Часть 6 | Эпилог

      Ближе к обеду в больничное крыло пришла та же делегация, что и накануне. Мадам Помфри честно пообещала Гермионе отпустить её в спальню, если результаты анализов, который принёс Северус Снейп, окажутся положительными. К тому же, выходные заканчивались, а с утра начинались занятия, пропустить их гриффиндорка не имела права.              – Северус, могу попросить тебя оставить копии твоих исследований для меня? – улыбнулась мадам Помфри, когда Дамблдор, МакГонагалл и Снейп остановились возле постели Гермионы.              Лица первого и второй доброжелательно источали улыбку, в тот момент, когда зельевар, судя по нахмуренным бровям и сжатым в полоску губам, вообще не понимал цели своего личного присутствия здесь.              – Здравствуйте, мисс Грейнджер, – весело начал Дамблдор, когда Снейп отошёл в кабинет мадам Помфри. – Как ваше самочувствие?              Он остановился возле прикроватной тумбочки, где в зачарованной вазе стояли живые цветы, оставленные накануне Роном и Гарри. Стеклянная ваза обладала некими чарами, которые позволяли цветам оставаться свежими намного дольше.              – Всё хорошо, директор, спасибо, – кивнула Гермиона.              Вдохнув аромат живых цветов, Дамблдор удовлетворенно потрепал девушку по голове своей сухой и тёплой рукой.              – Это прекрасно, – кивнул он несколько раз, поглаживая свою бороду.              – Если вы хотите, то можете не идти завтра на занятия, Гермиона, – озвучила Минерва, склонив голову вбок. – Оставайтесь в башне Гриффиндора и отдыхайте, сколько потребуется.              – Спасибо, но будет лучше, если я сразу отправлюсь на занятия при первой возможности, – посмеялась Гермиона, вызывая своей фразой теплую улыбку на лице декана.              Дверь кабинета целительницы открылась с продолжительным скрипом.              – Значит, мисс Грейнджер уже может отправляться в свою спальню, – послышался приближающийся голос мадам Помфри.              – Всё в порядке, – кратко сообщил подошедший Северус Снейп. – Камень не оказал негативного влияния кроме того, что случилось сразу в Выручай-комнате.              В этот момент мадам Помфри вновь обратилась к преподавателю зельеварений.              – Вы не встречали сегодня мистера Малфоя, Северус? Он должен был прийти на осмотр своей раны ещё двадцать минут назад.              Мужчина приподнял бровь и скривил губы. По его лицу можно было прочитать, что ему надоело следить за уже вполне состоятельными взрослыми людьми, которые по-прежнему вели себя как дети и требовали надзора за собой.              – Нет, – кратко бросил он. – Я найду его.              Однако, этого не потребовалось. Снейп не успел сделать и шага в сторону выхода из больничного крыла, когда в помещении показался Драко Малфой собственной персоной. Словив недовольный взгляд декана Слизерина, он непонимающе скользнул по лицам преподавателей. Немой вопрос вырисовался в его глазах. Что он уже успел натворить?              – Где вы были, мистер Малфой? – спросил Снейп.              – Выполнял домашнее задание.              Взглянув на слизеринца, Гермиона с сомнением приподняла бровь. Он соврал. И Снейп это тоже понял, однако, оставил маленькую ложь без комментария.              – Вам пора на осмотр раны, – вклинилась мадам Помфри. – Мисс Грейнджер, вы можете собираться и идти в свою спальню.              Кивнув, Гермиона привстала с постели, игнорируя взгляд, которым за её действиями следил Малфой. Взмахнув волшебной палочкой, чтобы собрать немногочисленные вещи, оставленные в прикроватной тумбочке, она за несколько мгновений собрала их в сумку.              Когда преподаватели уже собирались покинуть больничное крыло, гриффиндорка внезапно окликнула их. Малфой же, которого мадам Помфри попросила подождать здесь, стоял неподалёку, облокотившись спиной на подоконник.              – Директор!              Дамблдор обернулся. Следом это сделали и Снейп с МакГонагалл.              – Да, мисс Грейнджер?              – Не могли бы вы сказать, в каком году будет проходить следующий Турнир трёх волшебников?              Дамблдор улыбнулся и покачал головой.              – Вас не отпускает ситуация с той Гермионой Грейнджер, в чьей вариации реальности Турнир трёх волшебников стал отправной точкой? – спросил директор, не уточняя, отправной точкой чего стало озвученное мероприятие.              Ответом ему послужил скромный кивок и две пары заинтересованных глаз.              – Не переживайте, мисс Грейнджер, – начал Дамблдор, подходя к тем окнам, где стоял Малфой. – Турнир трёх волшебников проводится раз в пять лет и следующий выпадает как раз на следующий учебный год.              Почувствовав, как независимо друг от друга напряглись Грейнджер и Малфой, директор хитро сощурился.              – Не стоит переживать, – он скользнул взглядом по лицу юноши. – Очередность проведения школами заранее определена и никогда не меняется. Турнир проводится в соответствии с распределением, который существует вот уже несколько столетий.              – Напомни, Альбус, какая школа принимающая в следующем году? – спросила Минерва.              – В прошлый раз был Дурмстранг, это было поистине завораживающее зрелище. Следующий Турнир трёх волшебников будет проведен в Шармбатоне в сентябре следующего года, точнее, открытие турнира назначено на сентябрь. Сами состязания займут весь учебный год. Насколько мне известно, они уже начали подготовку к этому мероприятию. Я ответил на ваш вопрос, мисс Грейнджер?              – Да. Спасибо, директор.              Гермиона даже не пыталась скрыть облегчение в голосе. Только сейчас она осознала, как до этого момента были напряжены все мышцы в её теле. Девушка взглянула на Малфоя. В его глазах плескалось точно такое же облегчение.              Да. Параллельные реальности действительно могут быть в чем-то схожими, иметь общие черты, события, причины и следствия. Однако, иногда развилки в событиях полностью противоположны друг другу и координально меняют направления развития мира в совсем разные стороны.              Внезапно на тело Гермионы накатила странная усталость. Она успела подумать, что предложение МакГонагалл не идти на занятия завтра не было таким уж и плохим. Видимо, она слишком резко встала, решив, что её тело уже полностью восстановилось.              Она заметила движение в окне. Её взгляд скользнул туда, где стоял Малфой.              – Чья-то сова нашла хозяина даже здесь, – улыбнулся Дамблдор.              Действительно, чёрная, как смоль сова уселась на карниз, ожидая, когда её впустят в помещение.              Гермиона без затруднения определила, кому принадлежала сова.              Малфой щелкнул ручкой дверцы, распахивая окно настежь. Сова вальяжно перепрыгнула раму, оказываясь на узком подоконнике. К её лапкам темно синей ленточкой было привязано письмо и небольшая посылка.              Слизеринец отвязал записку от матери и баночку мази, завернутую в бумагу. На второе Нарцисса предусмотрительно наложила чары невесомости, чтобы птица не чувствовала веса от содержимого.              – У вас очень красивая сова, мистер Малфой, – кивнула несколько раз Минерва, со знанием дела осматривая статную птицу.              – Спасибо, профессор, – вежливо ответил слизеринец, не отрывая глаз от письма матери.              Та сообщала, что дела дома обстояли хорошо. Она надеялась, что раны от тренировок по квиддичу не глубокие и мазь помогает с их залечиванием. Также Нарцисса просила сразу же написать в том случае, если сыну потребуются какие-либо другие медикаменты. Снизу было добавлено несколько строк от отца.              – Ваша прелестная птица не кусается, мистер Малфой? – склонив голову вбок, спросил Дамблдор.              Слизеринец оторвал взгляд от записки, и, фыркнув, покачал головой.              – Совы нашего дома не имеют привычки кусаться, директор, их отлично кормят.              Директор двинулся в сторону выхода из больничного крыла.              – Приятно получать письма и посылки от семьи, – удаляющимся голосом сказал Дамблдор Минерве. – Это так неожиданно, как будто у тебя день рождения и тебе дарят подарки.              Конец фразы утонул в эхе коридора.              Тем временем парень наконец распаковал баночку с мазью, сминая бумажную обёртку и откидывая её на подоконник. Забыв, что в помещении помимо него осталась и Грейнджер, Малфой решил дочитать записку от родителей.              В эту секунду указательный палец его левой руки обожгло острой болью. Кровь брызнула из раны на пальце, в тот момент, когда сова довольно ухнула и вылетела в окно.              – Чертова птица, – прошипел Малфой, зажимая кровоточащий палец между губ. Во рту осел металлический привкус.              – Драко!              Малфой резко вскинул голову, продолжая держать палец во рту, когда Грейнджер внезапно оказалась рядом.              Наткнувшись на шок, перемешанный с сомнением и удивлением на лице парня, Гермиона не сразу поняла, что только что случилось. Её скулы залила краска смущения.              Она только что первый раз назвала его по имени.              Не Малфой, не мерзкий слизеринец, не хорёк.              А Драко.              Он стоял еще несколько мгновений, отпечатывая в памяти этот момент. Ему нравилось, как его имя срывалось с губ Грейнджер.              – Нужно наложить заживляющее заклинание, – тихо сказала она, откашливаясь.              Однако, Драко Малфой уже не слышал её.              Пока его чистая кровь продолжала капать из раненного пальца, с тихим звуком соприкасаясь с каменным полом, его взгляд цеплялся за несколько строк, написанных на пергаменте знакомым строгим почерком отца.              Драко, сын, спешу сообщить интересную новость. В Министерстве стало известно, что Шармбатон приняли решение отказаться от проведения Турнира трех волшебников в своей школе, причина пока неизвестна. Главное другое – министр магии подтвердил, что в следующем году турнир пройдёт в Хогвартсе! Это будет интересное зрелище.              Нарцисса и Люциус М              Руки внезапно охватила дрожь. Грейнджер не оставляла попыток дозваться Малфоя, те не обвенчались успехом.              Взгляд затуманенных серых глаз Драко Малфоя скользнул к окну, в отражении которого лишь на долю секунды слизеринец увидел силует того самого привидения принцессы Гриффиндора.              Она улыбнулась, покачав головой и исчезая навсегда.              Ведь, если ты смог избежать бури в одном лесу, будь уверен, что когда ты окажешься в другом, ты непременно встретишь её, как старого товарища…но под другим именем. Убегая от своей судьбы, ты не выбираешь покой и облегчение, ты выбираешь другую дорогу, которая непременно приведет тебя всё к той же твоей судьбе. Той, что предписана тебе с самого твоего рождения. И будь уверен: твое от тебя никогда не уйдёт.              Всë бывает в первый раз. Хочешь рассказать, как это было у тебя?

Конец