Эпилог

      Доказательств против супружеской пары Буланже было предостаточно, и преступники не отрицали своей вины. На их счёту было несколько десятков убитых людей. И это только те преступления, которые удалось доказать. В итоге риэлторы были наказаны по всей строгости закона. А Шарль… Про Шарля стоит сказать отдельно. Вначале Шарль со свойственным ему оптимизмом надеялся, что сможет в очередной раз выкрутиться. Шарль считал, что любой человек может преодолеть свои проблемы и добиться того, что желает. Он презирал людей, которые не ставили перед собой целей и не стремились ничего достигнуть в этой жизни. Эти люди были для него просто толпой и расходным материалом. Себя же Шарль с раннего детства относил к избранным. Промежуточной категорией для него были способные, но ленивые люди. Взять хотя бы его племянника Филиппа. Шарль здорово прокололся, недооценив Филиппа. Но Шарль твёрдо решил, что когда выйдет из тюрьмы, то не станет мстить Филиппу. Во-первых, месть — это занятие кретинов, которые не могут заняться полезным делом, поэтому всегда ищут виноватых. Во-вторых, Шарль зауважал Филиппа. А в-третьих, Шарль никогда не желал зла Филиппу. Когда юный Филипп позвонил и сообщил дяде, что его чуть не сбил микроавтобус, Шарль, разумеется, догадался, чьих рук это дело. Тогда он бил по голове ботинком излишне старательного Алена Буланже. Обычно Шарль гордился своей выдержкой, но тут раздражение и испуг были слишком велики. Позже он вкрадчивым голосом объяснил Алену, что хочет разорения, но не гибели племянника. Замысел Шарля был предельно прост. Если у Филиппа будет дефицит финансов, то он, разумеется, начнёт пробиваться в жизни сам. Шарль по-своему любил племянника. Умный, рассудительный, смышлёный Филипп покорил его с детства. Когда Андреа сбежал от ответственности, именно Шарль вначале поддержал молодую мать. Он посмотрел на младенца и сразу отметил сходство со своим братом. Тогда Шарль купил целое приданое маленькому Филиппу. Даже к родной дочери он не испытывал такой нежности. Вспомнив про дочь, Шарль сплюнул на пол камеры. Дрянь и дурища бессовестная. Когда отца арестовали, Сесиль очень быстро сориентировалась в ситуации. Шарль, на всякий случай, оформил дом на старшую дочь. И теперь Сесиль выгнала Кристин из родного дома. Роже тоже не пожелал там оставаться на птичьих правах, хотя его старшая сестра не выгоняла. Впрочем, Роже всегда был добрым и бесхарактерным мальчиком. Шарль никому не рассказывал, но несколько лет назад Роже связался с плохой компанией и начал курить травку. Долгое время родные были не в курсе. Но Надин обладала абсолютной памятью и стала замечать пропажу незначительных, но дорогих вещей. Гром грянул, когда пропал холодильник с продуктами. Шарль бы посмеялся над этим фактом, но вскоре узнал, что так наркоманы расплачиваются за дозу. После этого он отказался давать деньги сыну. Но Роже отказался изобретательным, как многие люди с зависимостью. Он продал через интернет роскошную библиотеку отца. Тогда Шарль был в бешенстве. Наутро Роже сам попросил отвезти его к наркологу. Роже четыре года сам зарабатывал себе на жизнь и забыл старые привычки. Как-то бывшие дружки подстерегли его и стали обзывать слабаком. Роже слегка напрягся и ответил: — Лучше я буду слабаком, чем дураком. Роже устроился на работу курьером и начал новую жизнь. Из всей семьи он общался только с младшей сестрой Кристин. Кристин была всеобщей любимицей. Она прекрасно пела, играла на музыкальных инструментах, занималась спортом, увлекалась фотографией и училась на отлично. Шарль гордился своей младшей дочерью. Теперь его сердце болело за судьбу Кристин. А может, Филипп проявит свою хвалёную справедливость и возьмёт к себе кузину? Адвокат Шарля потрудился на славу. Скоро Шарля должны выпустить под залог. Как же ему надоела тюремная баланда. Он и не замечал, насколько восхитительна еда, которую готовила Кристин. Младшая дочь любила стоять у плиты, чтобы порадовать любимого папочку. Внезапно Шарлю объявили, что к нему пришла посетительница. Шарль почувствовал воодушевление. Через пятнадцать минут в камеру вошла Роберта Азуле, бывшая верной союзницей Шарля и родной сестрой Клэр Буланже. Было время, когда Роберта могла стать родственницей Шарля. Заключённый тряхнул кудрявой головой, что думать о грустном? Впереди столько великих дел. — Я принесла тебе, Шарль, твои любимые блюда: улитки по-бургундски, ежевику и розовую форель в винном желе… — Тебе бы, Роберта, работать поварихой, — усмехнулся Шарль. — Меня и моя прежняя работа устраивала. — Ну да. А столько денег ты там не получала. — А знаешь, Шарль, я была счастлива, занимаясь любимым делом. Но мне надо было поднимать дочку. А потом моя доченька умерла от подпольного аборта. А виновником был ты. — Что толку ворошить прошлое, — произнёс Шарль. Голова его кружилась, ноги и руки не слушались. Он стал оседать на пол. По старой, укоренившейся годами привычке, Роберта его подняла. — Что-то мне не особо хорошо, — промолвил Шарль. — Неудивительно, — ответила женщина. — В прошлый свой визит я дала вам яд. Теперь вы ляжете на постель и заснёте вечным сном. Когда-то ради прихоти вы погубили мою дочь. Теперь ваша дочь останется нищей и обездоленной. Она будет сама пробиваться в жизни, как Филипп Селонже. После Роберта встретилась с Деметриосом. — Я всё выполнила. Но мне не стало легче. — Ты правильно поступила, Роберта. Этот человек с лёгкостью выкрутился бы и продолжил ломать чужие жизни. А у тебя теперь есть шанс изменить твою жизнь. — Это верно. Мне надоело заниматься делом, которое я ненавижу. Пример Филиппа Селонже показал мне, что никогда не поздно начать жизнь с чистого листа. Когда-то я дружила с Катрин Селонже. Катрин работала продавцом, а я тогда была воспитательницей в детсаду. Помню, что мы зарабатывали сущие гроши. Как-то мы встретились после работы. Муж Катрин был категорически против курения жены. Он не раз избивал её за это. А Катрин курила из духа противоречия. Когда муж умер, она сразу же отказалась от этой вредной привычки. А те слухи, которые Шарль и моя сестра распространяли про Катрин, что она алкоголичка — это враньё. Они просто посмотрели на бедную обстановку в квартире и сделали вывод, что Катрин и Филипп жили небогато, потому что пропивали все деньги. Очевидно, Шарль не знал, что на среднюю зарплату практически невозможно прожить роскошно. Кстати, не знаю говорил ли вам Филипп, но большую часть долгов оставил Катрин Андреа. Катрин была слишком порядочной женщиной. Ведь многие люди, пришедшие к ней, не имели даже расписок. К Шарлю они не сунулись. Знали, по какому адресу он их пошлёт. Какая я была дура, что связалась с этой семейкой. Лучше жить в бедности, чем трястись как осиновый лист каждый день. Так вот, мы курили, и тут к нам подруливает эта дрянь Сесиль. Тогда она ещё жила в Дижоне, а папенька уже в Париже. Катрин Селонже воспитывала её больше, чем родная мать. В детстве Сесиль так её любила. А потом связалась с золотой молодёжью, стала высокомерная, наглая, неприятная деваха. И говорит: «Тётя Китти, дайте на сигареты. А то я скажу дяде Андреа, что вы курите и он снова вас изобьёт». Какова, сам в четырнадцать лет курила, пила и с парнями таскалась, а взрослых людей шантажировала. Тогда я сильно взбесилась и сказала ей, что мы не для того горбатимся целыми днями на тяжёлых работах, чтобы снабжать табаком всяких малявок. Она даже напугалась меня. А вот моя Сильви была не такая. Добрая, заботливая, романтичная, наивная. Вот её и соблазнил этот Шарль, а когда забеременела заставил сделать подпольный аборт. Зато когда эта шалава Сесиль в семнадцать лет залетела, ей сделали всё по первому разряду в лучшей клинике. Деметриос не прерывал откровения женщины. Он понимал, что бывшей преступнице и сообщнице четы Буланже необходимо выговориться. Филипп, к примеру, изменился в лучшую сторону после откровенных бесед с Фьорой. Сам Деметриос пользовался своей откровенностью как беспроигрышным оружием. Люди думали, что хитрый грек оказывает им особое доверие, и не замечали его манипуляций. Деметриос провернул с Робертой тот же трюк, что и с Филиппом. Он отмазал женщину от уголовной ответственности. Прямых улик против Роберты не было. Она никого не убивала, а служила в основном наводчицей. Воровством занимались люди, которых она рекомендовала. Конечно, Деметриос потратил много времени и сил, но он никогда не брался за нестоящие его внимания дела. А затем рассказал историю своей мести за брата и невзначай сказал, что в противном случае эти люди ушли бы от ответственности также как Шарль. Семя упало на благодатную почву. Потом Деметриос стал говорить о Филиппе, завязавшим с прошлым и нашедшим дело по душе. Когда благодетель предложил ей отравить бывшего подельника, Роберта уже не колебалась. Деметриос Ласкарис мог уговорить рыбу запрыгнуть на сковороду с кипящим маслом. После прощания с Робертой Деметриос подумал, что преподнёс прекрасный подарок Филиппу. Жалко, что он никогда об этом не узнает. Деметриос не сомневался, что Шарль с его связями найдёт способ уйти от наказания или сбежать, когда его отпустят под залог. Что же, рассудил грек, певец прожил неплохую жизнь, полную стремительных взлётов, восхитительных побед, головокружительных афёр. Но Шарль хотел всего и сразу, и не мог вовремя остановиться. Зачем известному певцу проворачивать сомнительные делишки? Похоже, что страсть Шарля к деньгам была сильнее доводов рассудка. Чета Буланже была не единственными сообщниками Шарля. Он потерял чувство меры, за что и поплатился. А вот Деметриос сумел завязать, благодаря капризу судьбы, принявшему обличие юноши с собакой. Тогда Деметриосу было не до смеха. Но теперь его жизнь наладилась. Как бывший медик, Деметриос был искусен в составлении ядов. Ни одна экспертиза не обнаружит ничего подозрительного. Все посчитают смерть певца естественной. Переволновался Шарль, вот и результат соответственный. Пора закрывать эту главу в жизни. Полицейский Рено дю Амель оказал сопротивление и был убит при задержании. Фьора всё-таки навестила своего дедушку, но раскаялась в этом. Ничего нового Пьер Бревай ей не сообщил. Гнусная Иеронима выдумала про связь Марии с родным братом. Пьер был обозлён на родственников и весь мир заодно. Он был домашним тираном, и всячески третировал жену и детей. Под старость лет Мадлен всё же развелась с невыносимым супругом. Дети и внуки тоже не горели желанием жить с Пьером, любящим всех ссорить и считающего, что все ему должны по жизни. Фьора каждый месяц перечисляла деньги Пьеру, что старик воспринимал как должное. Сама она не стала продолжать общение с дедушкой. Зато она установила дружеские отношения с остальной роднёй матери. Бабушка Мадлен тепло встретила обретённую внучку. Генриетта, узнав о смерти Шарля, горько плакала. — Наверное, раскаяние подкосило его, — решила наивная пожилая женщина. — Как жаль, что не изобрели лекарства от глупости и идеализма, — беззлобно пошутил Реми. — Купил бы за последние деньги. — Твой дядя выглядел таким здоровым, — удивилась Фьора. — Он и был здоровым. Шарль наблюдался у различных врачей и у него не находили ни малейшего отклонения от нормы. Он ещё шутил, что пьёт вино, чтобы дать врачам минимальную работу. Готов поставить на кон, что угодно кроме своих котов, что тут не обошлось без Деметриоса. Симптомы смерти дядя Шарля поразительно напоминают болезнь дедушки. Если моя ситуация и характер напоминают Мордаунта, то Деметриос — живая реинкарнация графа Монте-Кристо. — Что-то в этом есть. Только он не провёл многих лет в тюрьме. — Да он сам кого угодно засадит. — Например, Джакопо Пацци и Родриго Борджиа. — А ещё Луку Торнабуони. Возвращение во Флоренцию получилось удачным. Фьора и Филипп успели стосковаться по этому несравненному городу и своим друзьям. Позже на вилле Бельтрами Филипп и Фьора рассказали в лицах своё бургундское приключение. — А что теперь будет с богатством Шарля? — усмехнулся Пьетро. — Похоже, в Париже начнётся война за дижонское наследство. — А что воевать? — ответил Филипп. — Шарль неосмотрительно переписал всё на мою старшую кузину Сесиль. А если учесть её глупость, недальновидность и расточительность, то вскоре от состояния останутся одни ошмётки. — Ей повезло, что её родственницей не является моя мать. В противном случае радость Сесиль была бы недолгой. Через несколько месяцев Иерониму осудили и приговорили к пожизненному заключению. На следствии она пыталась выдать себя за сумасшедшую, но психолого-психиатрическая экспертиза подтвердила полную вменяемость Иеронимы. Правда, на суде с ней случилась истерика, когда Пьетро заметил, что раздал бедным её наряды, а драгоценности продал и отдал деньги на благотворительность. — Лучше бы я сделала аборт! — кричала Иеронима. — Хрен грёбаный. Ах, мои платья, туфельки, шубы, блузочки, в чьи руки вы попали? А ты не сын мне больше. О, ты знаешь, как ударить мать по больному месту. Ты это сделал специально, чтобы отомстить мне за своё детство. Чем я это заслужила? Речь Иеронимы завершилась всхлипываниями. Роман Джулиано Медичи про Войну Роз имел большой успех. После этого Джулиано писал современные романы с детективным уклоном. В этом вопросе его музой и консультантом стал родной брат. Филипп стал одним из самых известных современных авторов исторического романа. Он сумел возродить интерес к искусству, истории и культуре Франции. Он писал о малоизвестных личностях, замках и исторических событиях. Многие его исторические герои и героини имели реальные прототипы. В одном из романов главными злодеями стали барон и его супруга. В чертах барона знакомые Филиппа без труда узнали черты дяди Шарля, а его истеричная и злобная супруга напоминала Иерониму Пацци. После успеха своих романов Филипп окончательно сорвал с себя клеймо неудачника. Филипп и Фьора сохранили свою дружбу на всю жизнь. Фьора умудрялась совмещать свою работу следователем с сольной карьерой. Пьетро открыл свой приют для животных, который назвал «Иеронима». У Пьетро всегда было своеобразное чувство юмора. — Когда мне захочется острых ощущений, я навещу мать в тюрьме и расскажу о том, что назвал в её честь приют для животных. Думаю, она оценит этот жест. Филипп и Фьора каждый год посещали Францию. Теперь Генриетта гордилась, что её внучатый племянник известный писатель. Однажды Филипп решил показать Фьоре Париж. Но не старинная архитектура, музеи и полотна поразили друзей сильнее всего. В одном из торговых центров к Филиппу подошла высокая и стройная крашеная блондинка с накачанными губами. — Вы узнаете меня, кузен Филипп? — прощебетала женщина. — Честно говоря, пластическая хирургия творит чудеса, — усмехнулся Филипп, с трудом узнавая Сесиль. На ней было дорогое меховое манто, на каждом тоненьком пальчике блестели кольца. — А это твоя девушка — певица Фьора? — Нет, Фьора мой друг. Я возобновил отношения с Натали. — Ты как был, Филипп, странным парнем, так и остался. То, что подходит для расклейщика объявлений, продавца или грузчика, то является моветоном для известного писателя. А это мой новый бойфренд, — с гордостью произнесла Сесиль. У Фьоры и Филиппа вырвался дружный возглас перед ними стоял Лука Торнабуони, к тому времени отсидевший срок за клевету и жестокое обращение с животными. — Поздравляю, Сесиль, ты выбрала себе достойную пару, — засмеялся Филипп. — Я тоже тебя поздравляю, Лука, — сладким голоском произнесла Фьора. — Ты изрядно вырос над собой. Когда-то падчерица уголовницы была плоха для тебя, а теперь ты собираешься связать свою жизнь с дочерью мошенника и убийцы. — Ты полегче на поворотах, — обиделась Сесиль. — Мой отец официально не был осуждён. И никто не имеет права его оскорблять. — С каких пор правда стала оскорблением? — заметил Филипп. — А как поживают Роже и Кристин? — Ах, что может быть интересного в из жизни. Роже бросил работу курьером. Теперь он продавец-консультант спорттоваров. А Кристин, — тут в голосе Сесиль послышалась злоба, — представляешь, она выучилась на фотографа. Фотографирует природу, животных, экзотические растения и всякую прочую дребедень. И ведь печатают её в известных журналах. А ещё она дружит с этой старой дурой Генриеттой. Иду как-то по городу, вижу — идёт Кристин, ничего не замечает. Ей бы не мешало сделать коррекцию фигуры. А на голове у неё вязаная шапочка. Ну я сразу поняла, что это не дизайнерская работа. Такие шапочки и мне раньше пыталась всучить Генриетта. Но я прямо сказала, что мне этого не надо. Так эта клуха ещё обиделась. — Ну мы вечно будем стоять тут? — раздался недовольный голос Луки. — Сейчас идём, любимый, — голос Сесиль сразу наполнился медовой сладостью. После увиденной сцены Фьора и Филипп рассмеялись. Похоже, что жизнь сама всё расставила по своим местам.