Забота Асуны

Алиса с красным лицом быстро удалилась из комнаты Алексис и спустилась в главный зал таверны. Рагос быстро убрал похабную книжку, стоило ей появиться в зале. Тёмный эльф убрал ноги со стойки и встал со стула. — Алиса? Чем могу быть полезен? Задохнувшаяся от смущения девушка тихо проговорила, подойдя к барной стойке: — Пожалуйста, скажи мне, что я… что я не буду… что я не похожа на Алексис. Пожалуйста… Данмер со всей уверенностью ответил: — Ты похожа на неё в наименьшей степени. Единственное общее, что у вас есть — это девственность. Девушка явно облегчённо выдохнула. — Можешь сделать какой-нибудь напиток, чтобы смыть это? — Могу. Безалкогольное? — Разумеется. Тёмный эльф развернулся к бару и принялся колдовать с известными одному ему бутылками с напитками и сиропами. Нет, магии здесь не было, только ловкость рук и, возможно, немного мошенничества. Закончив фокусы с напитками, он подал ей бокал с какой-то искрящейся светлой жидкостью. Она взяла и залпом осушила, благоразумно проглотив его сразу. Небольшая часть задержалась во рту, и ей показалось, что там взорвалась сладкая шаровая молния, в нос ударил газ из напитка, весь пищевод и рот немилосердно защипало, а зубы свело от холода. Пытка продолжалась где-то с минуту. Зато от смущения и стыда и следа не осталось. В голове прояснилось, а в кончиках пальцев покалывало, эхом отдаваясь той самой «шаровой молнии». Ощущение было приятным, оно будто бы влекло её что-то сделать, только не понятно, что. Улыбающийся данмер спросил: — Ну, как? Вкусно? Алиса радостно улыбнулась. — Очень! Что это такое? — Хорошенько вспомни, что ты чувствовала, задержав зелье во рту, и проведи это ощущение в руку. Сосредоточь взгляд на центре ладони. Представь, как это чувство собирается в сферу. Девушка последовала указаниям. Ничего не произошло. Тёмный эльф задумчиво хмыкнул. — Странно. «Бум-шарка» обычно используется ради выявления магов. И ты на удивление легко перенесла эффект. Настолько легко, что даже Торомир не перенёс бы легче. А ведь он — Прирождённый Маг. — Может, стоит сильнее сосредоточиться? Священные заклинания у меня дома хорошо получались. Он покачал головой. — Этот мир, хоть и в чём-то похож на земные игровые реальности, не виртуален, и здесь нет точных систем, в которых можно возобладать достаточными системными полномочиями тупой прокачкой. Алиса недоумённо нахмурилась. Эльф пояснил: — Сколько ни сосредотачивайся — не получится. Да, местные заклинания похожи на твои родные, но только тем, что используют внешнюю энергию для сотворения чего-либо. С той разницей, что зачастую ради сильной магии требуется не только сила, но и материя, да и совершенство в языке, на котором говорит с тобой эта реальность. А это сложно. Девушка понятливо кивнула. — Наверное, ещё более сложно, чем священный язык. — Мысли, образы, воля (аналог инкарнации Рыцарей Единства), контроль своего тела и своих энергетических оболочек, управление внешними энергиями словно инструментом… И до черта ещё чего, что мне тебе пришлось бы долго объяснять понятными тебе словами. Но это будет в любом случае бесполезно, потому что у тебя банально не получилось вывести энергию эликсира во вне своего тела. А он очень сильный. И я не могу понять, почему. — Ну хоть немного объяснить можешь? Он задумался, формулируя достаточно понятный ответ ещё недавно бывшей пятнадцатилетней девчонке из средневекового мира с магией и мечами. Вздохнул, подбирая слова. По крайней мире, она многие из современных терминов знает. Ответил: — Зелье делает выброс силы, заключённой внутри него самого. Если ты выпьешь тот же кофе, будет то же самое, только химически — он растворится у тебя в желудке, а кровь разнесёт его частицы по организму. Почувствуешь прилив сил и бодрости. Но хитрая химия делает это постепенно. «Бум-шарка» впитывается мгновенно, так как это, по сути, превращённая в жидкость чистая энергия, настроенная определённым образом. Поэтому во рту её лучше не держать — она создаёт множество разрядов, которые вытягивают энергию не только из жидкости, но и из всего вокруг. Поэтому зубы сводит от холода — тепло тоже забирается. Не-мага это парализует, так как выброшенная из жидкости сила мгновенно проникает внутрь его тела, взаимодействует с его жизненной силой и сразу же покидает тело во вне, не задерживаясь, а так как часть жизненных сил выпившего уже с ней связалась, результат предсказуем. — А маг, значит, легко задерживает выброс? — Относительно. В некотором смысле оно работает аналогично кофеину. Только взаимодействует с нематериальными аурами, которых у магов, как правило, намного больше одной. И намного… толще, грубо говоря. Если сравнивать с чем-нибудь более приземлённым… получится, как если бы воду пропускали через обычное сито, или же через несколько, одно мельче другого. Алиса снова кивнула. — Ясно. Во рту я действительно почувствовала… шаровую молнию. Но меня не парализовало, а наоборот, сразу дало ощущение бодрости и силы. Ощущение такое, словно я теперь могу часами бегать, прыгать, и не устану вовсе. — Ага. Ещё и мозги прочистило. А вот чтобы вывести силу наружу усилием воли, ты не смогла. Вряд ли дело в закупоренности энергоканалов твоего тела, даже невооружённым взглядом видно, что с тобой всё в порядке. Потому я и не могу понять, что не так… За её спиной раздался знакомый звук звякнувшей о пол монеты, и к барной стойке подошёл странник пустынь, говоря на ходу: — Вот же ж еб… Но, увидев Алису, он сразу замолчал, а сев напротив Рагоса, закончил фразу: — Чокнутый учёный. Чокнутый учёный-физик. Вот ни в какую не хочет перемещаться в другие мировые линии. Видать, знает, что умеет Алексис в постели. Я его понимаю… — Ты про Вихара? — Ага. Засел в реальности без Друэллы и ей подобных и послал меня в… сюда, короче, в милые ручки демонессы. А она хоть и милая, у меня самого таких ЧЕТЫРЕ. И все умеют не меньше, чем она! Девушка спросила: — А можно вопрос? Пустынник посмотрел на неё. — Да. — Про кого вы говорите? — Про того, в кого Алексис влюбилась до меня. А он… ну… слегка повёрнут на физике частиц. Настолько, что сделал из себя мага экспериментальным путём, через исследование электричества. Хотя, наверное, его уместнее называть Проводником. Не суть. — И что он может? — Ловить молнии голыми руками и летать во время бури. Но он пацифист. Чистой воды учёный, и он глубоко против боевого применения силы, способной превратить целый город в пепел. Беда в том, что от обычной электродинамики он перешёл к квантовой, и теперь насильно переместить его из одной отражённой Вселенной в другую… мягко говоря, проблематично. — Так вы же перемещаетесь по любым линиям Времени по желанию. И можете… найти другого его. Мечник кисло улыбнулся. — Это если у него ЕСТЬ этот «другой» он. А этот ёб… чокнутый физик успел сделать так, что все его отражения стёрлись отовсюду. ДО того, как я вернулся из Бездны Безвременья. В этой реальности… Данмер молча поставил ему какой-то крепкий алкогольный напиток. Он замолчал ненадолго, выпил и, вздохнув, продолжил: -…по крайней мере. А Время, оно, блин, неоднородное. Зараза… В прошлые разы у меня получалось вернуть его Алексис, но до этого она успевала меня натурально заездить. Алиса задумчиво хмыкнула. — Я запуталась. Вы уже так много рассказали о разных Вселенных. О разном Времени… И что существует великое множество реальностей с великим множеством нас самих. Как может быть так, чтобы у кого-то ВООБЩЕ не было других версий его? Отражений, то есть. Мечник едва сдержался, чтобы опять не выматериться. — А я е… Чтоб я знал! Он выпил ещё и оперся на локти, потерев лицо. — Ох, как я устал… Даже у Юки просто туева хуча отражений, из которых всего ОДНО Истинное, Светлое… Остановился. Изогнул бровь. -…И я ни одной не повстречал на сей раз. Странно. Обычно она всякий раз, как чувствует меня в своём Времени, старается домахаться до меня клинком… И меня спасало только очередное перемещение. Алиса спросила: — Есть причина? — Ммм… ну… Да, есть, но я говорить о ней не буду. Само то, что я ни разу её не встретил, не просто странно, а ОЧЕНЬ странно. Юки существует абсолютно во ВСЕХ линиях. Даже в той, где Забвение поглотило этот мир… О пол снова звякнула монета, и он закатил глаза. — Твою мать… Позади раздался женский голос, который Алиса ещё не слышала — резкий, с небольшой хрипотцой, сильный: — Ещё раз оскорбишь нашу общую Императрицу, и я тебя на шашлык пошинкую, обратно соберу и снова пошинкую. Мечник снова кисло улыбнулся и повернулся к женщине в весьма откровенном металлическом облачении, которое та же Алексис очень бы даже одобрила. — Ди, ну ты же знаешь… — Опять с ангелами заигрываешь? Знаешь, что в таком случае я тебе обычно отрываю? Он прижал руки к груди. — Я? Заигрываю? Да ты в своём уме, Ди? Глянь на неё, ей только три дня назад пятнадцать лет было. Буквально! Может, я и люблю женщин, но не детей! Женщина в откровенном облачении, с трудом называемом бронёй, коротко и оценивающе оглядела Алису. — Для её пятнадцати лет у неё неплохие формы. Лет так на двадцать пять. — Меня не… волнует, что тело у неё красивое. Это раз. И её ангельское воплощение питает нежные чувства к Чернышу. Это два. Или тебе нужны более весомые аргументы моей верности? Спроси Рагоса. Нет, лучше спроси Аки, она была с нами всё то время, пока я вёл Алису сюда. Или Алексис… — Которую из? Они почти все высказывались, что были бы не против видеть в нашей женской компании как можно больше сисек и жоп вокруг твоего х… — Не выражайся! И да, спрашивать о верности у озабоченной нимфоманки-гаремофилки — глупо. Всё равно, я был как раз занят возвращением демонессе её первого возлюбленного, а тот ни в какую не хочет возвращаться в её любовные объятия. Ди сочувственно поморщилась и покачала головой, тряхнув длинным хвостом чёрных волос и положа руки на пояс. — Я его понимаю. Даже Императрица устала от неё в постели. А ты её знаешь. — Ещё как. Кстати, ты видела Юки? — Нет. А что? — Мы ни разу не скрестили клинки, пока я искал Вихара. Глаза Ди раскрылись во всю. — Да ладно? — Угу. — А Асуна? — Отправилась за ней. — Ты дал ей Заклинание? — Дал. — А монету? — Одну. Ди воскликнула: — Ты идиот??! Он отмахнулся: — Да брось, чтобы я, да оставил Ангела Любви без присмотра? Да ты ж первая бы мне башку откусила! Она подумала и согласно кивнула. — Факт. Без её симпатии ты бы мало держался сразу с четырьмя красавицами за ночь. Мечник пробурчал, поворачиваясь к другу за другим напитком для дамы: — Ага, зато её сестра ко мне приязнью не особо пылает. — Сам виноват… Данмер дал ему вместо бокала огромную кружку с чем-то пенным, шипящим и искристым, в отличие от «Бум-шарки», пахнущей резко, но приятно. Пустынник передал кружку одной из своих дам сердца, подошедшей к нему. Женщина отпила и наконец-то улыбнулась, заставив Алису тихо засмеяться из-за пенных закрученных усов. Женщина смахнула пену пальцем и облизнула его. Смерила взглядом девушку. — Что, девочка, весело? Та смущённо сказала: — По правде говоря, мне больше интересно, о чём вы тут говорите… Рагос поглядел на часы у себя на руке. Пустынник обеспокоился и вопросительно взглянул на друга. Видимо, обычно эльф на часы не смотрел. Данмер кивнул. Мечник неразличимо выдохнул ругательство, встал и, не прощаясь, бросил на пол одну из своих чудесных монет, после чего исчез со звоном монеты о паркет. Его женщина (одна из) укоризненно покачала головой, положив руки на пояс. — И вот так всегда. Поди теперь пойми, когда он. И где. — А вы… а как вас зовут, госпожа? Она посмотрела на Алису. — Шади. Творение Императрицы Времени. Девушка удивлённо приподняла брови. Воительница усмехнулась. — Что? От него ты я слова про него напрямую не услышала? — Да. Шади пожала плечами. — Ну, заработался мужик, пойми. Метается по реальностям, исправляет парадоксы, иногда создавая ещё более ужасные парадоксы и пытаясь потом исправить и их. Госпожа Кайлина на него взъелась за интрижку с демонессой, вот он и работает теперь, живя вне Времени, пытаясь искупить измену. Алиса посмеялась. — Ну, хоть у вас с этим всё нормально… То есть, как у обычных пар влюблённых. Шади изогнула бровь. — Пар? А пятёрку не хочешь? И я даже не смогу тебе сказать, кто из нас четверых ревнивее других. Рагос тихо сказал: — Вопрос не в том, кто ревнивее, а в том, кто мстительнее. Надеюсь, хотя бы Элика относится к нему благосклоннее, чем вы с Фарой и Кайлиной. Женщина задумчиво кивнула. — Ну, надо признать, что из нас принцесска характером самая мягкая. Сколько помню, она ни разу его даже толком не ударила… — Зато от твоих милых ножек он летает здесь с поразительной регулярностью. Она довольно улыбнулась. А Алиса её спросила: — Так кто вы всё-таки такие? И что вы делаете в этом мире? Рагос, твой друг же не отсюда? Данмер покачал головой. Шади скрестила руки на груди. — Не отсюда. Но в его родном мире больше нет места сущности моей создательницы и госпожи. Она поискала мир, а точнее Вселенную, где ей были бы рады, а всякие демоны не охотились бы на неё. И нашла себе место здесь. Она усмехнулась. — Правда, около семнадцати тысяч лет назад, когда одна мелкая прирождённая магичка до печёнок достала Царицу Ночи, та сплела мою госпожу с её смертной оболочкой, обрекая на бессмертие. Жаль, что Принца тогда здесь ещё не было, а то бы он быстро разобрался, как вытащить свою бывшую любовницу из такой ситуации, а так ей самой пришлось выбираться. Заново создала Кинжал, только теперь уже бесконечный, и отдала его создателю этих прекрасных мест, чтобы он до одного из своих творений добрался. А что мы тут делаем? Так, следим, чтобы потоки Времени не расслаивались больше необходимого. Алиса непонимающе наклонила голову. Шади пояснила: — Чтобы, например, не было такого, что однажды умершие возвращались к жизни неестественными способами. Чтобы некоторые демоны, ангелы, а то и боги не мешались здесь, пытаясь подчинить этот мир и его жителей своей воле. Ведь, если у них получится, мир исчезнет. А, и ещё мы сильно мешает планам по зонированию и присоединению этого мира к своим империям существ более прозаичных, вроде людей из Вселенных с космическими цивилизациями. Так что скучно нам бывает редко. Девушка хмыкнула. — И много кто хочет захватить этот мир, как… как гоблины и прочие существа Дарк Территори хотели захватить мою родину? Воительница закатила глаза. — О-о, я уже давно перестала считать. Могу только сказать, что подавляющим большинством этих захватчиков являются представителями человеческой расы. Она перевела взгляд на Рагоса. — И я долго просила Кайлину переделать меня, чтобы не быть похожей на них. Он изогнул бровь. — И что? Шади пожала плечами опять. — Упёрлась. Говорит, что в других формах меньше эротичности… Эльф поменял бровь и глянул в сторону двери. — Да ну? Она оглянулась на дверь и остолбенела. Алиса тоже посмотрела туда и затаила дыхание от восхищения. Ей казалось, что НАСТОЛЬКО красивыми быть просто невозможно. На ум пришло воспоминание о Первосвященнице Администратор, но она банально не могла её помнить, потому что не встречала. Но тем не менее, помнила. И почему-то помнила, что Её величество сделала себя похожей красавицей с помощью магии. Впрочем, эти две девушки не меньше напоминали ей чудо. Одну из них она уже видела, но не успела толком заметить её красоты. Алиса сравнила бы её с воплощённой ночной красой леса и звёзд. Очень светлая, идеальная кожа, рыжевато-русые волосы, обрамляющие нечеловечески красивое лицо, и алые глаза, которые светились не хуже тех же звёзд. Она могла смотреть в эти глаза вечно. Но наваждение отпустило её, и она глянула на вторую девушку. В отличие от первой, она обладала более человеческой красотой. Её глаза не очаровывали, но всё равно эти два ярких аметиста были полны жизни. Тёмные волосы так же ниспадали локонами до колен. А белое платье с красными вставками подчёркивало фигуру не хуже, чем лунное платье первой. Если не лучше. Хотя сравнивать их фигуры было трудно, особенно в такой одежде. Сразу было видно, что это сёстры. И видно не только снаружи — в обеих чувствовалась скрытая сила и сталь. Алиса даже встряхнула головой, чтобы привести в порядок мысли. А Шади пробормотала, роняя монетку на пол: — Кайлина была права… После чего исчезла. А первая красавица улыбнулась Рагосу, не скрывая клыков. — Добрый день, Рагос. Всё готово? Алиса вся продрогла, увидев финальное отличие этой женщины от нормальных людей. Острые, аккуратные клыки, длиннее человеческих, и заострённые резцы возле них явно служили ей оружием. Но тёмный эльф улыбнулся ей в ответ. — Ты б хоть предупреждала, прежде чем брать тени под контроль и слать их на кухню. Вампирша отмахнулась. — Ой, да ладно! Приготовь-ка лучше какой-нибудь коктейль моей сестрёнке. Лучше тебя я это явно не сделаю. Эльф пожал плечами и развернулся к бару. — Согласен. А Принцесса Ночи (именно так Алиса окрестила про себя эту невероятную женщину) посмотрела на девушку возле стойки. Снова улыбнулась, как давней подруге, но эта улыбка вызывала у этой подруги нервную дрожь. — А, привет, Алиса. Темноволосая красавица удивлённо спросила: — Асуна, ты ведь говорила, что Алиса — тоже ангел. Почему она боится тебя? Вампирша взволнованно прикрыла рот ладошкой. — Ой! Прости, Алиса, совсем забыла… Она повернулась к сестре. -…Она не помнит ничего о том, как была Рыцарем Единства. У меня не было времени на вопросы, Рагос сказал, что тебя украли, и я спешила. Но тот мечник думал о том, что из-за него Алиса превратилась из Синтезис Сёти в Алису Цуберг до Ритуала Синтеза. Сестра нахмурилась. — Погоди-погоди, но ведь в ней оставалась душа Рыцаря, а не сельской девчонки… Глянула на девушку. -…Почему ты не с Юджио? Алиса замялась. — Я-а… н-не знаю, госпожа. Я ведь ещё живая, в отличие от Юджио. Темноволосая изогнула бровь. — Живая? Чисто технически ты и не умирала никогда. Ты до сих пор живёшь в Алисе Синтезис Сёти. По идее. Юджио говорил, что увёл с собой… ну, ТЕБЯ. Потому я и спрашивала, почему ты здесь. Алиса спросила с надеждой. — Вы говорили с ним? Где он? Что делает? И как он сам? Она в ответ пожала плечами. — Не могу сказать, я ничего из этого просто не знаю. И перестань уже звать меня на «вы». Никакая я тебе не госпожа, мне столько же лет, сколько и тебе. Девушка погрустнела: — Ну вот… А я уже надеялась, что… Сестра Принцессы Ночи подошла к ней и положила руку ей на плечо. Она подняла взгляд. Красавица улыбнулась. — Не теряй надежды. Я уверена, что он сейчас рядом с Кирито. Не могу сказать, откуда я это знаю. Просто знаю. Юджио просто должен быть рядом с ним… Она оглянулась на сестру. -…Как я была рядом с ней после своей смерти. Я не была обязана находиться в мире живых, совсем наоборот, мне там даже нельзя было находиться. Но всякий раз, когда мне удавалось вернуться, я была рядом с ней, потому что в последние месяцы моей жизни ближе неё у меня почти никого не было. Снова посмотрела на Алису. — И я не смогу тебе передать то, что мне говорил Юджио, потому что это было за гранью Жизни и Смерти. Оттуда слишком трудно перенести хоть что-нибудь в настоящее тело, как у тебя или у меня. Девушка приободрилась. А Рагос спросил у темноволосой, садясь на свой любимый стул и закидывая ноги на столешницу: — Алиса отреагировала на «бум-шарку» едва ли не лучше, чем Прирождённые, но не смогла даже вывести энергию вовне тела. Есть идеи, почему? Та выпрямилась и ответила, не задумываясь: — Скорее всего, другой магический дар, который нельзя определить простым физико-химическим индикатором. Что-нибудь помощнее. — Думаешь, вероятностный ментат? Красавица смерила взглядом Алису и коротко покачала головой. — Не-а. В её возрасте великие маги уже начинают идти вразнос, а она что-то не похожа на ходячее несчастье. Сущность Истинного Дракона, наверное. Тёмный эльф подавился смехом. — Истинный Дракон, который не знает, что она — Истинный Дракон? Серьёзно? Она скрестила руки на груди и слегка нахмурилась. — А ей лет-то сколько? В какой тысяче лет у них наступает сознательный возраст, ты помнишь? Рагос подумал и согласно кивнул. — Верно. Отец Бурь осознал свою личность только три тыщи тому назад. На исходе тридцать второй. — Во-от. А ей и человеческих-то лет два десятка не наберётся. К ним подошла Асуна. — Юки, ты вспомнила Рагоса? Девушка удивлённо посмотрела на сестру. Из её глаз пропала вся серьёзность. Она моргнула пару раз и сказала: — Что? Ч-что я только что говорила? Прикоснулась к виску, пытаясь вспомнить последнюю минуту. Но вампирша не ощутила, что ей больно. Просто сосредоточенные мысли теперь не могли собраться вместе. Девушка словно потерялась. Она повернулась к тёмному эльфу и совершенно точно не узнала его. Асуна медленно проговорила: — Ты только что разговаривала с ним, как со старым другом. И обсуждала с ним, кем может быть Алиса, если она выпила эликсир, проявляющий магов, но не смогла управлять его энергией. Причём обсуждала так, будто прекрасно знала, о чём речь. — П-почему я этого не помню? И кто ты, эльф? Вот теперь удивился он сам. Настолько, что сел прямо, убрав ноги со столешницы бара. — Ты правда этого не помнишь, Юки? Мы ведь знаем друг друга семь лет. Девушка снова оказалась несколько шокирована: — Семь лет?! Н-но… Она тряхнула головой и собралась с мыслями. — Скажи, какой я была. Расскажи мне всё, всё без утайки. Даже если я стала хуже, чем при жизни в родном мире. Он посмотрел ей прямо в глаза. Взгляд был испытывающим с обеих сторон. Спустя минуту он заговорил: — Ты никогда не становилась хуже. Даже если теряла всех, кого успела полюбить в этом мире. Часто тебе приходилось закрывать своё сердце почти ото всех, чтобы не дать чужой боли искалечить твою душу. Но ещё ты спасала чужие души. Не важно, насколько плохо было тебе самой, ты всегда могла поддержать тех, кто ослаб духом. А ещё чаще ты спасала их жизни, стала самым лучшим Искателем в этой гильдии. Даже лучше Молчуна, которого ты за семь лет так и не победила в бою на мечах. Ибо кто, если не ты? Юки опустила глаза. Прошептала: — Я что, обязана быть героем? Я ведь просто хочу жить. Полной жизнью. Пусть даже после смерти… Рагос встал и подошёл к ней. Она посмотрела на него. — Неужели я никогда не перестану сражаться? Я устала… Я боролась со своей смертью с самого своего рождения. И теперь я должна бороться со смертью других? Это никогда не закончится? Тёмный эльф улыбнулся ей. — Уже закончилось. Ты свободна от смертной доли. Но что ты будешь делать с этой свободой — решать тебе. Ты ведь воин, Юки. Разве тебе не будет скучно без достойной битвы? Девушка, немного погодя, тоже улыбнулась. Положила руки на пояс. — Что верно, то верно. Говоришь, что ты знаешь меня вот уже семь лет? Я что, знаменитость, получается? Рагос усмехнулся. — Ещё какая. Юки покачала головой и взглянула на Асуну. — Сестрёнка, так как там насчёт еды? Я уже сильно кушать хочу. Вампирша улыбнулась, вновь вызвав у Алисы мурашки по спине от ужаса. — Конечно… Она взмахнула рукой, дверь на кухню открылась, и оттуда, источая умопомрачительные ароматы, выплыло по воздуху множество самых разных блюд. Юки, даже очень голодная, оглядев всю эту гору еды шокированным взглядом, сказала сестре: — Не влезет в меня столько! Та невозмутимо пожала плечами, скрестив руки на груди. — Так ты же сама сказала, что хочешь попробовать всё и сразу. — Но я не подразумевала… я не думала, что их тут будет СТОЛЬКО! — Поделись с Алисой. Она тоже голодная. Алиса при виде кулинарных фантазий Асуны растеряла весь страх. Юки повернулась к ней. — Ты будешь? Она сглотнула голодную слюну и посмотрела на Асуну. — А в-вы? Вы не будете? Вампирша снова улыбнулась. — Нет, не буду. Я… немного по-другому чувствую голод, чем ты. Принцесса Ночи перенесла все тарелки взглядом на самый большой стол. Рагос любезно предоставил пару наборов столовых приборов и два полотенца, после чего учтиво удалился на кухню с книжкой в руке. На обложку внимание обратила только Асуна, но не придала этому значения. Ну нравится бармену Искателей читать порнушку, пусть читает, что хочет. Некоторое время девушки были заняты утолением первого голода, и она просто наблюдала за ними, внимая с улыбкой их удовольствию. Это пробудило в ней отголоски жажды, но в какой-то другой форме. Асуна хотела ощутить их наслаждение на вкус, а не утолить жажду крови. Наевшись, девушки довольно откинулись на спинки стульев. Юки даже говорить ничего не стала, помня о телепатических способностях сестрёнки, просто послала ей образ обожравшейся сметаны довольной донельзя кошки вперемешку с благодарностью и любовью. А вот Алиса, не зная о телепатии, сказала: — Спасибо огромное… Никогда ещё не ела я такой вкуснятины. А можно узнать рецепты? Асуна кивнула. — Конечно. Только… видишь, как много тут всего? Рецептов будет целая энциклопедия. Да и не одна, потому что всё дело в тонкостях. Алиса согласилась: — Не страшно. К готовке надо подходить со всей ответственностью. А можно тогда поучиться у вас лично? Вампирша посмеялась. — Хватит уже обращаться на «вы», Алиса. Мы с тобой знаем друг друга вот уже четыре года. И мы даже соперничали из-за Кирито, когда… ну, когда ты была рыцарем. Конечно, можно, я научу тебя всему, что знаю о кулинарии. Девушка благодарно кивнула, подумала и спросила: — Вы… ты сказала, что чувствуешь голод иначе, чем я или Юки. А как именно? Улыбка Асуны стала грустной. — Ну… видишь ли, я… не совсем человек. По крайней мере, в этом мире. Я… ради Кирито, я хотела стать такой же красивой, как Мил… та, кто меня обратила, Царица Ночи. Кирито восхищался ею, когда впервые увидел, и я хочу, чтобы мной он восхищался так же. А ещё я хотела… научиться тому, что не могут смертные. В любви, в бою и в быту. А это имеет свою цену. Высокую, очень высокую. Я определённо испытаю от любви гораздо большее удовольствие, чем ты можешь себе даже вообразить. Но взамен я не могу есть вот эту всю вкуснятину и, если те, кого я люблю, далеко от меня, то я не чувствую себя живой. И всё, что движет мной в таком случае, это жажда чужой жизни. Я… могу поглощать её. Обычно через кровь. Она посмотрела на довольную сестрёнку, и её улыбка стала нежной. — Ю просто спасла меня, когда дала мне своей крови. До неё ничья другая не давала мне чувства насыщения. Это как… как если бы ты не ела несколько дней, а потом просто выпила стакан молока. Спустя минуту ты уже снова хочешь есть. Причём ещё сильнее. Алиса сочувствующе на неё глянула. — И ты столько отдала просто ради нечеловеческой красоты? Асуна улыбнулась веселее. — Ну, не только. Я хотела уметь всё, что умеет та же Алексис, но не хотела становиться нимфоманкой. И у меня это получилось. Я хочу только Кирито, но держу желание под контролем, и оно не гложет меня подобно жажде крови. А в любви меня научили даже большему. Смертные женщины не выдержат и малой толики из этого. Плюс нечеловеческие сила и ловкость, бессмертие, ран я не чувствую, потому что заживают быстрее, чем я моргаю. Больно мне могут сделать только божественные артефакты, и то не все. Скажем, твой меч, Душистая Олива, или меч Фанацио, Пронзатель Небес… В голове Алисы сразу возникли образы этих мечей и их способностей. -…Я могу превращаться в туман или в летучих мышей. Такое могущество полностью оправдывает свою цену. Девушка вздрогнула. — Получается… ты и моей крови жаждешь? Асуна кивнула. — Да. Но я не буду её пить. Мне… мне нельзя. Тебе страшно даже думать о таком. А страх на вкус отвратителен. Алиса с облегчением тихо вздохнула. Но заметила намёк на стыд в глазах вампирши, когда та отвела взгляд. — Что такое? — Алиса, я… прости. Я… по правде, даже кровь тех, кто мне близок, не утоляет жажду по-настоящему. Просто… рядом с ними я чувствую в себе больше сил, чтобы терпеть её, чем вдали от них. Жажда крови бездонна. И постоянна. Просто я стараюсь думать не о том, что ты вкусно пахнешь и твоё сердечко привлекательно бьётся, а о том, что ты — моя подруга. И что ты близка мне наравне с Сугу, Синонон, Лиз и Силикой. Алиса поёжилась. — Всё равно как-то неприятно ощущать себя едой. Юки усмехнулась. — Асуна больно не кусается. Это даже чем-то похоже на лёгкий поцелуй. А ещё она хотела бы узнать, каково нам, когда нам самим так вкусно. Она посмотрела на сестру. — Тебе можно, Асуна. Если хочешь, можешь выпить моей крови. Мне не жалко. Уж точно не сейчас. Принцесса Ночи благодарно улыбнулась и, подсев к ней, повторила аккуратный укус, только с другой стороны. Юки поначалу слегка морщилась, но потом тоже улыбнулась, глядя на неё, как на ребёнка. Алису едва не передёрнуло от такого зрелища. — Как-то это… неправильно, что ли. Я бы поняла, если б Асуна так обняла Кирито… Юки тоже обняла вампиршу и, положив ей руку на голову, посмотрела на девушку. — А в этом есть что-то странное? Мы с Асуной и не так обнимались, пока я ещё была жива. В нашем родном мире. Она даже немного ревновала, когда Кирито делал мне связь с наплечной камерой, чтобы я могла взглянуть на реальный мир ещё раз, пусть и в медикубоиде. Нет, мы не настолько близки, как ты подумала. Для этих вещей у неё есть Кирито. Я просто… Ай, Асуна, хватит, больно… Вампирша отстранилась и виновато сложила брови. — Прости, Ю… я… увлеклась. Тебе настолько было вкусно? Юки с мягкой укоризной на неё посмотрела. — Да, сестрёнка. Особенно хорошо у тебя получились блины. Со всеми начинками. С печёнкой они просто таяли во рту. Алиса обратила внимание на то, как искренне Асуна радуется похвале. Вампирша действительно волновалась, вдруг сделала что-то не так. Девушка задумалась. Да что там, она и сама до сих пор ощущала одуряющее послевкусие. Плюс, Асуна была сверхблагодарна сестре за то, что та поделилась своей кровью. А что, если… — Асуна, скажи… если я… если я разрешу тебе, то ты научишь меня готовить так же вкусно? Вампирша с удивлением глянула на неё. — Я бы тебя и так научила. Алиса покачала головой. — Нет, я имела ввиду, научишь ли ты меня всем-всем тонкостям. Даже тем, которые недоступны человеку. Они с Юки переглянулись. Асуна, подумав, ответила: — Это верно, что чутьё у меня тоже нечеловеческое. Не знаю, получится ли, но я постараюсь научить. Подойду к этому делу крайне тщательно, если ты… ну… дашь мне себя попробовать. Обещаю, я не сделаю это больно. Даже попытаюсь сделать приятно. — Только давай без того, что мне рассказала Алексис. Это отвратительно. Неестественно. Принцесса Ночи тихо рассмеялась. — Не волнуйся. Я не стану этого делать не только без твоего разрешения, но и без разрешения Кирито. Причём его разрешение должно быть раньше твоего. И я сомневаюсь, что захотела бы любви с другой девушкой. Уж не со смертной точно. Алиса скрестила руки на груди. — Я могу и передумать. Ты хочешь моей крови или нет? Асуна испугалась и подошла к ней. — Разумеется, хочу. Только не бойся меня, пожалуйста. Просто… просто вспоминай вкус еды, что я наготовила. Алиса вспомнила и улыбнулась. — Хорошо. И как это будет? Ты просто… укусишь меня в шею? — Я укушу тебя там, где ты только захочешь. Вот теперь девушку передёрнуло, едва перед её глазами возникло мимолётное видение своих интимных мест и Асуны между ними. — Нет, лучше просто в шею. — Вспоминай о вкусе. Думай только о нём. И я тебе помогу направить мысли. — Я постараюсь. Асуна села к ней на колени и мягко обняла за плечи. Алиса смущённо покраснела и отвела взгляд. Принцесса Ночи нежно повернула к себе её лицо за подбородок. — Пожалуйста, посмотри мне в глаза. Девушка выполнила просьбу и сосредоточила взгляд на красивом алом сиянии её глаз. Разум наполнился недавними воспоминаниями о вкусной еде. Алиса помнила, как ела, едва не забывая о манерах. Она видела перед собой Асуну, слишком близко, чтобы это походило на дружбу, о которой она ей говорила. Но девушка не могла сконцентрироваться на том, что естественно, а что — нет. Принцесса Ночи так же нежно прикоснулась к её шее ладонью, и она вздрогнула. Рука была не просто холодной, а прямо-таки ледяной! Странно, в остальном вампирша была вполне тёплой. Когда Алиса уже начала замерзать в районе от плеча до уха, Асуна обняла её и, прижав к себе, прикоснулась к холодной коже губами. После ледяной ладони они показались ей обжигающе горячими. Боли она так и не почувствовала. Не ощутила даже, что её укусили. Просто по замёрзшему плечу потекло что-то тёплое. Асуна погладила её по другой стороне шеи, и Алиса начала чувствовать приятную слабость. Промелькнула мысль, что вампирша могла сделать это намного, намного приятнее. И, когда она уже почти провалилась в сладкий сон из не менее сладкой дрёмы, источник тепла куда-то исчез с её груди и колен. Алиса с трудом разлепила веки и услышала гневные шепотки: -…ты могла?! Я же кричала тебе прямо в мозг, чтобы ты не увлекалась! — И это Я увлеклась? Да она меня сама не отпускала! Ты же видела! — О, да, а кто из вас первой обниматься полез? — Погоди, ты что, ревнуешь? Юки помолчала чуток. — Есть немного… Зрение восстановилось, и она увидела тихо спорящих сестёр. Они замолчали, заметив, что она уже не спит. Алиса спросила у них: — Что это только что было? Асуна ответила: — Я уже собиралась оставить тебя в покое, но только убрала руки, как ты сама обняла меня и не отпускала, пока не ослабла. Ты бредила и мысленно просила меня о продолжении. Я не буду говорить тебе, что именно я увидела в тех мыслях. Ты и так потеряла почти литр крови… Под её взглядом к ней на столе придвинулись огромная миска жаркого из нескольких видов мяса с несколькими видами печени и обильной подливой, медово-яблочный пирог и пивная кружка с приятно пахнущим напитком, совсем не походящем на пиво. — …Не вставай, у тебя будет сильно кружиться голова. И чтобы вот это всё съела. Тебе это сейчас необходимо. Бедный желудок взмолился о пощаде, Алиса подняла тоскливый взгляд на Асуну и робко попыталась возразить: — Да тут же на троих человек, а в меня и пол-порции не влезет… Алые глаза опасно блеснули. — Ешь давай! Алиса снова посмотрела на еду и, обречённо вздохнув, начала есть. Впрочем, даже несмотря на набитый живот, вкус заставлял есть ещё. Если она научится у вампирши готовить так же, то пытка была весьма оправданной… ***