Часть 1

Можно было даже не читать файл с биографией Уокера, чтобы понять, что тот в своей жизни трахал только одну женщину. Поэтому Ава не ждала ничего особенного или фантастического, когда они впервые оказались в его спальне. Все, чего ей хотелось — это сбросить напряжение, копившееся в ней с того дня, как все они вышли из тени и, по желанию Валентины, вдруг превратились в наследников Мстителей. Она вообще не собиралась спать с Уокером. Не гадь там, где ешь, и все такое. Просто в тот день все вышло из-под контроля. Тренировка, переросшая в очередную перебранку. Колкости, ставшие слишком грубыми. И быть может она перешла черту, когда сказала, что он настолько самодоволен, что буквально излучает «энергию маленького члена». Ну, черт возьми, они были группой заносчивых одиночек и только-только начинали притираться друг к другу. Уокер в долгу не остался, сказав что-то насчет ее большой задницы, которую он не сможет прикрыть своим щитом. Она вспыхнула, схватила его ладонь и положила себе на бедро. — О, серьезно, слишком большая? — прошипела она ему в лицо. — Слишком маленький? — Он прижал ее ладонь к передней части его спортивных штанов. В следующую секунду они уже целовались, как два озабоченных подростка за углом школы. Жестко, страстно, нетерпеливо. Будто оба боялись, что наваждение вот-вот спадет, и кто-то из них сдаст назад. Рука Уокера скользнула к ее пояснице, прижимая Аву ближе. В ответ она потерлась бедрами об очертания его растущей эрекции. Он застонал ей в рот, потом слегка прикусил ее нижнюю губу, вызвав ответный стон у нее. В этот момент Ава поняла, что пойдет до конца. Уокеру хватило самообладания отстраниться и спросить, не хочет ли она продолжить в его спальне. Ава предпочла бы оседлать его прямо здесь, на татами, но он был прав. Не хватало только чтобы их застукали. Они поднялись на два этажа вверх, в жилые помещения команды, и, не встретив никого по пути, прошли в его комнаты. Ава уже была достаточно разогрета, но Уокер не спешил. Он снова поцеловал ее, на этот раз мягко. Потом провел носом по линии ее челюсти, нежно ухватил зубами мочку уха, и стал спускаться ниже, целуя шею. Его руки при этом скользили от ее талии к бедрам и обратно. — Щекотно, — проворчала Ава, когда его борода чуть царапнула кожу над ключицей. Ее недовольство было притворным, на самом деле она едва дышала, когда он касался ее так. Потратив неприлично много времени на избавление от одежды, они наконец оказались на простынях. Уокер навис над ней, и Ава потянулась было для еще одного поцелуя, но он только взял одну из подушек, лежавших в изголовье кровати. Подняв ее бедра, Уокер положил подушку под поясницу Авы и мягко развел ее ноги. На мгновение она почувствовала себя уязвимой, но когда ощутила его горячее дыхание на своей коже, то позволила себе просто расслабиться. Он коснулся ее пальцами, потом провел языком по ее складкам. Ава дернулась, и Уокер положил горячую ладонь ей на живот, чтобы удерживать неподвижно. — Знаешь, ты такая едкая на словах, но на вкус сладкая, как мед. — Заткнись и займись делом, — просто ответила она. И, о счастье, он подчинился. С тех пор они встречались не меньше двух раз в неделю. Они соблюдали правила конспирации, но сложно быть уверенным, что твои тайны останутся тайнами в башне, полной бывших секретных агентов и диверсантов, а также наверняка нашпигованной шпионским оборудованием Валентины. Снять номер в одной из гостиниц города они не рисковали. Де Фонтейн развернула масштабную пиар-кампанию для знакомства общества с новыми героями, так что их легко могли узнать. И все шло хорошо, даже отлично. Ава чувствовала прилив сил, ее разум был спокоен и чист, даже хроническая боль притупилась. Они меньше препирались на людях, начали лучше взаимодействовать в бою. Но однажды Уокер, все еще держа ее в объятиях, интересуется, нравится ли ей китайская кухня. — Я нашел классный ресторан буквально в двух кварталах отсюда. У них нет доставки, но мы могли бы пройтись… — С ума сошел, — шипит Ава, сразу освобождаясь от его теплых рук. — Черт, я же не собираюсь лапать тебя на публике. Мы можем выйти в свет просто как друзья, — откликается Уокер. Приподнявшись на локте, он наблюдает за тем, как она натягивает леггинсы и футболку. Ава не удостаивает его ответом и уходит. В другой раз они обсуждают насущные проблемы команды, лежа в кровати, и кончики его пальцев рисуют невидимые узоры на ее коже. Но когда Ава заканчивает свою полную недовольства речь о специалистах из научного отдела, Джон вдруг спрашивает, любит ли она цветы. Ава переводит взгляд с потолка, в который пялилась, рассказывая о полной некомпетентности доктора Марша, на его лицо. Это пугает до чертиков. То, с какой нежностью он смотрит на нее. Так не должно было случится. Они не должны были привязываться друг к другу. По крайней мере, не так. Она хочет накричать на него. Сказать что-нибудь колкое, но, как назло, ничего не приходит на ум. — Мне нравятся незабудки, — отвечает Ава. Просто потому, что голубые глаза Джона напоминают ей вдруг именно об этих цветах. Он улыбается, а она быстро возвращает их к теме тупиц из научного. После этого Ава избегает его полторы недели, пока Уокер не ловит ее за запястье в пустом коридоре. Без слов, без всякой осторожности он тянет ее на себя и впивается в ее губы поцелуем. К досаде Авы, ее тело реагирует мгновенно: дрожью вдоль позвоночника, жаром внизу живота. Но она все равно отталкивает его. — Серьезно, Уокер? Под камерами? — Здесь слепое пятно, — бросает он в ответ. — Ты игнорировала меня. Что случилось, в чем я провинился перед тобой на этот раз? Вместо ответа она ведет его в гостиную, что гораздо меньше общей комнаты в пентхаусе, но и куда уютнее. Толкает его на диван и садится сверху. — Что, тебя больше не беспокоит, что кто-то узнает о нас? — спрашивает Уокер. — Баки и Елена в Вашингтоне, Боб ушел в кино. Алексей и ты должны были быть на стрельбище, но кто-то видимо решил увильнуть, — показывает свою осведомленность Ава и целует его. — Я хочу поговорить, — выпаливает он, стоит Аве только на секунду оторваться от его губ. Она разочарованно стонет. — Ава, — он обхватывает ладонями ее лицо. — Я завтра уезжаю, ты помнишь? Конечно, она помнит. Джон единственный из команды, кому есть кого навещать за пределами башни. Он собирается в отпуск в родной городок, навестить своих родителей и родителей Ламара. Потом заехать к бывшей жене, провести время с сыном. — Ты будешь скучать по мне? — спрашивает он с невероятно серьезным выражением лица. — Ты не незаменим, Уокер, — ответ звучит, как удар хлыста. Он несколько секунд изучает ее лицо. И хотя ей в этот момент хочется отвернуться, она упрямо поджимает губы и выдерживает его взгляд. — Знаешь, не обязательно быть такой жесткой. Схватив ее за бедра, он резко поднимается и пересаживает Аву на диван, прежде чем уйти, не оглянувшись.