Часть 144

Глава 144.

Цукиёми — одно из самых опасных гендзюцу, но Учиха Хикари тоже владела этой техникой. Когда Итачи использовал её против неё, он смог лишь втянуть её в пространство Цукиёми, но не смог полностью подчинить её сознание. «Кем бы ты ни была, я разрушу твои планы!» — твёрдо заявил Итачи, его взгляд был сосредоточен и решителен. «Кем бы я ни была? А ты кто? Учиха?» — Хикари с усмешкой покачала головой, словно слышала нечто невероятно смешное: «Учиха, Учиха… Вечно эти Учиха живут в своём выдуманном мире!» … Тем временем, в другом месте. «Что? Она пошла в Коноху одна?» — Чёрный Зецу получил эту информацию через Белого Зецу, что тайно паразитировал на Хикари. «У Учиха вообще есть мозги?» — в ярости шипел Чёрный Зецу.Этот потенциал, эта сила Мангекё… Хикари была ключом для Акацуки, шансом изменить ход событий, возможно, даже способом ограничить Нагато и взять его под контроль. Но она отправилась в Коноху одна, будто не понимает, что это — путь к смерти! «Проклятье!» — взорвался Обито, услышав новости.Для него Хикари была своего рода запасными глазами, инструментом, который он планировал использовать, когда понадобится. Если бы не постоянное наблюдение Конан и Нагато, он бы давно забрал её силу. И вот, она, воспользовавшись заданием, самовольно отправилась в Коноху?Сейчас деревня настолько сильна, что даже Нагато с Ринненганом мог бы не выбраться оттуда живым.Если Конан или Нагато узнают об этом, они могут предпринять поспешные действия, даже пойти на открытый конфликт с Конохой. «Учиха, всегда одни проблемы…» — раздражённо пробормотал Обито. … В пространстве Цукиёми. Итачи и Хикари стояли напротив друг друга, их взгляды столкнулись.Как и предполагал Итачи, Хикари испытывала сильную враждебность к клану Учиха. «Я — Учиха. Учиха из Конохи. А ты кто? Жалкая бездомная собака или никому не нужная перекати-поле?» «Бездомная собака?» — Хикари усмехнулась, но в её глазах был гнев.Она когда-то имела дом, но Учиха превратили её в оружие, лишив имени и всего, что она любила. После того, как её запечатали, её попросту забыли. Никто не пришёл спасти её. «Да, я бездомная собака. Но ты — просто цепной пёс злобной Конохи! У тебя нет права меня судить!» «Злобная Коноха?» Итачи впервые слышал такое выражение. Но он знал, что в глазах других деревень и стран Коноха действительно могла казаться злом, поскольку её сила и влияние росли на страданиях окружающих. «Расскажи свою историю. Иначе я тебя отправлю в отдел допросов и пыток Конохи» — голос Итачи звучал спокойно, но его глаза вспыхнули силой. Мир Цукиёми изменился. Тревожный крик ворон эхом разлетелся по кроваво-красному небу, где висела мрачная луна. Хикари, хоть и владела Мангекё, не могла справиться с мощью глаз Итачи. Её глаза и навыки были результатом искусственного вмешательства, а не природного развития. К тому же Итачи уже получил генетическое усиление с помощью клеток Сенджу, что сделало его использование додзюцу почти безупречным. «Этот мир — ошибка! Учиха — проклятый клан!» — голос Хикари звучал всё более истерично. Она не могла смириться с тем, что была заперта в пространстве, где её сила уступала Итачи. Итачи смотрел на неё молча. Её лицо напоминало ему Саске, и он чувствовал себя не в силах быть с ней жёстким. Особенно с тем, кто уже владел Мангекё. «Зачем она пришла в Коноху? Что скрывается за её гневом?» — думал Итачи, но ответа пока не находил. «Нет абсолютного зла и нет абсолютной правоты», — сказал Итачи, неожиданно отменяя Цукиёми. Мир реальности вновь вернулся, хотя для окружающих прошёл лишь один миг. «Мангекё? Ты из клана Учиха!» — воскликнула Изуми, увидев глаза Хикари. «Пойдём с нами в поселение клана. Мы должны поговорить», — серьёзно произнёс Итачи, активируя свой Мангекё Шаринган и внимательно смотря на Хикари. Едва его глаза начали излучать силу, как рядом моментально возник Шисуи, использовав Хирайшин. «Что происходит?» — спросил он, окидывая взглядом ситуацию. Его внимание сразу привлекла Хикари. «Мангекё?» — удивлённо произнёс он: «Учиха из вне?» Шисуи сразу заметил, что Хикари не из тех, кого он знает. Но Мангекё Шаринган невозможно подделать. Его присутствие усилило давление, которое чувствовала Хикари. Вечный Мангекё Шаринган, который носил Шисуи, находился на совершенно другом уровне, чем её глаза. За последние годы Шисуи стал именем, внушающим ужас всему миру ниндзя. Его комбинация Вечного Мангекё и Хирайшина сделала его практически непобедимым. «Ты пойдёшь с нами в поселение клана Учиха», — повторил Итачи. Хикари прекрасно понимала, что у неё нет выбора. Подчиняясь, она внутренне корила себя за то, что вообще решилась прийти в Коноху. «Учиха… Эти наглецы!» — думала она с горечью. … Решение Хикари прийти в Коноху было вызвано внутренней растерянностью. Её когда-то использовали как оружие, а затем запечатали, словно ненужную вещь. Её забыли. Но теперь она очутилась в мире, где Учиха, казалось, живут счастливо, и это сводило её с ума. Их благополучие только усугубляло её сомнения: так ли необходима её миссия? Заставить мир познать боль… Так считали Конан и Нагато. Они верили, что только через страдания мир сможет обрести настоящую гармонию. Но чем это отличалось от нынешней Конохи, которая процветала за счёт слабости других деревень? На пути в поселение клана Учиха Изуми внимательно разглядывала Хикари. «Девушка с Мангекё… Наверняка у неё было тяжёлое прошлое», — думала она. Сейчас в клане Учиха всё было иначе. После определённых заслуг любой член клана мог пройти через испытание и, используя генетическое лекарство, разработанное Орочимару, попытаться активировать Мангекё Шаринган. Это лекарство включало в себя клетки клана Сенджу, но оно не давало стопроцентной гарантии. Для активации глаз требовалась техника и определённый эмоциональный толчок. Когда Итачи получил свой Мангекё, он был введён в иллюзию Шисуи, связанной с его младшими братьями. Это стало катализатором, позволившим ему пробудить мощь глаз. … Когда они вошли на территорию клана, Хикари сразу заметила, как сильно изменилась атмосфера. Всё здесь дышало жизнью и энергией. Это был совершенно другой клан, не тот, что существовал в эпоху Войн кланов. В те времена Учиха считались воплощением зла. Сенджу Тобирама называл их сосудами ненависти. Подобные взгляды разделяло большинство в эпоху Войн. Но теперь… Хотя обстановка в поселении Учиха оставалась строгой и серьёзной, члены клана явно жили счастливо. Улыбки, смех, забота друг о друге — всё это казалось невозможным в прежние времена. «Счастье…» — с горечью подумала Хикари: «Разве это слово вообще может принадлежать клану Учиха? Клану, для которого всегда существовала только ненависть…»