Глава 19.

      — Изуку, — кивнул Незу вошедшему ученику, отставляя в сторону ноутбук, в котором до этого что-то печатал. — Рад, что ты пришел так быстро.       — Усагияме пришел вызов, и она отправилась причинять добро и наносить справедливость, — уселся в кресло Мидория, иронично ухмыльнувшись одним краешком губ. — Так что у меня было достаточно времени, чтобы привести себя в порядок.       — «Причинять добро»? — Морда мыши исказилась в веселье. — Мне нравится, как это звучит. Но вернемся к тому, ради чего я тебя вызвал. — Парень молча кивнул, убрав с лица ухмылку. — Как ты знаешь, я уже давно начал усиленно копать под комиссию общественной безопасности. И лишь после твоих слов о будущем подкорректировал вектор поисков, — парень снова кивнул, начав улавливать куда дует ветер и что мог сказать директор. Не то чтобы ему нравилось это направление мысли, но он и без того увяз в происходящем, чтобы начать внезапно открещиваться. Да и была ли вообще возможность отказаться, оставшись при этом со спокойной совестью? — И они дали свои результаты.       Незу подобрался, растеряв все лишние эмоции, оставив лишь полную серьезность. Изуку, видя подобное, едва сдержал себя от поднятия брови в немом вопросе, уж слишком эта картинна была эта сцена. Но взяв себя в руки, он все же удержал лицо.       — Мои люди, при посильной помощи Сасаки Мирайя, нашли не одного бывшего агента комиссии, которые занимались темными делами под личиной не только героев, но и полицейских, чиновников и даже медиков. — Мидория от такого расклада удивленно промычал. Все же в аниме с мангой подобное не раскрывалось или он уже подзабыл. В любом случае, даже если скидывать подобную глубину местных глубин на «реалистичность» или «мультивселенную» в которой возможно все, столь серьезный подход комиссии… Вызывал если не уважение, то нечто похожее. Серьезная организация с серьезными возможностями.       — Меня больше удивляет то, что остались те, кто мог об этом говорить.       — А-а-а, — протянула мышь. — Думал, что они избавляются от тех, кто исчерпал свою полезность? — Мидория кивнул, в конце концов это было первым, что приходило на ум. — Здесь все немного иначе. В действительности не каждый заслуживал исчезнуть при невыясненных обстоятельствах, большая часть, уходя на «пенсию», занимала малые посты в различных структурах.       — А так как комиссия имела на них компромат, они и не рыпались, делая все, что от них потребуют. — Парень был понятливым, в конце концов эта схема стара как мир и упоминалась далеко не в одном фильме, игре и книге. Действенная стратегия, пусть и со своими нюансами. Контролировать большое количество «бывших сотрудников» должно быть сложно и требует немалого штата.       — И за годы это принесло свои плоды, пусть и не стало по-настоящему масштабным. — Незу был рад, что не нужно разжёвывать эту информацию и успокаивать собеседника. А уж если бы на месте Мертвеца был настоящий Мидория, то минимум истерика была бы гарантирована.       — Куча людей на куче должностей, прикольно.       — Вижу ты не удивлён. — Хмыкнула мышь.       — Меня больше удивляет, что ты такого им всем сказал, что те пошли на контакт, при этом зная, что комиссия имеет на них не одно ведро с дерьмом.       — А вот тут самое интересное, — оскалился директор. — Работая на организацию многие годы, люди склонны замечать её… Недостатки. С возрастом мы все обретаем способность анализировать, в большей или меньшей степени. Отсюда и растут ноги их сговорчивости.       — Если коротко, то им надоело видеть весь происходящий пи… Эм, — кашлянул мертвец. — Происходящую неприятную обстановку и решили раз уж появился тот, кто может это исправить, то их показания помогут в этом.       — Это и еще многое. Некоторые оказались идейными и пришлось применить… Немного силы. — Незу даже не почесался от того, что упомянул явно не правомерные действия. — Но, в конечном итоге, большая часть банально устала бояться. Бояться раскрытия своих тайн, бояться удара в спину от бывших коллег. — Он пожал плечами. — Я всего лишь дал им то, чего они хотели — спасение. Укрытие от убийц и общественности, когда все станет известно.       — Ладно. Хорошо. Я понял. — Помассировал виски Изуку. — Но ты же явно не ради этого меня позвал, так?       — Я должен держать тебя в курсе событий, — пожал плечами Незу. — Обещал же.       — Тогда что дальше на повестке дня?       — Мы с тобой пойдем вытаскивать главного фигуранта в предстоящем судебном процессе. Того, кто участвовал в самых резонансных убийствах героев. Бывшего лучшим агентом комиссии, стрелком с тяжелым прошлым, который в будущем сыграет свою роль в известном тебе «сюжете».       Незу рассмеялся, увидев перекошенное от понимания и отрицания лицо Мидории. Уж слишком выразительными были эмоции и мимика парня.       — Пойдем, на все твои вопросы отвечу в машине.       

***

      — Сделай уже лицо попроще, — больше симоволически проворчал директор, покосившись на сидящего рядом ученика. Тот выглядел так, будто ему под нос положили благоухающую нечистотами кучу.       — Да куда уж проще, — директор вздернул бровь, находя забавным данный ответ, слишком уж у парня контрастировал тон и выражение лица. — Просто… Мне решительно не ясно зачем я тебе в этом деле. — Уже хотевший сказать Незу был перебит. — Знаю, что ты уже объяснил, но… Блять, ты серьезно?! Ладно еще твоя «инициатива реабилитации бывших героев», сошедших с геройского пути, это народ схавает и добавки попросит. Но почему именно я должен быть тем, кто должен присутствовать на её УДО?       Директор тяжело вздохнул.       — Во-первых мне нужен был повод забрать её именно на территорию Юэй, все же у нас один из самых лучших психологов в Японии, а девочка нуждается в нем.       — Ты сейчас серьезно? — Не нужно было больше ничего, слишком эмоционально глянул на мышь мертвец.       — Если ты о мнении общества касательно наличия преступника на территории школы, где куча детей, а также обязательно взбаламутившихся СМИ, которые еще не забыли атаку злодеев на лагерь, то тут все еще проще, или тяжелее. Как посмотреть.       — И?       — Она официально будет проходить реабилитацию, точнее принудительные общественные работы у нас, под присмотром целой когорты героев. Нет места безопаснее для детей и режимнее для преступника.       — Кроме Тартара.       — Кроме Тартара, — кивнул, хохотнув Незу. — Дело не в том, как все выглядит сейчас, а в том, как мы это преподнесём. Каина Цуцуми станет жертвой, нужно лишь правильно преподнести правду, что, учитывая уже добытые данные о комиссии, не станет серьезной проблемой.       — Думаешь народ клюнет?       — Не только он, но и герои, — зубасто ухмыльнулся Незу. — Уже завтра выйдут статьи, разоблачающие нечистых на руку чиновников комиссии, под которые мы банально подвяжем неправомерное ими использование героев для устранения своих проблем. И тут даже не будет лжи, ведь они не только убивали зарвавшихся геройчиков, но и помогали себе. Вот ты, к примеру знал, что второй заместитель президента КОБ (комиссии общественной безопасности) владеет бизнесом, проблемы с которым решил как раз таки руками Каины?       — Ну, что все настолько плохо для меня открытие, — фыркнул мертвец, вспоминая резонансные истории о чиновниках своей родины. Ничего нового он для себя не подчерпнул. Мир каким был, таким и остался. — А что сама комиссия? Не взбрыкнет? Не решит избавиться от той, кто знает слишком много?       — Конечно решится! И раз Каина будет на моей территории, то и схватить исполнителей, а также допросить их будет плевой задачей. Даже если они примут яд, Исцеляющая Девочка и приобретенные благодаря Тоши чудеса технологий Ай-Острова их откачают.       — А-а-а, вот где собака зарыта, — понял мертвец. — Ловля на живца и создание прецедента, так? Хочешь ткнуть КОБ в свежее дерьмо, а не подсохшее.       Незу хищно оскалился. Этот план он явно готовил долго, и именно последнее должно было стать главной причиной присутствия Наган в Юэй, где директор царь и бог. А все что было до этого, объяснения и прочее, лишь ширма. Удобные объяснения. И знать правду будет лишь полтора землекопа, остальные же, те же учителя, будут использоваться в темную. Вероятно. Ну, так думал мертвец, зная обо всем что раньше делал Незу.       — А что, если они не нападут?       — Сперва мы пустим слух, что Цуцуми будет давать показания касающиеся прошлых, уже закрытых дел, а также тех, которые доказать не смогли. Это должно подтолкнуть КОБ. Но, — мышь подняла палец, указав им на парня, от чего у того засосало под ложечкой. — Если что, используем план «Б» — выезд за территорию.       — И, судя по всему, сопровождающим буду я?       — Да.       — Блять…       — Ну-ну, что же ты, это часть работы героя, — ухмылка мыши была максимально ублюдочной, ведь он знал, что нынешний Мидория уже не горел желанием стать героем. — Тем более с твоими причудами и выучкой, уже ставящими тебя выше выпускников, даже самых хороших, дать отпор убийцам ты сможешь.       — Они убийцы и не станут нападать прямо. Пуля в лоб и нет меня. — Парня передернуло.       — Вот поэтому это и план «Б». Мы постараемся сделать так, чтобы они напали в Юэй. Оставим им «окошко» для проникновения.       — План говно, я не хочу в этом участвовать! Я боюсь!       — Ну если так, то будет план «Г», правда там возможны жертвы, — легко пожал плечами Незу.       — Не бери меня на слабо!       — …       — …       — …       — Сука… Ладно.       — Я знал, что мы поймем друг друга.       

***

      Тартар. Страшное место с интересной историей. Обитель суперсовременных технологий, пущенных на благо общества в совершенно непривычном направлении. Флер безнадеги окутывал эту тюрьму, ведь каждый её вынужденный обитатель знал, что сбежать не выйдет. Если не системы безопасности, то вооруженная охрана лишит их жизни.       На самого Мидорию это пусть и произвело впечатление, но воспоминания о тюрьмах родной страны пересиливали. В конце концов сложно не ужаснуться таким местам, как пресловутый «Черный дельфин» или «Белый лебедь», о которых он в свое время слышал по телевизору и читал в интернете. В тартаре хотя бы была адекватная медицинская помощь, температура помещений и питание. Пусть местные тысячу раз уверяют в обратном, знакомый с альтернативами был непреклонен.       Вели пару директора и ученика местный начальник тюрьмы и пяток человек охраны, выбранные лично «хозяином» данного заведения для защиты важных персон.       — Как бы сильно я вас не уважал, директор, но, как по мне, эта затея может обернуться скверно, — тяжело обронил начальник Тартара, хмуро сдвинув брови к переносице.       — Изаму, — слабо улыбнулся Незу. — Мы знакомы с тобой уже двадцать пять лет, неужели ты потерял веру в своего учителя?       — Я давно перестал быть тем героем, которого вы когда-то выпустили в мир, — покачал головой мужчина. — Сложил цветастый костюм на дальнюю полку и сменил патрули по городу на развод караула.       — И я рад, что ты нашел ту работу, что тебе по душе. Но ты, кажется, забыл, что и я со времен твоего выпуска не стоял на месте. Мой план… Осуществим. Правда без таких как ты, он стал бы намного менее реализуем.       — План, — протянул мужчина. — Сколько лет я в системе, но вы первый, кто пожелал и действительно начал воплощать изменения без насилия.       — Пятно с тобой бы не согласился, — рассмеялся Незу.       — Этот-то? — Поддержал юмор тюремщик. — Психопат даже не знает о нормальном человеческом делопроизводстве, хоть и был когда-то… героем.       — Ладно, не будем о грустном. — Отмахнулся от негатива директор. — Ты мне лучше скажи, после нашего с тобой последнего разговора с тобой кто-то связывался?       — Естественно, — фыркнул Изаму. — Шавки комиссии, как только увидели мою подпись на вашем прошении об освобождении, чуть слюной не подавились, вещая мне о том, какое «неимоверное зло» и «порченный цветок» я выпускаю в наше доброе и нежное общество.       — Живо представляю это. Но палки в колеса они не вставят сегодня?       — Персонал этой тюрьмы был полностью подобран мной, — гордо поднял подбородок начальник. — Каждый из них выполняет мои и только мои приказы.       — Что ж, — хмыкнул задумчиво Незу. — В таком случае надо уже и разговор начать?       В этот самый момент они подобрались к тяжелым гермоворотам, за которыми и находилась камера известной преступницы и жертвы системы. Одна из стен, выходящая в коридор, оборудовалась сквозным только с одной стороны стеклом, дающим полный обзор на происходящее внутри, оставляя любого пекущегося о личном пространстве человека в ужасе. К счастью, таких здесь не водилось.       Звуковой сигнал оповестил бывшую героиню о скором открытии дверей, а голосовая команда оператора на посту приказала девушке удалиться к дальнему углу и принять неудобную «правильную позу ожидания распорядителя вечеринки».       Вошедшие первыми охранники рассредоточились по помещению, взяв на прицел «злодейку», зашедшие следом заковали ту в обволакивающие кисти и предплечья наручники, лишающие возможности изменить форму рук, тем самым не просто мешая что-либо предпринять, но и активировать причуду.       Усталый взгляд Каины прошёлся сначала по фигуре начальника тюрьмы Изаму, после наполнился небольшим удивлением от вида самого Незу, а следом блеснул недоумением от вида стоящего позади всех Мидории.       — Заключенная шесть-пять-шесть-шесть-девять-восемь — Каина Цуцуми, так же известная как Леди Наган, — по памяти прочитал начало личного дела подопечной Изаму. — Главный фигурант пятидесяти шести раскрытых дел о смерти героев и подозреваемая в двадцати семи неподтвержденных убийствах как представителей правопорядка, так и чиновников министерства внутренних дел.       Девушка молчала. Они отлично знала все это, даже больше, ведь комиссия не позволила полиции и обществу узнать о наиболее грязных делах, в которых она замечена.       — Согласно решению суда, вы были приговорены к пожизненному заключению.       Говорил мужчина медленно, давая возможность «гостям» посмаковать каждое слово.       — Но вас не лишили возможности досрочного освобождения. За хорошее поведение. — Последнее было сказано с неприкрытой издёвкой. Все же пусть Изаму и был на стороне Незу, отпускать ту, кто была повинна в смерти многих пусть и не самых хороших членов общества, ему было, откровенно говоря, сложно. Но общее дело требовало своего, потому он даже не приказал слегка помять бывшую героиню… Для профилактики возможности побега.       — Что? — Девушке казалось она ослышалась.       — С радостью сообщаю, что вы, Каина Цуцуми, попали в программу реабилитации героев, сошедших с праведного пути, — подал голос директор, сделав шаг вперед, став чуть впереди начальника тюрьмы. — И как первый из множества будущих перевоспитанных членов общества этой экспериментальной программы, вы освобождаетесь из Тартара, вверяясь в руки тех, кто поможет вам исправиться.       Девушка удивлённо молчала. Все это казалось какой-то несмешной шуткой. Ну или очень извращенной попыткой спровоцировать её на побег для дальнейшего устранения «по всем правилам». Может ли быть так, что комиссия вспомнила о ней и решила все-таки избавиться от потенциально опасного элемента? Как бы глупо это не звучало, данную идею не стоило списывать со счетов. Мало ли что бурлит в головах старших, да и чего там — младших чинов КОБ.       — Все это, естественно, при полном вашем желании исправиться. — Продолжила мышь, даже не думая давать девушке возможность высказать что-либо в ответ. Её мнение сейчас не играло абсолютно никакой роли. — Вас выведут из камеры, вручат гражданскую одежду и квартируют в Юэй, где и будет происходить реабилитация.       Держащая за плечи Каину охрана толкнула ту к выходу. Если у девушки и были вопросы или возражения, те быстро пропали, как пропали из виду «гости» камеры, оставшиеся позади. Убийца принялась усилено обдумывать сказанные слова, взвешивая те и силясь найти второе, третье, десятое дно, обнаружить которое оказалось сложно. Уж слишком много объяснений она могла придумать для действий начальника тюрьмы с директором. Единственное, что выбивалось, так это странный молодой человек, который все это время стоял позади всех, оперившись о стену и скрестив руки на груди наблюдал за происходящим. Кем он был она даже помыслить не могла, но понимала одно — простого человека в тартар не пустят, тем более в компании одного из влиятельнейших «людей» Японии и директора академии героев номер один островов Незу.       Что-то происходило и ей во всем этом была отведена какая-то роль. Большая ли, маленькая, не имело значения, не разъяснить хоть что-то ей не смогут, если не хотят использовать в качестве трупа, в чем она сомневалась. Все же выпустить кого-то из одной из лучших охраняемых тюрем мира для последующего умерщвления затея не просто идиотская, она бесполезная, даже вредная.       Единственное, что ей оставалось, так это ждать, молча и безропотно следуя за охраной туда, где ей вручат частичку «вольной жизни» и отдадут на руки тем, кто явно замыслили что-то…       Что же до попыток сбежать? Для начала она выслушает что от неё хочет Незу (а он явно не станет её убивать, слишком уж его образ не сочетался с подобными методами), а дальше видно будет.       

***

      — Это… Я даже не знаю, что на это сказать, — схватилась за голову бывшая убийца.       Рассказанное Незу в машине, на которой они возвращались в Юэй, было полнейшим безумием — воевать с КОБ, причем такими методами, их методами, было тем, о чем она и мечтать не могла в бытность свою юным исполнителем и героем.       — Что в этом удивительного или странного? — Мышь отлично понимал, какие мысли сейчас крутятся в голове Каины. — Кто-то должен был встать против них.       «Почему сейчас? Где вы были тогда, когда я все это делала?!» — Читалось во взгляде Цуцуми, которым она сверлила директора.       В прошлом у Каины был оптимистичный взгляд на своё желание стать героем, но начальство повело её по темному пути, научив убивать злодеев, продажных героев и мешающих индивидов, которые, по большей части несправедливо, угрожали нарушить порядок в обществе. Их порядок.       Она убивала преступников и мешающих чиновников, которых комиссия общественной безопасности хотела заставить «исчезнуть», а не разбираться с ними по закону. Её использовали так, как используют одноразовое полотенце, чтобы убрать с белоснежного стола темное пятно, мешающее идеальному виду, напрочь игнорируя всю ту грязь, что заляпала пол и стены.       Постоянные убийства разочаровали ее, отчего она впала в депрессию, осознав, что комиссия поддерживает лишь иллюзию идеального мира, лицемерно оправдывая все убийства тем, что их действия направлены на всеобщее благо.       Но увидев однажды, как маленькие дети восхищаются ею, Кайна в конце концов достигла своей критической точки, осознав, что молодежь общества всецело восхищается иллюзорным миром и вылизанными образами героев, желая стать такими же, не зная при этом о тех реках крови, текущих за кулисами.       В юности, протягивая руки детям, она видела, насколько те окровавлены, и в ужасе отпрянула не только от общества, которое когда-то клялась защищать, но и от самой себя, в страхе смотря на прошлые деяния, не в силах хоть как-то раскрыть темные тайны современного общества героев. Точнее того, на чём то заждется.       И сейчас, спустя годы заключения, к ней пришел тот, кто, протянув руку, сказал, что будет воевать с устоявшейся системой. Той самой системой, ради которой она проливала кровь. Той системой, что избавилась от неё, словно от…       — Я… Я хочу верить в ваши слова, директор, — тихо выдавила из себя слова Каина. — Но это все слишком хорошо звучит. Комиссия не тот противник, которого можно легко победить. Этот колосс…       — Стоит на глиняных ногах, — прервал девушку мышечел. — И в наших силах его повалить. Моих. Ваших. — Взгляд Незу метнулся к до этого молчавшему всю дорогу парню с зелеными волосами. — Его. — И вновь вернулся к ней. — В силах каждого нашего «соучастника» сделать это, а уж если мы объединим усилия…       Мышь хитро ухмыльнулась, блеснув черными бусинками глаз. Недобро так. От такого по спине привыкшей к опасности девушки пробежал холодок.       — Наш мир слишком долго охраняли не те люди.       — Хорошо. Хорошо, я помогу. Расскажу все что знаю, даже то, о чем не знает никто и пытались замести под ковер агенты КОБ и лично президент. Если надо, то я… Если вы позволите, то я буду делать то, что умею лучше всего.       — Надеюсь, ваши навыки понадобятся нам не скоро. — Кивнул Незу. — А пока, позвольте представить вам человека, который и будет над вами шефствовать.       Цуцуми посмотрела на того, кто выглядел моложе и был больше похож на выпускника Юэй или только-только начавшего свой путь героя. Парень явно был не в восторге от слов директора, о чем явственно говорило выражение его лица, а если точнее — то, каким «кислым» оно стало.       — Изуку Мидория, мой протеже, — в отличие от парня, «морда» Незу была явно слишком довольна. — Уникум поколения с очень интересной причудой и мой главный козырь. Ожидаю, что вы найдете общий язык и поладите. Поверьте Каина, он вас еще удивит.