Almost A Conversation

Спустя шесть лет, он наконец может поговорить с другом без стыда, без долгого откладывания. Без страха, осушающего горло и заплетающего поначалу язык. Без спешки, без толпы людей, без привкуса отчаяния в каждом слове, как тогда, когда тот был на смертном одре. Просто поговорить.