Часть 179

Глава 179.

Внезапно осознать, что вся твоя жизнь была соткана из лжи... Каково это ощущение? Единственная сила, на которую ты полагаешься — ложь. Цель, ради которой ты борешься — ложь. Всё вокруг — ложь. Слова Джирайи заставили Нагато немного растеряться. Хотя он и не хотел верить, но не мог не признать правду. Нагато также чувствовал, что при использовании Риннегана существует слишком много проблем. Эти глаза принадлежат ему, но в то же время они как будто не его. Чтобы использовать этот Ринненган, его тело уже было почти иссушено. Нагато любил называть себя богом, но на самом деле он был лишь жалким существом, что пряталось в темных углах и цеплялось за жизнь. Использование чуждой силы всегда требует жертвы. Чем больше Нагато использует силы Риннегана, тем слабее становится. Если бы не его происхождение из клана Узумаки, с их невероятной жизненной силой, он бы давно уже умер. Джирайя вздохнул, глядя на растерянного Нагато и Конан. Ведь он сам был не менее сбит с толку. До того, как узнал всю правду, он искал так называемого "избранного". От Саске он узнал, что этим "избранным" является Наруто. Наруто и Саске должны были остановить всё, запечатать Ооцуцуки Кагую, но, несмотря на это, структура мира шиноби не изменилась. По-прежнему существовали деревни и государства, и сила деревень лишь ослабла. Наруто стал Хокаге, но фактически стал лишь марионеткой в политических играх. Угроза клана Ооцуцуки не исчезла, они уже пришли в их мир. А он сам умер от руки своего ученика Нагато. Теперь он сам нарушил свою судьбу. Так что судьба — это то, что нужно ломать! Только сила настоящая, и лишь та, которая находится в твоих руках, имеет значение. Конечно, Коноха — это бог в мире шиноби. Именно она должна принести мир всему миру шиноби! Только Коноха способна привести к миру! «Эти глаза, это глаза Учихи Мадары?» «Да, это глаза настоящего Учихи Мадары, а не того ублюдка — Обито. Пойдем, пойдем со мной в Коноху. Пусть Коноха возьмет под контроль страну дождя» — Джирайя сказал это Нагато и Конан. На самом деле, ему самому даже не нужно было сюда приходить. Сила Конохи была настолько велика, что нынешние "Акацуки" не могло им сопротивляться. «Коноха, опять Коноха... Значит, всё должно подчиняться Конохе?» — Нагато не мог это принять. Сделать так, чтобы Коноха контролировала эту страну? Страна дождя — это их труд, их усилия. Всё, что они с Конан сделали, чтобы развить её до этого момента. «А как ты хочешь? Если война вернется, ты сможешь защитить деревню дождя? Только с этим всё слабеющим телом?» — Джирайя понимал мысли Нагато, но реальность была неумолима. Пусть страна дождя станет частью Конохи, не будет больше буферной зоны между великими державами. Это лучший выбор. «Всё, хватит. У вас двоих нет права на переговоры. Ты уже проиграл, Нагато» — Джирайя взглянул на Нагато. Когда он пришел сюда, Нагато уже был побежден. Хотя Нагато мог бы выбрать бой до конца, это не имело смысла. «Пусть ваши люди свяжутся с Конохой, а вы двое пойдете со мной к Орочимару. Какузу и Забуза, ими займутся другие». Конан внимательно посмотрела на Нагато, ожидая его решения. Нагато смотрел на знакомого, но одновременно чуждого мужчину, ощущал его мощную чакру, а также давление золотых Риннеганов, которое давило на него. Он молчал долго, вздохнув в конце концов: «Я проиграл…» Он проиграл не только в реальности, но и в своих убеждениях. Его идеалы рухнули перед лицом реальности. Сила Джирайи превзошла его, и Нагато осознал, что он вовсе не всесилен, как считал себя «богом». Их план был слишком поспешным и несерьёзным. Заставить мир страдать — а что дальше? На самом деле, это было лишь выражением гнева. В его мании Нагато, наконец, смог остановиться и задуматься. И понял, что планы «Акацуки» были совершенно несовершенными: «Иди. Я подожду тебя здесь». Конан ушла, чтобы заняться делами деревни дождя. «Акацуки» управляли Амегакурэ. Люди из деревни были членами «Акацуки», хотя и внешними участниками. Против распоряжений Конан они не могли возразить. Кроме того, большинство жителей деревни дождя, возможно, были бы рады стать частью Конохи. Конан волновалась о делах деревни больше, чем Нагато. Она чётко осознавала изменения, происходящие в мире шиноби. Изменения в Конохе, а также в Стране Земли и Стране Молнии, снова погружали весь мир шиноби в тень войны. Малые деревни шиноби теперь жили в постоянном страхе, опасаясь быть втянутыми в новый конфликт. Деревни и государства поняли, что если снова начнется война, это будет невиданное бедствие, и никто не сможет избежать участия. При этом, хотя война ещё не началась, её исход уже как будто был предрешён. Никто не был равен Конохе, и она, скорее всего, одержит победу в этой войне. Тогда какова же будет цель этой войны? Если результат уже очевиден, есть ли смысл в сражении? Многие мелкие деревни шиноби хотели бы присоединиться к Конохе, но сама Коноха не принимает всех подряд. Её расширение всегда имеет план. Сейчас Коноха больше всего нуждается в людях. Бесплодное расширение территории не имеет смысла. В комнате остались только Джирайя и Нагато, а также мёртвое тело Яхико. Нагато, сидящий в инвалидной коляске, казался одновременно молодым и старым. Его жизненная сила была истощена так сильно, что он выглядел почти мёртвым. «Вы всё ещё мои ученики. Возвращайтесь со мной, я продолжу вас обучать», — сказал Джирайя, опустив голову. Он не был хорошим учителем. Таковы отношения учителя и ученика в мире шиноби: в начале они самые лучшие, но со временем неизбежно искажаются. Как проигравший, Нагато мог только принять это. Он уже не верил в свою непобедимость. «Я временно запечатаю твои Риннеганы, а по возвращении в Коноху я заменю их на новые глаза». Забрать Риннеганы? «Эти глаза никогда тебе не принадлежали. Оставлять их — значит, только иссушать твою жизнь. В деревне есть твои соклановцы. Клан Узумаки нуждается в тебе». «Соклановцы?» — когда Нагато услышал слово «соклановцы», он поднял голову. Он не испытывал сильной привязанности к клану Узумаки. Он, как и Карин, был ребёнком, родившимся после того, как их родители бежали из страны Водоворотов. Ни Карин, ни Нагато не унаследовали титул Узумаки. «Узумаки Юкино, Узумаки Карин, а также сирота Четвёртого Хокаге — Узумаки Наруто. Сейчас клан Узумаки ослаб, но тебе предстоит снова возродить его имя». В глазах Нагато, которые были тусклыми, блеснула искорка надежды. Клан… … Конан быстро закончила все приготовления и, между прочим, спасла едва живых Какудзу и Забузу. «Пойдём. Я заберу вас обратно в Коноху» — Джирайя, с Конан и Нагато, а также с двумя связанными предателями, открыл путь через Йомоцу Хирасаку и первым шагнул в него. Нагато и Конан переглянулись и последовали за ним.