Путь к Высшей Лиге (3/7)

      Время восемь вечера. Два часа назад, когда Вэлма и Джеки отправились на переговоры с «Мальстрёмом», у меня было время привести себя в более-менее опрятный вид, прежде чем через пять минут оказаться у входа в «Лиззис».       Всё те же знакомые лица, особенно любимая Рита, мать её, Уилер, которая выглядела отдохнувшей. Она расплылась в улыбке, стоило нам только переглянуться.       — Вивид! — окликнула она, отрываясь от косяка. — Давно тебя не видели. Джуди говорила, ты должна зайти.       — Так и есть. — кивнула я, пряча руки в карманы бледно-синего худи. — Мне нужна заказчица. Один фиксер сказал, она меня ждёт.       — Окей. Правила ты знаешь. — она кивнула в сторону входа. — Проходи, кис.       Я кивнула в знак благодарности и шагнула внутрь.       Знакомый, освещённый исключительно фиолетовым неоном проходной коридор — он создаёт первые впечатления у каждого нового посетителя за счёт своей опрятности. Помню, как испытывала то же самое, когда впервые зашла сюда с тогдашним коллегой.       Кто только не называл меня ласковыми словами… И всё только потому, что я красивая?       Поздоровавшись с ещё одной моксчанкой на ресепшене, я прошла в главный зал, где вовсю играла музыка, а люди по-прежнему тусовались. Подойдя к барной стойке, я поздоровалась со старым знакомым — Матео. Он ничуть не изменился.       — Тебе что-нибудь налить или кого-то ждёшь? — поинтересовался он.       — Лучше принеси лимонад. — попросила я. — Не до алкоголя сейчас.       — Разумное решение. — Матео кивнул и поставил передо мной высокий стакан с прозрачной жидкостью, пузырьками и долькой лайма на краю. — Вишнёвый. Безалкогольный. Твой любимый.       Я сделала глоток — кисло-сладко, с лёгкой горчинкой. Вкус детства, которого у меня не было. Или который я сама себе придумала.       — Спасибо.       Он отошёл к другому концу стойки, оставляя меня наедине с мыслями. Я крутила стакан в руках, наблюдая, как пузырьки поднимаются вверх, и краем глаза следила за входом. Эвелин Паркер. Декс сказал, она сама меня найдёт. Значит, остаётся только ждать.       Где-то в глубине зала заиграла новая мелодия — тягучая, с низким басом, от которой вибрировало в груди. Я отхлебнула ещё, чувствуя, как холод разливается по горлу, и подумала: «Интересно, как там Вэлма с Джеки? Справились уже или до сих пор торгуются с этими хромовыми психопатами?»       Телефон молчал. Надеюсь, это хороший знак.       Стоило мне уставиться в одну точку, уходя в размышления, как моё тело дрогнуло от женского голоса — слащавого, как абрикосовый энергетик без сахара. Я тут же обратила внимание на нарушительницу тишины.       Она стояла у барной стойки, окутанная едва заметным облаком сигаретного дыма, который в неоновом свете казался почти осязаемым, розово-голубым. Её внешность была вызовом здравому смыслу и законам бедности Найт-Сити. Прямая и длинная до глаз синяя чёлка, острая, как лезвие танто, обрамляла лицо с кожей цвета дорогого фарфора. На ней было виниловое пальто, чей глянец переливался под лампами, словно нефтяное пятно, а массивный воротник из перламутрового меха делал её похожей на экзотическую птицу, случайно залетевшую в этот бетонный склеп. Её внешность не была характерна для элитной куклы.       Она приблизилась ко мне, не сводя внимательного, почти сканирующего взгляда светлых глаз. В нём не было враждебности — только холодный расчёт и та самая уверенность, которая бывает у людей, знающих пароли от всех дверей.       — Эвелин Паркер. — представилась она и не стала просить меня представиться в ответ. Похоже, она уже знает моё имя. — А я сразу поняла, что это ты.       Рукой она плавно махнула Матео, оплачивая алкоголь.       — Так почему ты сразу не подошла? — спросила я, понимая, что я ждала эту женщину, а она тут как тут.       — Хотела немного на тебя посмотреть. — и это был её аргумент.       Её пальцы, украшенные подобием золотого маникюра, коснулись стакана с текилой. Она сделала глоток.       — Скажи мне, пожалуйста… — тут я решила уточнить. — Почему мы встречаемся именно здесь? Есть особые причины? — вопрос был задан скорее из-за незнания того, насколько глупым он в итоге окажется. — Мне кажется, это место не в твоём стиле.       Мы замолчали на пять секунд, пока Эвелин не прервала молчание: — Приму за комплимент.       Она взяла с барной стойки свою чёрную сумочку на золотистой цепочке, которая из-за вида и стоимости контрастировала с её внешним видом.       — Пойдём. Тут слишком много любопытных ушей. — Паркер сделала второй глоток текилы, прежде чем сообщила бармену напоследок, — Мы будем в лаундже, Матео. Если что, нас ни для кого нет.       Первой от стойки отошла она. Я хотела было заплатить за свой лимонад, но не успела махнуть рукой — бармен жестом отказался принимать оплату, что меня смутило.       — Матео. — я нахмурилась, всё ещё сжимая край стакана. — Я не привыкла, чтобы за меня платили.       — Привыкай, кис. — он усмехнулся краем рта, но в глазах читалась серьёзность. — Такие дамы, как она, не любят, когда им отказывают. Иди, не заставляй её ждать.       Я сглотнула, поставила стакан на стойку и, кивнув, направилась вслед за Эвелин, чуть не потеряв её из виду. Внутри засел неприятный осадок: первый шаг в этой игре сделала не я.       Так я через неоновый коридор первой зашла в лаундж, где глазу было приятно от тёплого света без вырвиглазного неона. Источником служил потолочный светильник, совмещённый с проектором, транслирующим голограмму танцующей девушки, на которой не было ничего, кроме стрингов и накладок на сосках.       Когда я села на диван, а дверь за Эвелин автоматически закрылась, она прислонилась спиной к двери и достала из сумочки зажигалку и портсигар из чёрной кожи с золотом — на нём были изображены минималистичные сердце и голова кролика. Оттуда она достала сигарету, прикурила и затянулась. Выпущенный дым оказался необычным — густым и бархатистым, как расплавленный горький шоколад. В нём чувствовались нотки какао-бобов, лёгкая сладость карамели и едва уловимая пряность, напоминающая корицу. Но послевкусие оставалось горьковатым — не резким, а тягучим, оседающим на языке и в мыслях.       — Декс много о тебе рассказал. — первой начала она. — Говорил, ты эффективно работаешь… и никогда не подводишь. Надеюсь, он не преувеличивает?       — Не знаю, любит ли он преувеличивать… — я начала говорить как есть. — или, наоборот, преуменьшать. С ним я работаю меньше недели.       — Хм… Надеюсь, ты оправдаешь то, что он сказал. — Эвелин взяла со столика пепельницу и села на диван рядом со мной. — Потому что существуют два типа фиксеров. Одни следуют строго по контракту и держат исполнителей на коротком поводке.       — И какой второй тип? — поинтересовалась я.       — Рекрутеры. — она стряхнула пепел, затянулась и продолжила. — Такие фиксеры никому не верят, кроме своей интуиции. И если исполнитель совершит одну ошибку, то она будет у него последней.       Я затаила дыхание, чувствуя, как её слова оседают где-то в груди, рядом с дымом её сигареты.       — Значит, Декс — рекрутер? — спросила я, хотя ответ уже знала.       — А ты сообразительная. — Эвелин улыбнулась уголком губ, но улыбка не коснулась глаз. — Он привёл тебя ко мне. А я уже решаю, подходишь ты или нет.       Она сделала ещё одну затяжку, и на несколько секунд в лаундже повисла тишина, нарушаемая только приглушённым битом музыки из главного зала.       — Давай сразу к делу. — прервала тишину я, — Что ты хочешь сделать?       — Я так понимаю, тебе рассказали про… цель.       — Биочип. — добавила я, — Ключевая деталь программы «Сохрани свою душу».       Пока Эвелин снова затянулась, я продолжила: — Мы переходим дорогу «Арасаке». Эти ребята точно захотят отправить нас на тот свет.       — Угу. Они вложили миллиарды в технологию переноса личности. Но меня интересуют только данные на этом чипе. Он сейчас находится в отеле «Компэки Плаза». — она посмотрела на меня, — Знаешь, где это? Была ли ты там?       И тут я поняла. Мне есть что вспомнить.       — «Арасака» неровно дышит к этой сети, но как по мне, «Компэки» в Токио намного лучше остальных.       — Наш такой же, как токийский. — Эвелин пожала плечами, явно не бывавшая за пределами Найт-Сити. — Никакой разницы.       — В Японии и персонал, и весь сервис в целом намного лучше. — аргументировала я, помня, что летала по разным странам и в отпуск, и в командировки, — Сингапур, Париж, Вашингтон и так далее даже близко не могут подойти. Просто жалкое подобие левой руки.       — Что ж… — она, похоже, приняла мои слова, — с этим никогда не поспоришь.       — Итак, — я вернулась к теме цели, — где именно хранят чип?       — В люксе на последнем этаже. Там живёт Ёринобу Арасака.       — Ёринобу Арасака в Найт-Сити? — я чуть не усмехнулась, — Охуеть… Значит, в СМИ не пиздят.       Пока я была в лёгком шоке, Эвелин успела убрать пепельницу с докуренной сигаретой на журнальный столик и снова откинуться на спинку дивана, сложив одну ногу на другую.       — Весь Найт-Сити только об этом и говорит. — из её слов я поняла: о его прибытии кричат не один день — от газет до новостных СМИ и Комал-каналов, — Последний сын Сабуро Арасаки, которому в наследство достанется вся корпорация, почтил нас визитом.       — Да ну? Император спустя сто пятьдесят лет уступит кому-то свой престол? Что-то я сомневаюсь.       — Мало кто в Найт-Сити знает, какие на самом деле планы у семьи Арасака. — Эвелин говорила по факту, не опираясь на предположения.       — У каждого из важных шишек своя армия по вызову. — я покачала головой, — Я уверена, что к отелю сейчас вообще не подступиться.       — Фишка в том, что у Ёринобу уже давно нет никакой охраны. От слова «совсем». — Эвелин немного успокоила мои сомнения.       — Интересно. Это ещё почему?       — Знаешь поговорку про разведку «Арасаки»? — она усмехнулась, — «Когда ты чихаешь в Найт-Сити — в Токио опадает цветок сакуры».       — И к чему это? — я не совсем поняла.       — К тому, что Ёринобу уверен: охранники постоянно доносили на него отцу.       — Хм…       Я на секунду задумалась о том, как же так, что наследник императора корпорации обходится без охраны, особенно в самой сложной ситуации.       — То есть мы крадём даже не у корпорации, а у самого Ёринобу Арасаки? — вернулась я к теме чипа.       Эвелин вздохнула, покачав головой: — Ёринобу — марионетка. Всё его влияние пошло коту под хвост, когда он поссорился с отцом. Сабуро уже много лет крепко держит его за яйца. И вполне может их оторвать — как только поймёт, что сын опять взялся за старое.       — Допустим. Но это всё-таки Ёринобу, мать его, Арасака. Ладно… — сказала я, но внутри всё сжалось.       Красть у корпорации — это одно. Красть у сына Сабуро Арасаки, пусть даже изгнанного и обиженного, — совсем другое. В этих стенах, наверное, каждый клочок бумаги напичкан защитой, а каждое дыхание записывается на десяток серверов. И всё это ради какого-то чипа, ради данных, которые Эвелин даже не объяснила до конца.       Но отказаться уже поздно. Декс поверил в меня. Вэлма и Джеки уже рискуют головами ради бота. И теперь я сижу здесь, в этом тёплом, дымном лаундже, и смотрю на женщину, которая спокойно предлагает нам переплюнуть саму «Арасаку».       Страшно? Да. Но почему-то эта мысль не заставляет меня бежать. Может, потому что я уже давно ничего не боюсь? Или потому, что внутри меня всё ещё живёт та Валерия, которая когда-то мечтала переплюнуть весь мир?       — Рассказывай, что дальше. — сказала я уже вслух, твёрже, — Самое время раскрыть все карты.       — А теперь держись крепче, начинается самое интересное. — Эвелин понизила голос, придав ему интригующую нотку, — Ёринобу сам вынес чип из лаборатории «Арасаки» и договорился продать его «НетВотчу».       — Что-то не похоже на «НетВотч», если честно. — я нахмурилась, пытаясь вспомнить всё, что знала об этой корпорации и её политике, — Они бы в здравом уме не стали покупать краденое, поставив под удар свою репутацию.       — «НетВотч» занимается безопасностью корпораций. И корпы за это платят бешеные миллионы. — Эвелин сделала паузу, давая мне осмыслить сказанное, — Однако это не отменяет того, что в наше время святых нет. Все хотят урвать побольше. А чтобы выиграть, надо идти ва-банк.       — Угу… Какие у них с Ёринобу условия сделки? — поинтересовалась я.       — Неважно. — сказала она, как отрезала, — Тебе нужно сосредоточиться на биочипе.       — Не, что могут предложить бравые солдаты киберпространства? Тайны его врагов?       — Это тебя вообще не должно касаться. — Паркер покачала головой. Видимо, что-то недоговаривает или отказывается договаривать, — Твоя задача — устроить так, чтобы сделка не состоялась.       Меня наполняла тихая, холодная злоба от отказа в предоставлении информации. Но я оставалась спокойной, складывая пазлы из той информации, которую получила.       — Значит, чип лежит без охраны, потому что Ёринобу вынес его без спроса. Где конкретно он тогда его держит?       — Скорее всего, в контейнере, где воссоздана органическая нейронная среда. — предположила Эвелин, — Но выглядеть это должно, думаю, как обычный дипломат.       — Окей, и где он? — спросила я, прежде чем она встала с дивана.       — Скоро сама всё увидишь. — она направилась к двери и бросила через плечо, — Если, конечно, не хочешь ещё посплетничать о семье Арасака.       Я решила, что лишняя информация не помешает. Тем более если она сама напрашивается.       — Я кое-что знаю о Ёринобу. Он изучал биотехнологии и финансы в Токио. Скорее всего, по отцовской воле.       — Угу. Сабуро готовил его себе в преемники.       — Но потом Ёринобу послал всё на хуй и из корпорации ушёл в закат. Присоединился к «Стальным драконам», кочевникам из Токио. Кажется, они готовили дворцовый переворот в «Арасаке».       — Только этот подростковый бунт кончился так же, как обычно кончаются такие бунты: Ёринобу вернулся в семью, но осадок остался.       — «Осадок, который не смыть годами». — подумала я. Знакомая история.       — Ты много знаешь, но с ним не всё так просто. — Эвелин на мгновение задержала на мне взгляд, — На самом деле он парень умный, у которого свои планы на корпорацию.       — И он даже не знает, что этот прикол с биочипом может стоить ему всего.       — Да… Просто он поверил в то, во что тут все верят. В то, что можно попытаться и получить контроль. Над чем угодно.       Она что-то недоговаривает. Я чувствую это по тому, как легко она пропускает мимо ушей мои вопросы. Или, может, просто проверяет, насколько далеко я готова зайти, не зная всех деталей. Но деваться некуда. Декс доверяет ей, а я доверяю Дексу — пока что. Остаётся только слушать и запоминать.       Я встала с дивана.       — Что теперь?       — А теперь самое интересное. — Эвелин открыла дверь и первой вышла из лаунджа.       Я вышла следом. Мы двинулись по неоновому коридору.       — У тебя будет возможность распланировать операцию. И, конечно же, брейнданс из «Компэки Плаза».       — А нахуя мне брейнданс? — спросила я, не отставая от неё, — Тут нужны факты, а не ощущения.       — Думаешь, по брейну можно только дрочить в кабинках на цифровые сиськи? Ошибаешься. — усмехнулась Эвелин, поворачивая налево. — Брейнданс позволяет анализировать детали и нюансы, недоступные зрению, даже прокачанному. Тебе это пригодится.       Вместе мы зашли в гримёрную, а потом в тусклый коридор, где я уточнила: — А что на этой записи?       — Апартаменты Ёринобу. — ответила мне проститутка, спускаясь по первым ступенькам. — Изнутри, в подробностях.       На полпути мы остановились у электрощитка. Она повернулась ко мне.       — Тебе надо будет найти чип. Надеюсь, эта запись будет достаточно подробной.       — Так стоп. — я нахмурилась, переваривая услышанное, — Это ты записала материал?       Эвелин звучно кивнула: — Через видеоимплант. А что такое?       — Если на записи пентхаус Ёринобу, значит, ты там была. — я прищурилась, — Вы с ним знакомы?       — Как иначе я бы туда попала, по-твоему? — она задала вполне логичный вопрос. — Знакомы, и очень хорошо, так как мы бизнес-партнёры. — продолжила она, не дожидаясь моей реакции. — Сотрудничаем на взаимовыгодных условиях.       — Ну, покажи мне свой брейн.       Эвелин начала спускаться по ступенькам, бросив через плечо: — Сейчас Джуди тебе всё покажет. Она сама из «Мокс». Мы с ней знакомы не первый год.       Когда мы прошли сначала через первые, знакомые для меня двери, и прежде чем пройти через вторые, она обернулась.       — Вивид. Один важный момент.       Я внимательно посмотрела на неё.       — Джуди не первый раз мне помогает. Я ей доверяю. — она сделала паузу. — Но она одна из «Мокс». То, что я с ней работаю, не делает её твоей напарницей. Поэтому будь хорошей девочкой и держи язык за зубами.       В этот момент я не сдержала нервный смешок. Эвелин понятия не имеет: я дружу с Джуди уже три, а то и больше лет.       — «Хорошей девочкой, значит. Интересно, что бы она сказала, если бы знала, сколько раз мы с Джуди сидели в этом самом баре, в этой студии, обсуждая клиентов и дурацкие заказы?»       Но вслух я, конечно, ничего не сказала. Только кивнула с самым невинным видом, на который была способна.       — Без проблем.       Когда мы переступили порог, единственное, что я могла заметить в этой подвальной студии, обвешанной лампами, неоном, мониторами и техникой, — это лишь небольшую перестановку.       А на офисном кресле у большого монитора сидела Джуди. Волосы собраны в хвост, одета по-простому: серая оверсайз-футболка и чёрные штаны-комбинезон с одной застёгнутой лямкой, одна нога раскинута на столе. На голове — обруч для просмотра брейндансов, на левой руке — специальная перчатка. Судя по всему, она что-то монтировала.       Стоило мне только голос подать, как она досрочно выключила брейнданс, прежде чем обратить на меня внимание.       — Ви? — Джуди приподняла бровь и расплылась в улыбке, откидываясь на спинку кресла. — Вот так встреча…       — Я сама не думала, что очередное задание будет связано с просмотром вирта. — сложив руки, усмехнулась я. — Ты как?       — Вот, запись доделала, как Эва и просила. — снимая обруч с головы, она перевела взгляд на Эвелин.       — Что скажешь? — спросила та. — Как она тебе?       — Ну, ещё сыровата, конечно… — монтажёрша встала с кресла, потягиваясь. — но пойдёт.       — Главное, чтобы Вивид могла туда попасть.       — Попаду. — успокоила я Эвелин, — Не раз бывала в сырых брейнах. — и я вспомнила тот самый брейн, с ограблением продуктового магазина в Хейвуде и с неожиданным летальным исходом в конце, — Главное, чтобы я поняла, где хранят ценный груз.       — Кстати. — Джуди протянула мне головной обруч, — Ви, ты забыла его с последней нашей встречи.       — А, да? — я уже и забыла про него с тех пор, как ушла в работу. Взяла обруч, поблагодарила и пошла к креслу.       Я надела обруч, забралась в кресло с ногами и устроилась поудобнее, глядя на Джуди.       — Ну что, готова? — спросила та. Её рука замерла в паре сантиметров от кнопки. Глаза блеснули в свете мониторов, пальцы нервно барабанили по столу — она всегда так делала перед началом работы, проверяя, всё ли готово.       — Подожди. — остановила я её жестом, одновременно открывая контакт своей напарницы по киберпространству, — Мне надо набрать Ти-Баг.       — Ти-Баг? — переспросила Джуди, приподнимая бровь. Она откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди, и посмотрела на меня с лёгким подозрением. — Ты что, тащишь сюда свою подружку-нетраннера? Мы так не договаривались.       — Она в доле. — коротко ответила я, не сворачивая интерфейс в комлинке, — И вообще, это её работа. Без неё мы бы не имели возможность пробраться к чипу.       — Ладно. — монтажёрша вздохнула, но в голосе всё ещё чувствовалось недовольство, — Запускай её. — Она поправила хвост, выудила из кармана комбинезона запасную резинку и быстро перевязала волосы туже, чем обычно, — верный признак того, что она слегка на взводе. Еле слышно и нервно буркнула, — Не хватало ещё навлечь на себя арасаковских псов.       — Успокойся, они не нагрянут. — пообещала я, — Тебе просто достаточно почистить логи.       Джуди закатила глаза: — У тебя всё так просто.       Но спорить не стала. Вместо этого развернулась к мониторам, откинулась на спинку и закинула ноги на стол — расслабленная поза, за которой скрывалась привычная настороженность.       Эвелин, сидящая в сторонке, удивлённо наблюдала за нашим диалогом. Похоже, она не ожидала, что я так легко улажу разногласия. Вмешиваться ей не пришлось.       Я набрала Ти-Баг. Ответ не заставил себя долго ждать.       — Привет, Ви. Что такое?       — Баг, слушай. — я понизила голос, — У меня тут материал из «Компэки Плаза». В виде брейнданса.       — Поняла. Я тебя проведу.       Моя напарница начала процедуру подключения ко мне через зашифрованное соединение. Я сразу приняла полученный от неё запрос на доступ к моему видению.       — Получила? — спросила она.       — Да. Готова?       — Секунду. — Ти-Баг, проверяя надёжность соединения, установила временный ICE, — Теперь стартуем.       — Джуд, — обратилась я к ней, — запускай.       Глазами я увидела сначала синие огоньки, после чего последовал белый, ослепительный свет…       Первое, что я вижу, — кабинку лифта, в которой сейчас находится Эвелин. Мельком я смогла увидеть другую люксовую сумочку и её другой внешний вид в слабом отражении. Здесь она выглядит намного дороже, чем при нашей встрече.       Когда двери распахнулись, она пересеклась с самым опасным киборгом, идущим в лифт. Тот прокомментировал довольным, но устрашающим голосом: — Судя по виду, ты просто мясо для ебли. Я угадал?       — «Нихуя себе, киборг». — первое, что проскочило у меня в мыслях при виде его.       Я сразу же просканировала его и первые попавшиеся датчики безопасности. О нём ничего больше, кроме информации о его броне.       Она ничего не ответила, с волнением, которое я почувствовала в тот момент, глядя ему вслед, прежде чем лифт закрылся.       Когда проститутка успокоилась, она сразу же направилась к клиенту, который в тот момент вёл переговоры с важным человеком. И я, от её лица, увидела его на большом экране.       — Я сказал нет. — холодно отчеканил Ёринобу.       — Меня же за это убьют… — со страхом ответил собеседник.       — Значит, погибнешь за правое дело. — равнодушно ответил он и тут же обратил внимание на пришедшую Эвелин, дистанционно выключив большой экран. — Располагайся пока, я закончу через минуту.       Я поставила запись на паузу, обращая внимание на голос Ти-Баг.       — Надо послушать их разговор. Там может быть что-то важное.       — Принято.       Я тут же перешла в режим редактора и переключилась на аудиодорожку, предварительно просканировав телефон, который Ёринобу только что взял.       — Программа пока на стадии испытаний. Её нельзя выводить на рынок! — пытается убедить его тот самый мужчина.       — Это мы посмотрим. — холодно произнёс Ёринобу, подойдя к барной стойке.       — Пожалуйста, не спешите. Лучше обсудите это с вашим отцом. — собеседник явно надеется, что этот парень одумается и посоветуется с отцом. — Он уделяет проекту особое внимание и может объяснить, как это…       — Мой отец — замученный, безыдейный дед, который не любит перемены и хочет жить вечно в своём маленьком застывшем мирке. — перебивая собеседника, всё так же холодно произнёс Ёринобу, отойдя от барной стойки.       — Пожалуйста! Мне даже не полагается слушать такие выражения!       — Так послушай ещё: Сабуро — безумный деспот, который потерял связь с реальностью. Он живёт в мире, которого уже нет! Может, никогда и не было! — срываясь, высказал то, о чём сам думал. — Мы за двадцать лет не договорились, не договоримся и теперь.       — Пожалуйста, ознакомьтесь с документацией. Чип должен храниться в определённых условиях. Этим нельзя пренебрегать!       — Ясно. Хватит. — бросив трубку, Ёринобу положил телефон на журнальный столик.       — Слышала? Где-то здесь документы на чип. Посмотри вокруг.       — Поняла.       Я вернулась в режим зрителя.       Само пространство в пентхаусе на закате я успела увидеть, прежде чем Ёринобу подошёл к Эвелин, немного виновато глядя на неё. Он ладонью нежно поднял её за подбородок, так что она сама встала с роскошного японского пуфика.       — Прости, пожалуйста. — извиняясь, клиент начал оправдываться. — Работа… такая штука.       — Хм, ничего. — нежно, почти кокетливо, ответила ночная бабочка, поглаживая его по плечу и шепча ему на ухо. — Я даже ещё не совсем потеряла терпение.       Она немного отстранилась от него, но потянула на себя его руку.       — Всё в порядке? — спросила Эвелин в то время, как Ёринобу поцелуем прильнул к её шее. — Ты сегодня какой-то напряжённый.       — Ничего. — понизив голос, клиент ответил. — Скоро пройдёт.       — И я этим займусь… — обнимая его, проститутка начала кокетничать, обхватив его лицо обеими руками. — Но при одном условии.       — Ты будешь ставить мне условия? — в его голосе не было нотки злости, скорее, удивление.       — Только одно. — прежде чем она потянула его в сторону спальни, слащавым голосом она сказала: — Всё внимание — на меня.       Эвелин на секунду остановилась, так как Ёринобу нужно было забрать планшет. Она вспомнила: — У нас остались конфеты? В прошлый раз с ними было так хорошо…       — В спальне. — подсказал он, прежде чем с планшетом направился в сторону кровати. — В тумбочке.              А женщина направилась к панели управления со словами: — У меня есть идея. Сейчас вернусь.       Эвелин на нём сначала открыла сообщения, и в этом фрагменте я уловила почтовое уведомление.       Оказывается, эта заказчица не просто элитная проститутка. Она — люксовая кукла для секса.       Потом Паркер переключила освещение на романтичное и включила соответствующую музыку. После чего вернулась к Ёринобу, который начал прятать включённый планшет.       В этот момент я снова переключилась в режим редактора, начиная сканировать само устройство и всю информацию о биочипе в нём.       В документации были указаны средняя идеальная температура для хранения этой чудо-технологии. Вдобавок Ти-Баг подтвердила: чип обязательно должен храниться в контейнере с терморегуляцией.       На всякий случай я просканировала пистолет Ёринобу. Потом — оставшиеся датчики безопасности.       Только после этого я переключилась на тепловизионную дорожку и начала искать, где хранится биочип. Начала с ведра с шампанским.       — Ууу, «Донахис». — заметила Ти-Баг. — Мистер Арасака, наверное, что-то празднует.       Учитывая, что тут температура выше указанной, мы пришли к выводу, что хранить его в этом ведре — гиблое дело.       Следом я просканировала мини-холодильник. Тоже мимо.       Только потом, справа, я заметила что-то квадратное или прямоугольное, покрытое голубым облаком. Я просканировала его, и… о да! Те же параметры, что и в документации. И это было со слов моей коллеги по виртуальному цеху.       — Оригинально продумано. — прокомментировала я этот напольный сейф, — Запомнить бы это местоположение.       — Главное, что мы молодцы. — ответила Ти-Баг, — Теперь можно сворачиваться.       Когда я выключила брейнданс, у меня словно в глазах потемнело. Первое, что я увидела, — тусклый, на мой взгляд, свет, который освещает кресло, на котором я сижу.       Я закрыла глаза и откинула голову назад. Всё постепенно начало приходить в норму. Я вздохнула.       — Баг, мы закончили. Спасибо. — поблагодарила я её, открывая глаза.       — До связи.       И вызов был завершён.       Джуди тем временем что-то тихо клацала по клавиатуре. Видимо, чистила наши следы в логах, как и обещала.              — Ты как? — спросила она меня в тот момент, когда я уже подняла голову и открыла глаза.       — Всё нормально. — приподнимаясь с кресла, я сняла этот треклятый обруч, прежде чем снова обратила на неё внимание, — Спасибо, Джуди.       — Кстати… — она уже обратилась ко мне и Эвелин, — Вот смотрю я на вас, и знаете, что вижу? — сложив руки, монтажёрша смотрела то на меня, то на проститутку. — Ходячие говорящие трупы.       — Нам нужен был этот брейнданс. — сказала я по факту, вместо бессмысленного, на её взгляд, утешения, — Он практически всё за нас сделал.       — Чувствую, этот брейнданс нас угробит. Я серьёзно. — Джуди начала жестикулировать и говорить так, будто в красках описывает ужасные последствия, — Если «Арасака» узнает про эту запись — вам пиздец. Мне тоже.       — Джуди… — тут же Эвелин вмешалась, — Перестань. Никто ничего не узнает.       — Эвелин, прошу… — она вздохнула, — Не ищи лёгких путей. Город ненавидит тех, кто так делает. Будь осторожна.       — Конечно. — спокойно ответив, женщина направилась к двери, бросив мне через плечо: — Через минуту жду тебя у двери.       И я смотрела ей вслед, когда она вышла из студии.              Наконец я встала с кресла.              — Спасибо ещё раз. За помощь. — поблагодарила я Джуди, прежде чем та вернулась к работе над брейном, с надеждой на то, что мы ещё раз увидимся.              Я вышла из студии, где у менее освещённого второго выхода Эвелин меня ждала. Приблизившись к ней, я сохранила дистанцию на несколько метров, прежде чем она ко мне обратилась: — Что думаешь по этому поводу?              Тут же я вспомнила, помимо его основной истории о семейной ссоре, вступлении в банду «Стальные драконы» с целью устроить дворцовый переворот и его дальнейшей сделке с «НетВотчем», он ещё ведёт двойную жизнь в ShinCam, где в одном из его аккаунтов — официальном, вылизанном до стерильности корпоративными пиарщиками, — он выкладывает фото с мероприятий, цитаты из книг по менеджменту и свои «глубокие» мысли о будущем «Арасаки». А в другом, анонимном, под ником «Nobuser2002», он подписан на два десятка пабликов с архитектурой брутализма, мемы про программистов и кошек. И ни одной подписки на «Арасаку». Как будто обычный айтишник, который устал от начальника.       Но самое забавное — его клиентский аккаунт на ForbiFru. Анонимный, конечно. Я наткнулась на него случайно, когда проверяла один заказ по просьбе Ти-Баг. Обычно такие профили полны извращений и дорогих подписок на хардкорный контент. А у него — избранное, как у сентиментального подростка. Девушки с уличной эстетикой, не гламурные куклы, а те, кто выглядит… естественно. Пара нетраннерш с книжными стримами. Девушка, которая вышивает крестиком и показывает процесс. И Эвелин. Да, она тоже там. Не в её откровенных образах из «Лиззис» и тому подобное, а в старых фото — без макияжа, с чашкой кофе в дорогом кафе на фоне серого утра. Подписка на её эксклюзивный контент стоит не слишком дорого, но Ёринобу оформил её с пометкой «любимое».              Осталось только узнать, как и когда они познакомились, и можно считать, что пазлы сложены… Остальное мне уже очевидно.              — Кажется, я поняла, откуда ты столько знаешь о Ёринобу.       — Мужчины в постели очень болтливы. — Эвелин сказала простую вещь. — В этом секрет.       — И вас объединяет только секс? — решила я уточнить.       — Бизнес. — поправила она меня. — Только бизнес.       — Угу… Уверенна ли ты, что Ёринобу не ожидает от тебя подлянки?       Паркер лишь покачала головой: — Ёринобу ни о чём понятия не имеет. Он думает только о том, чтобы договориться с «НетВотчем». Хотя… — она отвела взгляд, — если даже каким-то чудом он начнёт что-то подозревать, то не успеет вовремя среагировать. Ты же об этом позаботишься, правда?       — Я, конечно, справлюсь… — я замялась на секунду. — Но скажи мне вот что: неужели ты не боишься? «Арасака» ведь может прийти ко всем, у кого были дела с Ёринобу.       — Много ходить придётся. В том числе к тем, кто известен побольше моего. — Эвелин холодно улыбнулась. — И как думаешь, на кого падёт подозрение? На корпоратов и наёмников или на девочку в его койке?       — На кого угодно, Эвелин. — я покачала головой. — Только вот убьют, или попытаются убить, всех. Чтобы допрашивать не смогли.              Перескакивая с одной темы на другую, я перешла к оценке риска.              — А так… Инфа про Ёринобу, про чип, брейнданс из «Компэки»… Всё складывается, план безупречный. Таких заказов один на миллион.       — Спасибо. — она кивнула, принимая комплимент. — А теперь вопрос, пожалуйста.       — Только я не верю в стечение обстоятельств. Где подвох?       — Боишься? — она прищурилась. — Ищешь, как выйти из игры?       — Нет. — я выдержала паузу. — Я просто хочу понять, что ты не блефуешь. Чтобы потом не вляпаться в говно, из которого не вылезу.       — Вивид. С чего мне тебя обманывать? — она устало вздохнула. — Мы с тобой в одной лодке. Правда. Всё под контролем.       — Окей… — я на мгновение задумалась. — Что теперь-то?       — Вивид… — она посмотрела мне прямо в глаза. — Поработай на меня. — Эвелин сделала шаг ближе. — Я имею в виду, только на меня. Без посредников, с которыми надо делиться прибылью. Без Декса.              Так и знала, что нельзя доверять таким "заказчицам". Сначала корпоратка Мередит с её кредитным чипом-маячком, теперь эта… Стоило только принять предложение, как они тут же пытаются перетянуть одеяло на себя. И ведь даже не скрывают, что хотят кинуть того, кто нас свёл. Красиво живут, суки...              — Блять, ты серьёзно? — я едва ли сдержала нервный смешок от того, что только что сказала эта проститутка. — Хочешь кинуть нашего фиксера, без которого я бы не получила информацию?       — Декс просто посредник. — она отмахнулась. — При этом совершенно бесполезный.       — Эвелин. — я понизила голос. — Есть одно единственное правило Найт-Сити, которое наёмники соблюдают. Кидать фиксеров равняется смерти.       — Мы сделаем это по…       — Неважно. — перебила я. — Такое обычно стоит репутации. А без репутации ты ноль без палки. Тебе оно надо?       — Задай этот вопрос себе, а не мне. — её голос стал твёрже. — Чего тебе хочется больше всего: до конца жизни возиться с бандами за гроши или за одну ночь стать легендой? Выбор за тобой.              Я замерла на секунду.              — «Тихая жизнь или смерть в лучах славы?» — этот вопрос Декстер задал мне в лимузине, когда мы только начинали. Тогда я ответила, что главное — чтобы тебя запомнили. Но сейчас, стоя в этом гудящим серверами коридоре перед женщиной, которая предлагает кинуть того самого фиксера, эти слова звучали иначе. Легко говорить о славе, когда за тобой не охотится полгорода. Легко мечтать о легенде, когда твои друзья ещё живы и не предали. А что выберу я, когда на кону будет не просто репутация, а жизнь? Пока что ответа у меня не было.              — У этого выбора слишком высокая цена.       — Я знаю. — она кивнула, не отводя взгляда. — Поэтому всё должно остаться между нами. Так что предлагаю тебе пятьдесят процентов. Достаточно, чтобы сделать всё, что хочешь.       — Только не в этом городе. — я горько усмехнулась. — Декс объявит на меня охоту, если узнает.       — Декс не единственный фиксер в Найт-Сити. — она почти прошептала. — А такое предложение бывает только раз.       — Я подумаю, но не обещаю. — я отвела глаза.       — Когда решишь, звони. Сейчас отправлю свой номер.              На этом, попрощавшись, я окончательно вышла из студии, поднимаясь по ступенькам.              — «Пятьдесят процентов. Достаточно, чтобы сделать всё, что хочешь». — Эвелин даже не представляет, сколько на самом деле я зарабатываю. Ей, наверное, кажется, что нетраннеры — это вечно голодные гики, которые согласны на любую подработку за пару тысяч эдди. А мои обычные заказы… особенно те, где нужно копаться в чужих базах данных или перехватывать корпоративные переписки… они приносят столько, что Джеки с Вэлмой только завистливо вздыхают. Я не хвастаюсь, это просто факт. Ведь моя нетраннерская деятельность даёт мне больше, чем её самые смелые фантазии. И уж точно больше, чем она предлагает за риск подставить шею под нож «Арасаки» и одновременно кинуть ДеШона. Так что, Эвелин, спасибо за щедрость, но я сама решаю, за какие деньги рисковать. И уж точно не за обещания стать «легендой», когда легендой здесь становятся только мёртвые.              На полпути, когда я только поднялась по первым ступенькам и остановилась у электрощитка, зазвонил телефон.       Я спешно пошарила по карманам. Когда нащупала мобильник, глянула на экран — Вэлма. Сердце ёкнуло. Надеюсь, у них всё в порядке.              Я ответила на вызов: — Да?       — Ви, хорошие новости! — голос Вэл звучал запыхавшимся, но радостным. — Твой варик с дипломатией сработал!              Я выдохнула — напряжение, которое копилось последние часы, начало отпускать.              — Так и думала. — я невольно улыбнулась. — Как всё, в итоге, прошло?       — «Болта» нам отдали. Только вот…       — Что? — тревога снова сжала грудь. — Говори!       — Эта мразь, по словам одного типа, с которым мы перекинулись парой слов, натравила на этот мясокомбинат своих шавок. Эта хуйня со слежкой всё-таки сработала.       Я вздохнула.       — Я тебя предупреждала, что так оно и будет.       — Ну, теперь понятно, откуда ноги растут. Ладно, проехали. — Вэлма сменила тон на более спокойный. — Как дела с заказчицей?       — Встретились. — я прислонилась спиной к стене, чувствуя, как холод бетона пробирает сквозь худи. — Вирт я посмотрела и, думаю, расскажу при встрече.       — Давай я тогда заеду к тебе домой? — предложила Вэлма.       — Окей. — я кивнула, хотя она не могла этого видеть. — Жду.       Мы попрощались, и я убрала телефон в карман.              В голове всё ещё крутился разговор с Эвелин, её предложение, её «пятьдесят процентов». Но сейчас, после голоса Вэлмы, после того как я услышала, что они с Джеки живы и бот у них, всё остальное казалось не таким важным.              Я оттолкнулась от стены и пошла дальше, наверх к гримёрной, по пути набирая Декстеру.              И он сразу же ответил на звонок.       — Декс. — первой начала я, переступая порог гримёрной, — Все дела сделаны. Теперь можешь спать спокойно.