Часть 7

Сатин прошла между рядов с товарами для детей. Хотелось выбрать всё заранее, чтобы в последние месяцы можно было расслабиться, не думая о том, что нужно закупаться. Коляску и кроватку они купят вместе с Оби-Ваном, потом, когда он вернётся. Пока что Сатин выберет одежду и игрушки. Какой лучше комбинезон взять? Фиолетовый или зелёный? Не хочется розовый, как-то слишком однообразно… Может, взять сразу оба, но разных размеров? Дети быстро растут, как-никак. Но, с другой стороны, зачем сразу два комбинезона разных цветов, но одного фасона… Может, завернуть на обратном пути в строительный, выбрать обои для детской и начать ремонт? Но Оби-Ван будет недоволен, что она перетрудилась. Да и где детскую делать, они так и не решили… Может, пока хотя бы прикинуть варианты, рассчитать затраты? Однако внимание Сатин упало куда-то вдаль. На знакомое лицо, мелькнувшее между рядов с детской посудой. И застыла. Ведь напротив неё стояла Падме Амидала, с ещё маленьким, но вполне заметным округлым животиком, прижимающая к себе плюшевого вуки и упаковку подгузников… *** Оби-Ван любил порой пройтись по улицам планет, в те редкие минуты, когда прошлая миссия была завершена, а новая ещё не была назначена. Тогда можно было на миг ощутить себя в тех временах, когда не было войны. Когда было спокойнее и тише. Когда мастер Джинн был жив. Когда ему было пятнадцать, и он только встретил Сатин. В его руках была небольшая шкатулка для жены и чайный сбор – чтобы вечерами вместе сидеть на диване, уютно молча и наслаждаясь напитком. Их старенький плед, который появился у них ещё давно, когда им было по пятнадцать и они прятались в лесах, скрываясь от террористов, всегда дополнял атмосферу. Но, скорее всего, когда ребёнок подрастёт, пледа будет маловато на них всех… ничего, Оби-Ван подвинется. Зато две его любимые женщины будут укрыты. Его жена и его дочь. Дочь. Какой она будет? Хрупкой внешне, но с внутренним огнём, как Сатин? Саркастичной, как он сам? А может, в ней проснутся гены кого-то из их родственников? Как знать. Тем интереснее ждать её появления на свет. Взгляд Оби-Вана зацепился за одну из игрушек в лавке, мимо которой он проходил. Лот-волк. Синеватая шерсть, пушистый хвост. И отчего-то у Оби-Вана возникло ощущение, что этот зверь станет отражением души его дочери, когда она появится на свет. Что она будет сильной, свободолюбивой и яростной, когда дело будет касаться её семьи. Защитницей. Дальнейший путь Оби-Ван продолжил уже с игрушкой. *** Оби-Ван всегда был мастером стратегий. Просчитать шаги боя было легко. И даже несмотря на всю импульсивность Энакина, ничто не могло повлиять на результат. Миссия-расследование гибели магистра Сайфо-Диаса оказалась подарком Силы, не иначе. Идеальная возможность столкнуться с Дуку, не привлекая внимания. Но Энакин… с одной стороны, боевое преимущество и надёжность. С другой, чересчур опасно. Он не должен пострадать. А, кто знает, в чем состоит план Дуку? В этот раз причина боя не только расхождение во взглядах. Это нечто большее. И Оби-Ван не готов жертвовать ещё одним родным человеком. Но бывали задачи и посложнее. Мысли исчезают, едва зажигаются световые мечи. Только тонкий расчёт и доведённые до автоматизма удары. Силовой удар, обманный ход, чтобы Энакин оказался возле прохода. Дуку целится в солнечное сплетение Оби-Вана, но недостаточно резко – слишком очевидно для Кеноби. Это игра двух стратегов, знающих, что они в курсе мыслей и планов друг друга. Слишком они похожи. Разница лишь в стороне Силы и целях. Энакин быстро встаёт, вновь присоединяясь к битве. Вдвоём они теснят Дуку к выходу на площадку. Там некуда бежать – только в пропасть, вниз. Но Оби-Ван более чем уверен, что Дуку подготовил себе план отхода на этот случай. Самая сложная часть плана. Незаметное движение рукой – и дверь из дюрастали захлопывается, отрезая Энакина от них. Ещё взмах – и выключатель сломан. Это задержит Энакина. Ненадолго, но этого времени более чем хватит. Дуку усмехнулся. - Не думал, что вы способны на подобное коварство, магистр Кеноби. Они стоят друг напротив друга. Джедай и ситх. Два хищника, чьи оружия – дипломатия и острые языки. - Нам есть, о чем поговорить. – Ситх развернулся к краю площадки. Их ждала элегантная яхта. Дюрасталевая дверь трещала, плавясь от светового меча Энакина. Кеноби шагнул по трапу яхты, следуя в логово врага… *** - Падме… когда? Амидала вздохнула. - Пять месяцев назад. Сатин ощутила желание выпить. И желательно что-то покрепче, чем сок. - А ты? – Падме посмотрела на подругу. Понимающе, мягко, как всегда. - Шесть месяцев назад. Они замолчали, осмысливая правду, свалившуяся на них обеих так стремительно. Гадать относительно того, кто отцы их детей, не было необходимости. Всё было ясно ещё в тот момент, когда они заметили друг друга, стоя в детском отделе магазина. Даже место для покупок выбрали одно и то же – небольшой магазинчик на Средних уровнях, где не так много народу. - Ты ведь не оставишь работу, верно? – Спросила Сатин, не нуждаясь особо в ответе. Это ведь её Падме. Идёт до конца, и не остановится, даже несмотря на значительный срок. Кажется, будь её воля, она бы и рожала, не отвлекаясь от очередного голосования. - Не оставлю. – Падме усмехнулась. – А ты? Продолжишь свою деятельность? Сатин задумалась. Что ей важнее? Семья или помощь другим? Да и… какая это помощь? Ведь её не слушают. Не слышат. - Я не знаю… кто знает, может, Оби-Ван был прав, когда говорил, что это бесполезно? Сатин устала. Устала от всего. Устала стучаться в стену чужого непонимания и равнодушия. Падме обняла её. Умная, красивая Падме. Её лучшая подруга. - Ну, ну… - Я просто… я не хочу молчать. Я хочу приносить пользу. Хочу помогать. Ведь семьи этих пьяниц… они же несчастны. И их дети… Дети. Такие же, как и её будущая дочурка. Но ведь она может пойти другим путем. Изменить кое-что другое в этой системе. Падме поняла всё без слов. - Я в тебя верю. У тебя всё получится, Сатин. *** Энакину не нравилось то, что происходило в его жизни в последние несколько месяцев. Падме беременна и продолжает работать на износ. Видения изматывают его, не давая покоя. Канцлер Палпатин ведёт странные разговоры, а ещё просит шпионить за Советом. Совет просит шпионить за канцлером… Оби-Ван. Его вечная опора. Его лучший друг. Всегда уверенный, спокойный и надежный. И с ним что-то не так. Казалось, вся Галактика встала на уши, а он единственный, кто не успел вовремя перевернуться. Но ещё кое-что не давало покоя. Одна маленькая деталь с последнего боя. Момент, когда Оби-Ван сменил позицию, чуть отпрыгивая назад, оттесняя его самого к стене. Когда-то давно, ещё во времена падаванства, Оби-Ван рассказывал об этой схеме. Название ещё какое-то дурацкое было… Ее используют на миссиях по защите политиков. В те моменты, когда необходимо любой ценой оградить важную личность от опасности любой ценой. Но… зачем ему понадобилось защищать Энакина?! Это не давало покоя. Скайуокер проверил дверь в каюту. Заперта. Полчаса у него точно есть. Старенький, поломанный много раз, со следами чьих-то когтей на стекле, датапад Оби-Вана лежал на столе, подключенный к голопроектору. Энакин никогда не полез в частную жизнь кого-либо. Но дело идёт об Оби-Ване. Происходит что-то крайне опасное, Энакин чувствует. И он предпочтет, чтобы Оби-Ван убил его за то, что он посмел взломать его датапад и прочитать личные переписки, чем позволить ему погибнуть от чего-либо. Ведь это его друг. И только он имеет право издеваться над ним.