Часть 7

***

Следующий раз, когда Кора Лиам и Скотт оказываются на Кадаре, заканчивается потасовкой в баре. Тот Альфа обещал ему отомстить. И он пришел со всей своей стаей, заряженный различными веществами и наемниками. В этот момент Скотт ждал связного в баре, но вместо него вывалилось несколько негодяев, опрокидывая парня на стол и громко хохоча. — Ха-ха! А вот и наш щенок! — взревели бугаи, сильнее вжимая Скотта в стол, отчего его руки дико болели, а мышцы ныли. В другой части комнаты Лиама отрубили ударом бутылки о голову, он лежал подрагивая на полу. В боевой стезе осталась лишь Кора, которая умело отбивалась от бандитов биотикой и своим мастерством. Пока не пришел вожак. Он схватил ее за горло, в пекле боя, а руки связал автоматическими наручниками — А ты боевая леди, будешь моей. — он громко посмеялся и ударил Харпер по лицу с силой, откидывая ее на холодный пол. Скотт, наблюдая за этим со стола бара, дико взревел — СЭМ, силовой! — и бугаи полетели в разные стороны, не выдерживая резко возросшей мощи парня, который уже сократил расстояние между столом и вожаком Альф в считанные секунды. Один точно вымеренный и жестокий удар, Райдер не сдерживался, да и не собирался. Вожак полетел к ближайшей плитке на полу с фонтаном и характерным треском сухожилия в носу. — Не трогай мою стаю — медленно рыча говорил Скотт, выводя каждое слово, чтобы вожак мог его слушать отчетливо и понятно, в надежде, что этот полудурок больше не предпримет действий в их сторону. В это время открываются двери в бар, где наконец всех выводят на улицу, и тех кто дрался и тех кто стоял позади. Райдер вел под руку и Кору и Лиама, помогая им передвигаться, хотя сам тоже был хорошенько побит, кое-где синяк, кое-где кровотек, но хотя бы Лекси будет ругаться не только на него.

***

Скотт сидел вместе с Корой в медотсеке, ожидая когда придет Лекси после огромного чтения нотаций о безопасности и соблюдения дистанции с недовольными и пьяными людьми. Они решили немного соврать, приукрасить, чтобы ей не пришлось читать про конфликт стай — У тебя о-о-о-о-огромный синяк, Скотт — тихо усмехнулась Кора, смотря в лицо Райдеру, где под разбитой губой красовался синий, уже переходящий на фиолетовый цвет, пятнистый рисунок. — Синяки и шрамы украшают мужчину хм? — с усмешкой обратился он, наклоняя голову к Коре, вызывая еще один смешок с ее стороны — Тебе вполне идет и без них — она соединяет свои губы с его, аккуратно, дабы не потревожить его рану на губе, нежно, и заботливо. Слюна Омег лечебна, вызывает обезболивающее действие, чем и хотела бы похвастаться Харпер, но на самом деле, ей просто хотелось прочувствовать Скотта спустя долгое время, хотелось наполнить свои легкие его сладким и пленяющим ароматом, отдаться ему… — Меня не было пять минут… — недовольно повысила голос Лекси, заходя в медотсек, отвлекая влюбленных друг от друга. Отчего они оба отстранились и посмеялись. — Нас нельзя оставлять вдвоем, док — через смех сказал Скотт, прижимая Харпер к себе ближе и ласково проводя по ее спине. И она сейчас была самой счастливой девушкой, которую могла о себе вспомнить. Никогда ей еще не было так хорошо и приятно…

***

И вновь Воелд сурово относился к чужакам на своей территории. Скотт с Драком, Ветрой и Корой зачищали лагеря Кеттов в поисках плененных Ангара. И их поиски увенчались успехом, множество ангара были спасены, однако последние сообщили о работах со взрывчаткой Кеттов, судя по всему они что-то пытались откопать. И успех продолжался вплоть до последней комнаты, где находился огромный ИИ, они были не готовы к тому, что призрак проглотит заряженную гранату и подбежит к ним вплотную. Единственный, кто успел среагировать это Скотт, поставив перед командой барьер. Граната взорвалась, немного поранив Райдера, пробив его барьер и броню, небольшие осколки впились в грудь и плечи, но серьезных повреждений они не нанесли. Но кое-что было уникально, на что сразу среагировал СЭМ [ЛК] — Скотт, я обнаружил повышение уровня Нулевого элемента в твоей крови. — прозвучал металлический голос в голове Райдера. — Звучит не очень оптимистично. [ЛК] — Я попытаюсь собрать как можно больше данных. Но данные подождут, ведь пещеры Воелда состоят на 95% из воды и до твердого камня там довольно глубоко. Лед от такого трюка с гранатой начал идти огромными трещинами, оголяя некоторые слои, но если под ногами лед был больше 50 сантиметров в глубину, то сверху явно меньше. Из-за чего началось обрушение, почти моментально команду разделило надвое огромным куском льда, огородившим Скотта и Кору, заперев их в маленькой комнатке два на два метра. Он бы побеспокоился о здоровье Драка и Ветры, если бы не запах свежей крови, что впала ему прямо в рассудок. Он обернулся на Кору, что лежала на снегу и держалась за ногу, в ее правой ноге торчал крупный сталактит, парень недолго думая опустился рядом, чтобы поддержать ее — Кора… — он прикладывает свою руку в броне к ее лицу, нежно поглаживая ее по еле теплой щеке — Я здесь… Я рядом… — он прислонил свой лоб к ее, дабы успокоить свою девушку Она тяжело дышала, но улыбалась, она знала, что он спасет ее. Снова и снова он был рядом, когда ей было плохо или больно. И он всегда помогал ей, спасал ее, несмотря ни на что. И сейчас медленно истекая кровью от впившегося сталактита в ногу, она лежала и старалась особо не двигаться, ей было дико больно и она знала, что Райдер это все видит и чувствует, постоянно шмыгая носом от подступающего яркого запаха крови. — Я попытаюсь связаться с «Бурей», мы вытащим тебя отсюда, я обещаю. — она коротко кивнула на его слова и расслабилась, попыталась отвлечься от этого чувства напряжения и боли, но это было довольно тяжело. Она слышала позывные «Бури» и молчание по их частоте, это радиомолчание злило и пугало Скотта, она слышала как он ходил из стороны в сторону в попытках найти решение. — Что такое, СЭМ? — услышала она нервный голос Скотта вновь спустя пару минут — Ты уверен? Другого выбора нет? — ему явно не нравилось, что предлагал его ИИ, который всегда старался сделать ситуацию подконтрольной. — Боже, СЭМ… — Райдер тяжело вздыхает и смотрит на Кору, он медленно садится рядом с ней — Кора… — он начинает медленно, чтобы не напугать ее, она может лишь промычать в ответ, она чувствует как болит ее нога, и как он использует панацелин, чтобы ей стало легче. — Мне придется отключить этот обогреватель, который у нас есть — он указал пальцем на небольшой обогреватель, который давал им в течении этих минут трех четырех тепло, чтобы не скукожиться от холода — Иначе ты истечешь кровью раньше, чем придет помощь… Я не могу этого позволить… И он вновь старается ради нее, он ведь тоже будет терпеть сильный холод до прихода помощи, если она вообще прибудет. И он готов страдать ради нее, жертвовать своим комфортом. А Кора лишь слабо кивает, давая обратную реакцию своему Альфе, а следом чувствует холод, который начинает пробираться в ее организм, и она чувствует, как замерзает ее нога вместе с огромной сосулькой внутри, кровотечение действительно замедлится спустя время, вопрос не придется ли ампутировать ей ногу? Ее рассуждения прерывает Скотт, который целует ее в щеку, прислоняется, излучая свое тепло хотя в район головы, чтобы Коре было комфортно. Пока он не слышит треск льда и не отстраняется от нее, оборачиваясь назад, судя по всему команда начала откапывать пару. Он встает и сразу же закашливается, на его лице сильная боль, но он выпрямляется и подходит ближе ко льду, включая винтовку на технологии реликтов, помогая прорезать отверстие Драку и Ветре с другой стороны. Харпер не может понять, в чем заключается его боль и все что она слышит, это обращение к СЭМу — Я знаю, СЭМ, но я должен. Ты узнал? — он снова кашляет, лейтенант боится, что он подхватил что-то серьезное в этой гранате, думает о худшем. — Обнадеживает… — он разворачивается, чтобы взглянуть Коре в глаза и неуверенно улыбнулся с огромной болью в глазах. Харпер не знала, сколько времени он помогал, чтобы раскопать их, она была сосредоточена на том, чтобы не отключиться и не двигаться, несмотря на всю боль. И тут она слышит громкое падение льда, она рефлекторно поднимает голову. Перед ней картина, что Ветра и Драк выбивают лед и придерживают Скотта, он кивает, что все хорошо и идет к ней. Он сильно утомился, это видно по поту, что стекает с его лба, его боль в глазах и радость. Кора чувствует, как он аккуратно винтовкой отрезает верхнюю часть сталактита, оставляя только небольшой кусок и поднимает ее на руки, тащит к выходу, чтобы она не ходила, чтобы ей было комфортно, она устремляет взор на его лицо, где медленно с носа течет капля крови, стекая на губы и огибая продолжает путь к подбородку. — Я знаю, СЭМ — слышит она его слабый голос — Но они утомились доставать нас. Я не могу по другому. — ей становится тяжело держать себя в сознании, она смотрит, как еще одна капля течет с носа Скотта, преодолевая тот же самый путь и падает в предыдущей с подбородка, оставляя слабый след по пути. И она отключается…

***

— Кора, прекращай себя мучить. Мне просто больно на тебя смотреть… — он кашляет, по его уголку рта стекает небольшая капля крови — Не виновата ни ты, ни Ангара, ни эти чертовы заряды в желудке той твари. Кора молчит, смотря на то, как капля опускается ниже и стекает по его подбородку — Мне кажется у меня дежавю… — шепчет он, поднимая свою голову выше, отстраняя свой взгляд и устремляя его в потолок — Может просто судьба у нас, у Райдеров, такая тяжелая… — Не говори ерунды… — шепчет Кора, вытирая каплю крови своим рукавом, что продолжала скользить по его шее и рвала сердце девушки. Яркий запах искусственной крови впал ей в нос, вызывая отвращение. Скотт уже страдал сильной анемией после первого раза. Потерять больше литра в следующие разы, означало неминуемую гибель. И если кровь, что пожертвовала Кора и что ввела Лекси не приживется, если эта кровь будет просчитана как вред организму… Эта мысль пугала лейтенанта. — «Ни одна жизнь для меня, не стоит так дорого, как твоя.» — прошептала Кора, опуская свой взор на белый и холодный пол медотсека. Он тащил ее на корабль рискуя своей жизнью. Когда Кора проснулась, рядом стояла Лекси и работала над Скоттом, он был подключен к кислородной маске, к различным датчикам и стояла особая капельница, которая выкачивала что-то из его организма и качала новое. Первое, что она попыталась сделать это встать, но доктор ей запретила. Кора потеряла буквально около 300 миллилитров крови, это не так критично, как ситуация Скотта раньше, но у нее было серьезное обморожение, потому она лежала в тепле и при искусственном обогревателе. Два дня она наблюдала беспомощно за работой доктора, надеясь, что он очнется. На третий день Лекси отпустила Кору в его комнату, чтобы ей было удобно спать и не напрягать так сильно ногу из-за подъемов и спусков. И ввела в курс дела со здоровьем Райдера. Он был в критическом состоянии аннуляции организма, когда его клетки мутируют и уничтожают его, считая вредителем. Как пояснила Т’Перро, это вызвано резким повышением Нулевого элемента в его крови, которое спровоцировало осложнение. И от этой новости Кора не могла спокойно спать, не могла спокойно смотреть на него. Он жертвовал собой ради нее во второй раз. Скотт очнулся на пятый день, но был слаб и почти не двигался, лишь шутливо отбрасывая злую судьбу, но сейчас, наедине, он волновался за нее и вздыхал. Он приносил ей мучения, приносил боль своим видом, тогда на Воелде он не мог ждать, пока придут другие члены экипажа, чтобы помочь ее дотащить. Драк сильно повредил руку, практически сломал. Ветра подвернула ногу и прихрамывала, ее равновесие было нарушено и Драк поддерживал ее. А Скотт нес Кору. Так они и распределились, не зная, что происходит внутри организма их Первопроходца. Сейчас же «Буря» летела на «Нексус» с надеждой, что у них или на «Гиперионе» есть лекарство или достаточно донорской крови, чтобы вытянуть Скотта из этого состояния. Но плохой исход, худший что могла представить Харпер, не покидал ее голову. Пока его еле теплая рука не сжалась на ее легкой и холодной, мимолетно отвлекая от плохих мыслей. — Я люблю тебя — шепчет Скотт, тяжело вздыхая и откашливаясь от еще одного приступа, который привлекает внимание Лекси, что моментально влетает в медотсек. Доктор выводит лейтенанта из отсека, закрывает двери, затемняет окна. И Харпер остается лишь гадать, что с ним будет дальше… — Я тоже люблю тебя… — шепчет она в пустоту, прикладывая открытую ладонь к холодной и запертой двери отсека.

***

— Скотт… Твое состояние ухудшается. Боюсь мы будем вынуждены отправить тебя на «Нексус», к более квалифицированной помощи. — Что за глупость, Лекси. Ты отлично справляешься самостоятельно — его постиг сильный приступ кашля, выдавливая кровь с его уголков губ. — Если себя не жалеешь, пожалей Кору. Она плохо спит и заботиться о тебе, переживает. — Лекси замолкает и больными глазами смотрит на больного. — Я думал об этом каждый день, когда вижу ее уставшую, измотанную… И все пытается выглядеть будто все в порядке… — парень вздыхает и закрывает глаза. — Я люблю ее Лекси. Я не хочу, чтобы она страдала из-за меня. Когда я вижу ее такой, мое сердце и душа рвется на части. Я чувствую огромный груз вины перед ней… — Тогда мы отправим тебя на «Нексус», Скотт. Прошу… — Т’Перро опускается рядом с ним, и он согласно кивает, с его щеки падает одна единственная слеза, указывающая, как ему тяжело дается это решение, отказаться от заботы Коры в пользу ее состояния. Но он никогда не был эгоистом, он всегда принимал решения, которые были ему не выгодны. И сейчас его вел здравый смысл, чем быстрее он поправится, тем будет лучше им обоим. Тем будет лучше ей. — Тогда я вызываю докторов для передачи…

***

Передача Скотта на «Нексус» была болезненной новостью для Харпер. Его медленно перевозили на каталке, ведь ходить он уже не мог. Болезнь прогрессировала с ужасной скоростью, отравляя душу и сердце Коры. Она не отступала ни на шаг, пока директор Танн не положил ей руку на плечо и не отвел в главный кабинет. «У нас есть лекарство от его отравления нулевым элементом, но к сожалению его не хватит, чтобы стабилизировать его состояние. А доктор, который разрабатывает данное лекарство был потерян в секторе Сефеса. Если хотите, можете его вернуть или узнать формулу. Я разрешаю вам работать в связи с увеличением больных нулевым элементом. Свободны.» — заявил ей директор Танн довольно прискорбные новости, которые заставляли ее сердце сжиматься. Ее любимой и родной Скотт не сможет до конца вылечиться от недуга, как и множество других пациентов. И их будут просто держать в агонии. И Танну не важна жизнь Первопроходца, если бы он был болен один? Он бы послал ее к черту? Харпер была убита своими мыслями. И она согласилась найти этого доктора, согласилась последовать за ним в систему Сефеса, где он последний раз находился, а после был потерян сигнал. В надежде, что она сможет его отыскать. Ее нога уже была в оптимальном состоянии, чтобы бегать и ходить на длительные вылазки. Современная медицина творит чудеса. След привел ее на планету Хофизе. Датчики сообщают о довольно холодном климате около -82 градусов по Цельсию, но внутри имеются пещеры с неизвестным грибком, который СЭМ определяет по карантину второй уровень. — Крупные колонии подобных грибов существуют под поверхностью Хофизе, полностью занимая пещеры до шести километров длиной. — прозвучал статус СЭМа. — Есть вероятность, что доктор находится в них? — Следы ведут на данную планету, внутри пещер температура может сохраняться вплоть до -15 градусов, что считается терпимой температурой. Доктор пропал четыре дня назад, шансы на его выживание стремятся к нулю с каждым часов. — Хорошо, предупреди Драка и Ветру, что мы выдвигаемся. И эти грибы действительно удерживали тепло внутри планеты, однако прикасаться к ним было неразумно, из-за чего Драк шел впереди с портативным огнеметом и выжигал путь внутрь, единственный след, который у них был — маячок аварии. Этот маячок и привел их на планету, а теперь вел в ее глубь. Они шли так около двадцати минут, пока не наткнулись на рукотворную постройку, наподобие небольшой базы, что легко могла собрать команда доктора. А рядом с постройкой в темноте, шевелилось что-то живое. — Хей? — отозвался голос Ветры по направлению к движению, но вместо адекватного ответа, команда услышала крик и визг, на четвереньках к ним бежал солдат Альянса, покрытый с ног до головы этим грибком. Решение было принято мгновенно, Драк сжег парня до основания. — Давайте найдем дока, пока не превратимся в это — Драк отпихивает ногой обожженного человека, вены которого и глаза были полностью заполнены неизвестной черной жидкостью — Предлагаю разделиться и взять зажигательные патроны, чтобы уничтожить эту дрянь — прозвучал приглушенный голос Ветры, когда она рассмотрела два разных туннеля. — Если наш док еще жив, то это лучшая идея. — Драк повернулся к Коре — Что скажете, босс? — Я останусь здесь, поищу записи, вы идите вперед и держите контакт открытым — и после этих слов и согласным кивком они отправились по разные туннели, оставляя Кору наедине со строением и обожженным человеком. И почему этот дурак оставил формулу лекарства от нулевого элемента старой версии? Почему не оставил последние наработки? Почему он такой легкомысленный?! Кору рвало от внутренних вопросов, которые были настолько противоположными и глупыми, что она не сдержала свой гневный выдох и приступила копошиться в вещах, которые находились внутри строения. На ее удивления этой мерзости не было внутри, и все выглядело достаточно прилично. Но потратив на это дело около десяти минут, рассмотрением разных отчетов и записей, она так и не нашла заветной формулы или ответа на вопрос, где доктор? И не получила даже ответа — почему он так поступил? Она была в панике, была шокирована от тупости доктора и была в смятении. Что если она не поможет Скотту? Что если он не поправится?.. Она чувствовала большое гложущее чувство вины, которое разъедало ее изнутри, которое сопровождалось сильной головной болью — Ты ничего не нашла, милая? — голос Скотта врезается в ее подсознание. Это пугает Харпер, заставляет ее оглянуться вокруг, но его рядом нет, ей все это кажется — Ничего страшного, Кора, я знаю ты старалась. — она готова поклясться, что слышит как он улыбается, как он шепчет ей на ухо, но ведь… Его здесь нет… — Что происходит? Скотт? — тихо шепчет она в пустоту Она осматривается, пытаясь увидеть хоть что-то в этой мгле и в этом злостном копошении, ее взор туманится, перед глазами темнеет и почти ничего нельзя разглядеть. «Ты ведь поможешь, Кора?» — звучит глухой мужской голос в ее голове, она не может его узнать, он сильно искорежен, поврежден. И она слышит выстрел из снайперской винтовки. Оборачиваясь, она стоит посреди кладбища, где виднеются сотни, если не тысячи могил, а около самой забытой и полуразрушенной могилы сидит силуэт, он сжимает фотографию и грузно вздыхает. «Ближе, Кора…» — слышит она низкий и хриплый голос мужчины Она медленно подходит к нему, его лицо искажено, залито черной жидкостью, и силуэт протягивает ей в руки фотографию, где она видит семью, но все лица на фотографии закрыты черной жидкостью, на этой фотографии можно лишь разглядеть четыре силуэта. А после мужчина указывает на могилу, перед которой он сидит. Ее тело пробирают мурашки, заставляя сердце пропускать десятки ударов, а тело неметь от подступающего ужаса и холода пробирающего до костей. «Скотт Райдер» — гласит надпись на могиле. Она отмахивается, пытаясь отогнать ужасные мысли, которые лезут ей в голову и сосредоточиться на реальности. «Ты ведь поможешь, Кора?» — звучит глухой мужской голос в ее голове. И она слышит еще один выстрел. Около ее уха проносится пуля, которая отражается от барьера, Кора инстинктивно прижимается к первой попавшийся стене. Рядом с ней прижимается Скотт. Он выглядит здоровым, напряженным, но улыбается ей и кивает в сторону противников, они понимают друг друга без слов, понимают на уровне жестов. Кора бросается вперед на противника своей биотикой, а Скотт отстреливает со снайперской винтовки подступающих противников. Но последний упырь кидает уже взведенную гранату, что разрушает мост перед ней, увозя ее с балками вниз, она цепляется за край, за единственную опору, смотря вниз на огромную пропасть. Скотт бежит по металлическому мосту к ней, забывая о своей безопасности, ему главное спасти ее. Она с силой хватается за эту опору, в надежде что Скотт спасет ее, он всегда спасал ее, он всегда был рядом, когда ей нужна была помощь «Ты ведь поможешь, Кора?» — звучит мужской голос в ее голове, который становится громче, но все еще слишком искореженный и она не может понять чей он. И она слышит выстрел. Ее опора уходит из-под рук и она срывается с моста, падая в бездну, слыша лишь его протяжный крик «Не-е-е-ет!», она закрывает глаза от страха, пока падает. А после чувствует, как приземляется на что-то холодное, что-то мягкое. Она открывает глаза и видит снежную пургу — Воелд. Ее окутывает снег, который продолжает идти и засыпает все окрестности, который заметает следы. Она подскакивает и оглядывается, на снегу видны следы ее группы, она отстала. И хватая дробовик из сугроба бежит по следам в надежде нагнать свою команду, догнать Скотта. Она чувствует тревогу, когда доходит до небольшого здания и слышит автоматную очередь сбоку, она краем глаза замечает Лиама, который истекает кровью и как над ним стоят Кетты. Много Кеттов. Она рефлекторно стреляет в них, выпуская весь боезапас, а когда термозаряды заканчиваются, она бежит сломя голову в сторону от строения, узнавая в нем архитектуру Кеттов. Она бежит рывком биотики к ближайшей небольшой установке, за которой она может укрыться и перевести дух, пока Кетты ищут ее в пурге. Она слышит копошение рядом с ней, она опускает взор на силуэт мужчины, который смотрит на фотографию семьи, теперь там отчетливо видны лица. Харпер не может произнести ни слова, перед ней сидит Алек Райдер, ее наставник, отец Скотта и Сары, давно умерший Первопроходец. Поглаживая лицо Скотта и смахивая с него снег, Алек поднимает на нее взор, его глаза полны боли и надежды «Ты ведь поможешь ему, Кора?» — звучит голос Алека в ее голове громко и отчетливо. И она слышит выстрел вперемешку с криком «Помоги-и-и-и-и! Помоги, Кора!» — крик Скотта эхом пронесся по ее сознанию и она пулей вылетела из-за укрытия, покрываясь мурашками, раскидывая Кеттов в разные стороны своей биотикой и взяв первый попавшийся ствол она убивает их их же оружием. Она смотрела прямо в глаза Алеку Райдеру и в то же время рвалась в здание, от которого так быстро убегала. Рвалась, убивая всех на своем пути. Она слышит крик боли, прорубающий ее сердце насквозь и оставляя на нем глубокие кровоточащие шрамы. Она бежит вглубь комплекса и замирает, смотря на обвал, из-под которого льется красная кровь, много крови. Она обвивает нос Харпер, заставляя ее скорчится от неприятного запаха гнили и яркого запаха металла. В обвале лежат Кетты, как тогда… Многие из них уже сгнили, черви выползали из глаз их орбит, вызывая рвотный позыв. А рядом с большой красной лужей была и зеленая, что несла в себе несколько внутренностей, патронов и личинок. Она слышит крик ее Скотта, который резко замолкает. А из-под обвала на красном гребне волны выплывает фотография семьи Райдеров, где единственным не окрашенным кровью членом семьи осталась Сара… — Лейтенант, уровень радиации возрастает. Барьер и броня не выдержат долгое время в такой среде. — прозвучал металлический голос СЭМа, который вывел ее из кошмара. И теперь Кора понимала, голос ее любимого был лишь отзвуком ее больного сознания, все что она видела лишь больное сознание, которое тянуло за нужные ниточки, заставляя и принуждая лейтенанта идти дальше под воздействием радиации. Костюмы спасали, но видно эти грибы фонили куда сильнее, чем предполагалось изначально. — Передай команде, чтобы Лекси была наготове. Мы найдем этого доктора в этом богом забытом месте. — Кора прижимает руку ближе к своему сердцу и сквозь рассудок смотрит на первоначальную фотографию. Она обязана ему помочь. — Принято, лейтенант. И спустя две минуты она слышит ответ по рации — Я нашла нашего доктора, мы идем к месту встречи. — Ветра звучала ободряюще, значит он был еще живой, или хотя бы не настолько грибковый, как его товарищи. — Принял. Возвращаюсь — послышался голос Драка и звук хлестания огня о стены. — Приняла. Ожидаю на точке. — ответила Кора и взглянула в туннели, где уже был заметен слабый проблеск фонарей…

***

— Кора, рад вас видеть — произнес Гарри со слабой и наигранной улыбкой. — Ты сказал у тебя срочный разговор по поводу Скотта — Кора звучала холодно, равнодушно, но внутри ее сердце пропускало удары, когда с ним было что-то не так. — Да… Его болезнь от нулевого элемента куда глубже, чем нам казалось изначально — он вздохнул и открыл свой омнитул, чтобы показать графики — Его мама была подвержена заражению элементу с зачатия близнецов, что привело к развитии их биотики. Но если Сара тренировалась с ней и умеет ею пользоваться на постоянной основе… — То Скотт предпочитал ею не пользоваться… — Именно. Поэтому его сестра не подвержена ухудшению состояния, а вот Скотт да. С помощью Доктора Хью мы создадим антидот, но будет ли он особо эффективен мы не знаем… — Гарри закрыл омнитул и взглянул в потерянные глаза Коры, ее маска равнодушия спала, показывая ее истинные чувства и мнение по этому поводу. — Но есь призрачный шанс… — Говорите — Вы биотик с рождения. Ваше постоянное влияние может помочь ему справится с ядом в организме. — Вы хотите предложить мне постоянно использовать на нем свою биотику? — Да. И чем глубже вы сможете проникнуть, тем проще будет антидоту взаимодействовать. — Хорошо… Я попробую — вздохнула Кора, вспоминая теплые руки Райдера на ее лице, бедрах, его игривый взгляд и сладкий аромат. Ради него она готова была научится очень тонкой работе с биотикой…

***

Кора очень долго тренировалась в своей биотике, создавая потоки не мощности, а точности. Первое время было очень тяжело учиться новому, ведь для нее биотика была — выпустить, зарядить, оттолкнуть. Убийственное сочетание, которое производит серьезный взрыв. Но в этой ситуации, ей нужно было другое, в чем ей серьезно помогала Лекси. Лекси проводила с ней часы, между работой, помогая Харпер созидать биотику, как что-то приносящее пользу и удовольствие, а не способ разорвать кого-то на части. Пока Кора училась — Скотт лежал на «Нексусе» и ждал. Ждал, когда они будут готовы забрать его. И часто его посещали кошмары, кошмары, в которых его Харпер остается одна, где она бросает его и уходит к другому более сильному. И это пугало его, оставляя зарубки на израненном сердце, он хотел быть ей больше, чем просто лучший друг или любовник. Он хотел пойти по стопам своего отца и связать свою жизнь с Омегой, связать до конца своих дней и отдаться ей полностью. Но быть лучше своего отца, быть примером своим детям, а не стимулом к взрослению и побегу. И когда его наконец забрали, и Кора с Лекси работали биотически с его организмом, он был приятно удивлен. Лекси рассказала все в подробностях, как его заместитель волновалась и как хотела его лечить, как хотела помочь ему. Скотт днями проводил в медотсеке, лишь иногда выезжая на коляске, ведь ходить самому еще не хватало сил. И часто Кора помогала ему ездить по кораблю, обсуждая с ним все новости, все опасения. А он ласково успокаивал ее. С того дня Скотт вновь задумался о той глупой легенде, где души Омеги и Альфы связаны. И эта связь крепче любого сплава и титана, крепче любой породы. Об этой легенде думала и Кора. Она мечтательно вспоминала, как ее мама рассказывала ее на корабле «Когда Омега и Альфа встречают свою истинную пару, истинную сущность, они чувствуют прилив сил, чувствуют что могут свернуть горы и организм из полного истощения может продолжать сражаться за жизнь своего партнера, ценой своей собственной.» - мама мечтательно разводила руками перед собой, крепче прижимая к себе дочку. «Опять ты рассказываешь ей эти глупые легенды. Она же не дурочка, не расти в ней этого мечтателя» — послышался грубый голос с двигателя, со звуком упавшего ключа и машинного масла. «Дорогой, в жизни каждого человека должна быть мечта, которая дает надежду. Не отнимай ее у Коры» «Пф-ф-ф. Ерундовина какая» «Не слушай папу, дорогая, я знаю, что ты найдешь своего Альфу, несмотря на все ужасы и сложности. Главное держаться этой цели» — она ласково ткнула пальцем в нос дочери и продолжила смотреть в потолок, будто видит сквозь него прекрасные звезды. — И я нашла его, мам — тихо прошептала Кора, смотря на дремлющего Скотта в медицинском отсеке. Он чувствовал себя намного лучше, был еще слишком слаб для полноценных вылазок, но уже мог начинать работу в политической сфере.