24. Настоящие герои всегда скромны

Полина даже не подозревала, что, пока она ждёт своей очереди на выступление, в зале за столиком сидят её друзья, празднично одетые. Парни были в белых рубашках и брюках, а Лиза в элегантном брючном костюме. Этакое деловое трио, если можно так выразиться. Именинница, очень весёлая и добродушая девушка сразу же нашла свободные места для новых гостей. Аня, что сидела неподалёку через несколько столиков, увидев ребят, сразу же им подмигнула, тем самым намекнув, чтобы те не волновались. Выпивка и еда им тоже была обеспечена. Ресторан был просторным, с уютным интерьером, высокими потолками и мониторами по периметру зала, чтобы посетители могли видеть то, что происходит на сцене. Стас, Макс и Лиза сидели втроём за одним столом ближе к выходу из зала, но им было хорошо видно сцену, да и один из мониторов был рядом. Со сцены лились поздравления рекой, пели песни из репертуара девяностых годов, люди танцевали, веселились. Наконец, спустя несколько номеров, наступил черёд Полины. Она появилась на сцене так, будто бы выплыла. В зале полностью погас свет, а на сцене зажёгся приглушённое освещение, которое то и дело игриво бегало по сцене следом за Полиной, которая, выждав нужную секунду, прыгнула на шест и начала свой танец. На ней было боди с вырезом-упряжкой с множеством серебрянных пайеток, отражавших свет, отчего складывалось впечатление, что тело девушки полностью светится. На ногах были белые сапоги на высоком каблуке. Волосы были распущены и чуть завиты. Лицо было едва тронуто косметикой. Ведь песня «Потому что нельзя быть красивой такой» как раз и подразумевала естественную красоту. Лицо девушки не выражало почти никаких эмоций, её взгляд был сосредоточен куда-то вдаль, но глаза выдавали всё. В них читалась боль, тоска и грусть. Но чем дальше, тем ярче и экспрессивнее становился танец. Полина извивалась в таких движениях, от которых у многих наверняка фантомно заболела спина. — Моя девочка, — смахивая слëзы с глаз, проговорила Аня, обращаясь словно в пустоту, — я всегда в тебя верила. Она перевела взгляд на подругу, которая залипла на танцующую Полю. Ей явно очень нравилось и она тоже осталась в полном восторге. Тем временем, за столом, где сидели Стас, Лиза и Макс разворачивалась похожая ситуация. — Охренеть. Вы это видели? Чë молчите? — восторженно восклицала Лиза, тормоша Стаса. — Не знаю, безопасно ли что-то говорить, — смеялся Максим. — Да ну это же такое искусство, конечно же можно! — парировала Лиза, — или ты Стаса боишься? Мне кажется, у него такое состояние сейчас, ему не до разборок. — Тогда скажу: это настоящий мужской рай, — заявил Макс. — Ах, вот как… — смеялась Лиза, толкнув его в плечо. — Ты же сама сказала! — Да я шучу! А Стас тем временем неотрывно наблюдал за Полиной, изредка бросая взгляд на монитор, который приближал её лицо. Оно было так близко и так далеко. Он видел её глаза, которые блестели вовсе не от преломляющегося света. Как она взмахивала волосами при каждом движении, а они как волны разлетались во все стороны. Полина отдавалась этому танцу на все двести. Она проживала его, как это и было задумано. Её глаза, полные слëз, просто кричали об этом. И без того тусклое освещение и то погасло, оставляя лишь один-единственный источник света сзади девушки. Её женственный силуэт мгновенно стал тенью, обрамлëнной искрящимся светом, который лишь подогревал интерес к выступлению. Она продолжала грациозно двигаться, взмахивая волосами, а песня тем временем приближалась к кульминации, как и само выступление: Я боюсь твоих губ, для меня это просто погибель В свете лампы ночной твои волосы сводят с ума И всё это хочу навсегда, навсегда я покинуть Только как это сделать, ведь жить не могу без тебя? После этих слов песни свет снова загорелся и был направлен прямо ей в лицо и почти все заметили, как по её щеке катится слеза. Полина завершила танец и под громкие овации подошла к стойке микрофона, который стоял у края сцены и, переводя дух, проговорила: — От всего сердца поздравляю именинницу, желаю ей счастья и огромное спасибо за уникальную возможность проявить себя. Также хотелось бы поблагодарить Аню, мою наставницу, без неё бы ничего этого не получилось. Спасибо! Зал снова разразился аплодисментами. И не дожидаясь, пока Полина покинет сцену, Стас поднялся с места и продолжил аплодировать, чем и привлёк её внимание. Следом поднявшиеся Лиза с Максом заставили её губы дрогнуть в улыбке. И она, быстро спустившись, побежала к ним. Тем временем на сцене уже объявили другого выступающего. — Ты шикарная женщина, — восторженно пищала Лиза, бросаясь в объятия к подруге. — Да, реально, очень крутое выступление, очень красиво, — поддакнул Макс. — А вы как тут… — недоумевала Полина, усаживаясь на свободный стул рядом со Стасом. — Скажи спасибо Ане… — отвечала Лиза. Полина тут же обернулась к другим столикам, инстинктивно ища глазами Аню. Та уже давно смотрела на них и, встретившись взглядами с Полиной, отправила ей воздушный поцелуй. Именинница Наташа показала большой палец вверх, широко улыбаясь. Полина в ответ приветственно помахала девушкам. Стас угрюмо молчал. Ему было как-то не по себе и Лиза это увидела. Поэтому она под предлогом того, что хочет взять на баре что-нибудь, увела Макса с собой. — Полина, я хочу кое-что тебе сказать… Его рука робко дотронулась до ладони девушки, что лежали на столе. — Не надо, пожалуйста… — вымученно проговорила она, осознавая, что она очень устала от всех этих разборок и выяснений. Но руку она не убрала. — Не перебивай, — Стас переплëл её пальцы со своими, чем и обратил её внимание на себя, — я знаю, что принёс тебе много проблем, я хотел уйти сто раз, но, как пелось в песне «только как это сделать, ведь жить не могу без тебя». Я хочу всё исправить. Ты дашь мне ещё один шанс? Пожалуйста. Полина посмотрела на избитое лицо Стаса и даже в полумраке стробоскопов и огней заметила, как блестят его глаза. Сердце Полины готово было выскочить из груди. Она давным-давно уже его простила, но каждый раз будто какая-то сила мешала быть им вместе. То, что случилось утром, очень сильно подкосило состояние девушки, но когда Макс её поддержал и успокоил, она поняла, что нельзя быть такой категоричной. Она как никогда осознала, что тоже очень соскучилась. Соскучилась и по тем временам, когда они оторваться друг от друга не могли, когда они спокойно строили быт, когда в их жизни не было никакой Айсель и остального. Когда они были счастливы. Она решила всë-таки дать ещё один шанс их любви. Будь что будет. Она попробует. Она забудет про это, как про страшный сон. По крайней мере, постарается. Полина в ответ на вопрос Стаса тихонько закивала и их руки крепче переплелись между собой. — Я люблю тебя, — прошептал он и наклонился ниже. — Я тебя тоже очень люблю, Стас, — проговорила она и их губы встретились в поцелуе. И всё. Весь остальной мир будто перестал существовать. Макс с Лизой, которые заметили целующихся друзей, решили переждать у бара, чтобы не смущать. Но их из ступора отвлëк знакомый мотив песни и Стасу с Полиной пришлось прекратить поцелуй. Под восторженные аплодисменты публики на сцену вышли главные гости вечера — группа Нэнси с их хитом «Дым сигарет с ментолом», который с удовольствием начала подпевать ублика, в особенности именинница Наталья. Она просто обожала их песни. И, разумеется, её сразу же позвали на сцену, отчего она была просто на седьмом небе от счастья. Полина прижалась к Стасу и они, обнявшись, смотрели на выступление. Молча. К ним вернулись Лиза с Максом, которые тоже обнялись и о чëм-то ворковали. Следующая песня с первых аккордов тоже была встречена бурными овациями. Это была небезызвестная «Туман-туман». — Эта песня про нас с тобой, — шепнул Стас Полине на ухо, сжимая руку Полины всё крепче и зарываясь в её волосы, — просто один в один. Полина закусила губу и подняла глаза вверх, чтобы подступившие слëзы закатились обратно. Она была в шаге от того, чтобы разреветься, но держалась, как могла. Она как никогда осознала, что на самом деле она очень устала от всего. Поэтому она бессильно прильнула к Стасу не в силах больше убегать. Вечер продолжался, приглашëнная группа Нэнси, подарив публике несколько хитов в своём исполнении, вскоре покинули ресторан. На сцену вышла ведущая, которая начала произносить завершающую речь о том, что праздничный вечер подходит к концу. Но не успела она договорить, как тут раздался мощный взрыв со стороны аппаратуры в углу сцены и пламя моментально охватило помещение. Началась паника. Люди с криками принялись покидать ресторан, устроив давку у выхода. Макс, который секунд несколько соображал, что к чему, решил взять ситуацию в свои руки. — Всем успокоиться! — закричал Макс, — спокойно покидаем помещение! Найдите себе пару и по очереди к выходу! Стас, помоги эвакуировать людей и контролируй выход. А мне надо найти огнетушители! Быстро! К нему тут же подбежал бармен и ещё два парня, которые принесли огнетушители и они тут же принялись усмирять пламя, разыгравшееся не на шутку. Стас оперативно помогал испуганным людям покидать горящее заведение, а Макс давал указания сразу на два фронта: как идти и куда лучше направлять струю огнетушителя. Лиза и Полина, которые от шока не могли даже пошевелиться, силой были вытолкнуты Стасом прочь и они потерялись в толпе бегущих на улицу людей. Они даже не успели ничего возразить. Полина силой потащила её с собой, понимая, что ей сейчас меньше всего нужны потрясения. Некогда красивая отделка ресторана в одночасье стала похожа на уродливую чёрную труху, но радовало, что пламя удалось взять под контроль. И пока было время, Макс позвонил своим коллегам. Людей постепенно стало меньше, но сквозь дым было почти не различить, все ли покинули ресторан. Его было хоть и не так много и не был таким ядовитым, как в больнице от тлеющего пластика, но лучше лишний раз им не дышать. — Помогите! — послышался женский крик откуда-то из угла и чьи-то жалобные стоны. Макс тут же бросился на звук и вскоре увидел, как обвалившейся железной конструкцией с потолка придавило ноги какому-то мужчине и его пыталась вытащить, судя по всему, его жена. Макс бросил взгляд наверх и понял, что дело дрянь. Оттуда грозилась свалиться ещё тяжёлая деталь вместе с самим потолком и нужно было действовать максимально быстро. На раздумья не было ни секунды. Макс тут же бросился к мужчине и одним рывком потянул кусок металлической конструкции, чтобы освободить ноги пострадавшему. Но ничего не вышло. Его рубашка начала рваться об острые края металла, а он больно впивался в кожу, но Макс пока не обращал внимания. Руки резало упавшими на перегородки конструкции осколками стекла, но желание спасти человека было гораздо больше. — Давай, — предложил помощь подоспевший Стас. К ним подбежал ещё один парень и они втроëм налегли на груду металла и им кое-как удалось убрать её и тогда женщина помогла своему мужу выбраться. Но мужчина сам идти был не в состоянии, он выл от боли и жаловался на ноги. Тогда Макс со Стасом подхватили его под руки потащили к выходу. Послышался треск и вскоре с грохотом обрушился потолок буквально в нескольких сантиметрах от них. С улицы донëсся вой сирены. — Наши приехали, это хорошо, — пыхтел Макс. На улице уже собралось много народу, стояло несколько машин скорой, подоспели пожарные и полиция. Вся улица была оцеплена. Пока медики оперативно оказывали помощь пострадавшим, пожарные быстро дотушили пламя. — Макс, Макс, ты целый, о, господи! Я так боялась! — взволнованно перекрикивала гул толпы и сирен Лиза, бросившись на шею парню, который нашёл девушек у одной из скорых. — Да я весь в саже, ты чего, — смеялся он. — Да мне плевать! Мы сами такие! Стас, подоспевший за Максимом, подошёл к Полине и они без слов обнялись. У неё был шок и она не могла проронить и слова. Она была так счастлива, что он вернулся. Он был весь грязный, в местами порванной одежде, его руки были все изрезаны мелкими порезами, из которых сочилась кровь, но ей это было не важно. И пусть её красивый наряд сейчас пачкается. И пусть её сейчас колотит крупной дрожью то ли от пережитого стресса, то ли от того, что она полуголая на улице стоит посреди ночи. Осень уже потихоньку наступила, как-никак. Первые дни сентября мало отличались от августовских, но всё же. И как оказалось, главным было вовсе не это. Полина боялась, когда он её вытолкнул из горящего зала, а сам бросился в огонь, чтобы помочь остальным, что она больше его может не увидеть. Этот взгляд напоследок она всё ещё помнила. От него бежал холодок по коже до сих пор, хотя всё уже было позади. И в одно мгновение, всё, что происходило до этого, перестало иметь какой-то смысл. Все эти разборки с Айсель, Аланом и их горе-фильмом, всё это казалось такой чушью. Она подняла на него глаза, полные слëз, чтобы убедиться, что он ей не померещился. Нет. Он был тут. Он внимательно смотрел на неё своими добрыми и глубокими глазами, и, словно, прочитав её мысли, начал её успокаивать. И она чувствовала, что ей становится легче и как в небо вместе с дымом от пепелища уносятся и её обиды. Она для себя решила, что, чтобы ни случилось, они справятся. И надо продолжать жить. Все четверо, измазанные в копоти, стояли и обнимались, каждый думая о чëм-то своëм. Первый шок прошёл и они начали осматривать друг друга. Девушки почти не пострадали, а вот с парнями была куда более сложная ситуация. У обоих были изрезаны руки и порвана одежда. И пока им медсëстры доставали осколки, а они сидели на носилках, к ним подошёл один из коллег Макса, и подняв забрало пожарного шлема, громко проговорил: — Макс, ты молодец. Просто чудо какое-то, что ты оказался сегодня тут. Иначе бы всё могло закончиться очень печально. А так, все живы и относительно здоровы. Пожар мы уже потушили. Полина с Лизой не могли сдержать улыбок. Лизу же вообще распирало от гордости. — Да ну, я же не один всё это делал, мне помогали другие ребята. Он, сидя в грязно-серой рубашке, с хаотично задранными рукавами, которая раньше была идеально белой, с чëрным от копоти лицом, ощущал себя максимально странно и даже нелепо, но Лиза не могла оторвать от него восхищëнного взгляда. — Но именно ты заставил всё это работать, ты всех направлял, без тебя бы я не знаю… Мы бы не справились, — резонно заявил Стас, — не каждый бы смог так хладнокровно думать в такой момент. Ты крутой мужик, Макс. — Понял? Даже не спорь, — буркнула Лиза. Сквозь толпу к ним протиснулась Аня и сразу же бросилась к Стасу и Максу с возгласами: — Ребята, спасибо вам большое за помощь, вы спасли моего папу из-под завалов! Если бы не вы… Девушка громко всхлипнула, закрыв лицо руками и Полина тут же обняла её и принялась успокаивать. Оказывается, тот мужчина, которого они со Стасом и другим парнем вытащили из-под упавшей конструкции, это был Анин отец. Не покалечиться совсем у него не вышло, ему переломало обе ноги, но, по крайней мере, он остался жив. Следующий день весь интернет и телевидение было завалено новостями о пожаре и о том, как случайным образом оказавшийся на мероприятии сотрудник МЧС спас десятки жизней. Благодаря своей собранности и хладнокровности он организовал спонтанный спасательный отряд из нескольких человек, которые помогли людям покинуть горящее здание и взять под контроль пламя, из-за чего удалось избежать чудовищных последствий. В торжественной обстановке в этот же день Макс был приставлен к награде. Он был очень смущён и толком не мог даже выразить свои мысли, когда ему вручили медаль. Из этого можно было вынести один важный вывод: необязательно иметь гору мышц и стальной пресс, чтобы быть героем. Максим не отличался атлетическим телосложением, с него порой даже штаны спадали, над чем когда-то давно шутила Полина, но мужество, которое проявлялось в нужное время — это и делало его самым настоящим героем в глазах людей. Пожарным надзором удалось установить, что возгорание в ресторане возник из-за взрыва, а он произошёл из-за самодельного взрывного устройства, которое было встроено в одну из музыкальных колонок. Как это произошло, ещё предстояло выяснить. Но а пока всё ещё отходили от шока. OST: ALMARY — До скорых встреч Полина со Стасом провели ночь вместе спустя долгое время и проснулись у него дома. Поначалу она не могла поверить своим глазам, когда открыла их и увидела лицо Стаса перед собой. Она хотела было тихонько вылезти из-под одеяла, чтобы пойти в ванную, но Стас тут же открыл глаза и поймал её за руку. — Ты что, подглядывал за мной? — сонно смеялась та. — Я чувствую тебя даже когда сплю, — пробасил он и потянулся к ней. — Ты с ума сошёл, кто целуется сразу после пробуждения? — фыркнула девушка, и, вырвавшись из мягкого плена и побежала босиком в ванную по прохладному полу. Когда Стас зашёл в ванную, Полина уже чистила зубы. Её щётка до сих пор никуда не делась. — А мне скоро чистить будет нечего, — зевнул он, подходя ближе. Он улыбнулся в зеркале и Полина только сейчас увидела, что у Стаса отсутствовал один верхний клык. Она от удивления даже перестала двигать щёткой. Вчера она даже не заметила, что что-то не так. Так вот почему его произношение было каким-то не таким. — Ничего страшного, зуб я вставлю да такой, что и не отличить от прежнего. Вот эго моё было немного задето, а это уже не починить ни в какой клинике. — И кто же тебя так? В тот раз она так и не узнала. — Да так, очень доблестные защитники девичьей чести, только вот когда они втроём на одного, как-то не очень справедливо получается. Но я уже знаю, кто эти ребята. — Только не говори, что ты собрался им морды бить. — Не могу обещать… — Стас! Давай уже начнём жить как нормальные люди, а не как в сериале «Слово пацана»? — Да я шучу, — заверил он и, включив кран, начал умываться. После водных процедур они переоделись и пошли завтракать на кухню. Полина поймала себя на мысли, что она тут не была уже достаточно давно. В ней было всё примерно так, как было до её ухода. Коврик в прихожей, стеклянный аромадиффузор с деревянными палочками на тумбочке у входа, ваза с сухоцветами на кухонном столе, что стояла ровно на том же месте, куда она её поставила с момента покупки. Всë это выбирала и покупала она. Магниты на холодильнике, выложенные сердечком ею в один прекрасный день. Жалюзи, которые были повëрнуты и опущены именно так, как сделала это Полина однажды, придя к выводу, что именно в таком положении им лучше всего: днём не так светит солнце, а вечером окно идеально прикрыто. Да и плевать, что четвëртый этаж. У Полины навернулись слëзы. Тут ничего не изменилось. Хотя было столько времени, чтобы всё переделать и даже выбросить этот коврик, например, который Стасу не очень-то и нравился, откровенно говоря. Диффузор тоже. И вот они снова завтракали вместе, как прежде, но в воздухе витало вот это неловкое напряжение. Они, знатно хлебнувшие дерьма, в итоге поняли, что им лучше держаться вместе. Им хотелось держаться вместе. Неловкую тишину прервал телефонный звонок. — Участковый звонит, — на лице Стаса читалось замешательство, — алло? Да, слушаю. В смысле не явилась? Нет, не знаю, без понятия. Разговор прекратился и Стас, положив телефон на стол, сообщил: — Айсель не явилась в участок и не отвечает на звонки. Они почему-то думают, что я могу знать, где она. Полина от этой новости аж перестала жевать. Только этого ещё не хватало…