Часть 19

— Мы не плачем, солнышко, просто в глаз что-то попало, — быстро ответил Ромка, беря себя в руки, но всё ещё не выпуская бывшую девушку из крепких объятий. Маленькая Рина понимающе закивала, а затем подошла вплотную и обняла их обоих за ноги, вынуждая Таню и Рому наконец отпрянуть друг от друга. Девочка запрокинула рыжую кудрявую голову и невинно захлопала ресницами: — А когда у вас тоже будут детки, вы возьмёте меня в няньки? Я буду с ними со всеми играться, честно-честно! — малышка с искренней улыбкой разглядывала этих двух, с нетерпением ожидая ответа. От этого вопроса у Тани снова болезненно сжалось сердце, а Рома лишь горько усмехнулся. — Ты сначала понянчи деток Игоря и Кати, а там уж посмотрим, — уклончиво ответил Пятифан, потрепав девочку по кудряшкам, отчего рыжеволосая довольно заулыбалась. Тем временем на кухне застолье продолжалось своим чередом. — Уф, что-то жарко у вас здесь стало, накурено как будто, — поводя плечами, спросил Андрей. — Саш, я окно приоткрою? — Да без проблем, открывай, — разрешил хозяин дома, увлечённо продолжая беседовать с Бяшей. — Что-то мне совсем не спокойно, Игорь... — быстро, встревоженным шёпотом проговорила Катя, слегка наклонившись к самому уху Будаева. Её девичья интуиция так и кричала, что на веранде сейчас происходит что-то личное. — Да всё хорошо, на, не накручивай, — парень успокаивающе приобнял её за плечо, продолжая слушать Сашу. Андрей тем временем поднялся со своего места и подошёл к широкому кухонному окну. С треском повернув ручку, он приоткрыл створку, высунул голову наружу, чтобы глотнуть прохладного воздуха, и краем глаза тут же заметил эту несносную, ненавистную для него парочку. Таня и Рома всё ещё стояли в обнимку на балконе в полумраке. «Что-то здесь, блять, нечисто», — зло подумал блондин, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость. Он резко захлопнул окно обратно. — Что, уже похолодало на улице? — со смехом спросил Саша, заметив его резкое движение, и принялся разливать всем по новой порции выпивки. — Да так, дует немного, — выдавил из себя фальшивый смешок Голубев и уселся обратно за стол, крепко сжимая зубы. Это всё казалось ему странным. Очень странным и подозрительным. А на балконе маленькая Рина заговорщически приложила пальчик к губам. — Я никому-никому не расскажу, что видела вас здесь, — шёпотом произнесла она и доверчиво взяла Таню и Рому за руки. — Только поиграйте со мной, пожалуйста. А то мальчишки там только пьют и разговаривают про взрослое. — Хорошо, пойдём, — грустно улыбнулась Таня, позволяя девчонке утянуть их обратно в тепло дома. Они тихо прошли мимо шумной кухни прямо в детскую. Рина с гордостью завела гостей в свою комнату, подбежала к тумбочке и принялась вываливать на ковёр кучу игрушек, разноцветных безделушек и новую куклу, которую подарил Рома. — А можно вас о чём-то спросить? Очень-очень важном? — вдруг притихла рыжая, усаживаясь на ковёр. — О чём? — спросил Рома. Они с Таней синхронно опустились на пол рядом с малышкой, которая уже вовсю перебирала в руках коробку с какими-то старыми картами. — Что делать, если в школе ко мне пристаёт мальчик? — вдруг абсолютно серьёзно спросила Рина. — Подожди, так ты хочешь, чтобы мы в карты сыграли, или про мальчика поговорили? — улыбнулась Таня, на что рыжая только активно закивала головой, мол, и то, и другое. — Хорошо, а как именно он к тебе пристаёт? Татьяна ловко начала тасовать карты, хитро поглядывая на притихшую малышку. — Ну, первое: он меня постоянно за волосы дёргает, — принялась загибать пухлые пальчики Рина. — Второе: я его попросила, чтобы он мне... — девочка умолкла на полуслове и задумчиво отвела взгляд к потолку. — Да как там их... Гортензии вроде! Ну, чтобы он мне их нашёл и подарил. А он не захотел! Сказал, что понятия не имеет, где их искать зимой. — Слышь, напомни-ка, сколько тебе лет? — с усмешкой переспросил Рома, усаживаясь по-турецки. — Скоро семь будет! Такая взрослая уже, — Рина пафосно откинула кудрявую прядь волос от уха и грациозно улеглась на живот, подперев пухлые щёки кулачками. — А этому твоему кавалеру сколько? — Ну-у-у, — протянула девочка и лениво перекатилась на спину, раскинув руки. — Семь, кажется. — Ну вот, — хмыкнул брюнет. — И как тебе семилетка зимой должен найти такие цветы? Они на обычной поляне не растут, если ты не знала. Их в магазине за бабки покупать надо. — Дядь Ром, ну почему они на поляне не растут? — разочарованно надула губы малышка. — Дядь Ром? — Таня не сдержалась и выдала звонкий смешок, принимаясь профессиональным движением раздавать карты на троих. — А почему тёте Тане смешно? — Рина непонимающе захлопала глазками. — Обхохочешься просто, — цокнула брюнетка, хитро подмигнув Роме, и собрала свои карты веером. Рина хоть и была ещё совсем маленькой, но в «Дурака» её ещё год назад научили играть старшие мальчишки, так что правила она знала назубок. Первой в ход пошла Таня. С коварной улыбкой она сходу накинула Ромке две семёрки. Пятифан нахмурился, прикинул карты и с лёгкостью отбился картинками, но в пылу азарта вообще не заметил, как Князева незаметно подкинула ему сбоку ещё одну карту вдогонку. — Вот сучка... — тихо, одними губами выругался он, поднимая на девушку полные притворного возмущения карие глаза. — Танечка, а он тебя обзывает! — напыщенно, во весь рот заулыбалась Рина, подмечая каждое слово, и с победным видом шлёпнула свою карту сверху на остальные. — Тебе крыть, дядь Ром! — А ты — говнючка мелкая, — беззлобно проворчал парень, со вздохом собирая все битые и небитые карты в руку. В этот раз ему крупно не повезло. — Ура! Я выиграла! Выиграла! — завизжала рыжеволосая Рина и радостно запрыгала на ковре, громко хлопая в ладоши. — Молодец, так его, туда дядь Рому, — весело улыбнулась Таня и ласково потянула девочку на себя, усаживая к себе на колени. — Ах ты, егоза, защекочу тебя сейчас! — Нет-нет, не надо! — заливисто смеялась Рина, извиваясь всем телом, когда брюнетка начала шутливо водить пальцами по её рёбрам. — Я-я сейчас описаюсь от смеха, пожалуйста, перестань! — Всё-всё, хорошенького понемножку, — Таня со смехом убрала руки. Девочка шустро слезла с её коленей, перевела хитрый взгляд на Пятифана и, тихонько зайдя к нему со спины, изо всех сил начала щекотать его подмышками. Рома даже не шелохнулся, продолжая сидеть с самым невозмутимым видом. — Ну блин! Да почему ты вообще не смеёшься?! — разочарованно протянула малышка, устав перебирать пальцами по его бокам. — Дяденька Рома просто обычной щекотки не боится, — невинно улыбнулась брюнетка, хитро косясь на Пятифана, и отвела взгляд. — Но вот если пощекотать его за шею, то он вполне себе засмеётся, уж поверь мне. Рома от неожиданности немного отодвинулся от Рины, из-за чего вплотную прижался спиной к коленям Князевой. Между ними снова на секунду проскочила опасная искра. — Так, я предупреждаю, не нужно вот этого всего... — строго начал парень, пытаясь спасти свою шею. Но договорить он не успел. Рыжая проказница, вооружившись Таниной подсказкой, мгновенно вцепилась пальчиками в его шею. Однако довести пытку до конца ей не хватило терпения. Она неожиданно остановилась, убрала руки и снова возмущённо уставилась на взрослых, вспомнив про свою главную обиду. — Так почему они всё-таки не растут на поляне-то? — опять спросила рыжеволосая и требовательно упёрла руки в бока, точь-в-точь как взрослая. — Да потому что не все цветы растут где попало, мелкая, — откашлявшись от неловкости, попытался нелепо разъяснить Рома. Рина задумчиво почесала крохотный висок, переваривая информацию. — А где они тогда растут, если не на улице в снегу? — совсем озадачилась она таким ответом. — В полутени они растут, в теплицах! Всё! Не морочь мне больше голову, — шутливо отмахнулся брюнет, сдаваясь перед детским любопытством. Девочка недовольно и шумно вздохнула, явно не удовлетворённая такой сухой ботаникой. — Ой, ладно! Понятно всё с вами, ничего вы не знаете! У Сашуняши своего спрошу, он-то у меня точно всё знает. — Ну вот у него и спросишь, — улыбнулась Таня, аккуратно заправляя отросшие волосы за ухо, и вдруг поймала на себе очень странный, хитрый и не по-детски проницательный взгляд ребёнка. Рина переводила глаза с Тани на Рому, к которому брюнетка всё ещё сидела почти вплотную, и на её губах играла какая-то своя, секретная улыбка. — Тёть Тань, а ты боишься щекотки? От этого вопроса девушка заметно напряглась и поспешно отодвинулась назад, вжимаясь спиной в боковину кровати. — О-о, точно! Ты же сама на меня ребёнка натравила, так что получай ответку! — самодовольно заулыбался Пятифан. Не дав ей опомниться, Рома резко подался вперёд и принялся яростно щекотать её за шею, рёбра и даже за пятки прямо через тёплые носки. Он слишком хорошо знал, что Князева боится щекотки до безумия — это состояние у неё просто невозможно было описать словами. — Рома... п-пожалуйста... х-хватит! — сквозь удушающий, заливистый смех, дико запинаясь, выговаривала брюнетка. Она судорожно замахала руками и едва сумела мёртвой хваткой потянуть его за ворот олимпийки, пытаясь оттолкнуть. Тот от неожиданного рывка потерял равновесие и, чтобы не раздавить одноклассницу, быстро ухватился ладонями за края кровати по обе стороны от её головы. Рома завис в каких-то паре сантиметров от неё. Таня всё ещё крепко держала его за ткань кофты, из-за чего их губы сейчас почти соприкасались. На секунду время остановилось. Эти двое замерли как истуканы, боясь даже вздохнуть, пока маленькая Рина с чистым детским любопытством наблюдала за ними со стороны. — А поцелуй когда? — вдруг нарушила тишину малышка. Они синхронно, с диким удивлением перевели округлившиеся взгляды на девчонку. — Что? Какой ещё поцелуй? — озадаченно и густо краснея, переспросила Таня. Ефимова недовольно нахмурилась, сокрушаясь об их недогадливости: — Ну как какой? Самый обычный! Губками вот так вот прижимаетесь друг к другу и целуетесь. — Рина для наглядности смешно надула губы и чмокнула собственную ладошку. — Вот так! А теперь вы давайте. Не успели эти двое сообразить, что ответить ребёнку, как дверь детской неожиданно с глухим стуком отворилась. На пороге показался Голубев с натянутой, ледяной и очень недовольной улыбкой. Атмосфера мгновенно упала до минусовой температуры. — И как всегда, приходит злой Бармалей и всё портит, — едва слышно прошептала Рина, сердито скрестив руки на груди. — А я вижу, вам тут весело, — процедил сквозь зубы блондин, в упор разглядывая двусмысленную позу Ромы и Тани. — Ну ничего. Тань, собирайся, мы уходим. Сейчас же. Андрей требовательно замер в дверях, пока его девушка, неловко отпихнув Пятифана, поспешно поднималась на ноги и поправляла одежду. — Пока, Ринусь, — брюнетка ласково поцеловала рыжую малышку в лоб и отстранилась, стараясь не смотреть на парней. — Андрей, а остальные что, тоже уже уходят? — Да. Но если наше величество Роман не соизволит свалить, то мы уходим без него, — огрызнулся блондин и с силой захлопнул дверь с той стороны. Таня поспешно выскочила следом за ним в коридор, чтобы не провоцировать скандал. В комнате воцарилась тишина. Рома медленно сел на пол, чувствуя, как кулаки чешутся съездить по этой идеальной блондинистой роже. — Чтоб этого белобрысого черти в самом глубоком омуте утопили, — тихо, с ненавистью пробормотал Ромка. — Полностью согласна, поскорее бы уже, — горячо поддержала его маленькая Ефимова, усаживаясь рядом. — Что правда, то не грех, мелкая, — Рома горько ухмыльнулся и протянул ей сжатый кулак. Девочка послушно приложила к нему свой крохотный кулачок и довольно заулыбалась. — Ромочка, а ты ещё придешь ко мне? — спросила она, заинтересованно подняв рыжие брови. — Да. Приду, конечно. Через годик где-то. — А это много? — Рина озадаченно захлопала ресницами. — Ну-у... — Рома поднялся на ноги и отряхнул джинсы. — Это примерно как в туалет сходить и обратно. Быстро пролетит. — Ого! Ну тогда я буду очень-очень тебя ждать, — наивно пообещала Риночка. Рома только тихо посмеялся, выходя из детской комнаты, а зеленоглазая девчонка радостно и шумно побежала провожать его до самой прихожей.