Глава 6

Оби-Ван не любил торжественные приёмы. То, что для непосвященных казалось развлечением и приятным отдыхом, на деле было опасной игрой. Платой за участие в которой может стать жизнь. Здесь нужно всегда быть начеку. Не упускать из виду своё питье и еду. Не поворачиваться спиной. Не упускать ни на секунду разговоры вокруг. Держаться согласно регламенту и этикету. И чётко помнить обо всех мелочах, которые важны в общении с конкретными политиками. Это тоже война. Оби-Ван знает, что большинство улыбающихся сейчас друг другу людей на самом деле мечтают убить своих собеседников. Здесь нет ножей, кроме столовых. Нет выстрелов и криков. Здесь все улыбаются и общаются тихо и спокойно. Здесь всё кажется умиротворённым и культурным. Но это война. Скрытая и тихая. Здесь решаются судьбы не сотен, а тысяч людей. Здесь могут шутя уничтожить целую планету. Одним небрежным жестом устроить геноцид немногочисленного народа. Оби-Ван ненавидит дипломатические приёмы. Ненавидит ложь и лицемерие, ненавидит равнодушие и жестокость этих людей. Быть может, именно потому он лучший в данных миссиях? Оби-Ван безукоризненно вежлив и элегантен. Его взгляд спокоен, и лишь немногие могут увидеть за его образом хищного зверя, ждущего лишь удобного момента для атаки. Однако в этот раз Оби-Ван насторожен вдвойне. Ведь теперь он ищет не только того, кто мог бы навредить Ордену джедаев, но и того, кто мог бы стать угрозой для Сатин… Всё сводилось к одному – любое возможное покушение стоит денег. Любой яд, особенно хороший и действенный, стоит денег. Информация, которая могла бы стать компроматом и средством тонкого шантажа, стоит денег. А значит, это может позволить себе только богатый человек. Любой из тех, кто сейчас кружится в центре зала под звуки вальса, и из тех, кто находится вне этой планеты. Кто угодно, кому он или Сатин могли бы перейти дорогу. *** Когда Оби-Ван приходит домой, Сатин там нет. Он бросает взгляд на вешалку – её пальто и любимого рюкзака нет. Значит, ушла на Нижние уровни. Оби-Ван вздыхает, ищет в Силе отблески её сигнатуры. Всё хорошо. Она в порядке. Оби-Ван проходит на кухню. Конечно, он не лучший повар, но Сатин нравится его простая незатейливая еда…особенно если кухня после этого не напоминает пожарище. Она приходит через час. Злая и уставшая. Но, почуяв запах с кухни, она немного улыбнулась. - Любимая, я дома! Оладьи почти готовы. – Отзывается Оби-Ван. – Как прошёл сегодняшний поход на Нижние уровни? - Они опять слушать меня не стали… Сатин прошла на кухню, расписывая недавнюю беседу. Впрочем, вскоре она перешла к другим, более приятным новостям: нашлись хозяева для трех недавно найденных ею акк-собак… Оби-Ван слушал её с улыбкой, не забывая подкладывать на её тарелку оладьи. Он мог сколько угодно недоумевать над тем, откуда в ней нашлись вера и силы для этой деятельности. Но он не отрицал одного: его жена – очень добрый человек. Удивительный. И Оби-Ван её любит. - Эй, ты меня слушаешь? - Прости. Залюбовался. Какая же ты красивая… Как только она ухитряется выглядеть всегда так совершенно? Даже сейчас, в слегка растянутом свитере и с растрепавшейся причёской, без макияжа и с каплей варенья на губах, беременная, Сатин казалась богиней в глазах Оби-Вана. Богиней, которая почему-то выбрала именно его. *** - Оби-Ван, что происходит? – Спрашивает Энакин. Кеноби отрывается от своих мыслей. Как же хочется всё ему рассказать. Выложить всю свою душу… Что его останавливает? Оби-Ван не знает. Он готов доверить Энакину свою жизнь, свою честь, своих людей. Почему он не может рассказать ему свою тайну? Своё величайшее счастье и свою величайшую боль? Ведь Энакин не выдаст её даже под угрозой смерти. Не обманет. Не использует против него. Не предаст. Да, Энакин неидеален. Но он не способен на подлость. Оби-Ван смотрит на своего друга. В его глазах – боль, непонимание и страх. Знакомый – Оби-Ван частенько замечает его в зеркале после видений о смерти Сатин или после кошмаров, в котором раз за разом умирали его друзья… Энакин волнуется за него. И ждёт. Всё ещё ждёт объяснения. Оби-Ван хочет рассказать ему всё. Но…тогда он может потерять и его. Ведь Энакин тоже попадёт под удар. А ведь он так молод. Даже тридцати нет. Мальчишка. В его глазах – навсегда мальчишка, встреченный на Татуине когда-то, и неважно, сколько ему будет лет: двадцать или пятьдесят. Если доживёт… - Не переживай. Я в порядке, правда. - Серьезно? В порядке?! Оби-Ван, ты себя слышишь?! Сначала ты проводишь непонятный ритуал, после которого теряешь сознание, затем пропадаешь часами в библиотеке в непонятных секциях, а каф? Оби-Ван, ты за два дня уничтожил недельный запас! И ты говоришь, что всё хорошо?! Оби-Ван, я не слепой! Ты за кого меня принимаешь?! – Выпаливает Энакин на одном дыхании. В его глазах лишь боль. И тот самый страх. Страх потери. – Я думал, мы доверяем друг другу. Энакин уходит, не оборачиваясь. - Постой… Не слышит. Не обернётся. Оби-Ван чувствует, как в груди что-то заныло. Ссоры с Энакином временами даже кажутся ему страшнее, чем ссоры с Сатин. Жена вспылит, но быстро отойдёт. А Энакин…никогда не ясно, как глубоко задеты его чувства. Оби-Ван делает вдох. Он справится. Он обязательно найдёт выход из ситуации. Он помирится с Энакином. Спасёт жену. Убережет своих солдат. Даже если цена будет крайне высока. *** Сатин проснулась ночью. Оби-Ван лежит рядом, слегка разметавшись на подушке. Сейчас, в ночи, он казался таким усталым, измотанным… Сатин обратила внимание на тонкую сеть морщин в уголках его глаз, на седину на висках и в бороде, на горькую складку на лбу… Война и бесконечные потери истощали Оби-Вана. Он мог держаться днём, улыбаться, поддерживать других, но сейчас, рядом с ней, в тревожном сне, он не мог притворяться. Сатин поцеловала его – нежно, осторожно, стараясь не разбудить. В её душе поднималась волна ненависти. Да будь проклята вся эта война! Будь проклят тот, кто развязал её, кто отправляет сотни и тысячи людей на смерть! Тот, из-за кого её муж поседел, не достигнув и сорока… - Сатин? Что, болит что-то…? – Сонно спросил Оби-Ван, просыпаясь. - Нет, нет, спи. - Точно? Может, вкусненького хочешь чего-то? Она усмехнулась, отводя взгляд. - Мороженое? С карамелью? – Спрашивает Оби-Ван, уже садясь на кровати и ища штаны. - А с мейлураном можно? – Чуть смутилась Сатин. Какой же он всё-таки милый и заботливый. Ночь на дворе ведь, холодно на улице… - Конечно. Что-нибудь ещё? *** Над головой Оби-Вана пролетает снаряд. Нет времени на продумывание стратегии – нужно прорываться дальше, к командному пункту, и захватить его как можно быстрее. Взгляд выхватывает его солдат среди толп дроидов. Блестяшки, в основном. Молоденькие ещё… Оби-Ван представляет, что творится в их душе. Война – не то, к чему можно быть полностью готовым. Это не картинки в учебниках. Не уроки на Камино. Это – кровь и пот, предсмертные крики товарищей и раны. Всё это предстаёт в совершенно отвратительных подробностях перед ними, только вчера доставленными на фронт. Но нет времени. Оби-Ван прорезает себе путь до командного пункта, вместе с группой врывается внутрь. Стандартная миссия. Захват пленников, отключение систем дроидов, первичная оценка информации на датападах и флимси-листах. Группа разведки отправляется на дальнейшее исследование командного пункта, пока Кеноби спускается обратно, на поле боя. Генерал должен быть со своими солдатами. Сейчас, после битвы, особенно ценна любая пара рук. И, наравне со всеми, Оби-Ван носит раненых, ищет пульс, расчищает обломки… Лишь бы успеть. Лишь бы сегодня было не так много убитых. Ведь это – его люди. И он несёт за них ответственность. Что бы ни говорили древние трактаты, Оби-Ван осознал одну истину уже давно. Генерал умирает с каждым своим солдатом. А генерал-джедай – умирает вдвойне. Видение настигает его внезапно. Всё вокруг тонет в крике Сатин, мир исчезает… - Оби! Оби-Ван! Кеноби вглядывается в лицо жены, в обстановку вокруг. Это лишь видение, просто видение…это нельзя забывать, об этом надо помнить…он всё ещё на поле боя, битва окончена, и скоро ему придётся писать отчеты… Это просто видение… Но может, если он запомнит побольше увиденного здесь, он сможет как-то повлиять на что-то? Сатин не отравлена ядом – Оби-Ван за эти дни рассмотрел достаточно трактатов, чтобы определить признаки отравления. Ран тоже нет, по крайней мере – видимых. Решение, которое принимает Оби-Ван, спонтанно. Он несётся прочь, не разбирая особо пути. Туда, откуда исходит поток Силы. В прошлый раз он не дошёл до конца, но кто сказал, что не выйдет сегодня? Дальше, дальше, ещё немного… Глаза Оби-Вана расширяются в осознании. Он узнаёт фигуру, сидящую на полу, не мог, никак не мог не узнать… А на Серенно граф Дуку выходит из медитации. На его губах играет улыбка. - Он нашёл меня. Наконец-то. *** В воздухе витает резкий запах медикаментов. - Да что с тобой такое?! Оби-Ван, да ты… Изо рта Скайуокера вырывается поток ругательств. Оби-Ван не отвечает. Голова всё ещё болит – последствия видения и его неразумного решения, которое, тем не менее, привело к удачным результатам. - Мне показалось, ты на меня смертельно обижен. – Саркастично отвечает Кеноби. - Обижен! Но это не отменяет того факта, что ты мой друг, и я запрещаю тебе умирать! Оби-Ван улыбнулся. - Энакин…Я тоже тобой дорожу. Гнев Скайуокера утих. Не исчез навсегда, и Оби-Ван знает, что этот эффект лишь временный. Но не кричать же на человека после подобных слов? - Так почему не доверяешь?! На секунду Оби-Вану показалось, что перед ним стоит тот мальчик, который жался к нему тогда, на корабле, везущем их на Корускант после их первой встречи. Маленький, наивный и милый… Разве может Оби-Ван допустить, чтобы из-за его тайны его почти-брат оказался в опасности? Нет. Лучше вырвать себе живьем сердце. Сгореть в огне. Замёрзнуть во льдах. Только бы он жил. Для мастеров падаваны всегда остаются детьми… - Энакин…Я расскажу. Обещаю. Тогда, когда буду готов. Не сейчас. Дело не в доверии…просто…это тяжелый вопрос для меня. Я не могу говорить об этом сейчас. Энакин вздохнул, но заметно успокоился, услышав обещание. - Хорошо. Я подожду. *** Дуку… Зачем ему Сатин? Только ради воздействия на Оби-Вана. Вопрос следующий – зачем ему Оби-Ван? Оби-Ван задумался, вспоминая их первую встречу в качестве врагов. Дуку хотел видеть его на своей стороне… Тогда, скорее всего, его цель всё та же. Дуку – ситх, но в первую очередь – он политический идеалист. Он не глупец, потонувший в ненависти и пустой жестокости. Оби-Ван знает, чего можно ожидать. Значит, всё не так плохо. Значит, Оби-Ван может подготовиться. Оби-Ван вспомнил жену. Как она там? Как её волонтёрские работы? У Оби-Вана как раз возникла идея, которая может заинтересовать её… Не хочет ли она какой-нибудь экзотической вкусности? И он давно не дарил ей цветов… Бедная, наверное, переживает сейчас. Он представил себе её – уютную, в стащенной из его части шкафа тунике («Оби-Ван, она такая мягкая!»). В груди зародилось приятное чувство. Родная, красивая… «Люблю тебя», - отправляет Оби-Ван на зашифрованный канал связи. И знает, что через пару секунд получит в ответ «и я тебя тоже».