да. Не желая тратить больше ни секунды, Шестиухий приподнимает твои бёдра, устраивается рядом с мокрым от предыдущей стимуляции проходом и толкается внутрь до самого конца. Ты выгибаешься, руки дёргаются, но тени, заразы, крепкие. Макак не ждёт в этот раз, дымка желания, скорейшего освобождения затмевает разум. Он ведь предупреждал, что может быть немного не в себе. Кровать то и дело скрипит от каждого резкого, глубокого толчка. Перед глазами искрятся звёзды. Грудь быстро поднимается и опускается. Комната заполняется, с твоей стороны, стонами, всхлипами и криками восторга, а со стороны Макака – рычаниями, урчаниями и иногда негромкими стонами. О соседях вы явно не подумали. Ты шипишь, по щекам скользнуло пару слезинок, когда одна из рук воина поднялась выше и крепко сжала твои, оставив на коже заметные следы от когтей. Может, стоило подумать перед тем, как соглашаться? Нет, ты ничуть не жалеешь. Концовка сеанса прошла не менее бестактно. Во время кульминации, демон вцепился в твою шею, не просто оставив яркий синяк, но и прокусив кожу настолько, что показались багровые капли крови. Только отдышавшись, Макак понял, что переборщил, и мигом начал зализывать рану. Тени растворились, выпуская руки на свободу. — Прости, прости, — извинялся Люэр за чрезмерную грубость. Он должен был контролировать животное внутри себя. — Нет-нет, не надо, я в порядке, — сглатываешь ком в горле от выплаканных слёз ты. — Это было... интенсивно. Но я не жалуюсь. Янтарные глаза с сожалением поднялись на тебя. Воин коснулся твоих щёк, смахивая с них слёзы. — Макак, я довольна, — говоришь ты. — Правда? — Конечно, — уверенно заявляешь ты. Да, потрёпана ты сильнее, чем того ожидала, но никто не говорил, что удовольствия ты не чувствовала. — Я буду подготовленей в следующий раз. — В следующий раз? — ты серьёзно не против повторить грубый опыт? — Ты правильно меня услышал, милый, — улыбнулась ты. Макак вздыхает. Он всё равно чувствует вину за излишнюю резкость, но также рад, что после такого ты остаёшься с ним. Темношёрстная обезьяна укладывается на кровать рядом с тобой, нежно проводит пальцами по кистям твоих рук, спускает руку вниз, обхватывает талию и ласково прижимает к себе. Вам нужно отдохнуть. А тебе стоит понять, что дразнить демоно-обезьяну в брачном сезоне – не самая лучшая идея.