Часть 112

Глава 112.

С годами кланы, связанные с кланом Ооцуцуки, значительно отдалились от своего происхождения. Лучшее положение среди них занимали, безусловно, кланы Учиха и Хьюга — два клана владельцев додзюцу, сумевших сохранить свою силу и влияние. Когда жидкость в шприце медленно вводилась в тело Кимимаро, в лаборатории царило напряжённое ожидание. Это был только первый этап эксперимента, и для полного возвращения к истокам крови потребуются ещё несколько инъекций. Не стоило надеяться, что всё завершится после одного укола. Кимимаро оставался в глубоком сне, но его тело уже начало постепенно изменяться. В отличие от клана Учиха, Клан Кагуя казался скорее проклятым. Кеккей Генкай этого клана, Шикоцумьяку, хоть и был мощным, но обладал серьёзными побочными эффектами, часто приводя к тяжёлым заболеваниям, связанным с кровью. Так, несмотря на унаследованные убийственные кости, техника стала слабее по сравнению с оригиналом, и теперь Кимимаро оставался последним представителем своего клана. Тем не менее его внешний вид всё ещё напоминал о наследии клана Кагуя. Под взглядами собравшихся над бровями Кимимаро медленно стал вырастать маленький рог — явный признак крови Ооцуцуки. Его кожа также начала бледнеть, приобретая снежно-белый оттенок. Наблюдая за переменами, Орочимару едва скрывал своё волнение — его эксперимент, похоже, дал первые результаты, и оставалось дождаться пробуждения Кимимаро. Тобирама смотрел на всё это с лёгким недоумением. Как человек из эпохи Воюющих кланов, он не знал современных технологий и всегда полагался на секретные техники. Но, будучи гением, он довольно быстро усваивал новое. И всё же, чем больше он понимал, тем сильнее в нём росли опасения. Как будто Орочимару с его методами и образом был воплощением истинного злодея, а не Хокаге. Или, быть может, теперь именно Коноха становилась главным «злодеем» в мире шиноби? Глядя на Орочимару с его лукавой улыбкой и двух его учеников, переполненных фанатичным восторгом, Тобирама всё больше убеждался, что Коноха может стать источником огромных проблем. Для деревень вроде Киригакуре и Кумогакуре Коноха уже выглядела враждебной силой, и если события продолжат развиваться таким же образом, проблемы неизбежны. С ранних времён клан Сенджу представлял собой силу справедливости. Несмотря на пристрастие Тобирамы к изучению секретных техник, Коноха под его управлением старалась следовать принципам Хаширамы. Но теперь Тобирама не мог упрекнуть Орочимару, ведь, несмотря на кажущуюся зловещесть его методов, деревня становилась сильнее, а её жители, будь то обычные граждане или ниндзя, были довольны. Жители Конохи слепо восхищались Орочимару, ведь он не раздавал пустых обещаний, а действительно улучшал их жизнь. С такими доводами Тобирама уже не мог упрекать Орочимару или призывать его к ответу. Сейчас жители деревни едва ли стали бы слушать своего бывшего Хокаге. Наконец, Кимимаро медленно открыл глаза. Его пробуждение затянулось дольше, чем ожидал Орочимару. «Орочимару-сама!» — позвал Кимимаро, сев на постели. Как только он сел, он осознал, что мир вокруг него изменился. «Бьякуган?!» — изумился Тобирама, увидев, что Кимимаро пробудил Бьякуган после восстановления своей крови до состояния предков. Действительно, в большинстве случаев именно Бьякуган был основным додзюцу, присущим потомкам Ооцуцуки, и по своим способностям и скрытому потенциалу он не уступал Шарингану. Единственное отличие — процесс его эволюции был более сложным и запутанным по сравнению с Шаринганом. «Похоже, эксперимент оказался успешным…» — с явным удовлетворением произнёс Орочимару, задумавшись о том, как сработала бы эта процедура на представителе клана Учиха. Возможно, это даже могло бы привести к пробуждению Ринненгана. Однако, хоть реакция тела Кимимаро на кровь Ооцуцуки и прошла гладко, для Учиха и других кланов риск отторжения был гораздо выше. Если бы Орочимару задумал эксперименты над Шисуи или Итачи, он бы наверняка начал с постепенного внедрения генов кланов Сенджу и Узумаки. У каждого организма своя уникальная предрасположенность, и не каждый подходит для полного слияния с кровью Ооцуцуки. С течением времени даже смесь генов Учиха, Сенджу, Узумаки, Хьюга и Кагуя не давала истинную кровь Ооцуцуки. Орочимару, однако, всё чаще мечтал захватить представителя Ооцуцуки для своих исследований. Такое приобретение помогло бы ускорить его исследования чакры и природы самого клана Ооцуцуки. Кимимаро, встав на ноги, ощутил силу своих способностей. Его кеккей генкай Шикоцумьяку не только сохранился, но и значительно усилился. Тем не менее, Бьякуган не был активен. Пока он обладал лишь пассивной способностью к повышенной проницательности и наблюдательности, и ему предстояло ещё освоить эту силу. «Кимимаро, пока не покидай лабораторию», — с минуту подумав, распорядился Орочимару: «Оставайся здесь до завершения всех исследований. Твоё состояние ещё нестабильно, а с кланом Хьюга тоже придётся провести переговоры». Орочимару понимал, что тяготы внутри клана Хьюга, разногласия между Главной и Побочной ветвями, требуют разрешения. Сейчас Конохе были не нужны внутренние конфликты. Тобирама, выходя из лаборатории, вздохнул: он был готов вернуться в Чистый Мир. Техника аннулирования Эдо Тэнсей была завершена. Усиленная версия «Эдо Тэнсей: Роспуск» теперь позволяла ему, Хашираме и Минато разорвать контракт с призывающим в любой момент. Он ясно понимал, что бессмысленно защищать секреты клана Учиха. Для Орочимару кровь Учиха давно перестала быть загадкой. Сегодня он уже создал Бьякуган, а завтра, возможно, создаст Шаринган. Настоящим источником нестабильности для Конохи был сам Орочимару. Рано или поздно он создаст что-то более страшное, как этот представитель клана Кагуя с пробуждённым Бьякуганом. Чем это закончится? При нынешнем Хокаге Тобирама мог лишь надеяться на лучшее. Он хотел верить, что если его вновь призовут с помощью Эдо Тэнсей, это будет не в момент кризиса для Конохи, а, как сейчас, для отражения угрозы. … «Тобирама, ты уходишь?» — Хаширама взглянул на младшего брата, замечая его сложные чувства. Он знал, что тот мучается от сомнений, но по-прежнему настаивал на своём: они, мёртвые, должны доверять живым. Тобирама кивнул, вздохнул и, не желая думать об этом дальше, сразу освободил себя от Эдо Тэнсей, возвращаясь в Чистый Мир. Хаширама с некоторым сожалением повернулся к стоявшей рядом Цунаде. «Малышка Цунаде, мне тоже пора. Живи так, чтобы ни о чём не жалеть, и помни, что возрождение клана Сенджу зависит от тебя». С этими словами он тоже развеял технику, оставив Цунаде в шоке. Возродить клан Сенджу?