Двадцать девятая глава

«На глаз безопасность не определяют.»

В конечном итоге Хибари таки забрали. К сожалению, увидеть я этого не смогла, хотя, говоря откровенно, посмотреть на тех, кто породил это чудо, было интересно. Но Нана решила, что травма на моём предплечье выглядит слишком серьёзно, и меня снова потащили в больницу. В момент, когда врач обрабатывал глубокие, неровные края ран, мне некстати вспомнилось, что если бы я не подставила руку, удар пришёлся бы на лицо, со всеми вытекающими… По телу прошлась мерзкая дрожь, я нервно передёрнула плечами и зажмурилась. Почему-то после этого вновь пересекаться с Хибари меня не тянуло. Но тот имел на это своё мнение, потому что спустя несколько дней, когда мне вновь удалось выбраться в лес, мальчик был там. Сидел себе спокойно, метрах в десяти от моей яблони, и пялился на неё, как истинный ценитель на предмет искусства. В груди резко вспыхнула злость и чувство собственничества. Но здравый смысл подсказывал, что лес — это общественное место, а не моя личная территория. Спустя десяток секунд, давя раздражение, я развернулась и ушла прямиком к озеру. Там, среди скал, вполне можно скрыться и от глаз зачастивших в лес прохожих, и от полуденного солнца. Для медитаций и гиперинтуиции хватит, а с остальным придётся разбираться позже… я итак потратила много времени в никуда. Устроившись средь тёмных, сырых пород, я сделала несколько глубоких вздохов. Звуки природы и тянущаяся от камней прохлада прошлись целебным бальзамом по моим нервам. Как бы меня ни угнетало то, что эксперименты с даром пришлось так долго откладывать, нельзя не признать, что это имело свою пользу. А именно, что, не имея альтернатив, мне приходилось думать и рассуждать, вместо того чтобы просто запрашивать ответы. И мысли в моей голове роились разные. В первую очередь, конечно, всё вело к тому, что слепо полагаться на дар — плохая идея. Ведь то, что он пока говорил только правду, не значит, что он не способен соврать. Буквально принцип невозможности доказать отрицание*. Но проблема куда шире. Потому что, исходя из примера с карандашами, ответы гиперинтуиции могут быть и правдивы, и ложны одновременно. Ведь они субъективны в интерпретации вопроса. Если я спрошу: «Можно ли есть яблоки, что я вырастила?», какой у этого будет подтекст? «Можно» — как «безопасно» или как «разрешено»? Есть кому? Мне, среднестатистическому человеку или абсолютно всем? «…что я вырастила» — это про уже выращенные с помощью пламени плоды на конкретном дереве, про все урожаи с этого дерева или вообще гипотетическая ситуация, в которой я работаю фермером? Я бездумно поправила бинты на предплечье и скользнула взглядом по голубому, безоблачному небу. В вопросах ранее я ведь не проговаривала все детали, но способность всё равно работала и работала хорошо. Это значит, что так или иначе контекст из моей головы она считывает. Вернее, нет… Учитывая открытие про то, что гиперинтуиция — это нечто подобное органу чувств, логичнее будет предположить, что это мой мозг конкретизирует запрос задним числом. А затем, получается, обрабатывает поступившую от интуиции информацию так же, как обрабатывает сигналы от глаз, ушей и так далее. Просто в памяти процесс не откладывается. То есть, грубо говоря, мой мозг включает режим инкогнито. Запросы проходят и показывают результаты, но в «историю поиска» не записываются. Но тогда… это что получается, с «бёдрами испуганной нимфы»… мой мозг мог выбрать любой уровень детализации… Выбрал максимальный. На вопрос о цвете карандаша. … Я что, сама себя застебала, что ли? Стукнувшись затылком о скалу, я с силой зарылась пальцами в волосы, чувствуя, как виски начинают пульсировать. После чего тяжело и очень грустно вздохнула. Сложно сказать, что выматывает сильнее: строить все эти логические цепочки или понимать, насколько все они зыбки… Можно мне учебник, а? Ну знаете, такую методичку по уникальной, родовой способности мафиозной семьи, с которой я не хочу быть связана? …желание достойное того, чтобы его загадывать золотой рыбке. Ибо либо она, либо самой делать придётся.

***

В конечном итоге моих рассуждений я приняла решение придерживаться изначального плана. То есть тянуть информацию из единственного места, где я могла её получить. Лимит по запросам, правда, вызывал у меня кровавые слёзы. Ибо с моим графиком и ограничениями три успешно заданных вопроса в неделю — это уже удача. И ведь я могла бы позволить себе куда больше, если бы за мной постоянно не следили. — Из-за вас с Мей я не высыпаюсь! Хватит заходить ко мне в комнату ночью! Я со многим смирилась, но подобное уже перебор и сталкерство. Жуть просто! Если всё так продолжится, я в ванную переберусь, там хотя бы замок на двери есть. — Прости-прости, Ёши-чан, мы просто переживаем о тебе. Нана мягко провела рукой по моим волосам, но я затрясла головой, скидывая чужую руку. — Всё со мной в порядке. Кровь из носа — это не что-то страшное, такое бывает. Тебе же самой это врач объяснял! Девушка неопределённо склонила голову на бок, после чего попыталась съехать с темы. — Кстати о врачах, как твоя рука? Я подавила в себе желание начать материться. — Всё в порядке. Что с комнатой? В кухне повисла тишина, спустя секунд десять Нана наконец соизволила ответить: — Мы постараемся быть тише, ладно? … С сегодняшнего же дня начну подпирать дверь мебелью. Задолбали.

***

В подобном темпе прошло какое-то время. Я продолжала свою привычную жизнь, занималась с репетиторами, ходила в театр и на танцы. Даже начала готовиться к какому-то детскому конкурсу. Не сказать, что мне это было хоть как-то интересно, но моим мнением поинтересоваться тактично забыли. А всё свободное время посвящала пламени и интуиции. К моему величайшему неудовольствию, моя дорогая яблоня оказалась почти полностью оккупирована черноволосым чудовищем. И, говоря откровенно, с каждым разом, что я видела Хибари, медитирующего неподалёку от дерева, это казалось мне всё менее и менее нормальным. Что ребёнку может быть надо от дерева? И почему именно от моего? В лесу тысячи деревьев, и моя яблонька… …определённо самое особенное из них. Начиная от окультуренного, а не дикого вида в лесу, заканчивая аномально быстрым ростом за счёт пламени солнца. Хмм… А ведь я не воздействовала на неё пламенем уже… давно. С начала лета, когда она ещё саженцем была, всего со мной ростом. А сейчас уже осень скоро, и всё это время она продолжает расти как на дрожжах… Ой! За то время, что Хибари таскался в лес, он ведь не мог не заметить, что дерево растёт слишком быстро. Он, конечно, ребёнок и может пока не понимать в полной мере… но что-то ведь явно привлекло его внимание! Надеюсь, он хоть никому пока не сказал… Возможно, деревце-то придётся сжечь… Сердце болезненно сжало, а к горлу внезапно подкатил ком. Одна мысль о том, что придётся собственноручно избавиться от моей яблони, вызывала во мне волну грусти и горя. Это же… магия… … Надо выделить место в графике интуиции, чтобы убедиться, что всё именно так, как я себе напридумывала. И проверить, смогу ли я остановить ускоренный рост. Может, ещё не поздно и дерево удастся спасти… Ну вот зачем, зачем этого ребёнка вообще понесло в лес…?