Друг и по совместительству напарник

Он был красивым. Всемогущий любил смотреть на него, когда он, например, занимался бумагами, или ждал автобуса на остановке, не прислоняясь спиной к стене, но заметно отклоняясь назад. У него были повадки длинного нескладного человека — такие, какие Яги сам имел, и за которыми ему было неловко, смешно и приятно наблюдать со стороны. Только, в отличие от Тошинори, чьи мускулы делали его нескладность более круглой и незаметной, Мирай всегда был очень угловатым. Нос, подбородок, локти, бёдра, колени, — острые. А ещё у него были прекрасные золотые глаза. Большую часть времени серьёзные, но часто наедине Тошинори поблёскивающие весельем. Они великолепно сверкали на солнце. Особенно когда он смотрел в небо, думая о чём-то. Это был один из тех взглядов Сасаки, которые ни с чем не спутаешь. Который ясно давал понять: с тех пор, как этот человек стал героем, то, на что он больше всего нацелен каждый день — это будущее. Прокладывает путь от настоящего к чёткой цели из чётких недостающих кусочков. Даже если Ночноглаз не думал о чём-то умном, когда так смотрел, взгляд всё равно заставлял затаить дыхание. Что не менее важно сказать, он был умным. Невероятно. Всемогущий иногда думал, что и рядом не стоит. Но вот он, Ночноглаз, стоит совсем рядом. На твоей стороне. Разве не странно так много рассматривать его, пока вы просто ждёте автобус, а он просто смотрит в небо?