27.

      Ура никогда не говорит мне, что заставило её отца передумать, а я и не подумал спросить. Всё, что меня волнует - что она останется.       За ужином Ура радостно болтает о своей предстоящей поездке, рассказывая нам весёлые истории о мимолетной привязанности её матери к различным хобби: живописи, керамике, писательству, коллекционированию антиквариата, список можно продолжать и дальше. Каждое пристрастие кажется бóльшим провалом, чем предыдущее.       Утром я с удивлением просыпаюсь и обнаруживаю, что кровать пуста. Я смотрю на часы и понимаю, что уже далеко за девять. Завтра Ура уезжает, и я планирую провести с ней сегодня столько времени, сколько смогу.       Я тянусь за телефоном и звоню ей, чтобы узнать, где она. Телефон звонит несколько раз, прежде чем отвечает голосовая почта. Я вешаю трубку и решаю написать ей вместо этого. Где ты? ~ Юнги       Пятнадцать минут спустя у меня всё ещё нет ответа. Неохотно я вылезаю из своей тёплой постели, натягиваю футболку с длинным рукавом и спортивные штаны и тащусь по коридору. Как только просовываю голову в тёмную студию, я слышу её голос, доносящийся из её комнаты.       Её дверь открыта наполовину, и я даже не утруждаю себя стуком, прежде чем протиснуться внутрь. Ура ходит взад-вперёд от своей кровати к комоду, складывая аккуратно одежду стопками. На полу стоит чемодан.       Ура поворачивается ко мне, когда я вхожу, и я замечаю её телефон, зажатый между ухом и плечом. Это объясняет мой проигнорированный звонок. Она произносит одними губами слово "прости", и я отмахиваюсь от неё, качая головой. — Да, конечно, — говорит она звонящему. Ура берёт футболку, мгновение рассматривает её, затем складывает и добавляет в одну из стопок, чтобы забрать с собой.       Я шаркающей походкой вхожу в комнату и переползаю кровать на дальнюю сторону – ту, что свободна от горы одежды. Откинув одеяло, я забираюсь в её постель и устраиваюсь поудобнее. Закрыв глаза, я отключаюсь от её разговора и тихих шелестящих звуков, с которыми она складывает одежду.       Я действительно начинаю снова дремать, тёплая постель и успокаивающий звук её голоса снова убаюкивают меня, но кое-что из сказанного ею привлекает моё внимание. Я предположил, что она разговаривает с Чимином, но по мере того, как я обращаю больше внимания на её серьёзный тон, я начинаю думать, что этот звонок носит более профессиональный характер. — Да. Нет, я понимаю, — я приоткрываю один глаз и наблюдаю, как она добавляет в стопку ещё одну пару шорт. — Спасибо, я ценю это, — она поворачивается к своему шкафу и исчезает внутри. Я снова закрываю глаза. — Да, хочу. Да... да, я уверена.       Я слышу, как Ура шаркает обратно в свою комнату, а затем безошибочно узнаваемый стук туфель, которые бросают в пустой чемодан. – Мне тоже жаль. Да, спасибо вам. Пока, — Ура глубоко вздыхает. — Всё в порядке? — спрашиваю я, мои глаза всё ещё закрыты. — А? Да… прекрасно. Просто связываю кое-какие концы с концами.       Что-то не так, но прежде чем я успеваю спросить, Ура забирается под одеяло и прижимается ко мне. Может быть, нам всё-таки удастся вздремнуть. — Я завтра уезжаю, — мурлычет она. — Я в курсе. — Ты вообще будешь скучать по мне? — Эх, сомневаюсь, — поддразниваю я. — Было бы здорово хоть раз спокойно выспаться. Ты слишком много болтаешь. — Не правда! — визжит она. — Да, на самом деле так и есть, — если бы я открыл глаза, уверен, что увидел бы злющую Уру. — В основном ты бормочешь что-то, чего я не понимаю, но иногда ты произносишь моё имя. — Думаю, это не так уж плохо. — Нет, я так не думаю. Мне это вроде как нравится. Даже когда ты спишь, всё ещё думаешь обо мне, — я притягиваю её ближе к себе. Некоторое время мы молчим, и я нежно глажу волосы Уры, лежащей в моих объятиях. — Но серьёзно, — резко говорит она, — что ты собираешься делать без меня целую неделю? Я смеюсь. — Честно, не знаю, — признаюсь я. — Я, вероятно, буду хандрить дома всю неделю или буду с Чонгуком и его подружкой. Тебе стоит познакомиться с ней. Я думаю, вы бы отлично поладили. — Я не против.       По правде говоря, я планирую подарить ей песню - её колыбельную, она будет закончена к Рождеству. Я хочу записать её вместе с некоторыми из моих ранних композиций для её подарка. Я улыбаюсь при мысли о том, что она включит диск в своей студии, может быть, даже потанцует под некоторые из моих песен.       Ура садится и быстро выбирается из-под одеяла. Порыв холодного воздуха проникает в мой тёплый кокон, и я стону. — Давай, — взволнованно говорит она. — Давай сделаем что-нибудь весёлое сегодня, пока я не уеду.       Я придвигаюсь к ней поближе, пытаясь вернуть немного тепла от её тела. Я кладу голову ей на колени и устраиваюсь поудобнее, пока Ура перебирает пальцами мои волосы. — Тебе не нужно сегодня репетировать? Чимин придет? — Не, он с друзьями. Мне всё равно сегодня не хочется танцевать.       Хорошо, теперь я знаю, что что-то не так. За те четыре месяца, что я знаю Уру, она танцевала минимум два часа каждый день. Я открываю глаза и приподнимаюсь, прислоняясь спиной к изголовью кровати. Несколько раз грубо потирая лицо руками, я заставляю себя проснуться. — Ура, что происходит? Ты уверена, что всё в порядке? — Да... да, — она нервно смеётся. — Мне просто грустно расставаться с тобой.       Я оцениваю её мгновение, выражение моего лица ясно говорит: "Я на это не куплюсь". — Что? Разве мне время от времени не дают выходной? Я просто хочу заняться чем-нибудь другим. Я хочу провести обычный день со своим парнем, занимаясь обычными вещами, которые делают все люди моего возраста! Я не какой-нибудь олимпийский спортсмен, которому нужно тренироваться весь день, каждый чёртов день!       Я смеюсь над её тирадой. Разъяренный котёнок снова наносит удар. — Что тут смешного? — Ну, для начала ты спортсмен на тренировке. Возможно, ты и не выиграешь золотую медаль в итоге, но ты работаешь так же усердно... может быть, даже усерднее. И, во-вторых, это был первый раз, когда я услышал, чтобы ты назвала меня своим парнем, — я ухмыляюсь. Наконец она улыбается.       Я снова смеюсь. — Хорошо. Дай мне одеться, и я отвезу тебя куда захочешь.       Сорок минут спустя мы гуляем рука об руку по Прибрежному парку, наблюдая, как корабли приходят и уходят из порта. Прекрасный осенний день, листья только начинают менять цвет, а воздух прохладный и свежий. Мы покупаем ланч в одном из уличных кафе, разливаем его по контейнерам и едим на площадке для пикников в северной части парка. — Итак, как у меня дела? — спрашиваю я. — Уже лучше, — поддразнивает она, откусывая от салата. — Просто лучше? — я театрально поглаживаю подбородок, пытаясь выглядеть как злой гений, вынашивающий план. — Интересно, поездка в... о, я не знаю - в океанариум помогла бы мне стать лучше?       Глаза Уры широко открываются, на лице читается волнение. — Мы идем в океанариум!? — визжит она, как нетерпеливый ребёнок, прежде чем взять себя в руки. — Я имею в виду… ну, это не повредит, — она пожимает плечами.       Я поворачиваюсь на своём месте и указываю на большое здание прямо за нами.

***

      Мы проводим более двух часов, бродя от аквариума к аквариуму. За эти годы я много раз бывал здесь на школьных экскурсиях. Эти прогулки были утомительными, монотонными, и переносить их было почти больно. Но находясь здесь с Урой, испытываешь совершенно другие ощущения. Я, вероятно, наблюдаю за ней больше, чем за любым из дисплеев. Она загипнотизирована всем, что видит, а я загипнотизирован ею.       Ура стоит перед аквариумами с тропическими рыбками, прижав руки к стеклу, разглядывая всё. Она указывает на рыб, которые, по её мнению, красивые, забавные или пугающие. Она отворачивается от аквариума с электрическими угрями, дрожа и заявляя, что они слишком похожи на змей.       Она берёт меня за руку и ведёт к контактному аквариуму. Опуская пальцы в холодную воду, она достает морскую звезду из камня и кладёт её в мою погруженную руку. Я держу раскрытую ладонь, баюкая маленькое существо в своей руке, пока Ура проводит пальцем по его колючим лапкам, нежно поглаживая его. Я бы никогда раньше не участвовал в подобных мероприятиях, но когда Ура поднимает на меня взгляд, улыбка на её лице и волнение, танцующее в глазах, делают этот момент изюминкой моего дня.       Мы направляемся в Подводный купол, сферическую комнату с 360-градусным обзором огромного аквариума. Впервые за весь день Ура отпускает мою руку и выходит в центр комнаты, глядя широко раскрытыми глазами на окружающую обстановку. Это действительно впечатляет, и Ура явно поражена. Я стою в стороне, наблюдая за выражением её лица. — Это невероятно, — бормочет она, ни к кому не обращаясь.       Семья с четырьмя маленькими детьми, очевидно, в отпуске выходит из комнаты, ненадолго оставив нас одних. Я подхожу к Уре сзади, обнимаю её за талию и кладу подбородок ей на плечо. Ура прислоняется спиной к моей груди, когда я прижимаю её к себе. — Я люблю тебя, — шепчу я.       Ура поворачивается в моих объятиях лицом ко мне, обвивая руками мою шею. — Я тоже тебя люблю.       Я наклоняюсь и целую её, поднимаю руки, чтобы погладить её по лицу. Она поворачивается, и мы возвращаемся в наше положение, мои руки обнимают её, её тело прислоняется к моей груди. Наша поза напоминает мне о той ночи на балконе, когда я укачивал Уру, чтобы она заснула. Я начинаю тихо напевать ей колыбельную, прижимая её крепче к себе. Очевидно, Ура тоже помнит этот момент, она улыбается и удовлетворенно вздыхает. Несколько минут мы наблюдаем за рыбками, плавающими вокруг нас, пока я напеваю ей песенку. — Спасибо тебе, Юнги, за то, что привёл меня сюда. — Не за что. Ты готова идти? — спрашиваю я. — Да. Мне нужно закончить собирать вещи, — её голос звучит подавленно. — У тебя такой грустный голос. Я думал, ты взволнована. — Да, конечно. Я просто... неважно, — Ура качает головой. — Нет. Что ты собиралась сказать?       Она вздыхает. — Я просто хочу, чтобы ты поехал со мной, вот и всё. — Ура, я...       Она поворачивается ко мне лицом, ослабляя мою хватку. — Нет, я понимаю. Я понимаю. Это... сложно. Всё в порядке. Нам не обязательно говорить об этом сейчас. Я не хочу портить наш день. Я так прекрасно провожу время. Мне не следовало поднимать эту тему. Прости.       Она не собирается позволять мне объяснять, и я тоже не хочу омрачать наш день такой тяжёлой темой для разговора, но нам всё равно нужно поговорить об этом. Мы больше не можем этого избегать. Пришло время нам сесть и серьёзно поговорить о нас, обо мне, о том, куда мы направляемся. — Хорошо. Не сегодня. Но нам всё равно нужно поговорить. Когда ты вернёшься, мы поговорим, и я всё объясню. Ты должна знать всё, Ура.       Она кивает. — Давай пойдём домой.