Предчувствие (дополнительные сцены 1 сезон 7 серия)

Ночь обволакивала тишиной все вокруг, лунный свет проникал в щели на крыше и серебрил волосы Галадриэль. Она лежала в неудобной позе, притянув колени к груди. В ее глубокий сон медленно вползал кошмар: она вновь оказалась в холодных темных водах, которые беспощадно тянули её на дно. Вода была тяжелая и тягучая, словно сама тьма проникала в лёгкие. Сердце Галадриэль бешено колотилось, и в каждом ее обессиленном движении была отчаянная борьба за жизнь. Она видела, как свет у поверхности начал исчезать, оставляя её в одиночестве и удушающей темноте. Воздух в легких заканчивался. Тишина разрывалась от бешеного стука сердца. Галадриэль отчаянно пыталась выплыть, но руки уже немели и силы таяли. В какой-то момент она поняла, что больше не может сдерживать дыхание. Сделав последний рывок вверх, она инстинктивно вдохнула, ожидая, что в лёгкие ворвётся ледяная вода. Но вместо этого она резко проснулась и села, шумно хватая ртом воздух. Постепенно темнота перед глазами Галадриэль обретала очертания: стены, сено, ее собственные руки и ноги. Она закрыла лицо ладонями, пытаясь восстановить дыхание и все ещё не веря, что этот кошмар закончился. Это не первый раз, когда она оказалась в ледяной западне, но к такому ужасу невозможно привыкнуть. Теплые руки Халбранда легли ей на плечи, и в темноте тихий голос сказал: — Галадриэль, это всего лишь сон. Она закрыла глаза и запрокинута голову назад, разминая затекшую шею и плечи. Халбранд, склонился ближе и потянул ее на себя. Не имея сил и желания сопротивляться, она подчинилась его прикосновению. Она легла ему на плечо и обняла за талию. Сквозь одежду Галадриэль слышала ровные удары его сердца, и постепенно ее собственное тоже успокоилось. С Халбрандом она чувствовала себя в безопасности и защищённой от мрака, который казался неотступным еще несколько минут назад. Его присутствие дарило тепло, непонятным образом разгоняя все тревоги и страхи. Она не могла объяснить, почему рядом с ним ей было так спокойно, но это чувство было таким же реальным, как сено под ними. Она прикрыла глаза, убаюканная этой неожиданной нежностью, и позволила себе снова погрузиться в сон, теперь уже без видений. *** Он лежал и думал о том, что будет скучать по ней и ее строгому взгляду и голосу, когда для них всё закончится. Он чувствовал, как крепко держит её сейчас, готовый защитить от любой опасности, даже в её собственных снах. Но только не от себя самого. В какой-то момент придётся сделать выбор, от которого их судьбы, скорее всего, разойдутся. Но в эту тихую ночь он позволял себе просто наслаждаться её присутствием. А вдруг у них есть шанс? Саурон открыл глаза и осознал, что лежит на мягкой траве. Вместо крыши сеннóго сарая над ним простиралось голубое небо с медленно плывущими барашками облаков. Было тихо. Казалось, само время замедлило ход. Легкий ветерок шевелил светлые локоны Галадриэль, которая по-прежнему покоилась на его груди. Охваченный странным чувством умиротворения, он потянулся, желая поцеловать ее, посмотреть в ее бездонные глаза, увидеть улыбку. Когда его губы соприкоснулись с её, нежность скрылась под волнами ледяного ужаса. Голова Галадриэль безвольно запрокинулась, и ее потухшие глаза уставились куда-то сквозь пространство. По ее плечам и груди текла кровь из глубокой раны на горле. Краски жизни уже покинули тело. Скованный страхом и недоверием, Саурон медленно поднял взгляд: земля была сырой и липкой от росы и крови. Вокруг простиралось поле боя, усеянное изломанными и окровавленными телами эльфов. Его собственные руки были в крови. Внутри него поднялась буря эмоций - смесь гнева, боли и необъяснимой утраты. Тревога накрыла его темной волной. Самый сильный страх — потерять то, что кажется невозможным удержать, — разгорался в его сознании, принося чувство беспомощности. И пока его разум тонул в тенях обреченности, сердце колотилось, напоминая о далёкой надежде на спасение, на то, что это всего лишь иллюзия... От ощущения неизбежности и отчаяния он закрыл лицо руками. Саурон открыл глаза. Крыша, запах сена, первые лучи рассвета. Галадриэль что-то пробормотала во сне, по-прежнему обнимая его. Предчувствие ядовитой змеей свернулось на сердце.