Воспоминание второе

      Где-то рядом играла весёлая музыка. Что-то такое знакомое и мелодичное, отчего хотелось прям здесь и сейчас начать танцевать, вспоминая прошлое. Чэрин очнулась, медленно разлепляя веки. Она осмотрелась. Она всё так же находилась в своей квартире, за окном шёл дождь, но комнату освещал тёплый свет от люстры. Здесь было тепло и уютно, мягкие подушки дивана в гостиной будто притягивали к себе, не давая встать. Или же это от головокружения Чэрин не могла подняться?              Она посмотрела в сторону, где заметила кого-то. А точнее Сонхва и её саму, весело улыбающихся и танцующих под музыку, играющую с телефона на кофейном столике. Это было до или уже после того, как они поженились? Чэрин всмотрелась в их переплетённые пальцы. Кольца уже были на руках у обоих. Значит, это то время, когда они наконец-то стали жить вместе. Да, Чэрин вспомнила, как Сонхва долго уговаривал её переехать к нему жить.              После выпуска из университета он почти сразу устроился в крупную компанию в отдел маркетинга. Ему повезло из-за связей отца в той компании, но Чэрин верила, что его бы и без этого туда взяли на работу. Они прожили примерно год раздельно. Нужно было встать на ноги, быть уверенным, что работа и новая жизнь будут стабильны. Чэрин вполне себе поддерживала эту идею. Сонхва тогда сильно старался ради их совместного будущего. Чэрин даже как-то было неловко от того, что он делал ради них. Но она оставалась основной его поддержкой, Сонхва никогда не забывал о ней.              А потом он сделал ей предложение. Это не произошло, как в каком-нибудь романтическом фильме, а так по-простому: дома, вечером, под звуки всё той же красивой музыки. Чэрин не нужны были все те перформансы, не нужно было шумихи. Она бы согласилась и без этого, даже если бы Сонхва поставил её перед фактом. Чэрин была уверена в нём, как в мужчине. Он действительно делал многое ради неё.              И вот, теперь Чэрин наблюдала призрачной тенью за этим милым танцем и счастливыми улыбками себя и своего мужа.              — Знаешь, я так рад, что мы живём вместе, — произнёс Сонхва. Он с теплом смотрел на Чэрин перед собой, кружа её вокруг её оси. Она улыбалась, глядя на него. — Так люблю твою улыбку…              Чэрин усмехнулась, кладя руки ему на плечи.              — Ты всегда это говоришь, — произнесла она. — И каждый раз смущаешь меня.              Сонхва ухмыльнулся, подхватывая Чэрин под колени, а второй рукой удерживая её за спину. Чэрин пискнула от неожиданности и тихо посмеялась. Он любил так делать, любил смущать её комплиментами. От других мужчин, если те делали ей комплименты, или от того же Хонджуна, Чэрин принимала их слова вполне себе спокойно. Но от любимого человека это воспринималось совершенно иначе.              — У тебя самая красивая улыбка, Чэрин, — ответил ей Сонхва. — И ты у меня самая красивая.              — Ты преувеличиваешь, я далеко не самая… — но её оборвали на полуслове.              — Даже не смей снова начинать эту тему, — мотнул головой Сонхва, закружив Чэрин. — Ты самая прекрасная, милая, хорошая, добрая… Самая-самая! И если я говорю неправду, то пусть я провалюсь под землю!              Чэрин встала с дивана и отошла в сторону, зная, что сейчас эти оба завалятся на него, смеясь и радуясь, что в их жизни всё так хорошо.              Всё действительно было так. Они оба работали там, где и хотели, жили вместе, не зная каких-либо горестей. Чэрин забыла обо всём плохом на свете, находясь рядом с Сонхва. И сейчас она наблюдала за той версией себя, когда всё было так хорошо, когда всё наконец-то наладилось в её жизни.              Когда всё складывалось так, как она когда-то мечтала.              Воспоминание сменилось. Всё та же квартира, с кухни доносилась тихая музыка и звуки готовки. На плите тушились овощи с мясом, а в духовке запекался пирог с вишней. Чэрин хлопотала над всем этим, расставляла на столе тарелки, бокалы, столовые приборы. Из прихожей послышался звук открывающейся двери. Чэрин вытерла руки о полотенце и поспешила встречать мужа. А это был именно Сонхва. Он приехал с работы, держа в руках белый подарочный пакет и букет розово-белых лилий.              — С днём рождения, Чэрин, — произнёс Сонхва, улыбаясь. Чэрин стояла перед ним, прикрыв ладонями рот от удивления и переполняющих её чувств. Вот так было всегда — она не умела принимать подарки. Как-то всегда стеснялась этого, потому даже праздники толком не любила отмечать. Пока не встретила Сонхва, который всячески показывал свою любовь к ней: через подарки, поступки, слова...              — Спасибо, — смущённо ответила Чэрин, принимая букет лилий и вдыхая его аромат. Этот сладковатый, насыщенный аромат донёсся и до Чэрин, которая стояла немного сзади, возле входа на кухню. Она любила лилии столько, сколько себя знала. Хотя в детстве ей казалось, что их аромат был слишком резким, навязчивым. Но со временем, когда Чэрин становилась старше и начала хоть что-то понимать в цветах, то осознала, что лилии её очень даже привлекали, да и аромат зависел от их сорта. Не все были такими уж ужасными, как казалось в детстве.              Сонхва снял обувь и пальто, повесил его на крючок и подошёл к Чэрин, осторожно притягивая её к себе за талию и целуя в щеку.              — Выглядишь прекрасно, — прошептал он, оглядывая её. Да, кажется, тогда Чэрин отпросилась уйти чуть раньше с работы. В общем, она подготовилась по полной: надела своё любимое светло-голубое платье, приготовила ужин. Хотелось хотя бы этот день рождения отметить как положено. Впервые в жизни ей этого так сильно хотелось.              Это был волшебный и приятный день, как Чэрин помнила из этого видения. Всё отдавало каким-то особенным теплом, чуть ли не буквально: когда она смотрела на себя и Сонхва, когда взгляд проходился по их праздничному столу. Во всей этой романтической атмосфере ощущалось чувство любви и заботы, которое они выстраивали годами.              В груди что-то защемило от этого вида. Хотелось просто вернуться в это состояние, в эти первые дни совместной жизни, когда всё было просто, хорошо и счастливо.              Куда всё это пропало?              Видение снова оборвалось, Чэрин ощутила движение и попыталась устоять на ногах. Ей почти удалось, но она полетела вниз лицом, выставив руки вперёд. Она уже зажмурилась, предвкушая, как окунётся в сугроб лицом, но этого не произошло. Чэрин разлепила веки и осмотрелась. Её успели поймать за талию чьи-то руки в чёрных кожаных перчатках.              — Ты всегда такая неуклюжая, — произнёс Диаваль своим чуть отстранённым тоном. Он, как обычно, был одет во всё тот же чёрный костюм с длинным плащом на спине. Он поставил Чэрин на ноги, всё ещё придерживая её за талию.              Чэрин кашлянула в кулак и сделала шаг в сторону, избегая прикосновений. Как-то не особо она горела желанием, чтобы её трогала какая-то потусторонняя, хотя и довольно привлекательная сущность: этот пронзительный взгляд карих глаз, этот нос с чуть опущенным вниз кончиком, белые волосы, зачёсанные назад… Всё создавало в нём хищный образ, даже чем-то напоминал птицу, хотя Чэрин не могла понять, какую конкретно.              — Что на этот раз? — спросила Чэрин, осматриваясь. Улицы были наполовину размыты, потому она не особо понимала, где именно находилась.              — Кажется, любимая кофейня, — произнёс Диаваль задумчиво.              — Любимая кофейня? — переспросила Чэрин. Она посмотрела через дорогу, там действительно в здании находилась кофейня «The Letter», в котором так любили посидеть она и Сонхва. Она наблюдала за тем, как их пара заходит в эту кофейню, счастливые. Чэрин стало уже как-то не по себе от обилия этого счастья, хотя она и скучала по этим дням. — Кстати, а почему везде снег?              — Потому что зима, — ответил Диаваль, чуть приподняв бровь.              — Я не об этом, — мотнула головой Чэрин. — Почти во всех воспоминаниях ты переносишь меня в зиму. Почему?              — Это твоё любимое время года, — просто ответил он. Он повернул голову, меланхолично смотря ей в глаза. — Больше светлых воспоминаний именно в это время. Хотя и не только светлых, — мрачно уточнил Диаваль, но Чэрин этого не расслышала.              Она призадумалась о другом. Она бы никогда этого не поняла, хотя с тем, что ей нравилась зима, он угадал. Чэрин начала перебирать в своих мыслях хорошие воспоминания, и действительно большинство из них приходились на зимнее время.              — Как ты узнал? — спросила Чэрин, возвращаясь к наблюдению за собой и своим мужем, которые сели прямо у окна, о чём-то оживлённо разговаривая.              — Сколько раз тебе нужно ещё сказать, что я знаю о тебе всё и даже больше? — вздохнул Диаваль. — Не задавай таких глупых вопросов.              И Чэрин замолчала. Точно, да, он же всё о ней знает, действительно. Как бы ещё он переносил её в воспоминания? Чэрин ощущала себя какой-то глупой девчонкой, которая ничего не понимала. Хотя, в каком-то роде так и было.              — А мы не можем подойти ближе? — спросила она. — Мало ли, может, из их слов я пойму ответ на твою загадку.              — Там нет ничего интересного, обычные разговоры о работе, кофе, десертах и милых котиках в социальных сетях, — ответил Диаваль. Вот только она не поняла: было это сказано с сарказмом или же она реально разговаривала с Сонхва на эти темы. Впрочем, всё могло быть.              Чэрин задумалась над тем, что же ей нужно было найти в этом видении. Что за предмет, который их связал с Сонхва? С чувством было куда проще — доверие, понимание, любовь. У них был один ориентир, хоть они оба были такие разные, но всё же что-то общее у них нашлось. Но предмет? Этим могло оказаться их совместное фото, какая-то безделушка, которую кто-то из них подарил другому в качестве напоминания о себе. Этим чем-то могло оказаться что угодно! Чэрин потёрла кольцо на безымянном пальце. Её давняя привычка, которая появилась как раз после того, как Сонхва сделал ей предложение. Когда она начинала анализировать, активно думать или что-то в этом роде, то начинала тереть кольцо на пальце, крутить его, будто это помогало ей. На самом деле эта привычка просто помогала сосредоточиться на чём-то одном.              — Ты уже поняла, что именно я хочу от тебя получить? — спросил Диаваль, обращая на неё взгляд и осматривая. От него явно не скрылось это действие с кольцом, а может он услышал её мысли, кто знает?              — Пока не совсем, — задумчиво произнесла она. — Думаю, что пока не готова, ведь не знаю, что именно ищу. Будут же ещё воспоминания? — уточнила Чэрин. Диаваль кивнул.              — Да, ещё одно на сегодня, — произнёс он, беря Чэрин за руку. От него исходил лёгкий прокалывающий холодок, от чего по спине Чэрин пробежали мурашки. Но это прикосновение было каким-то странным, таким знакомым, что ли...              Обстановка вновь сменилась. Они шли по той самой пустоте, в которой Диаваль её встретил. Мимо промелькнули несколько больших пузырей, похожих на мыльные. Только внутри них виднелись светлые воспоминания из её жизни. Они были смутными, но точно светлыми — в них виднелся солнечный свет, слышался тихий весёлый смех. Диаваль вёл её не особо долго, остановился возле одно пузыря.              — Далеко же он у тебя в памяти, — хмыкнул он. Чэрин не успела ничего сказать, как Диаваль нырнул в этот пузырь вместе с ней. Таких манёвров она не ожидала. Они будто летели куда-то вниз, но в то же время ничего не происходило. Странные чувства одолели Чэрин, и только тогда, когда она ощутила под собой твёрдую поверхность, поняла, что они давно уже стоят. Диаваль хмыкнул, силясь унять желание ухмыльнулся. Довольно непривычная эмоция для него, ведь Чэрин ни разу не видела, чтобы он выражал что-то больше, чем просто холодное и отстранённое лицо. Он вновь стоял и близко к себе прижимал Чэрин за плечи, придерживая, чтобы она не упала.              — Голова не кружится? — спросил он. Чэрин хмуро глянула на него.              — Ты издеваешься?! — а голова действительно сильно кружилась. Может, поэтому ей казалось, что они будто падали куда-то с высоты. От этого головокружения появилось чувство, будто её хотело вырвать. Но Чэрин прикрыла глаза, стараясь унять это ужасное ощущение внутри.              — Всего лишь интересуюсь, все по-разному реагируют, — хмыкнул он.              — О, значит, я не одна такая? — нервно усмехнулась она. Диаваль невесомо погладил её по волосам и ухмыльнулся.              — Именно, — ответил он. — Таких дурных, как ты, много. Но не у всех есть возможность исправиться. Так что потерпи. Или ты уже не хочешь найти своего дорогого мужа? Сдаёшься? Хочешь получить наказание и жить в страданиях? — усмехнулся Диаваль. В ответ ему ничего не сказали, просто потупив взор. — Так и думал.              Чэрин осмотрелась. Она находилась в офисе компании, в которой работала. Вот она увидела, как идёт в сторону небольшой комнатки, которая служила зоной отдыха. Обычно туда уходили выпить чай или кофе, немного отдохнуть, перекусить или поболтать. Ну, для того она и была придумана. Чэрин как-то странно покосилась в сторону, где по коридору шёл Кан Ёсан. Тот бросил быстрый взгляд на неё и направился дальше. Значит, это было не так давно? Или же…              — Чэрин! — её окликнул Чонхо, подлетая к ней и чуть ли ни повисая на ней.              — Боже, Чонхо! — дёрнулась Чэрин. — Ты чего пугаешь? Где-то пожар? Или почему ты такой взбудораженный? — спросила она.              — В компанию приехал сын нашего директора! — громким шёпотом воскликнул Чонхо, продолжая вместе с Чэрин идти к комнате отдыха. Там как раз никого не было. — Зовут его Кан Ёсан, ему двадцать шесть лет, холостяк, и его папочка не очень им доволен, — выкладывал про сына директора Чонхо. — Там у них какие-то свои споры есть, разногласия, ещё не успел узнать, какие именно, но у меня есть слушок, что компания скоро перейдёт ему в руки.              — Ты это узнал за те полчаса, на которые отлучался в туалет? — усмехнулась Чэрин, подходя к кофемашине и нажимая на несколько кнопок, чтобы заварить себе латте.              — Мужчины у нас такие сплетники, — поиграл бровями Чонхо, усмехнувшись. — Ким Сынмин узнал от Чхве Ханбина, а тот от Со Чанбина, ну а он от Сон Бора.              — М-да, действительно, главные сплетники компании, — хмыкнула Чэрин.              Чэрин, которая стояла с Диавалем и наблюдала за этой картиной, не понимала, почему она видела это воспоминание. Вроде же ничего такого важного в тот день не случилось?              — Кстати, — вдруг нахмурился Чонхо, отпивая из своей чашки американо, — а где твоё кольцо? Потеряла, что ли? Утром же ещё на тебе было…              — А?              Чэрин всмотрелась в свою фигуру и поняла, что действительно кольца не было на безымянном пальце. Вот только почему именно его там не было, она вспомнить не могла. Чувства из прошлого охватили её: страх, паника, она чуть ли не пустилась сама искать кольцо, как та Чэрин, которая мигом кинулась на выход из комнаты отдыха к своему рабочему месту. Но она с облегчением обнаружила, что оно было на ней.              — Кольцо? — спросила Чэрин, смотря на него и прикусив губу. — Оно связало нас с Сонхва, как подтверждение нашего брака. Оно очень ценно для меня, потому что до этого я никогда не носила кольца, а это единственное, которое я ношу, почти не снимая.              Диаваль слушал её и кивал.              — Да, кольцо, которое ты очень сильно любишь, — ответил он. — Это и есть тот артефакт, который приведёт тебя к твоему мужу. Вы оба связаны, но не только этой вещью, но и чувствами, надеюсь, ты понимаешь это, — произнёс Диаваль, на что Чэрин коротко кивнула. — Прекрасно. Я дал тебе эту простую загадку, чтобы ты точно смогла пройти дальше. Больше подсказок не будет.              Чэрин вновь притянули чужие руки к себе, утягивая в ту самую чёрную пустоту. В этот раз вышло лучше справиться с головокружением, но оно всё ещё было. Может быть, она ещё привыкнет к этому, хотя очень бы не хотелось.              Диаваль взял её за руку, на которой было надето кольцо. Он нарисовал в воздухе какой-то знак, похожий на руну и опустившийся на кольцо. Оно сверкнуло светом и слегка померкло, излучая голубоватый свет. Чэрин удивилась всем этим магическим штучкам, не совсем понимая, что сейчас сделали. Но это однозначно было красиво.              — Что ты сделал?              — Теперь кольцо будет указывать верное направление, — ответил Диаваль. — Оно будет зажигаться ярче, когда ты будешь правильно разгадывать мои загадки. Если же ты не сможешь этого сделать, то оно будет меркнуть. Второе испытание пройдено. Поздравляю.              Чэрин хмыкнула, всматриваясь в свою руку с кольцом. Оно приятно грело кожу, излучая этот приятный свет. Это было необычно. Теперь украшение служило не только памятью, но и путеводной нитью, которая связывала её и Сонхва.              Проснулась она также, как и в прошлый раз — дома от звука будильника. Только в этот раз она лежала на диване, а не на полу. Тело ломило от неправильной позы, потому пришлось хорошенько размяться, прежде чем начать собираться на работу. И Чэрин впервые за долгое время испытала такую дикую тоску по любимому человеку. Вспоминая все те тёплые моменты, которые она видела в видениях и в целом, копошась в своей памяти, она поняла, что сильно скучает.              Она взглянула на кольцо на пальце и прикоснулась к нему губами.              — Я найду тебя, Хва, — прошептала она. — Обещаю…