46.

POV Юнги — Юнги, когда ты был маленьким мальчиком, ты всегда вёл себя так, как будто... как будто ты гость в нашем доме. Когда ты стал старше, ты ещё больше отдалился от нас. А потом к нам переехала жить Ура. В то время я не понимал, что привело к перемене в тебе, но я это видел. Сейчас, оглядываясь назад, это стало так очевидно. Слушая, как ты говоришь о ней, видя, как сильно ты борешься за неё. Она была той частью тебя, которой не хватало все эти годы. Она показала тебе, что, хотя никто не может заменить твоих родителей, ты можешь снова полюбить. Юцы и я, мы пытались показать тебе все эти годы, что мы любим тебя. Но как бы мы ни старались, ты смог начать исцеляться только после того, как тебе вернули эти недостающие кусочки твоего сердца. Та девушка наверху, она вернула мне моего сына. Она снова сделала тебя целым. Она сделала эту семью полноценной.       Я вытаскиваю руку из-под хватки Тэсо и прикрываю глаза тыльной стороной ладони. Я пытаюсь сдержать поток эмоций, который вызывают его слова, но это слишком сильно. Всё, что я подавлял в течение этого, обрушивается на меня. И когда моя грудь вздымается от первого глубокого всхлипа, я отпускаю.       Я не слышу, как Тэсо встаёт со своего места, и едва замечаю, как он поднимает меня. Когда его руки обвиваются вокруг меня, я прижимаюсь к его груди и позволяю отцу утешать меня. Следующие несколько минут я прислоняюсь к нему, не в силах взять себя в руки, и плачу сильнее, чем когда-либо за всю свою жизнь. — Мне так жаль, Юнги. Как только ты начал менять свою жизнь к лучшему, я вырвал у тебя спасение. Когда я узнал, что вы вместе, я искренне поверил, что это была очередная твоя бунтарская выходка, направленная на разжигание новой войны между нами. Я только видел, как ты втянул её в нашу заваруху, и я не позволил этому случиться. Это не оправдание, но ты должен понимать, что твоё поведение до того момента не заставило меня смотреть на это по-другому. Я был полностью ослеплён своим гневом из-за твоего непослушания в прошлом, и не мог видеть дальше этого. Я не видел этого.., пока не стало слишком поздно. Я был неправ, очень сильно ошибался.       Я прерывисто вздыхаю. — Я... я так сожалею обо всех глупостях, которые я натворил. Я никогда не хотел... я никогда не хотел причинить кому-либо боль. Я понятия не имел, что я... что я бы... Мне так жаль.       Тэсо хватает меня за плечи и отталкивает назад, заставляя посмотреть на него. Даже когда он качает головой, я вижу, как в его глазах блестят непролитые слёзы. — Теперь всё позади. — Но ты и Юци - вы не заслужили этого. Я заставил вас пройти через ад. Как? Как ты можешь просто забыть об этом? — Потому что ты - наш сын, — твёрдо говорит он. — Мы любим тебя. Я люблю тебя. Никогда не забывай об этом. Ничто никогда этого не изменит.       Губы Тэсо изгибаются в грустной улыбке, и он снова притягивает меня к себе. Впервые я отвечаю на его объятия и позволяю его словам освободить меня от чувства вины и стыда, которые давили на меня слишком долго.       Неожиданный звук поворачивающегося в замке ключа нарушает тишину. Тэсо слегка напрягается, когда открывается входная дверь, и мне не нужно поднимать голову, чтобы узнать, кто к нам присоединился. — Всё в порядке, — говорит Тэсо, но не мне.       Я прислушиваюсь к безошибочному звуку падающих сумок на пол и стуку каблуков Юцы. Когда она подходит к нам, я чувствую, как её маленькая ручка легко касается моей спины.       Я поднимаю голову и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Юцы. Обеспокоенное выражение на её лице усиливается, когда она смотрит на мои заплаканные щёки. Она быстро переводит взгляд с Тэсо на меня, её глаза задают тысячу безмолвных вопросов, пока она изучает нас. Я высвобождаюсь из рук отца и обнимаю её. — О, — выдыхает она, явно пораженная моим внезапным объятием. — Спасибо, — бормочу я, мои слова приглушены её плечом. — Спасибо, что любишь меня. — О, милый, — задыхается Юцы. — Мы любим.       Сильная рука касается моей головы, а затем сжимает плечо. Я поднимаю лицо как раз в тот момент, когда Тэсо нежно целует Юцы в макушку, а другой рукой надёжно обнимает её за талию. — Пожалуйста, не плачь, — умоляю я, когда слезы текут по её лицу.       Юцы смеётся сквозь слёзы, протягивая руку, чтобы стереть влагу с моих щёк. Мгновение она переводит взгляд с меня на Тэсо, всё ещё держа моё лицо в ладонях. — И подумать только, — поддразнивает она, — я провела последние пять часов в самолете, планируя, как убить вас обоих, только для того, чтобы войти в дверь и обнаружить... это. Мы все хихикаем. POV Ура       Чего я не ожидала, так это того, насколько лучше я себя чувствую этим утром. Я просыпаюсь с приливом энергии, чувствуя, что могу часами сидеть в студии или надеть кроссовки и отправиться на пробежку.       Когда я рассказываю об этих идеях Тэсо, я получаю строгий взгляд в ответ. Он вытаскивает иглу из моей руки, прикрывает место, где она проткнула кожу, небольшим бинтом. — Давай посмотрим, как пройдёт сегодняшний день, — говорит он. — Тогда мы можем обсудить, сколько упражнений тебе следует делать прямо сейчас, когда встретимся с доктором Чхве завтра утром.       Раздаётся слабый стук, и мы оборачиваемся, чтобы увидеть Юнги, стоящего в дверном проеме. Одна рука засунута в передний карман, а в другой он держит стакан. — Спасибо тебе, сынок, — говорит Тэсо, забирая у него стакан и поворачиваясь ко мне.       Он протягивает мне стакан, и выражение его лица безмолвно спрашивает, готова ли я попробовать ещё раз. Я беру стакан, впервые замечая, что он не того приглушенно-розового цвета. — Что это? — спрашиваю я, изучая густую белую жидкость. — Я подумал, что сегодня тебе может понравиться что-нибудь другое. — говорит Юнги, всё ещё скрываясь за дверью.       Он прав. Хотя вчерашний смузи действительно был вкусным, от одной мысли о том, что мне придётся проглотить ещё немного этого фруктового вкуса, желчь подступает к горлу. — Ах, — выдыхает Тэсо, оглядываясь на Юнги. — Мне было интересно, куда ты пропал этим утром. Хорошая идея.       Юнги просто пожимает плечами и смущенно смотрит в землю.       Я быстро проглатываю маленький глоток. Легкий ванильный вкус - приятная перемена. — Спасибо, — тихо говорю я, облизывая губы, чтобы насладиться вкусом. Глаза Юнги вспыхивают.       На долю секунды на лице Юнги появляется выражение надежды, прежде чем он переводит взгляд на своего отца. Я слежу за его взглядом и вижу, что Тэсо улыбается в ответ своему сыну.       Как он это делает! Чёрт возьми! Он снова втянул меня в свою аферу, а сам, кажется, даже не пытается.       Тэсо снова обращает своё внимание на меня. — Итак, Ура, я уверен, что сегодня будет лучше, чем вчера, но я не хочу, чтобы ты расстраивалась, если нам потребуется несколько попыток.       Я киваю, и по какой-то причине Тэсо снова смотрит на Юнги, как будто тоже ищет у него понимания. Он просто смотрит в пол, засовывая свободную руку в карман толстовки. — Не сомневайся, если тебе что-нибудь понадобится, — говорит Тэсо, направляясь к двери. — Мы просто будем внизу, — он останавливается и сжимает плечо Юнги, заставляя его поднять глаза. Они секунду смотрят друг на друга, прежде чем Юнги кивает и следует за Тэсо, когда тот выходит из комнаты.       Полагаю, это означает, что обязанности няни теперь переданы Чимину, которому, кажется, слишком удобно устроиться под моим одеялом, смотря какое-то отстойное реалити-шоу на ноутбуке Юнги. Я бы хотела, чтобы он обратил более пристальное внимание на странный обмен репликами, который только что произошёл.       Глупая Ура. Конечно, я углубилась в это. Юнги, вероятно, всё равно не смог бы провести со мной ещё один день. Он, вероятно, провёл вчерашний день, мечтая залить свой мозг отбеливателем, чтобы смыть образы моей пиротехники с пищеварением. И, конечно же, его девушка не в восторге от того, что он провёл выходной дома с… — О чём бы ты ни думала, тебе нужно остановиться, — я поднимаю голову с того места, где она удобно устроилась на груди Чимина, чтобы посмотреть на него. — Как ты узнал?       Он ухмыляется. — Я знаю тебя.       Я опускаю голову и снова сосредотачиваюсь на экране, заставляя свой разум сконцентрироваться на программе и ни на чём другом.       Чимин смеётся, отчего моя голова подпрыгивает у него на груди. — Ты ужасная подушка, — ругаюсь я, пытаясь отодвинуться от него, но рука, обнимающая меня за спину, только крепче прижимает меня. — Чимин! Отпусти меня! — я изо всех сил пытаюсь вывернуться из его хватки, но он только смеётся над моей слабой попыткой освободиться. Я протягиваю руку за его голову и, схватив свою подушку, выдёргиваю её из-под него. В то же мгновение его голова откидывается назад. — О, теперь ты сделала это, Хан! — одним быстрым движением Чимин ставит ноутбук Юнги на пол, а затем переворачивает меня на спину. Он садится мне на ноги, подминая меня под себя, и безжалостно щекочет мои бока. — Нет! Чимин, прекрати! — я взвизгиваю между приступами смеха.       Он не останавливается, ещё глубже впиваясь пальцами в мои рёбра. — Скажи, что тебе жаль, — требует он. — Прости! Прости! — я так сильно смеюсь, что едва могу выдавливать слова. — Скажи мне, какой я красивый.       Я неудержимо хихикаю. — Ты мог бы стать моделью!       Он просто замедляет свою атаку, но не останавливается. — Скажи, что я величайший танцор на свете.       Я притворяюсь, что на мгновение задумываюсь об его команде. — Я бы так далеко не заходила, — поддразниваю я. Это вызывает совершенно новый раунд атак.       Чимин не прекращает свою детскую щекотку, и я продолжаю наносить удары по его груди, всему телу, везде, до чего могу дотянуться.       Кто-то прочищает горло, и мы оба замираем, уставившись друг на друга широко раскрытыми глазами, как будто нас только что застукали за чем-то. Я поворачиваю голову в направлении звука и вижу Юнги, прислонившегося к дверному косяку с ещё одним стаканом в руке. Правая сторона его рта приподнята в той восхитительной кривой усмешке, которая заставляла моё сердце таять. — Я мог бы вернуться позже, если вы двое захотите побыть наедине, — дразнит он. — Не-а, — говорит Чимин, скатываясь с меня. — С меня хватит. Думаю, она усвоила урок.       Как только я освобождаюсь от его хватки, я сажусь и пытаюсь откинуть волосы с лица. Я уверена, что они растрепались после жестокой атаки.       Юнги отталкивается от двери и подходит ко мне, держа одну руку в кармане, когда протягивает мне стакан. Я смотрю на него в замешательстве. — Но... ещё не время. — Ура, прошло больше часа.       Я смотрю на часы. Он прав. — Но это значит, что… Меня не вырвало.       Юнги гордо улыбается. — Да.       Я несколько раз перевожу взгляд с него на Чимина, они оба ухмыляются мне, стоя рядом с моей кроватью. Когда до меня наконец доходит осознание, я уверена, что моя идиотская ухмылка совпадает с их.       Я беру стакан у Юнги и быстро выпиваю белую жидкость, возвращая ему пустой стакан. Кажется, он не может стереть ухмылку со своего лица или оторвать взгляд от моих глаз. — Чимин, мама приготовила завтрак внизу, если ты голоден, — говорит Юнги. — Юцы? — я повторяю. - Она должна вернуться только послезавтра. — Она вернулась домой около часа ночи. — Надеюсь, она не изменила свои планы из-за меня, — признаюсь я. После всего, что Тэсо сделал для меня, я уже чувствую себя достаточной обузой для этой семьи. Юнги пожимает плечами. — Ты не будешь против, если я пойду? — спрашивает Чимин. — Я могу остаться с ней, — предлагает Юнги, всё ещё пристально глядя на меня. — Если ты не против?       Я автоматически киваю, прежде чем на самом деле задумываюсь о том, с чем соглашаюсь.       Юнги бросает взгляд на Чимина, разрушая гипнотические чары, которые создавал его взгляд. Я жду, что Чимин - мой голос здравомыслия - возразит, но вместо этого кажется, что между ними проходит какой-то безмолвный разговор. — Хорошо, я скоро, — объявляет Чимин.       У меня отвисает челюсть. Чимин действительно собирается оставить меня с ним!       Он забирает у Юнги пустой стакан и похлопывает его по плечу, направляясь к двери. — Будь осторожен. Она дерётся.       Что, чёрт возьми, происходит? Что-то должно было произойти прошлой ночью, когда они немного поболтали по-мужски.       Чимин не рассказал мне никаких подробностей, когда вернулся в мою комнату, сказав только, что это было "мужское дело". Должно быть, они заключили какое-то перемирие или что-то в этом роде, потому что Чимин перешёл от желания оторвать Юнги голову к... дружелюбию.       Юнги поднимает свой ноутбук с пола и садится на край моей кровати. — Ты ненавидишь реалити-шоу. Я удивлён, что ты не устраиваешь Чимину взбучку за то, что он это смотрит.       Я вздрагиваю. Я прищуриваюсь, глядя на него.              Юнги закрывает свой ноутбук и кладёт его на кровать рядом с собой. Он поднимает взгляд, замечая враждебное выражение моего лица. — Что? — Вы с Чимином, кажется, ладите. О чём вы говорили прошлой ночью?       На короткую секунду в глазах Юнги мелькает намек на грусть, которого я не понимаю. Он быстро берёт себя в руки, возвращая ухмылку на губы, но она не достигает его глаз, как это было раньше. — Мы пришли к... взаимопониманию. — О чём? — я нажимаю.       Он пожимает плечами. — Мы согласились, что должны попытаться поладить, что так будет лучше для тебя.       Я на это не куплюсь. Могу сказать, что это ещё не всё. Я открываю рот, чтобы возразить ему, но Юнги перебивает меня. — Было приятно снова услышать твой смех, — шепчет он, отводя взгляд к кровати. Он говорит это так тихо, что я почти не слышу его.       Я чувствую крошечный осколок надежды, как занозу, которая проникает достаточно глубоко. В эту долю секунды я испытываю самое опасное чувство из всех - надежду. Надеюсь, что он действительно заботится обо мне. Надеюсь, что он скучает по мне. Надеюсь, что, так или иначе, мой Юнги всё ещё там и что он всё ещё любит меня. — Юнги, прекрати, — я выбираюсь из кровати. — Ура. Ура, подожди, — он протягивает руку и хватает меня за запястье.       Я вырываюсь из его хватки. — Отпусти меня! — я кричу. Я ни за что не позволю ему остановить меня на этот раз. Я должна уйти от него, или я сойду с ума.       Юнги отводит руку, поднимая её в знак капитуляции. Мой взгляд возвращается к его лицу. Он встает и начинает ходить вокруг кровати, вынуждая меня отступать от его наступления. Внезапно я чувствую, что за мной охотятся, что он хищник, а я добыча. Эти образы вызывают во мне волну страха вместе с желанием убежать. — Прости. Я не хотел...       Я поднимаю руки, показывая, чтобы он замолчал. Я не понимаю, что со мной происходит, почему я так себя чувствую. После всего, что мы пережили вчера, почему я вдруг чувствую непреодолимую потребность защититься от него? Я делаю глубокий вдох и пытаюсь расслабиться. — Юнги, просто... уходи. — Ура, я не могу... — Мне не нужна нянька, Юнги. Пожалуйста, просто… оставь меня в покое. — Но мне нужно кое-что сказать... — Юнги, я не могу этого сделать! Я не могу быть рядом с тобой. Мне нужно, чтобы ты... мне нужно, чтобы ты оставил меня в покое. Ты пугаешь меня. Ты... ты делаешь мне больно.       Юнги замирает. Я сразу узнаю выражение его лица. Оно такое же, как в ночь нашей первой ссоры, когда он опустился передо мной на колени в танцевальной студии. Это то же самое разбитое сердце и боль. Я этого не понимаю. Почему мои слова снова вызывают у него такие чувства?       Юнги закрывает глаза и опускает голову. — Прости, — бормочет он.