Сквозь туман (дополнительные сцены 1 сезон 7 серия)

Утро началось с прохладного тумана, окутавшего долину. Галадриэль проснулась до рассвета, и из-под плаща наблюдала за спящим Халбрандом. Он лежал на боку, немного морщась во сне, но выражение лица было спокойным. Щетина на щеках порядком отросла и делала облик немного уязвимым и даже смиренным. Ветер шевелил его волосы, и пара прядей упала на его лицо. Галадриэль бессознательно протянула руку и осторожно убрала их в сторону, стараясь не разбудить. В этой тихой минуте она отметила, каким родным казалось его лицо, и подумала, что за эти месяцы он стал ей ближе, чем некоторые ее сородичи за тысячи лет. Эти мысли возникли внезапно, и она на несколько мгновений позволила себе погрузиться в них. Почувствовав на себе взгляд, Халбранд зашевелился. Открыв глаза, он заметил, как Галадриэль нежно смотрела на него. Он улыбнулся ей, пытаясь скрыть удивление от того, что видит её так близко и с такой мягкостью в глазах. Несмотря на то, что он знал ее хорошо с физической стороны, в общении Галадриэль сохраняла дистанцию и не проявляла своих чувств и эмоций. — Доброе утро. — сказал он. Голос был хрипловатым от сна, но теплым. — Доброе утро, — ответила Галадриэль, обретая свою обычную сосредоточенность и отстраненность. — У нас долгий день впереди. Привычно вскипятив воду и сделав травяной отвар, она принялась разматывать повязку на поясе Халбранда. Воспаление стало меньше, однако рваный шрам все еще выглядел угрожающе. Она обновила бинты, стараясь делать всё как можно быстрее и аккуратнее, чтобы не доставлять ему лишней боли. На этот раз Халбранду не понадобилось зажимать палку зубами — он мужественно вытерпел всю процедуру, время от времени корча смешные рожи. Увидев одну их таких физиономий, Галадриэль рассмеялась. — Никогда не слышал, как ты смеешься, — сказал он, когда она выпрямилась и отдернула его рубашку. Галадриэль только пожала плечами и принялась тушить костер. День обещал быть трудным. Им все еще нужно было сойти с горы, а что их ждало в лесу от подножия до самого Андуина, одному Эру ведомо. Неожиданно спуск дался им легко, но чем ближе становился лес, тем сложнее казался дальнейший путь до реки — в воздухе висел плотный туман. Ситуацию осложняла низкая облачность, из-за чего было сложно определить положение солнца. Первые несколько часов медленного продвижения в глубь леса они ориентировались по горам, которые еще маячили за их спинами. Но потом и те пропали. В какой-то момент Галадриэль и Халбранд выехали на поляну, окутанную таким плотным туманом, то было непонятно, где она заканчивается. Лошади встали и переминались с ноги на ногу, беспокойно потряхивая головами и не планируя двигаться вперед. Наверное, можно было бы забраться на дерево и прикинуть направление сверху, но деревья в этом лесу были такие тощие, что не выдержали бы никого тяжелее филина. — Пойдем пешком, — коротко сказала Галадриэль. Все-таки она была главной в этом походе и решения были за ней. Он спешился и повел своего коня рядом. Тишина, окружавшая их, казалась натянутой, ожидающей. К ней прибавился еще запах дыма. Он вплетался в воздух так постепенно, что нельзя сказать, когда именно стал заметен. Галадриэль поймала взгляд Халбранда и приложила палец к носу. Он кивнул и жестом предложил двигаться левее. Какие-то время они шли в полной тишине, старясь не наступать на сухие ветки и изо всех сил напрягая зрение и слух. Постепенно воздух стал двигаться — это, прогреваясь, наконец поднимался туман. Галадриэль сначала почувствовала лёгкую дрожь земли и едва заметное движение впереди, как будто ветер принёс шёпот угрозы. Она остановилась, инстинктивно положив руку на рукоять меча. Заметив это, Халбранд тоже замедлился, настороженно всматриваясь вперед. Через мгновение одним движением Галадриэль взлетела в седло, жестом приказав Халбранду сделать тоже. — Орки, — коротко сказала она и обнажила меч. Теперь и он почувствовал их зловоние. Тяжелое дыхание и вопли заполняли пространство. Туман вокруг них стал оживать, и из него появились фигуры орков с оружием разного вида и степени ржавости. Они с грохотом приближались, скалясь и выкрикивая что-то звериное. Галадриэль пришпорила своего коня, надеясь прорваться через нестройный ряд этих мерзких тварей, но тут вражье копье попало в шею ее лошади, едва не ранив саму эльфийку. Она кубарем полетела через голову несчастного животного, выронив свой меч и больно ударившись головой. Постепенно звуки боя возвращались в ее сознание. Она медленно перевернулась и затуманенными от боли глазами увидела, как Халбранд сражается с орками. Он двигался между ними, как вихрь: его удары были молниеносными и безошибочными. Каждый выпад, каждый блок были частью смертоносного танца, в котором он полностью преобразился. В его движениях чувствовалась пульсирующая сила, а в глазах горел огонь, которого она раньше никогда не видела. Его мощь превосходила всякое представление о простом смертном, пусть и опытном воине. Галадриэль отыскала глазами свой меч и двинулась к нему. Казалось, она сделала лишь пару шагов, пока Халбранд отбивался от полдюжины орков. Но не все они были заняты им — один гаденыш увидел ожившую Галадриэль и прыгнул ей на спину, снова сбив с ног. Преодолевая тошноту, она попыталась перевернуться и скинуть его, но, почувствовав лезвие на своей шее, замерла. Обезглавив последнего орка, Саурон обернулся. Галадриэль лежала на животе, неестественно прогнув спину. Сверху на ней сидел орк и крепко держал эльфийку за волосы на затылке. Черное зазубренное лезвие прижималось к ее белоснежной шее. — Стой на месте, человек, или твоя эльфийская подруга умрет! Саурон посмотрел на Галадриэль: она сжимала зубы, не издавая ни звука и не в силах пошевелиться. Было видно, что ей больно и страшно. Остановившись и глядя прямо в глаза орку, он сказал: — Нуш урауг, шары бурз, дах ну. (Отпусти ее, давай поговорим). Орк, несколько удивленный черным наречием из уст смертного, чуть ослабил свою хватку. — Тьшаг, кунчи? Ты говоришь нашим языком? Зачем тебе это? Чего хочешь? — Она ценная, и ты не знаешь, у кого отнимаешь жизнь. — ответил Саурон, с холодной угрозой в голосе. Орк колебался. Он посмотрел на Галадриэль, затем снова на человека, заинтересованный, но недоверчивый. — Зачем мне верить тебе? Что за интерес у меня отпустить ее? — Ур, бурзум иш феэр, дах буб-хош. (Её жизнь стоит дорого. Хочешь ты столкнуться с гневом того, кто пойдет мстить за неё?) Дрожь промелькнула в глазах орка, его рука немного ослабла. — И что мне за это будет? — Когда станет известно, что ты пощадил её, ты будешь вознаграждён, а не проклят, — ответил Саурон, делая шаг вперед и опуская свой меч. Орк, ещё секунду колеблясь, наконец уступил. Он слез с Галадриэль и непередаваемой иноходью стал пятиться в туман. — Забирай её, но ты должен мне. Тауура-ук, гхолур. (Запомни это, человек), — буквально выплюнул орк напоследок.