Заседание

Джонатан своим мелким человеческим умишкой даже не догадывается насколько он прав и одновременно не прав. Лукас хочет Мэвис, но не так, как это имел в виду человек. Он хочет оголить её душу, проникнуть в самые затаённые двери её сознания, открытые только для неё самой. Он хочет, чтобы она — сильная со всеми, с ним была слабой. Он хочет подарить ей жизнь, и свою, и чужую. Какой интересно способностью будет обладать их ребёнок? — Мама, — Лукас сильнее закутался в одеяло, глядя в потолок. Дядя Виолер говорил ему, что мама всегда его слышит и видит, вне зависимости от того где сейчас находится её сын. — Я похоже влюбился. — прошептал он люстре, представляя реакцию матери. Она бы точно порадовалась за сына, мама всегда была на его стороне. Дни шли своим чередом. Деннис теперь практиковался в умении орудовать саблей. Пока он был слишком мал для настоящего холодного оружия, поэтому занимался с незаточенной и облегчённой версией. Мэвис ощущала все тяготы взрослой жизни такой, какая она есть на самом деле, а не как её описывают в сказках или представляют маленькие девочки. Иногда графиня даже завидовала самой себе подростку, с неохотой выполняющему поручения тёти Лидии. Дракула ностальгически улыбалась, вспоминая слова баронессы, про то, что когда-нибудь юная графиня захочет вернуться в то беззаботное время. На плечах Великой Княжны Тьмы лежала ответственность за Владимира и Тёмный мир. На последний уходило куда больше сил и времени, поэтому часто вампирше приходилось привлекать к помощи с младшим ребёнком мужа. Джонатан соглашался, но с явной неохотой. Он говорил, что пока Вова маленький, ему нужна мать. Мэвис была с ним полностью согласна, но бросать свои планы по подниманию Тьмы из руин не собиралась. Из-за этого приходилось пользоваться услугой «бородатого няня», как в шутку назвал Лукаса Деннис. Мужчина не только не отказывал, но и наоборот, сам предлагал помощь. Он гулял, играл, кормил, пеленал, короче делал всё. Странно. Но ему Мэвис доверяла больше, чем Джонни. И дело не в каких-то секретах Тёмного мира, которые человеку знать необязательно. Дело в детях. После инцидента с русалками доверие девушки к мужу подорвалось. А к Лукасу. Лукас. Что он ей такого сделал, что она ему больше доверяла? Что он вообще значит в её жизни? Когда они долго не виделись, Мэвис начинала тосковать, её дети начинали тосковать. Так она думала, сидя на заднем сиденье машины, за рулём которой находился Храз — подарок Виолера на рождение Вовы. — Графиня, — обратился к ней слуга, не отрывая взгляд от дороги. — Вы не собираетесь становиться официальной Повелительницей Тьмы? — он мельком глянул на призрачное отражение пассажира в зеркале заднего вида. Мэвис подставила руку под подбородок, а локоть на дверь: — Первая женщина — Повелительница Тьмы? — улыбалась она, задумчиво произнося эти слова. — Почему бы и нет, — она посмотрела в окно, увидев в нём собственное лицо. — Тогда я смогу спокойно принимать решения и подтверждать их Тёмной печатью, — повернулась графиня к Хразу. — А где она? — поинтересовался слуга, выворачивая руль вправо и выискивая место для парковки. — Она в здании Конклава, — Мэвис вновь глянула в окно, всматриваясь в стоящие в один ряд автомобили. — На столе Повелителя. — Храз остановил машину, включил заднюю передачу и обернулся к графине, глядя в заднее окно. — Запечатлена на его кровь, — так же продолжала беседу Мэвис. — А что будет, если её возьмёт кто-нибудь другой? — водитель посмотрел в боковое зеркало. Мужчина выключил зажигание. — Неприятно, — посмеялась Дракула. — Я, однажды, в детстве потрогала её, меня ударило током, — она опустила взгляд на пальцы, по коже пробежали электрические импульсы. Мэвис вышла их машины, разрешая Хразу заняться пока своими делами. Закончить быстро она не планировала, ибо накопилось слишком много вопросов, которые она хотела бы обсудить с Советчиками. Дракула неспешно захромала к зданию Конклава, где её уже ждали вампиры. Мэвис поднялась со своего кресла: — Приветствую, господа Советчики, на заседании Совета вампиров. Очень рада видеть вас в полном составе. Сегодня мы подведём итоги проделанной за эти два года работы. Вампиры сели. — Итак, начнём с обороны, — она указала на Сативуса. Тот встал со своего места, поправил мундир: — Графиня, многоуважаемые Советчики, — он опустил взгляд в шпоргалку. — Хочется отметить, что армия на данный момент пребывает в лучшем за последние 130 лет состоянии. Мы сумели обучить солдат пользоваться различными видами оружия, которые нам достались после стычек с людьми, пополняли ряды новобранцами, и самое главное, подняли боевой дух. Мои солдаты, получая хорошее жалование, служат в первую очередь ради будущего Тёмного мира. Графиня, я и мои солдаты за вами хоть в огонь, хоть в воду, хоть в медные трубы. — Даукус сел. — Прекрасно. — Мэвис сделала пометку в своей тетради, на страницах которой царил настоящий хаос: многочисленные пометки, некоторые из которых были подчёркнуты толстой линией, а другие же наслаивались на более блёклые. — Раз уж мы заговорили про деньги, то прошу Глэм Руббит, — графиня кивнула мужчине. Советчик финансов встал с кресла: — Графиня, многоуважаемые коллеги, — откланялся он в сторону вампиров, а потом по направлению к Мэвис. — Хочу сказать, что наша казна пополнилась на два с половиной миллиарда лей. Половину из них мы покрыли золотом, принадлежащим Дракулам. В настоящее время этими деньгами платится жалование солдатам, врачам и другим работающим монстрам. Они же отдают нам налог, составляющий 10%. В будущем мы планируем его поднять до 15%. Хочется отметить, что вторая половина всех казённых денег была законно украдена из банков Румынии во время стычек с людьми. — Отлично, — графиня жестом попросила Глэма присесть. — Теперь я хочу послушать Найта Броуни, — она подняла взгляд от тетради, переворачивая страницу. Вампир встал с кресла, поприветствовал стандартной фразой коллег, начал: — За последние два года я в сопровождении своей свиты и очень часто с графиней Дракулой ездил по Тёмному миру в поисках монстров, знающих врачебное дело. С ними была проведена агитационная беседа, и многие согласились возобновить свои работы. Некоторые, скажем, барон Виолер Розмаров, — Дракула не смогла сдержать себя от лёгкой улыбки при упоминании названного двоюродного дедушки её детей. — Решились обучать молодых монстров врачеванию. Благодаря этому, количество смертей во время стычек с людьми от многочисленных ран заметно снизилось. В идеале было бы построить здание больницы, но это пока только в планах. — Мэвис ударила ручкой по столу, сделала запись, подчеркнув её двумя чертами. — Очень хорошо, — она покрутила ручкой, обдумывая, кто бы мог высказаться следующим. — Теперь пусть выступит Брэм Фроло, — указала Мэвис на мужчину, сидящего возле Сативуса. Советчик строительства поднялся со своего места: — Графиня, многоуважаемые коллеги, на данный момент времени возможности массового строительства у нас нет в связи с отсутствием территорий, — Дракула положительно кивнула, она сама не раз задумывалась над вопросом земель и, похоже, пришло время заняться им основательно. — Но ведутся работы по постройке небольших домов для пролетариев. На сегодняшний день монстров и их семей, имеющих крышу над головой, около 300 тысяч. Вампир сел на своё место, как только Мэвис разрешила ему это сделать. — Что ж теперь послушаем Сида Трошевски, — указала она ручкой на вампира. Советчик труда поприветствовал присутствующих: — На сегодняшний день очень много монстров, особенно пролетариев, пребывает без работы. Большинство из них обучены только письму, да счёту. — Мэвис опустила взгляд в тетрадь, перевернула страницу на ту, в которой говорилось про малоообразованность её граждан. — А со стремительным ростом прогресса рабочая сила нам нужна в большом количестве. Графиня, — она подняла на мужчину глаза, выразив ими немой вопрос. — Мы с Альфредом Синьори обсуждали эту тему, — кивнул он на Советчика просвещения. — И к какому же выводу вы пришли? — Мэвис уловила движение за Луисом Марабори. Со стула поднялся Синьори: — Графиня, многоуважаемые коллеги, — поклонился он. — Мы пришли к выводу, что нужно позволить низшим слоям населения обучаться в Академии, затем, окончив её, монстры, по собственному желанию, могли бы пойти учиться дальше, скажем в Высшее Учебное Заведение. — Мэвис хмыкнула, возвращая свой взор в тетрадь и делая в ней нужную пометку, выделяя её одной жирной линией. — Для этого нам необходимо выделить здание под Университет, а ещё лучше, построить новое. Преподавателей мы найдём среди мастеров своего дела. — Это свершится тогда, когда у нас будут земли, — стуча ручкой по столу, задумчиво проговаривала Мэвис. — Альфред, у вас ещё что-то есть? — Синьори отрицательно покачал головой. Графиня кивнула им. Советчики сели. — Теперь послушаем Джафара Коньи. — Дракула придвинула кресло здоровой ногой ближе к столу. Советчик транспорта поприветствовал коллег: — В настоящее время Тёмный мир имеет в своём распоряжении машины, честно выкраденные у людей, — графиня повернула голову на окно, на улице стояли именно человеческие автомобили всех известных марок. — Их мы раздали высшему слою. В будущем, когда государство Тёмный мир объединится, планируется создание собственной автопромышленности, благодаря которой позволить себе машину смогут и низшие слои. Хочется отметить, что Кентавры и Единороги, которых использовали в качестве транспорта, больше не хотят возить двуногих. — Дракула отметила и это у себя в записях, прекрасно понимая представителей рода лошади. Возить на своих плечах тяжёлых монстров или людей, она на мгновение вспомнила свой опасный перелёт через Атлантику вместе с Джонатаном, схваченным за шкирку. А ради чего? Отец решил сделать из её сына вампира, что с того? «Надо было сбросить балласт ещё тогда в пучину океана» — графиня ничуть не испугалась собственных мыслей, улыбнувшись своей чёрной шутке. — «Луки бы оценил» — закончила она немой диалог с самой собой, возвращаясь и душой и телом в Конклав. — Теперь предоставим слово Хуло Монокли, — она уселась поубоднее, сложив руки на подлокотниках. — Графиня, многоуважаемые Советчики. — Советчик культуры встал со своего места. — Помня, графиня, наш с вами разговор, во время которого вы выразили желание увековечить историю, — Дракула согласно закивала. — Традиции Тёмного мира, я пришёл в выводу, что как только позволят территории, — Мэвис улыбнулась, все её планы упирались именно в земли. — Мы постоим здание исторического музея, экспозиция которого будет начинаться с самого Люцифера и заканчиваться Владиславом IV. Хочется сказать, что мелкие группы монстров всё ещё продолжают помнить и чтить наши традиции, — последнее очень обрадовало графиню. Она привыкла видеть за последние несколько лет, что люди жили в отеле, монстров непохожих на монстров. Все ходили с телефонами, шутили глупые людские шутки, смотрели эти чёртовы телевизоры, один из которых Мэвис уже давно подумывала выкинуть в окно, короче очеловечивались её постояльцы, что очень терзало её консервативную душу. Графиня попросила выступить Советчика сельского хозяйства — Пени Сукуле. — В настоящее время выращивать продукты питания в промышленных масштабах, вследствие нехватки территорий, возможности нет. Но монстры, имеющие свои частные дома, занимаются огородом и продают излишки своим сородичам. С мясной промышленностью дела обстоят куда хуже. А про кровь говорить и не приходится. Вампиры, раньше не отказывающиеся от человеческой крови, сейчас и подавно не хотят этим заниматься. А убивать людей без разбора, как раньше, мы не можем. На кровь животных согласилась меньшая часть вампиров. — Вопросом с кровью нужно будет заняться в ближайшее время, — постучала она ручкой, обдумывая и собственное положение. Пока она дружит с Розмаровым проблем не будет, нужно всячески поддерживать связь с доктором. «Породниться» — Дракула улыбнулась, представляя лицо Виолера, узнавшего, что она вышла замуж за его племянника. Она и не думала, что Виолер будет против их брака. — Итак, теперь попрошу Ликольна Джарови. Советчик энергетики поднялся изо стола: — Графиня, многоуважаемые коллеги, — по старой, заезженной схеме поприветствовал он вампиров. — Сегодня мы полностью зависимы от человека. Мне и моим подчинённым известны механизмы работы электростанций, но пока у нас нет своих территорий, мы не сможем возвести ТЭС, ГЭС, АЭС. — Я вас услышала. — Дракула сделала новую запись. — Теперь попрошу Верхового Среднего Прокурора Тьмы, — взгляды устремились на пожилого вампира. Сгорбившийся старик, кряхтя, поднялся со своего места, поклонился графине и стал что-то невнятно бурчать себе под нос. — Господин прокурор, вы хорошо себя чувствуете? — Мэвис чуть наклонилась к нему через стол. Киллиан Тортилов закивал головой и продолжил свою невнятную речь, на протяжении которой Дракула не переставала кивать, тщетно пытаясь хоть немного понять смысл его слов. Благо Лукас слишком много плохого говорил ей про прокуратуру, шутя, что сев на место Тортилова, поднимет её с колен. В надзирательном органе наблюдалась колоссальная нехватка кадров. Когда он закончил, Мэвис выразила старику благодарность и сделала запись в тетради: «ВСПТ заменить». Она несколько раз подчеркнула её и даже заключила в прямоугольник, чтоб уж точно не забыть. Дракула вздохнула, переводя взгляд на последнего Советчика в её списке. — Теперь послушаем Луиса Марабори. — Советчик межмировых отношений поднялся со своего места. Почему-то именно сейчас сердце Дракулы забилось с бешенной скоростью. Она прекрасно знала, что скажет вампир, и именно от этого знания ей было не по себе. — Графиня, многоуважаемые Советчики, — заговорил он в своей прежней спокойной манере, вынуждая заметно напрячься не только Мэвис, но и других присутствующих, наравне с женщиной, возглавляющей Совет, знающих о словах Марабори уже заранее. — Отношения монстров и людей за последние два года ухудшились настолько, насколько никогда не ухудшались, — все согласно закивали, не смея отводить взглядов от вампира, которому выпала ответственная миссия сказать это. — Сейчас, вы все прекрасно это знаете, стычки происходят каждые сутки. И с каждым разом они становятся всё ожесточённей и ожесточённей. — Мэвис почему-то вспомнился рассказ Лукаса про вырванные гланды. Мужчина говорил ей, что приехал вместе с Генри в один из новостроенных домов, где лежало бездыханное тело гнома. Лукас даже не постеснялся показать Мэвис гланды, не в чистом виде, а на фотографии, сделанной на личный фотоаппарат Лоуренса, который, так во всяком случае хвастался его владелец, может снимать и вампиров. — Такое уже было перед Первой Тёмно-Светлой войной в 1824–1825 годах. Вывод из всего вышесказанного неутешительный — будет война.