Часть 7

      — Объясни.       — Нет времени. Что с такси?       — Как же Дэмиен…       Не слушая, она ведет меня к тому месту, где наши пути разошлись. Проверяю сигнал. Связь не появилась. То ловит, то пропадает напрочь. Что здесь с сигналом? Зону не ограничивают в использовании мобильной сети, не блокируют доступ, жители не под надзором. Из-за праздника приняли дополнительные меры? Об этом было бы неплохо предупреждать.       Мимо нас молча проносятся люди. Ведут себя суетливо. Стремятся куда-то попасть или наоборот сбегают? Хочу проверить, но Моника непреклонна. Пытаюсь задавать вопросы, выяснить хоть что-то, почему она так напугана и кого увидела да только нарываюсь на короткие отказы по типу: «Некогда», «Потом всё расскажу».       Птица ничем не была инфицирована? Рана на предплечье нарывает и ноет. Кровь стекает по руке, оставляя на асфальте редкие пятна. Надеюсь, зашивать не придется. Не хожу по больницам, до последнего тяну с проблемами со здоровьем.       — Мон…       — Христа ради, Фрэнки!       Чем вызвана злость? Понимаю, когда человек на эмоциях, он может срываться на окружающих. Но это не мешает ей всё объяснить, поставить меня в известность. Я не подготовлюсь к опасности, если буду оставаться в потемках.       В заведениях разом выключается весь свет. Улица погружается во мрак. Застываю. Люди становятся еще активнее: кто разбегается по убежищам, кто занимается мародерством. Прямо при нас двое парней вламываются уже в закрытый ювелирный магазин. Оба в карнавальных масках. Трудно будет их опознать.       Подсвечиваем себе с Моникой фонариками от телефонов.       — Кланы сцепились? Ты стала свидетельницей бандитских разборок?       — Молчи, Фрэнки.       Значит, так и есть. Это про Сайласа она боялась заговорить? Впервые вижу ее такой испуганной, в глазах застыл ужас от увиденного. При ней убили человека? Заикнуться рискованно. На любую фразу сработает триггер. Я бы тоже не стала в данный момент обсуждать произошедшее в клубе. Поддержка подруги — совсем другое дело. Было бы легче справляться с пережитым. Она знает, что я всегда приду к ней на выручку.       Раздается хлопок. Выстрел. Моника крепче хватает меня за руку и ведет почти силком. Когда совсем рядом с нами среди громких тревожных голосов гремит новый выстрел, она начинает плакать. Рыдания смешиваются с обещаниями ничего не говорить.       Это невозможно: быть рядом с дорогим тебе человеком, но испытывать бессилие. Как ей помочь? Нам обеим повезло за ночь избежать смерти. Повезло ли? Пока находимся в эпицентре хаоса. На открытом участке местности мы станем легкой мишенью. Только зачем мафии стрелять по обычным жителям?       Бандит нападает на Монику сзади и уводит в сторону. Спешу наброситься на него, но кто-то сбивает меня с ног и отталкивает к стене. Очередной телефон разбивается. В темноте мало что получается рассмотреть.       — Кар-кар!       Подлетает ворон. Узнаю его по взмахам металлических крыльев. Рефлекторно дотрагиваюсь до предплечья.       — Свалила нахер, бешеная! — отбивается бандит от птицы. — Все крылья обламаю!       — Моника!       — Бежим! — освобождается она от второго бандита. — Дай мне руку! Фрэнки!       Удар. Поворачиваюсь и вижу упавшую на землю птицу. Мертв? Моника садится в первую свободную машину, оставленную водителем. Машет ключом зажигания. Мы можем наконец-то уехать, быть в безопасности, но… ворон помог мне отыскать подругу. Без него носилась бы всю ночь по зоне. Не факт, что успела бы вовремя.       — Твою мать, Фрэнки!       — Уезжай!       — Что? С ума сошла?!       Не могу уехать, не убедившись, что птице ничто не угрожает. Моника за пару часов доедет до Линкон-Сити. Там она, если посчитает нужным, обратится к полиции. Только здесь даже местные не вмешиваются.       Улицы опустели.       — Жить надоело, дорогуша? — нагло размахивает бандит окровавленным ножом. Лезть в дела мафии — верная смерть. Оглядываюсь, чем воспользоваться для самообороны. Ничего. Совсем ничего. Бандит приближается ко мне, вырисовывая что-то лезвием. От его слов: «Сейчас повеселимся» становится дурно. Иду по стенке, не переставая обдумывать план спасения ворона. Он не двигается. Чем я занимаюсь, Господи. Поехала бы вместе с подругой, но долг обязывает, даже перед птицей.       Сбоку мелькает тень. Мужчина накидывается на бандита и выбивает нож из его руки.       — Бегите, мисс!       Остаюсь на месте, не веря в реальность происходящее. Я не ожидала, что появится храбрец, который встанет на защиту слабого. Тороплюсь проверить ворона. Развожу руками, не представляя, как это сделать. Послушать дыхание? Сердцебиение?       — Что вы творите?!       Наклоняюсь к птице и осторожно дотрагиваюсь до крыла. Ворон тяжело поднимает голову. Ослаблен, ранен, но главное, что живой. Ветеринарные клиники закрыты до утра. Куда отнести? Если бы еще завтра открылись после погромов.       — Нам обоим досталось, да? — поглаживаю ворона, желая укрыть собой и не дать больше в обиду. Аккуратно беру его на руки, стараясь не задеть рану. По моим ногам струятся клубы тумана. Энергия красно-черных лент собирается вокруг птицы, окутывая целиком.       — Что?       Он исчезает из моих рук, рассыпаясь на кристальные частицы.       Появляются другие члены группировки. В одиночку мужчине не справится. Враги окружают нас. Все с пистолетами, но медлят. Спустя мгновение понимаю, почему. Тот самый туман подбрасывает бандита, ленты стягиваются на его теле, обвивая коконом. Страшась той же участи, мой спаситель подается в бега.       Сайлас?       Это его ворон?       Энергия пролетает сквозь меня и захватывает остальных бандитов. На дороге много оставленных машин, только я водить не умею. Выберу с автоматическим управлением. Справлюсь. Замечаю блейзер, кем-то наброшенный мне на плечи. Должно быть, свалился, когда я боролась с вороном…

***

             Он перехватывает мое запястье. В тишине слышу только прерывистое, мужское дыхание. Чувствую знакомое головокружение. Незнакомец касается шероховатым языком моей раны и начинает облизывать подобно животному, очищая от загрязнений. Не протестую относительно его методов обработки ран. Без бинтов и перекиси приходится исхитряться.       — Вы не обязаны…       С причмокивающим звуком он собирает вытекающие капли крови, почти не причиняя боли. По моему телу разливается волна тепла, притупляя возбуждение оголенных нервов. В его слюне содержится анестетик? Боль заглушает удовольствие, от которого хочется по-кошачье заурчать и преданно отдаться чужой воле.       Вместо повязки он использует оторванный кусок подола моего платья. Не успеваю даже опомниться. Не хочется ни возмущаться, ни в чем не обвинять. Кажется, я готова позволить ему сделать с собой абсолютно всё. Это дико неправильно.       Придерживая мое запястье, незнакомец ведет цепочку прикосновений губ выше. Когда он доходит до плеча, я жарко выдыхаю. На самом деле перед каждым встречным стану раздвигать ноги? Недуг следует лечить, бороться с этим. Сопротивляться… не могу сдержать стона от жадного поцелуя в шею.       Мое тело — не холст для нанесения увечий.       Пальцы сильнее сжимают запястье, оставляя синяки поверх ссадин от веревок. Незнакомец заводит мою руку над головой и прислоняет к стене; нацеловывает подбородок, приближаясь к губам. Это безумие. Ощущаю его дыхание. Безумие. Внутри всё пылает.       — Пожалуйста…       Коротким поцелуем он словно выясняет, о чем я прошу. Облизываю губы, пробуя свою кровь на вкус. Сказать, что у меня есть парень? Виртуальный, а заодно второй — клиент с работы. Правда, ничего так и не купил в лавке.       — Я не могу остаться.       От мужского стона недовольства сдвигаю ноги, борясь с реакцией собственного тела на его ласки. Подозреваю, что незнакомец взрослый. Не ровесник, а старше. Может, весомо старше. То ли дело в том, с какой уверенностью он прикасается ко мне, с чувством полноправного владельца.       Или принимаю желаемое за действительное. Это началось с «Master S». Узнав, что ему двадцать восемь, я стала вести себя более раскованно. В школе одноклассники не отличались ни манерами, ни интеллектом. После перехода в старшую школу стала засматриваться на выпускников. Из чувства неловкости приходилось подавлять потребности… желания. Всё, что было скрыто годами, высвободилось после секса по телефону.       Отныне не остановиться.       Незнакомец требовательно прикусывает кожу на моей шее. Вздыхаю и откидываю голову назад, подставляясь под его губы.       — Тебе нравятся легкодоступные девушки?       Стон несогласия сопровождается следами зубов на линии моей челюсти. Самоконтроль практически утрачен. Еще немного, и буду умолять незнакомца, ползая у его ног.       — Я должна вернуться домой.              Или получить желаемое.       Это не отличимо от того, что я делала с S. Тоже не видела его в лицо. Совершенно чужой человек. Это вызывает больше доверия, чем если бы рискнула сблизиться с давно знакомым парнем и наши чувства оказались бы невзаимны. В обоих случаях было бы небезопасно вступать в связь. Люди непредсказуемы. Однако это убеждение не срабатывает ни с «Master S», ни со Стэйрусом.       Как и сейчас.       — Вы хотите воспользоваться мной? Это плата за…       Не давая договорить, он накрывает мои губы своими и кладет ладонь на затылок, не позволяя удариться головой о стену. От столь заботливого жеста срываюсь на стон. Незнакомец стонет вместе со мной. Боже, такой чувствительный. Я нравлюсь ему? Мы же не видели друг друга. Что нами управляет? Инстинкты? Чем тогда отличаемся от зверей?       Не могу. Нельзя.       — Отпустите.       Его губы скользят по моей щеке и оставляют последний поцелуй у виска. От этой нежности на глазах скапливаются слезы. Это же только секс. Мое сердце неумело ищет подходящего партнера — того, с кем можно будет связать свою жизнь до самой смерти.       Опыта слишком мало, чтобы научиться разбираться в людях, и то можно нарваться на загадку с кучей подводных камней. Мне нужен открытый человек, который покажет пример: кто не боится быть собой, принимает все свои заморочки, четко знает, чего хочет, не отступает от цели, не зависит от мнения окружающих.       — Сайлас…       Вздрагиваю и открываю глаза. Еле дыша, смотрю в темный потолок своей спальни. О, нет. Это уже происходит во сне, но с кем? Преступником. Переворачиваюсь из стороны в сторону. Хочется сжаться до размера точки; исчезнуть, раствориться в вечной пустоте. Я не могу всю жизнь провести с этим желанием. Случайная связь после формального свидания поможет? Кому звонить? «Master S»?       Да, так и поступлю. Всё потом пройдет.       Сердце стучит в горле, ладони взмокли, между ног пульсирует. Поздравляю себя с диагнозом сексуально озабоченной.       Со стоном хватаюсь за голову. Телефон! Мне завтра выходить на работу, держать связь с начальством. Не только с ним, со всеми из списка контактов. Часы на тумбочке показывают 4:25. Магазин электроники откроется в десять утра. Вызываю домашнего помощника.       — Доброй ночи, мисс. Могу я вам чем-нибудь помочь?       — ОТТО, найди интернет-магазин, который доставляет заказы круглосуточно.       — Произвожу поиск. Ожидайте.       Отдам всю зарплату на новый телефон. Придется обращаться к родителям за деньгами. У Моники не стану занимать, создавая ей лишние проблемы. Ей нужно время всё осмыслить. Про Дэмиена ни разу не заговорила, а сам он в зоне N109 не появился. Разминулись?       Оставляю помощника делать заказ на срочную доставку, а сама иду принять душ. Всё равно теперь не заснуть. Стоя перед зеркалом, снимаю бинты и осматриваю рану. Нарывает. Если не начнет затягиваться, придется идти в больницу. Взгляд задерживается на корзине для грязной одежды, с которой свешивается мужской блейзер.       Беру его в руки, сжимаю. Ткань из дорогого материала. Состоятельный бизнесмен не пожалел расстаться? Подношу к лицу, желая уловить аромат парфюма… резко бросаю блейзер в стирку. Буду носить. За ним всё равно никто не явится.