Часть 1

Гриммо 12. Орден Феникса. В кресле у камина, обитом черной тканью, сидела рыжеволосая женщина по имени Кэрри. Она выглядела усталой, под глазами темнели следы недосыпа. За свои 34 года она пережила много горя и смертей, но больше всего её сломило рождение сына от Пожирателя Смерти. Родить в 17 лет от чистокровного волшебника, будучи полукровкой, было морально тяжело. Давление со всех сторон. Но ещё сложнее оказалось воспитывать сына одной в таком юном возрасте. Большая часть Ордена Феникса отправилась на миссию. Остались лишь Кэрри и несколько детей: Гарри, Рон и Гермиона. Женщина чувствовала себя немного лишней среди них и решила пройтись по комнатам дома, который раньше принадлежал семье Блэков. Атмосфера в доме сильно изменилась после того, как Сириус упал в арку. Теперь было очевидно — войны не избежать. Кэрри очень волновалась за своего сына Эндрю, который рвался участвовать в войне и защищать невинных. Она понимала, что не сможет уберечь его, если сама не вступит в Орден Феникса. Эндрю был упрям, и, хотя он уже почти взрослый парень, часто вел себя как сорванец, постоянно шутя с близнецами Уизли. Кэрри забавляло, что её сына часто принимали за одного из семейства Уизли. Это было логично, учитывая его внешность. Эндрю очень походил на своего отца, но волосы у него были рыжие. В детстве он напоминал ангелочка своими глубокими голубыми глазами. Рыжеволосая женщина заметила комнату, которая всегда была заперта. Видимо, Кричер забыл закрыть её, когда убирался. Это была комната Регулуса Блэка. Кэрри осторожно провела пальцами по инициалам на двери — "Р.А.Б". Когда-то они дружили, будучи подростками. Женщина не удержалась и вошла внутрь. Комната была полна книг, в углу стояла большая кровать, на стенах висели плакаты с Темным Лордом, от которых у Кэрри пробежали мурашки. Несмотря на чистоту, на столе царил небольшой беспорядок, как будто здесь до сих пор кто-то жил. На темном дубовом столе лежали книги по изучению темной магии, чашка с засохшими остатками кофе, подсвечник с потухшими свечами и часы, покрытые засохшей кровью. Но больше всего внимание Кэрри привлек дневник в черной кожаной обложке. Услышав голос Кричера в коридоре, она поспешно спрятала дневник под мантию. — Что вы делаете здесь, миссис Макмиллан? — спросил сутулый, лысый домовик. Кричер, как и большинство семьи Блэков, явно ненавидел маглорождённых и полукровок, что было заметно по его отношению к Гермионе. Особенно груб он был с Уизли, которых считал предателями крови. Но к Кэрри он относился нейтрально. — О, прости, Кричер. Я заметила, что ты не запер комнату Регулуса, и решила зайти, вспомнить прошлое, — слабо улыбнувшись, Кэрри прижала руку к животу, чтобы дневник не упал. — У вас что-то болит, миссис Макмиллан? Я могу сварить зелье от боли в животе, — недоверчиво посмотрел на неё домовик. — Я была бы благодарна. Если не возражаешь, пока вернусь в свою комнату, — мягко посмотрела на него Кэрри, на что Кричер лишь кивнул. Она направилась в комнату, где временно жила. Соседками Кэрри были Гермиона и Джинни. Очевидно, женщине было немного некомфортно среди молодых девушек, но выбора не оставалось: в Ордене Феникса становилось всё больше людей. Сев на кровать, Кэрри заперла дверь заклинанием и вытащила дневник из-под мантии. — Прости, Регулус, — тихо прошептала она, понимая, что читать чужой дневник — морально неправильно. Но ей было слишком интересно узнать больше о парне, которого она считала школьным другом. После минутного раздумья Кэрри открыла дневник. Сначала её взгляду попались короткие записи: "День ужасный." "Я не выспался." "Мама купила метлу, я так счастлив!" "Сириус — дурак." Она рассмеялась, думая, что весь дневник будет таким, но потом перевернула страницу. "7 декабря 1976 года Мой дорогой дневник, снова я, твой Р.А.Б. Сегодня Кричер принес мне этот дневник, в который я сделал только несколько записей в 11 лет и всего несколько предложений. Не знаю зачем, но я почувствовал необходимость записать сюда мысли, которые меня беспокоят и интересуют. Но начнем с обыденности. Школьные дни, как всегда, тянутся с безнадежным однообразием, разбавленным лишь отголосками скуки. Уроки трансфигурации интересны, но тот факт, что их ведет полукровка, ужасно беспокоит мое сознание, даже несмотря на мою симпатию к Минерве Макгонагалл, которая, несомненно, замечательный преподаватель. Однако я глубоко убежден, что она станет одной из первых жертв Темного Лорда. Это грустно, но все эти грязнокровки, полукровки и предатели чистой крови должны быть уничтожены! Мой брат сильно изменился с тех пор, как начал общаться с теми, кого мы все считаем изгоями общества. С того момента, как Сириус попал на Гриффиндор и стал тесно дружить с Джеймсом Поттером, он постепенно отдаляется от меня. Не так давно, во время каникул, мой старший брат заявил, что я ему больше не брат, а его настоящий брат — это Джеймс. Я ничего не ответил, но эта горечь в моей душе... Она не дает мне покоя. Все раздражает! Сириус, Джеймс и эта грязнокровка Эванс, за которой Джеймс постоянно бегает. И мой брат постоянно бегает за Джеймсом! Что это? Он влюбился в него? Нет, я не ревную. У меня тоже есть друзья, но... Семья должна быть важнее всей этой гриффиндорской шайки! И Сириус это поймет. Я верю в это. Но сможет ли он загладить свою вину перед матерью — сомневаюсь. Надеюсь, он не совершит необдуманных поступков и не женится на какой-нибудь глупой маглорожденной, вроде той рыжеватой блондинки Марлин МакКинон, которую он прижимает к школьным стенам. Отвратительно. Если мать об этом узнает, она лишит его звания наследника рода Блэк. Но я жду, когда придет Темный Лорд и очистит разум Сириуса. В следующем году я тоже присоединюсь к нему, и моя кузина Беллатрикс, правая рука Лорда Волдеморта, поможет мне сделать это. Я восхищаюсь ее силой, храбростью, ее безумной преданностью Лорду. Она, как и все Блэки, кроме Сириуса, училась на Слизерине. Какая же это была радость для меня, когда я наконец-то попал на этот факультет! Мать Вальбурга была очень горда мной, даже погладила меня по голове! Мне тогда было всего одиннадцать, но я до сих пор помню это холодное, но приятное прикосновение ее руки. На Слизерине я нашел нескольких друзей. Хотя, признаюсь, я не уверен, можно ли назвать их друзьями. Скорее, близкими знакомыми... Барти Крауч Младший, например, кажется мне близким, он довольно умен и разделяет мое восхищение Темным Лордом. Именно он подарил мне на день рождения книгу по темной магии, которую он забрал у какого-то полукровки с грязными волосами. По этой книге я сейчас и учусь. Басти, Рабастан Лестрейндж, младший брат мужа моей кузины Беллатрикс, тоже один из тех, кого я уважаю. Он может показаться странным, но, поговорив с ним, понимаешь, что он обладает недюжинным умом и любит шутить. Вот, например, его любимая шутка: "Заходит негр в бар. У него на плече сидит попугай. Бармен спрашивает: — Где ты его взял? А попугай отвечает: — В Африке!" Конечно, это не слишком смешно, но почему-то, когда мы смеялись в Большом Зале, мне стало очень весело. Я снова отвлекся от темы друзей. Мои родители, в частности отец, Орион, всегда считали, что друзья есть только у дураков, которые верят, что кому-то можно доверять. Он говорит, что доверять можно только семье, и то лишь на шестьдесят процентов. Отчасти я с ним согласен, но, тем не менее, мне нравится сидеть в гостиной Слизерина, читать вместе с Барти или драться подушками с Рабастаном. Я знаю, что чистокровные маги не должны быть такими безответственными, и если мои родители узнают об этом, они строго осудят меня. И еще сильнее осудят, когда узнают, как я смотрю на ту рыжую девушку из Когтеврана. Она кажется такой тихой, но в то же время такой наивной. Милая. Кэрри… Я веду себя глупо. Это все глупо. Я не должен этого чувствовать. Мать выберет мне невесту со Слизерина, и я должен буду думать только о ней. Не об этой глупой лисичке... не о ее зеленых глазах... не о ее пухлых губах... Черт. Зачем я пишу о ней? Кажется, мне пора прекратить эти записи. Я веду себя как влюбленный магл. Р.А.Б."