Часть 145

Глава 145.

Когда ненависть способна приносить силу, мир превращается в хаос. Можно сказать, что больше всего властители боятся именно таких людей. Если обычный человек, пережив несправедливость, может обрести ужасающую силу лишь благодаря ненависти и боли, разве это не приведет к полному беспорядку? Как тогда правящим кругам и привилегированным слоям общества удастся продолжать свои произвол и вседозволенность? Для Учиха такая сила одновременно дар и проклятие. Она позволяет многим из них находить силы для мести, но в то же время делает их уязвимыми для манипуляций, превращая в инструмент в чужих руках. Однако любая сила, если её использовать разумно, может служить во благо. Так и в нынешней Конохе. Учиха стали самым острым мечом деревни. Но те, чье сердце охвачено ненавистью, как Обито или нынешняя Хикари Учиха, этого не понимают. Для них в душе осталась лишь жажда мести. Чем больше ненависти, тем больше силы, и даже если для этого придется сгореть самому, они готовы на всё. В такие моменты страх отступает, и без него разум теряет устойчивость, превращая их в безумцев. И всё же, даже если Хикари Учиха и была охвачена безумием, противостоять давлению двух владельцев Мангекё Шарингана было невозможно. В итоге, смирившись, она подчинилась. Итачи и Шисуи привели её в глубины поместья клана Учиха, в зал для переговоров. Клан Учиха стал настолько могущественным, что войны эпохи воюющих кланов кажутся далёким прошлым. Сейчас Учиха окружены силой и счастьем. Однако чем сильнее становился клан, тем более неуравновешенной становилась душа Хикари. «Итачи, Шисуи? Кто это?» — раздался голос Фугаку, который вместе с Микото находился в доме. Увидев с ними незнакомую девушку, он выглядел удивленным. Тем более эта девушка была невероятно похожа на представителей их клана. «Ещё одна Учиха. Она пробудила Мангекё Шаринган». «Родственница, потерянная во внешнем мире?» — с недоумением спросил Учиха Фугаку. Микото же посмотрела на него с подозрением, а её глаза уже сверкали опасным огоньком. "Эта девочка слишком похожа на Саске. Неужели это ребёнок Фугаку на стороне?!" — подумала Микото, испепеляя мужа взглядом. «Какая мерзость! И кто бы мог подумать, что Фугаку, такой тихоня, скрывал что-то подобное!» — мысленно закипала она. «Кхм, Итачи, что происходит?» — почувствовав на себе убийственное намерение, Фугаку понимал, что если не объясниться, то Микото может так разозлиться, что активирует Мангекё. «Не знаю. Пусть сама объяснит», — спокойно сказал Итачи. Шисуи тем временем освободил Хикари от Белого Зецу, который, как оказалось, всё это время следил за ней. Лишь сейчас она осознала, что была под наблюдением. Она встречала Белого Зецу в Акацуки, но не ожидала, что частица его окажется на ней самой. "Выходит, Нагато и сестра Конан знают, что я в Конохе?" — мелькнула тревожная мысль: «…Меня зовут Учиха Нанаши» Учиха Фугаку нахмурился при упоминании имени. Как глава клана он, разумеется, знал, о ком идёт речь: «Учиха Нанаши? Запечатанное оружие». «Значит, клан Учиха всё ещё помнит обо мне?» — голос Хикари задрожал. Она всё-таки была права. Клан помнит её. Но почему они не спасли её? «Неужели легенда оказалась правдой?» — Фугаку вздохнул с оттенком вины в голосе. Почувствовав ледяной взгляд Микото, он начал рассказывать о прошлом Хикари. «Говорят, в эпоху воюющих кланов была одна Учиха с невероятно сильным доудзюцу. Её воспитывали как оружие, и её сила так пугала другие кланы, что они объединились, чтобы запечатать её», — пояснил Фугаку. «Неужели это правда», — удивленно произнес он, но при этом в его голосе послышались нотки сожаления. Услышав объяснение, все явно расслабились. Взгляд Микото тут же потеплел. "У неё такая трагическая судьба…" Даже Итачи и Шисуи почувствовали неловкость. Они предполагали, что перед ними может быть искусственно созданный человек или результат какого-то заговора. Кто бы мог подумать, что это шиноби из эпохи воюющих кланов, перенесённая в наше время благодаря печати? «Раз ты вернулась в клан Учиха, считай это своим домом. Живи спокойно в Конохе», — мягко сказала Микото, с сочувствием глядя на Хикари. Она знала, что пробуждение Мангекё Шарингана — это всегда связано с тяжёлыми переживаниями, а в случае Хикари её боль усугублялась долгими годами заточения. Семья и друзья наверняка давно исчезли… «Не притворяйтесь! Всё это ложь!» — закричала Хикари, отказываясь верить в происходящее. Она не могла принять, что её судьбу разрушили эти же люди, что именно они оставили её после печати на произвол судьбы. В действительности причина была проста. Клан Учиха тогда считал, что Хикари погибла, и с приходом к власти Мадары её исключительная сила больше не казалась столь важной. Поэтому её просто забыли. Но как лидер клана, Фугаку знал, как обращаться с такими сложными и замкнутыми Учиха. Он, как и Микото, уже сталкивался с подобным. «Что есть ложь, а что истина? Ты думаешь, что одно имя "Учиха" может олицетворять всех нас?» — спокойно спросил он. «Но…» — Хикари замялась. Разумеется, она не могла согласиться с тем, что имя "Учиха" включает в себя всех. Каждый представитель клана считал себя уникальным, и она не была исключением. «Учиха эпохи воюющих кланов давно ушли в прошлое. А в тот момент, когда мы решили остаться в Конохе, а не последовать за Мадарой, мы оборвали связь с тем прошлым. Сегодняшние Учиха — это Учиха Конохи», — твёрдо сказал Фугаку. Его слова были понятны: обидчики Хикари, будь то Учиха или представители других кланов, давно мертвы. Нынешняя Коноха не имеет с ними ничего общего. «Ты часть клана Учиха, а значит, Коноха — твой дом». Хикари охватила растерянность. Клан Учиха был готов принять её, а слова Фугаку звучали правдиво. Эпоха воюющих кланов давно закончилась, а сама она, хоть и происходила из той эпохи, была слишком молода, чтобы цепляться за былое. Но что ей выбрать: жить в Конохе или продолжать свою жизнь в ненависти? «Как бы ты ни решила, клан Учиха не позволит шиноби с пробуждённым Мангекё Шаринганом бродить снаружи», — добавил Фугаку. Учиха оставались верны своим принципам, и их твёрдость пугала. Шисуи, чьи глаза горели вечным Мангекё, внимательно следил за Хикари. Ему тоже было жаль её, но он не мог позволить, чтобы она стала угрозой. Если Хикари решит отвернуться от клана, он будет вынужден использовать "Котоамацуками" — способность, с помощью которой он мог менять волю человека. Эту технику Шисуи не любил применять, особенно против своих. Но однажды он уже её использовал — на Даймё Страны Огня. Воля Даймё была переписана, и теперь он был полностью предан Конохе. Именно это позволило деревне расширять своё влияние. Власть над Даймё означала контроль над целой страной. Порой феодальная структура мышления становилась самой уязвимой точкой, и этим можно было пользоваться.