Бонусная

Солнечные лучи пробивались сквозь занавески и падали на кровать, где тихо посапывала Москвина. Она давно так крепко не спала, но свет, настойчиво попадая в глаза, заставил её медленно проснуться. Сонно потянувшись, она ощутила приятную ломоту в теле. Её рука на ощупь проверила пустое место рядом. Может, это был всего лишь сон? Ольга открыла глаза, лениво потянулась и почувствовала, как тело сладко заныло. Нет, не сон… Она потянулась за телефоном на тумбочке. — Половина двенадцатого, — пробормотала себе под нос, бросив телефон на подушку. Но где же Вадим? Уехал к себе? От одной мысли о нём её разум снова перенёсся в прошлый вечер. Она вспомнила, как его руки исследовали её тело, оставляя горячие поцелуи на коже, как он касался её там, где ей было особенно приятно. Тело пробила лёгкая дрожь, а внизу живота тёплой волной разлилось сладостное напряжение. Она поймала себя на мысли, что мечтает снова почувствовать его прикосновения. Раздался хлопок входной двери и какой-то шум в коридоре. Вадим? Да какой Вадим… Наверное, Лиза. Один Казанцев в голове… Мимо двери кто-то прошёл, затем шаги вернулись, и дверь приоткрылась. В проёме показалась макушка дочери. — Мама? Доброе утро! Ты давно проснулась? — Лиза зашла в комнату и с разбегу плюхнулась на кровать рядом с матерью. — Как спалось? — Доброе утро, Лизонька, — ответила Ольга, с наслаждением потягиваясь. — Знаешь, я так хорошо не спала уже давно. — Ого! Ты же обычно жалуешься, что не высыпаешься, — хмыкнула Лиза. — Таблетки новые начала пить? Или… таблетку? — Что? Нет! Какие таблетки? Просто хорошо выспалась, и всё, — улыбнулась Москвина, вспоминая прошедшую ночь. — Да? Непривычно… Ой! — Лиза внезапно вскочила и села на край кровати. — Мам, что я наделала! Легла в одежде на место «папочки»! Ему, наверное, это не понравится. — Лиза, — нахмурилась мать, — твой отец не претендует даже на коврик у двери. — Мам, — Лиза закатила глаза, — я же не говорю про папу. Я сказала «папочка». Ну, ты знаешь, тот, который на кухне утром был. Как думаешь, он на кофе зашёл, пока ты спала? Или всё-таки не утром? — подмигнула дочь. Ольга моментально покраснела и спрятала лицо в подушку, чтобы скрыть улыбку. — Так он утром кофе пил? — спросила она, пытаясь вернуть серьёзность в голос. — Нет, чай с печеньем. Потом меня довёз. Вот думаю, может, нам домашние дела на троих разделить? Ну, а что? Пусть мусор выносит, продукты покупает… — Лиза едва сдерживала смех. — Ли-и-за! — протянула мать, швыряя в неё подушку. — Хватит уже! Дочь ловко поймала подушку и прижала её к себе. — Мамуль, ну что ты кидаешься? Ему ведь не понравится. Ещё накажет, — съехидничала она. Лиза с хохотом увернулась от второй подушки и отбежала к двери. — А в постели как? — выкрикнула она на ходу. — Это я не для себя, конечно, спрашиваю. Так, для подруг. Им интересно, какой он! — Лиза! Иди уже к своему «сыночку»! — Ольга села на кровати, натягивая одеяло на грудь. — Сыночку? — удивлённо приподняла бровь Лиза. — Раз Казанцев — папочка, то твой сосед-хоккеист мне будет сыночком. Подушку подай! — хмуро потребовала мать, кутаясь в одеяло. — Мамуль, — усмехнулась Лиза, поднимая подушку и бросая её обратно на кровать. — Ты уже согласилась на папочку. А мы с Вадимом Юрьевичем всё голову ломали, как ты воспримешь это прозвище. Она рассмеялась и, махнув рукой, вышла из комнаты. — Всё, всё, побегу к «сыночку». Надеюсь, на обед папочка придёт домой. Семья должна быть вместе. Или мне в это время погулять где-нибудь? У подруги посидеть? На часик? Два? Или ему и трёх минут хватит? Захлопнув дверь за собой, Лиза услышала глухой удар подушки о дерево и расхохоталась ещё громче. — в кого ты у меня такая?!— раздался крик из-за двери. —Яблоко от Яблони, мамуль! Завтракать будешь? Пункт «поглумиться над матерью» успешно выполнен. Ну, как выполнен… На ближайшее время он останется в процессе.