ГЛАВА 6, в которой ещё сперва нужно спросить разрешения.

      — Бобёр, эй, Бобёр! Слышишь, нет? — звучал раздражённый щелчок лапы Барсукота. — Ну ты можешь принять заказ или как?       Бобёр, устало сидящий за прилавком ларька с едой, не сразу отреагировал. Он сидел с закрытыми глазами, наслаждаясь звуками последних зверских шлягеров, исходящих из его наушников. Вечер уже клонился к ночи, и всё близилось к закрытию. Он, как обычно, позволил себе растянуть момент отдыха.       Барсукот не стал больше ждать и резко стянул наушники с головы Бобра, заставив его моментально очнуться. Бобёр, морщась, открыл глаза и раздражённо посмотрел на него.       — Ну вот зачем ты-       — Я спешу! — перебил его Барсукот, не обращая внимания на недовольство собеседника. — Дай мне два средних лесбургера, один червьбургер и два ягодных напитка. С собой!       Бобёр немного замедлил реакцию, глядя на Барсукота с небрежной усмешкой.       — Барсукот, ты сейчас серьёзно?       — Что-то не так?       — Да, не так. — сказал он, будто не веря своим ушам. – Ты время видел? Всё уже давно распродано. Осталось только пару порций жуков, две порции ягодно-фруктового салата и… Да, напитки из ягод всё же есть. — Ну, это даже лучше! Я всё возьму. С собой, пожалуйста.       Бобёр лишь пожал плечами, вздохнув, и, совершенно рутинно, начал собирать заказ. Он аккуратно положил всё в контейнеры из тонкого дерева и завернул в бумажный пакет.       — Пожалуйста. С тебя… Э… — прервался бобёр, став отсчитывать на лапах. — …Двадцать восемь шишей.       Барсукот вытащил монеты, отсчитал нужное количество и положил перед Бобром. На счастье, с подсчётами у него дела обстояли гораздо лучше, чем у работника ларька.       — Всё, я побежал, счастливо!       — Хорошего вечера, — отозвался Бобёр, махнув лапой.

* * *

      — …С учётом вышеизложенного, успешное закрытие тридцати семи дел в окрестностях Дальнего Леса в течение указанных сроков подтверждаю. И подпись — Старший Барсук Полиции Дальнего Леса. — закончил он, зачитывая вслух бересту. — Вроде всё по форме.       Барсук отложил лупу в сторону и аккуратно свернул бересту в конверт, который был облеплен яркими знаками и марками. Сдав документы, он подошёл к Сороке, которая с нетерпением ждала поручений.       — Информант Сорока, ваша задача доставить данное письмо в отдел по работе с Дальним Лесом, в Штаб Союза Смешанных Лесов. — спокойно сказал Барсук.       — Будет сделано, шеф! — ответила Сорока с уважением, расправляя крылья.       Сорока, немного растерянно пытаясь отдать честь, распахнула крылья и принялась кружить по комнате, ожидая, пока ей откроют окно. Как по заказу, Барсук распахнул входную дверь, и Сорока в мгновение ока пролетела рядом с Младшим Барсуком, который на пару секунд закрыл морду свободной лапой.       — О, здравствуй, сынок. Ты же сегодня выходной, помнишь? — сказал Старший Барсук, кидая взгляд на сына.       — Да, привет, пап! — слегка помахал одной лапой Барсукот, поставив еду на стол второй. — Просто мимо проходил, вот и думал зайти, хотел посмотреть, как ты тут. А кстати, как ты?       Речь Барсукота звучала пережато и взволнованно, глаза водились из стороны в сторону. Барсукот явно чувствовал себя неловко. Он нервно переводил взгляд с одной точки на другую, не решаясь встретиться с глазами Старшего Барсука.       — Да уж. И наверное решил пройтись в другой конец леса, чтобы купить еды... — вздохнул Барсук, попутно доставая контейнеры из пакета. — И даже без лесбургеров…       Взгляд Барсука был обижен, словно он маленький детеныш, не получивший сладость. Ну просто блеск. Теперь даже сын намекает ему, что пора худеть, потому что видимо сам он никак этим не займется. Барсука захлестнул ещё и стыд.       — Ну, я зашёл поздно, и лесбургеров уже не было, да и… Салат тоже, между прочим, очень вкусный. — Барсукот начал есть, продолжая неспешно жевать. — Да и ты сам говорил мне перестать приносить эти лесбургеры. Что, не так?       — Нет-нет, всё нормально. Спасибо, Барсукот. — Барсук Старший стукнул кулачком по кулачку Младшего и улыбнулся..       — Завозился я уже с этими бумагами, терпеть их не могу, но приходится. — с набитым ртом причитал Барсук.       Они продолжили ужинать. Вокруг них лежали горы бумаг: стопки и груды бересты, заполненные мельчайшими буквами, чьи слова уже давно перестали что-либо значить для Барсука. В конце осени работа была особенно утомительной — и, несмотря на не столь большое количество дел в Дальнем Лесу, архивы росли с каждым днём. А ведь это только здесь, наверняка ещё не всё, и это учесть, что Полиция Дальнего Леса решает не так много дел, как другие леса. Но последнее Барсукот додумал уже сам.       Барсукот лишь слушал, наблюдая за отцом, и улыбался, думая о том, как ему самому когда-нибудь предстоит стоять за этим столом и разбираться в этом бюрократическом аду. Но сейчас, в этот момент, он был просто сыном, который переживал о другом. Барсук Старший закончил поедать салат, запив еду напитком из ягод.       — Салат и правда хорош. Но скажи мне правду, Барсукот. Можешь прямо сказать, что ты хочешь. Ты же сейчас не на работе. Расслабься. — посмотрел на сына Барсук с теплым взглядом.       — Пап… Я… Я хочу поехать в другой лес, но он как бы не совсем и лес, и у меня появились новые друзья, и… Я вернусь до утра, обещаю! — голос его дрогнул, и слова начали звучать как мольба.       Барсук Старший был в шоке, но, несмотря на это, выдохнул и спокойно сказал:       — Ну так езжай.       Барсукот даже не поверил своим ушам. Он смотрел на отца с открытым ртом, не понимая, что только что произошло. Барсук Старший никогда бы такое не сказал.       — Ты серьёзно? Правда можно? — спросил он, надеясь на лучшее.       — Ну да.       — Подожди, но ты же даже не знаешь куда и с кем! — Барсукот выказал недовольство, указывая лапой в сторону.       — А зачем? Я и так знаю. Зверская логика, сынок, — ухмыльнувшись, пожал плечами Старший.       Барсукот был озадачен, его хвост заметно вздрогнул.       — Какая ещё зверская логика? В смысле?! — недоумевал он, совершенно сбитый с толку.       — Ну смотри. Ты ведь особо не бывал в других лесах, и Дальний Лес уже для тебя становится мал, так? Каждый раз ты жалуешься, что тебе скучно, а сегодняшние гости как раз приехали откуда-то издалека. Койот Йот пару часов назад заходил и пытался составить на них жалобу, но мне пришлось её отклонить за тем, что это были недостаточно веские причины, чтобы наказывать приезжих. Он рассказал, что пёс и кот примерно твоего возраста, так что почему-то я и не сомневался, что ты захочешь с ними поговорить и вы подружитесь. Да и тем более, ты и сам… — осекся в конце Старший.       — Что сам? — насторожился Барсукот, настойчиво смотря на отца.       — Сам… Самостоятельный! Сам можешь решать, что тебе делать. Да, я как раз вчера тебе это и говорил. Поэтому ты можешь сам поехать куда захочешь, сынок! — слегка занервничал Барсук Старший. – Главное будь осторожен.       На лице Барсукота появилась тёплая и радостная улыбка. Он почувствовал, как внутри него растёт приятное тепло. По Старшему было заметно, что он, кажется, стал лучше понимать как устроен Барсукот, и чего он хочет. Его не могло это не радовать.       — Спасибо, пап. Тогда я поспешу. Завтра выйду на работу, как договаривались! И ещё, дверь не запирай. Я тихо зайду и лягу спать, обещаю. Барсукот отошел от стола, и обнял Старшего. Тот ответно приобнял сына своими грузными лапами.       Обнявшись, Барсукот забрал стоящий у стены скейт, и уже собирался уходить.       — Погоди. А в какой лес ты собираешься? Или куда ты вообще собирался? — словами остановил его Барсук.       — А, я с друзьями хочу повидать Большой Город. Это вроде бы Бетонный Лес называется. Но ты не переживай! Со мной всё будет хорошо, меня будут защищать, да и я сам кого хочешь, ну ты же знаешь! Сам говорил, что доверяешь мне.       Лучше бы Барсук не спрашивал. Но и Барсукот подловил его. Если сейчас он скажет слово против, вся эта теплота между ними испарится и образуется, наверное… Да может даже вообще никогда. Где же то доверие, которое они оба так пытаются построить? Старший ненавидел врать Барсукоту, и понимал, что с каждым разом делать это всё тяжелее. Их отношения последний год особенно натянуты, и Барсука это особенно съедало. Видимо жизнь теперь просит поторапливаться, и научиться побыстрее верить единственной семье.       — Хорошо, просто… А хотя, ты и так наверное всё знаешь, что такое Бетонный Лес. Я не против, но просто будь осторожнее.       — Я обещаю, что ничего со мной, Барсукотом, Младшим Барсуком Полиции Дальнего Леса, — не случится! Я ответственный сотрудник, и теперь уже точно знаю как себя вести! — положив лапу на грудь, проскандировал Барсукот. — И пап…       — Что?       — Спасибо, что веришь в меня. Я это ценю.       Барсукот закрыл за собой дверь, и за полицейским участком послышался стук скейтборда, звук маленьких колёс по земле.

* * *

      Барсук Старший закрыл морду двумя лапами. Слова Барсукота влетели и вылетели из другого уха. Внутри него происходило настоящее перетягивание каната на две стороны. Ему хотелось дать свободы, которая была так необходима Барсукоту, но не хотелось подвергать его риску. В такие моменты он видел не высокого и ловкого, а как семнадцать лет назад — брошенного, беззащитного белого котёнка. Он бы его и в Ближний Лес одного не пускал без повода, а тут он отправляется на территорию вечной грызни между котами, собаками и другими бродячими животными. Этот лес все стараются забыть, не вспоминать о его существовании — и не просто так.       Теперь Барсукот отправился туда с его разрешения.       Барсук прекрасно вспоминал дела из молодости, связанные с этим местом. Жестокость правила этими зверями. Им было не важно грызть друг друга ради еды, воды, богатств или жилья. Это можно было делать просто так. Без логики и мотива. Просто. Так. И это пугало.       — Гриф, коллега, не поможете мне с отчетностью? Мне нужно взять перерыв и сходить кое-куда. Я скоро вернусь. — с усталостью в голосе крикнул Барсук в соседнюю комнату, вставая со своего места.