Элеммакил, часть третья

— …Я не знаю, как было бы, сойдись мы с тобой снова, Юки. Эльф сидел вместе с Совершенным Мечом, на пару пялясь в строчки цифр и кибертронских символов на обзорном экране. И он знал, отчего она спросила его об этом. Но всё равно задал этот вопрос: — Почему ты спрашиваешь? Юки опустила глаза. — Потому… потому что часть меня отчего-то недовольна моей к тебе неприязнью… Сделав паузу, она уточнила, прислушавшись ко множеству подтверждающих её слова эмоций внутри себя: — …Много частей меня. Альтмер откинулся на спинку дивана, созданного Шварцбардом. Не знал, улыбнуться ему, или промолчать. Вспомнил кое-что: — Знаешь, я лишь один раз нарушил своё собственное табу насчёт влечения к слишком юным девочкам. И это было с тобой. Когда ты вернулась в свой истинный облик. И в ту ночь ты меня полюбила. По-настоящему полюбила. И плодом той ночи и той любви стала Маки. — Ровно перед тем, как местный божок решил пошутить, закинув мою сестрёнку в свою адскую вселенную? — Ага. И всё это привело нас сюда. Так… ты вдруг захотела узнать, каково быть взрослой? — Ещё один такой намёк, и я тебе врежу. Элем посмеялся. — Это был невольный намёк. Я просто спрашиваю. Я не вижу в тебе взрослую девушку. И не хочу вновь нарушать это табу. Не говоря о том, что ты — вторая Маки. — Первая. — Не важно. Вот уж с кем, а с дочерью я себя и представить не могу. С любой из них. Ты ответишь на мой вопрос? Юки задумалась, опять прислушиваясь к себе. Много теней за гранью сознания тянулись к отцу её дочери с половиной её души. Она сама не ощущала подобного. — Н-нет… в смысле… Хочу… хочу понять, что с ними не так. Со всеми моими тенями. Они вроде бы повинуются моей воле, а на деле делают, что хотят, стоит мне только разозлиться. И почему я вдруг проснулась такой. Только что закрыла глаза, испуская последний вздох на руках у сестрёнки, а тут вдруг… Элем придвинулся к ней и приобнял за талию. Юки закрыла глаза и положила голову ему на плечо. Эльф погладил её по волосам и решил рассказать: — Когда я увидел тебя в первый раз… Я подумал, что нет мечницы лучше тебя. А меня Пути Меча обучала, как ни крути, богиня. — Почему ты назвал Маки в её честь? — Подумал, что наставнице бы пришлось по душе. И ей пришлось. Я это чувствую. Пусть и не встречал больше редгардскую богиню Меча. Порой мне кажется, что наша девочка отчасти стала её смертным воплощением. Триния постоянно называет её Леки. А я… когда мы с тобой впервые повстречались, мне показалось, что не может быть девушки добрее. Ты впала в шок, упокоив древнего лича, который держал меня взаперти. Настолько ты была доброй. Шутка высших сил была в том, что только ты и могла это сделать. Лич был по-настоящему бессмертен. А ты одним ударом магического клинка превратила его обратно в человека, и он умер. Упокоился навечно в Пустоте. Юки приоткрыла глаза и взглянула на строчки цифр, на миг увидев в них картину подпространства, сквозь которое летел корабль. — И тебя это настолько впечатлило? Я же просто добила нежить, которая, судя по твоим словам, и так мучалась от такого существования. — Впечатлило, Юки. Его поддерживала в мире смертных воля Ситиса. А ты одним взмахом меча рассекла эти узы, как будто их и не было. — Так ведь и сам Ситис мог его освободить в этот момент. — Мог. Но не сделал. Это сделала ты. А я… Он протяжно вздохнул. — …Я просто втюрился в тебя с первого взгляда по самые кончики ушей. Мне всего пятьдесят было. И любил я тогда только Ви и Эл. Ну… как любил… Скорее, они любили меня за милое личико и мою пятую точку. Настолько любили, что я частенько сбегал с родных островов, когда больше не мог выдерживать их страсть. Юки легонько усмехнулась. — И потом трахал всё, что движется? Элем вернул ей эту усмешку: — Да. Милое личико работало и вне моего дома. Я просто брал перерыв на месяц-другой странствий, а потом… Ай, всё равно Эл и Ви это знали. Я был совсем ещё молод, в голове у меня была та ещё дурь, а внизу… внизу иногда дымилось. — Хвастаешься. — Если только немного, Юки. Я просто пытаюсь объяснить… не перебивай… Просто пытаюсь объяснить, почему тебя тянет ко мне с тёмной стороны. Да, я хвастаюсь. А твои тени внимают и запоминают. Они так и будут тебя подначивать. Просто потому что они знают всю историю. Юки, полностью открыв глаза, подняла голову и взглянула в лицо отцу своей дочери. — В каком это смысле? — Они были тенью и моей Юки. Той, что была самим Светом во плоти. И они прошли весь её путь вместе с ней. Они знают, как всё было. — Тогда почему они сами мне не расскажут? — Потому что они хотят, чтобы всё повторилось. Хотят показать тебе, каково это было. Потому что им никуда не деться из твоего тела. Вот и хотят воссоединить нашу пару…