Двадцать восьмая глава

«Хороший или плохой день — понятие недолговечное.»

— Следи за своим телефоном. — Хорошо. — И не задерживайся, лекарства нужно принимать чётко по времени, а после хорошо поесть. — Как скажешь… — Если почувствуешь усталость, сразу домой! А лучше просто позвони мне, я сама за тобой приду. Я тяжело вздохнула, но всё же кивнула. Прошла неделя с того момента, как меня, не слушая слабых возражений, доставили на руках в больницу. Провела я в ней два полных дня, переходя из кабинета в кабинет, сначала на пару с заламывающей руки от беспокойства Мей, а затем с молчаливой Наной. Чего там только у меня не нашли: и нехватку каких-то веществ, и проблемы с давлением, и иммунитетом, да ещё и какие-то «странные» следы, как будто от травм, которым, разумеется, неоткуда было взяться. Когда подслушивала последнее, я себе чуть больничную карту проблемами с сердцем не пополнила. Но необычно серьёзная Нана вместо уточнений неожиданно просто перебила врача вопросом: «Это лечится?». И разговор быстро свернул в другую сторону. В общем, выпили у меня там кучу крови, нервов и времени, расписали план лечения и велели приходить ещё, на добавку им, видимо. Но это ладно, здоровье — штука действительно нужная. В отличие от постоянных вопросов о моём самочувствии, предложений помощи в простейших вещах и неустанного пригляда за «больной» со стороны семьи. С каждым днём такого режима моё раздражение росло, и я уже откровенно начинала это показывать.  Помогало слабо. Единственным лучиком света оставался Ие-чан. Помимо того, что он просто сам по себе милашка, он ещё и мои ответы о самочувствии воспринимает всерьёз. Если сказала, что всё хорошо, значит, всё хорошо и можно не волноваться. Ну чудо же. Надо будет ему тоже что-то приятное сделать. Может, книгу какую, связанную с фехтованием, подарить? Про мушкетёров! Контент там, конечно, не совсем детский, и герои не лучшие образцы для подражания, но мне вот в его возрасте читали. Когда подросла, было очень странно, но в то же время поучительно переосмыслить всё. Было бы здорово, если бы у нас с братом был такой общий опыт… надо будет уговорить Мей зайти в книжный во время следующей поездки в Токио. Следуя мыслям, я перевела внимание в реальность, на упомянутую персону, которая уже в третий раз поправляла лямку моей сумки. Судя по воцарившейся в коридоре тишине, сказать ей больше было нечего, и она просто тянула время. Я тяжело вздохнула. — Мей, я всё поняла. Я пойду? — …хорошо. — Всё, давай, пока! Я быстро попрощалась, помахала рукой и пулей вылетела за дверь, впервые за неделю оказываясь на улице в гордом одиночестве. Свобода! Я так скучала. Жаль, это ненадолго, у меня максимум часа четыре есть. В обмороке я вроде бы лежу дольше, так что даже делами заняться за это время не выйдет. От последней мысли прежнее хорошее настроение чуть подугасло. Чувство, что время продолжает утекать, а я никуда не двигаюсь, не покидало меня. Это только кажется, что впереди много лет, но я ведь и не замечу, как они пролетят, и настанет день, когда мне придётся отстаивать себя. Мне нельзя тратить время впустую.

***

Я знала, что это тупая идея. Разумеется, знала. Я потратила столько сил, чтобы меня с лесом связывало как можно меньше. Столько раздумывала о том, как из-за него на меня могут выйти и какими проблемами мне это грозит, чтобы теперь… Идти вперёд по привычному маршруту. Не к обрыву, разумеется. Пока не научусь летать, чтобы спуститься к подножью и уничтожить последние улики, туда ни ногой. К озеру и яблоне. К единственным местам, где я могу свободно использовать пламя. Я ведь никогда не рассматривала идею бросить тренировки. Не уверена, что для меня это вообще возможно. Пламя слишком пленительно. Я на секунду прикрыла глаза, после чего повела плечом, стараясь избавиться от странного чувства внутри. После чего продолжила путь и через пару минут вышла к… моей яблоне? На прежнем, хорошо знакомом мне месте, там, где раньше был сначала маленький росток, а потом саженец, сейчас стояло молодое дерево. Тонкое и невысокое в сравнении со стоящими поодаль гигантами, но оно цвело. На ветвях местами проступали белоснежные цветы, а местами…  Это что, яблоки?! Скорость, с которой я кинулась вперёд, пожалуй, можно сравнить только с той, с которой я убегала от не-маньяка. И оно однозначно того стоило, потому что, как только подошла ближе, я убедилась: на ветвях висели малюсенькие, размером с черешню, будущие яблочки. Я буквально запищала от восторга. Хотелось бегать, прыгать и танцевать. Оно реально выросло! Я его вырастила. И теперь оно вот… скоро урожай даст! Плевать, можно ли его будет есть… это же, это… магия. Я зажмурилась, наслаждаясь ни с чем не сравнимой радостью. В душе пели птицы, а разум захлёбывался от восторга и идей, что ещё я могла бы попробовать. Вырастить растения, которым не подходит местный климат? Устроить собственный огородик? И, разумеется, всё же стоит проверить, можно ли это есть. А что, если попробовать воздействовать на растения другими типами пламени? Правда, для начала их надо научиться использовать… но это тоже интересно! Я улыбнулась и нежно погладила ствол дерева. Как вдруг меня прервал знакомый хаос в голове, и улыбка мгновенно стекла с моего лица. Прежде чем я успела что-то сделать, кто-то с силой дёрнул меня за руку, и моё тело полетело на землю. Я вскрикнула. В последнюю секунду мне лишь удалось рефлекторно выставить предплечье перед лицом, и то тут же отозвалось режущей болью. На тело со спины навалилась странная тяжесть, мешая встать. Пламя! Мысль мелькнула одновременно с зажёгшейся внутри искрой, но перед тем, как она успела разгореться, в поле моего зрения неожиданно мелькнула рука нападающего. Детская рука. В животе мгновенно развернулась чёрная дыра ужаса. Блядь… Я только что чуть не…? В бок прилетел тычок. Твою же…! И так трясущееся от адреналина тело обратилось сжатой от напряжения пружиной. Я каким-то чудом вывернулась из чужой хватки и всеми силами толкнула неизвестного от себя. Но он не остановился и снова навалился на меня. Завязалась потасовка. Я, чертовски злая и напуганная, пихалась и била куда придётся мальчишку, лишь немногим крупнее меня. Ребёнок отвечал мне взаимностью: он не кричал, а так же тихо и яростно, как и я, пихался в ответ. В какой-то момент наше положение сменилось. Я, задыхаясь от усталости, отчаянно подхватила с земли камень и с силой треснула им о землю рядом с головой ребёнка. — Хватит! Моё сердце в груди гналось галопом, пострадавшая, ноющая от боли рука дрожала от напряжения, но я продолжала ею с силой сжимать чужое плечо. Только спустя пару секунд, сфокусировав взгляд на чужом лице, я осознала, что мой противник действительно остановился. Мальчишка, наверное, ровесник Ие-чана, лежал на земле, сжавшись настороженным, колючим комочком, и смотрел на меня каким-то странно читаемым взглядом. Побитый, грязный и встрёпанный. Ребёнок. … Блядь.

***

— Ёши…?! Нана тихо воскликнула, испуганно оглядывая меня. Мастер Реджи приподнял брови и отложил в сторону книгу, изучая взглядом мой недовольно зыркающий по сторонам «багаж». Я хотела было зарыться пальцами свободной руки себе в волосы, но осеклась. Та вся ныла и пульсировала, да и со стороны выглядела откровенно не очень. Как и я вся. Потоптавшись секунду на месте, из моего рта всё же вылетело: — А я тут это… подралась. — Это мы видим… Кхм. Ладно. Возможно, тащить ребёнка к себе было не самой мудрой идеей, но не бросать же его там? Я же его буквально побила, мало ли, насколько серьёзно он ранен. Хорошо хоть я не успела зажечь пламя… … … В общем… да, пришлось тащить с собой… Он особо и не сопротивлялся, когда я схватила его за руку и повела прочь из леса. Как он вообще туда попал? Ему не говорили, что в лесу опасно? Насколько безответственные его родители, что допустили такое?! Надо, кстати, проследить, чтобы этот Маугли моим про то, где мы встретились, не проговорился. А то они у меня нервные, ещё устроят трагедию на пустом месте… Однако, как выяснилось чуть позже, переживала я зря, как и наговаривала на ребёнка. В процессе приведения нас в относительный порядок, а также откармливания и расспрашивания, что же случилось, тот показал себя с лучшей стороны. Слушался, соглашался со всем, что я рассказывала подозрительно поглядывающему на нас Реджи, и даже демонстрировал очень неплохое воспитание для своего возраста. Я прям прониклась ненадолго к нему симпатией. А потом вспомнила, с чего всё это началось, и как-то отпустило. — Как тебя хоть зовут-то? Я откинулась на спинку дивана, смотря на уже успокоившегося и индифферентного ко всему ребёнка. Взрослые где-то в стороне договаривались о дальнейшем плане действий и пытались дозвониться до опекунов этого чуда, от слова «чудовище», разумеется. Кто вообще вот так, без объяснения причины, на людей бросается? — …Хибари Кёя. … Ладно. Хорошо. Наверное, рано или поздно, это должно было случиться, но… Лучше бы поздно!