Часть 3

      Если бы Кениг рассказывал эту ситуацию в курилке за очередной сигаретой, его бы подняли на смех. Он, испуганная женщина и шевелящийся труп – всё это вместе давало странный флер среднестатистического фильма ужасов с ним в главной роли.       Вот только это была реальность. Полковник своими собственными глазами видел как тело того, кто абсолютный нежилец, било противоестественной дрожью. Это было нечто невероятным, неизвестным. То, с чем он ни разу не сталкивался на своей практике. Но как бы не страшила неопределенность только в оружии и во внутреннем стержне была сила. Уперевшись в пол коленом для устойчивости и возможной прицельной стрельбы он протянул руку девушке.       Внутриутробное стенание резануло слух обоих живых в этом коридоре. Замершая Эллен медленно поворачивала голову, на что военный в выпаде схватил ее за руку протянув не сопротивляющееся тело по скользкому от крови полу к себе. Нечто неуверенно встало на обе ноги, продолжая свой противный скулеж.       Пошатываясь на месте оно запрокинуло голову. Все конечности тряслись, кости выходили из суставов с щелчками больше напоминающими чавканье бешенной собаки, лакомящейся гнилым мясом, что все больше и больше размывало хоть какой-то человеческий образ. Оно было чужеродным, непонятным, не тем, что могла создать мать природа. И оно становилось таким всё больше и больше с каждой секундой.       Полковник видел многое в своей жизни: изуродованные трупы, пытки любой степени, аморальные поступки будь то врагов или союзников. Он со многим справлялся. Его этому научила служба и жизнь. Он умел выживать, он умел убивать любого. Вот только… Он ни разу не видел чего-то подобного тому, что было сейчас перед ним. Он не знал как это можно убить. И осознание данного факта липкими холодными пальцами сеяло в его мозгу страх за собственную жизнь.       Изо рта и уцелевшего глаза начало что-то выползать.       Тонкое, скользкое, цвета свернувшейся крови. Извиваясь с влажными звуками выползало наружу и будто не кончалось. Нет, этого становилось всё больше и больше, покуда не начало рвать саму, когда-то бывшую человеком плоть. Вся какофония звуков щелчков и хлюпанья давили на уши, разрывая перепонки, и Эллен и Кониг смотрели на это не отрываясь, даже перестав дышать. Девушка от первобытного ужаса, мужчина в ожидании, готовый вздернуть курок и бежать с ней на плече сквозь разбросанные по полу органы и трупы. В этом случае военный понимал – начнет первый атаку и может проиграть гнетущей неизвестности.       Под напором тонкие щупальца проходили сквозь мышцы и кости как нож через масло (с пугающей легкостью). Заставляя мозг полковника все больше напрягаться и задаваться вопросами. Что это? Как оно вообще может существовать? Что будет если оно заметит нас? Как это убить?!       Казалось, что они здесь сидят уже вечность, наблюдая за этой насмешкой природы. Но нет. Не успело и капли крови упасть со вставшего трупа, как его располовинило вдоль всего тела до паха этими отростками, которые яростно шевелились всё с тем же мерзким хлюпающим звуком.       И оно, чем бы оно не было, пошатываясь шло к ним, подрагивая своими конечностями со всеми вывернутыми суставами. С каждым шагом оно будто смелело и набирало скорость. И этого было достаточно для принятия решения.       Кенигу не было нужды применять какого-либо усилия для того, чтобы оттолкнуть от себя уже изрядно ослабевшую девушку в стену. Она не особо сопротивлялась и даже не произнесла ни звука, ударившись плечом об бетон. Да и это в конечном итоге было неважно. Сейчас обе его руки были на автомате, а взгляд сосредоточен на прицеливании в это недоразумение, которое по всем канонам мироздания не могло существовать.       Выстрел. Ещё. Полковник разрядил целую обойму в этого монстра. Выверенными движениями вынул пустую и достав из подсумка новую, вставил ее в паз, дабы продолжить стрельбу.       А нечто продолжало неумолимо двигаться лишь иногда подергиваясь от ударной силы пуль, что входили в склизкие, влажные отростки. Издавая гулкий рык оно бросилось бежать прямо на него.       — Scheiße! Zum Teufel! – слова сами вырывались из рта, благодаря всей непонятности этой ситуации.       Выхватив армейский нож, ведь на таком близком расстоянии огнестрельное оружие могло навредить не только ему, но и его цели.       Военный и то, что было когда-то террористом сцепились. Щупальцы обхватывали руки, пытались схватить еще и за ноги, лишь бы сбить с ног, но многочисленные тренировками помогали избежать цепкой хватки.       Резать влажную плоть было легко, но порезы сразу же покрываясь слизью становились меньше, а после и вовсе исчезали.       “Was zum Teufel bist du?!” эта мысль впивается в мозг в первую очередь тревожными предположениями. Но такое же не может существовать! Или может?       Надо было что-то делать. Быстро.       Эллен тоже это понимала. Ее спаситель не может драться вечно. И в случае, когда он выдохнется… Что ж. Никто из них не сможет выбраться отсюда.       Превозмогая свою брезгливость и трусость девичьи руки погрузились в потроха ближайшего к ней трупа. Должно же быть что-то… Что-то, что поможет!       Среди мягкого и еще теплого мяса пальцы натолкнулись на холодный металл. Кисть сжала этот небольшой предмет с силой вытаскивая его наружу.       Это оказалась зажигалка. Самая обычная, которую могут продавать в любом табачном магазине, прямоугольная, с откидной крышкой. Казалось такая повседневная вещь, но в нынешней ситуации это было лучшим, что можно было найти.       В голове сразу появилась идея.       — Эй! – выкрикнула Эллен, заставляя обратить на себя внимание дерущихся, – Пригнись!       Зажигая пламя, она бросает предмет прямо в то нечто, что раньше было головой. И оно вспыхивает сразу же словно спичка с истошным воплем.       Мужчина воспользовавшись заминкой монстра срывает с себя отростки и пинком выпинывает существо с обрыва. Эллен подбегает к нему, подбирая зажигалку, и помогает сбить пламя.       — Ты что вообще сделала?! Scheiße! – Кониг схватил девушку за ворот блузы, глаза были яростно распахнуты, – Du hättest sterben können! Scheiße!       Он бы мог отчитывать ее еще долго, но за гортанными выкриками нечто, был вновь слышен топот множества ног.       — Meine Güte. Надо бежать.       И они побежали, витая по коридорам, иногда еле убегая от догоняющих их похожих тварей. У каких-то не хватало ног, а у других верхней части тела.       — Туда! – указала рукой девушка, доставая из кармана блузы окровавленный именной пропуск.       Оказавшись внутри и захлопнув дверь на кодовом замке, оба человека начали баррикадироваться внутри кабинета.       Некоторое время были слышны скрежетания у двери и вздохи. Такие, будто в трахее что-то застряло, из-за чего звук получался трескучим и с легким свистом.       И как только они утихли, Эллен сползла по стенке вниз, обхватывая колени руками, упираясь в них лицом.       — Ну уж нет. – произнес голос с явным немецким акцентом, чей обладатель сел прямо перед ней на корточки, – Сейчас ты мне все расскажешь.       Обхватив ее подбородок одной рукой силой поднимает лицо девушки так, чтобы она смотрела прямо в его усталые, но разъяренные глаза.       — У меня есть вопросы. И сейчас будь добра на них ответить.       У нее не было сил, чтобы сопротивляться. Да и знала, что нет в этом уже какой-либо цели. Самое худшее уже произошло. А значит и вся конфиденциальность может пропасть так же, как и её душевное спокойствие.       — Во-первых. Где мы? – был задан первый вопрос.       — Мы в санпропускнике, отсюда можно пройти дальше… В чистую зону лабораторий. – четкие ответы, хоть и слишком усталым голосом. Руки все еще дрожали, но уже просто от бессилия и принятия ужаса ситуации в которой они оба оказались.       — Gut, теперь самое интересное. – он выпустил ее подбородок из хватки, – Что это были еще за твари? Я знаю, что тебе это известно. Хоть и отчасти. Это видно.       На некоторое время она замолкла. Собираясь со словами, думая, как начать.       — Sprichst.       — Наша компания… Занималась не только тем, чем известна широкой публике. – Эллен наконец заговорила, всё ещё пытаясь тщательно подбирать слова. То ли из-за привычки, что сформировалась её работой, то ли из-за того, что пыталась собраться, – Мы занимались разработкой оружия. По большей части биологическое ОМП. Но другой отдел занимался и химическим.       — Verdammt noch mal. – вполголоса произнес военный, уже понимая о чём она.       — …это, или нет, эти. В общем… ODS-637. Один из около удачных прототипов нашего нового оружия.       – Что значит около удачных?       — Слишком нестабильный. Слишком много проблем. Мы не могли предоставить это нашему клиенту…       — И какой был ваш клиент?       — Tenenti Inc.. Относительно недавно подписывали контракт. Но так ли это уже важно?       Глаза ее собеседника расширились при названии контрагента. Военно-промышленная компания с не особо хорошей репутацией среди вышестоящих военных чинов. Если бы информация дошла раньше… Теперь понятно из-за чего произошла атака на это здание. И то, почему тут было столько людей. И почему старались убивать персонал.       — Oh, scheiße. Wenn sie es früher erfahren hätten. Der Fall roch nach Pinkeln.       — Что?       — Неважно. Говоришь здесь есть проход дальше в чистую зону? Через неё можно каким-либо образом с помощью твоего пропуска выбраться наружу?       — Да. Через подземные коммуникации для вентиляции и логистики.       — Gut, – благодаря этому разговору в полковнике вновь появлялась уверенность, – И последнее. Как их убить?       — Наш отдел никак не мог избавиться от явной уязвимости к огню. Еще можно попробовать кислоты…       — Ясно. Будем думать.       С этими словами он начал рыться в шкафах, ящиках и стеллажах в комнате.       — Я нашел одежду. Переодевайся и пошли.