Пролог

      Сначала начали пропадать дети. Поначалу это были отдельные случаи, которые быстро превратились в серию тревожных инцидентов. Родители, соседи, учителя — все были потрясены. Пропавшие дети — мальчики и девочки разного возраста — исчезали бесследно, и никто не мог понять, что происходит. Совет проводил тщательные расследования, но никаких улик не находил. Родители, охваченные отчаянием, искали любые зацепки, но все было тщетно. Дети словно растворялись в воздухе, оставляя за собой лишь пустые комнаты и недоуменные вопросы. Со временем стало ясно, что исчезновения детей связаны с чем-то зловещим и необъяснимым. Слухи о таинственных существах, похищающих детей, начали распространяться по городу. Родители боялись отпускать своих детей на улицу, а дети стали замкнутыми и пугливыми.       После, на улицах стали находить магов без сознания. По внешнему виду, с ними казалось все было в порядке, исключая легкое изнеможение. Но в ходе обследования множества пострадавших, лекарями было обнаружено одно — все пострадавшие обладали синдромом дефицита магии. В редких случаях данная болезнь приводила к смерти. Никто не мог объяснить, откуда массово берется эта болезнь и как она связана с исчезающими детьми. Город стал похож на осажденную крепость, где каждый шорох вызывал панические настроения. Местные жители шептались о том, что маги, покидая свои привычные места обитания, начали охоту на детей, чтобы восполнить утраченные силы. Сплетающиеся рядом легенды о темных ритуалах и магических побочных явлениях лишь подливали масла в огонь: все больше людей отвергали логику в пользу страхов и суеверий.

Это стало началом конца Пяты Русалки и магов всего Фиора…

      За месяц до начала конца…       — Достала уже! Ходишь виляешь тут своей задницей, хоть бы прикрылась немного.        Пята Русалки — исключительно женская гильдия, поэтому, казалось бы, в гильдии должно быть все мирно и спокойно ведь там одни девочки, но даже девочки могут показать свой несносный характер. Патриция и Ксеобия вновь не сошлись во мнениях. Патриция, высокомерная блондинка с завитыми локонами, всегда считала себя королевой Пяты Русалки. Она ловко маневрировала по залу, привлекая взгляды окружающих. Ксеобия, напротив, обладала непринужденным очарованием — её длинные черные волосы спадали на плечи, а в глазах горел огонек характерности. Она не могла терпеть присутствие Патриции.       — Ты опять решила устроить показ мод? — хрипло спросила Ксеобия, обращая внимание на яркое платье соперницы, не скрывающее излишней откровенности. — Кажется ты немного перепутала, это гильдия, а не бордель!       — Ты просто завидуешь, что не можешь так выглядеть. Мой стиль — это искусство, а не скучные балахоны, как у тебя! — с вызовом ответила Кондо, закатив глаза.              — Искусство? — рассмеялась Ксеобия, скрестив руки на груди. — Ты просто выставляешь свою картонную оболочку напоказ, блондиночка. Сексуальность без стиля — это всего лишь вульгарность.       — Я бы на твоем месте не давала советы по стилю, когда твое платье похоже на мешок. — прошипела девушка сквозь зубы.       Разговор привлек внимание других девушек в гильдии. Некоторые с любопытством наблюдали за ссорой, другие уже начинали перешептываться. Чувствуя, как напряжение растет, грозная и строгая Кагура, старшая в гильдии после мастера, решила вмешаться.       — Хватит уже, обе! — произнесла она строгим голосом. — Мы тут не для того, чтобы устраивать драки на подиуме. В Пяте Русалки у нас свои правила, и здесь уважают каждую. Если вы не можете найти общий язык, то, возможно, вам стоит подумать о том, чтобы поработать над собой, а не над нарядами.       Кагура выдохнула с облегчением, наблюдая за тем, как Патриция и Ксеобия расходятся по разным концам гильдии. Она всегда старалась поддерживать порядок среди своих подопечных, и эти споры, хоть и были обычным делом, все же выматывали. Взяв напиток со стойки, Миказучи направилась к столу, где сидела Эстер. Аловолосая, с её длинными распущенными волосами и рассудительным взглядом, с недавних пор была одной из самых спокойных и рассудительных членов гильдии. Кагура подошла к Магне и, присев рядом, с облегчением выдохнула.       — Как ты думаешь, что нам делать с этими двумя? — спросила она, немного устало потирая виски. — Их конфликты в последнее время стали настоящей головной болью для всех.       Эстер, не отвлекаясь от своего напитка, расположенного на столе перед ней, подумала немного.       — Ничего, у них своеобразная дружба, пусть и досаждает другим. — предложила она. — Иногда такие споры происходят из-за недопонимания. Возможно, им нужно просто больше времени друг с другом. Почему-то мне кажется, что окажись они в опасности, эти двое будут сражаться бок о бок — окончательно понурив голову, девушка со скучающим видом начала проводить пальцем по ободку стакана.       Кагура посмотрела на Эстер, поправляя складки своего платья. На мгновение они замерли, погружённые в свои мысли, и лишь легкий сквозняк подавал признаки жизни. Кагура обдумала слова подруги и почувствовала, что в них заключён глубокий смысл. Она знала, что мудрость этой девушки нередко помогала им сохранять мир в гильдии, и, возможно, в её словах скрывался смысл.       — Что-то ты тихая в последнее время — спросила брюнетка — он так и не вышел с тобой на связь?       Эстер немного вздрогнула, вернувшись к реальности. Она бросила робкий взгляд на Кагуру, прежде чем снова упереть взгляд в стакан.       — Он… — начала она, но слова застряли в горле. — Нет, не выходил. После роспуска Хвоста Феи о нем ничего не слышно, как и о громовержцах, и Эрзе…— добавила Эстер, стараясь придать словам легкость, которая явно не дается ей.       Кагура почувствовала, как её сердце сжалось. Она знала, как девушка хотела услышать хоть какое-то известие о парне, который живет в её сердце, друзьях, и понимала, что молчание лишь усиливает неуверенность в душе. Словно прочитав её мысли, брюнетка мягко положила руку на плечо подруги.       — Знаешь, иногда тишина говорит громче, чем слова, — произнесла она тихо, стараясь поддержать Эстер. — Возможно, они ищут своё новое место в этом мире. Всем нужно время, чтобы привыкнуть.       Эстер кивнула, но в её глазах оставалась тень тревоги. Она взглянула на Кагуру, как будто искала в ней утешение.       — Ты думаешь, он в порядке? — осведомилась она, подавляя слабую дрожь в голосе.       — Я верю, что да. — Кагура старалась внушить ей надежду. — Мы должны оставаться сильными. Как бы ни было сложно, он бы не хотел, чтобы ты падала духом. Думаю не будь мы женской гильдией, он бы первым делом примчался сюда, к тебе. — она попыталась разрядить обстановку, желая увидеть хоть малейший намек на улыбку на лице подруги.              Эстер сделала глубокий вдох, пытаясь встряхнуть себя. Слова Миказучи были как теплый солнечный луч в облачном дне, и она почувствовала, что в их поддержке есть какая-то сила. Она вспомнила все моменты, когда он был рядом, мгновения, наполненные смехом и пониманием. Но сейчас эти воспоминания лишь усиливали боль разлуки.       — Ты права, — произнесла она тихо, поднимая взгляд к подруге. — Я просто боюсь, что он… что он не вернется. — В сердце аловолосой звучала мелодия надежды, но тень сомнения всё ещё парила над ней.       Кагура покачала головой, словно подчеркивая важность доверия. В этот момент обе подруги почувствовали, как ветер пробежал по комнате, заставив их взглянуть в окно, где закат раскрашивал небо в яркие цвета. Это напомнило им о том, что даже после самой тёмной ночи наступает рассвет.

***

      В уютном уголке волшебного сада гильдии стояла небольшая теплица, некогда наполненная яркими красками и ароматами цветов. Для волшебниц Пяты Русалки это было особенное место, где царила атмосфера заботы и волшебства. Теплица была построена из прозрачного стекла, которое позволяло солнечным лучам проникать внутрь и создавать мягкое, рассеянное освещение. Почти круглый год внутри царила идеальная температура и влажность, что позволяло цветам чувствовать себя комфортно и расти в полной гармонии.       Наоки, которая ухаживала за этими цветами и растениями, была настоящей хранительницей природы. Она знала все тонкости ухода за каждым росточком и умела создавать идеальные условия для их роста. Каждое утро она приходила в теплицу, чтобы полить цветы, убрать засохшие листья и внести немного удобрений. Цветы в теплице были самыми разнообразными: нежные розы, пышные пионы, изящные орхидеи и многие другие в том числе и лечебные травы. Они цвели яркими красками, радовали глаз своей красотой и помогали при болезнях. Но когда наступала зима, волшебница знала, что пришло время отправить цветы в спячку. Ей было грустно расставаться, ведь девушке нравилось проводить время с ними. Кавамура тихонько говорила цветам слова ободрения, делилась с ними историями, прикасалась к их лепесткам, словно пытаясь передать им свою магическую энергию. В ответ они раскрывали свои бутоны, как будто благодарили её за заботу. Особенно она любила общаться с лавандой, чьи тонкие веточки всегда бодрили её душу своим успокаивающим ароматом. Эта теплица была не просто её увлечением, она стала для Наоки вторым домом, где каждый цветок имел свою историю и характер.       — Еще много работы? — приоткрыв дверь в маленькое царство Наоки, слегка выглянула Морико       — Почти все… — обернувшись на гостью ответила волшебница. — Ну вот и все мои дорогие, увидимся в новом году. — спокойно прошептала девушка, отправляя в спячку своими прикосновениями последние бутоны, и накрывая их некой волшебной материей.       Морико внимательно наблюдала, за тем как её подруга аккуратно укрывает последние цветы. В этот момент она поняла, что теплица — это не просто место для растений. Это был оазис душевного спокойствия, где природа и человеческое сердце находили гармонию. Кавамура поднялась с земли, подтягивая за собой небольшой мешочек, и направилась к выходу из помещения. Они вышли на улицу, и холодный воздух резко контрастировал с теплом теплицы. На улице холодный ветер свистел сквозь деревья, и Морико, следуя за Кавамурой, зябко поежилась и решилась спросить.       — Кстати, что это за зеленая материя была, твоя магия?       — Да — ответила она с улыбкой. — Скажем так, это особая ткань, которая поможет сохранить тепло и защитить цветы от зимнего холодка. Возьми, это для тебя — волшебница протянула подруге тот самый мешочек из теплицы. — Здесь целебные листья, сезон простуды не за горами, поэтому пора позаботиться и об организме.       — Ты всегда удивляешь меня, Наоки! — с легкой улыбкой заметила Морико, наблюдая, как Кавамура аккуратно передает мешочек. — Это действительно что-то особенное.       — Это лишь малая часть того, что я могу, — ответила Наоки, поправляя свою теплую шапку и шарф. — Хотя, если честно, я больше люблю просто заботиться о растениях. Это приносит мне радость.       — Ты ведь не только ухаживаешь за ними, но и слушаешь, верно? — спросила Морико, обводя взглядом внимательные лица цветков. Наоки улыбнулась, слегка кивнув.       — Каждый из них говорит на своем языке, — ответила она. — я просто учусь понимать. Иногда кажется, что они знают что-то важное, что мимо нас проходит.              Морико кивнула, задумчиво глядя на подругу. Она знала, что её подруга всегда была особенной. Её талант и любовь к природе были чем-то уникальным, что выделяло её среди других. Пока солнце медленно опускалось за горизонт, окутывая мир золотистыми и пурпурными тканями, девушки направились в общежитие по узкой тропинке, вьющейся между деревьями. Холодный ветер усиливался, и Морико плотнее закуталась в свой плащ с меховиной слегка подрагивая от прохлады. Наоки шла впереди, погруженная в свои мысли, её шаги были неуклонными, словно она искала что-то неосязаемое. Упавшее солнце окрасило небо в алые оттенки, и это волшебство привлекло внимание девушек. Они замерли на минуту, наслаждаясь зрелищем. Мир вокруг казался спокойным, но внутри них бушевали эмоции — радость, ожидание и легкая грусть от того, что день кончается. Приближаясь к общежитию, они обсуждали свои ожидания и планы на грядущие праздники, когда услышали громкий взрыв. Они остановились и переглянулись, не понимая, что происходит.       — Это было близко, — сказала Наоки, прислушиваясь к звукам. — Кажется, это на заднем дворе общежития.       — Может быть, это фейерверк и Миллианна с Эстер опять балуются? — предположила Морико, но тут же поняла, что это не так. Взрыв был слишком сильным и необычным для фейерверка, с таким грохотом что земля содрогнулась.       Девушки поспешили на место происшествия и решили узнать, что происходит. Морико и Наоки вскоре оказались на заднем дворе общежития и наткнулись на Масако Тибу. Девочка, после неудавшегося заклинания, была окутана снегом с ног до головы, её шляпка, словно обиженная, лежала недалеко, в то время как посох, всегда сопутствующий ей, исчез без следа. Небольшой участок земли, где произошла магическая неудача, был слегка обожжен — снег вокруг него растаял, а аромат чего-то горелого стремительно наполнял воздух, словно предвещая неполадки в свете заклинаний.       — Масако! — крикнула Наоки, подбегая ближе к девочке и слегка приподнимая её за плечи. — Что ты делаешь?       Девочка открыла глаза и медленно повернулась к ним, её лицо было бледным, а на лбу блестели капли пота, сверкая в тусклом свете. Она выглядела тревожной, в её выражении читались страх и напряжение, словно волнение овладело ею, окутывая тёмным облаком. Словно застывшая в ожидании предвестия, Масако была погружена в мир собственных переживаний, её сердце безмолвно стучало, отзываясь на внешние импульсы.       — Я… я пыталась создать огненный шар без посоха, — ответила она, тяжело дыша. — Но что-то пошло не так.       Морико и Наоки обменялись тревожными взглядами. Огненный шар без посоха для Тибы — это было очень опасно. Юной волшебнице тяжело контролировать магию, она бесформенна и с каждым днем сила, что копится в ней растет. Посох, что подарила ей Кимико Магна, мастер гильдии Пята Русалки, на постоянной основе впитывал в себя излишки концентрации волшебной силы и помогал стабилизировать заклинания. В момент, когда Масако понадобится что-то наколдовать, он преобразует её в любое заклинание.       — Ты не должна так рисковать, — сказала Морико, подходя ближе. — Магия требует концентрации и точности, особенно в твоем случае, когда ты работаешь без инструментов.       Наоки кивнула, соглашаясь с подругой.       — Тебе нужно быть осторожнее, Масако, — добавила она. — Магия — это не игрушка. Она может быть очень мощной, и если ты не будешь контролировать её, она может причинить вред тебе и окружающим.       Она кивнула, ощущая легкое чувство вины. Девочка понимала, что её старшие товарищи правы, но в глубине души жаждала доказать себе, что способна на большее, нежели полагаться на магические инструменты. С каким нетерпением она ждала того дня, когда сможет вырасти, полностью овладеть своими способностями и отправиться в самостоятельные приключения, переживая свое великое путешествие. В её сердце горело стремление, которое поднимало её душу к новым вершинам, и она мечтала о том, что однажды станет тем, кто уверенно шагает в неизведанное, движимый собственными силами и внутренним светом. Она представляла себе, как покоряет трудные пути, решает загадки и помогает тем, кто нуждается в защите.       — Я понимаю, — сказала она, опуская голову. — Я просто хотела попробовать, вдруг получится хоть немного.       Морико и Наоки вздохнули, понимая, что Масако всё ещё молода и неопытна. Девочка пыталась отряхнуться из снежного плена все еще находясь на руках у Наоки, её лицо выражало стойкость, но по щекам покатились капли слез, смешиваясь с холодом. Кимура осмотрелась вокруг, и её взгляд упал на то же место где изначально должно было сформироваться заклинание: маленький огонек зажегся на обгоревшей земле, светясь тусклым оранжевым светом, как если бы что-то не законченное пыталось вот-вот обрести свою полноценную форму.       — Ну, думаю твои старания не прошли даром. — она пальцем указала на маленькое пламя.       Масако приоткрыла глаза, глядя на небольшой огонек, который мерцал перед ней, как надежда в мраке. Внутри неё разгорелось тепло, и хоть её попытка не увенчалась успехом, она почувствовала, что не все потеряно. Взгляд девочки вновь метнулся к согильдийкам, и она, вдохновленная их поддержкой, на мгновение забыла о своих слезах.       — Я могу сделать это, — пробормотала она сквозь стиснутые зубы, более уверенно теперь. — Я просто должна сосредоточиться.       Морико подошла ближе, присела на колени и нежно коснулась плеча Масако, её глаза светились пониманием.        — Мы все когда-то начинали с малого, — сказала она мягко. — Каждый великий маг сталкивался с неудачами. То, что ты уже создала, — это знак того, что ты упорно трудишься и находишься на верном пути.       — Давай попробуем по-другому, ты не смогла сколдовать огненный шар, но вместо него возник этот слабый огонек. — чуть серьезнее произнесла Кавамура, крепче сжимая плечи юной волшебницы. — Сконцентрируйся, попробуй его усилить!       Масако глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Её взгляд вновь упал на маленький огонек, который, казалось, пульсировал в такт её сердцебиению. Она закрыла глаза и сосредоточилась, представляя, как магия струится по её телу, словно теплый поток. Кимура, наблюдавшая за ней, почувствовала, как её сердце наполняется гордостью. Она знала, что Масако, несмотря на свою молодость и неопытность, обладает огромным потенциалом. Девочка не просто пыталась создать заклинание — она боролась, и это делало её сильнее.       — Давай, Масако, — прошептала Морико, сжимая руки в кулаки и всем сердцем веря в неё. — Ты сможешь это сделать.       Наоки же не могла оторвать взгляда от огня, ожидая момента когда произойдут изменения в его форме. Она видела, как её губы Тибы дрожат от напряжения, но она не сдавалась. В этот момент фиолетоволосая почувствовала, что готова сделать всё, чтобы поддержать её. Прошло несколько минут, показавшихся вечностью. Масако открыла глаза и посмотрела на огонек. Он стал ярче, но всё ещё был слабым и неустойчивым. Девочка попыталась снова, сосредоточившись на своих ощущениях, на том, как магия течёт через её тело.       И вдруг… огонек вспыхнул ярче, превращаясь в небольшой, но устойчивый шар света. Он завис в воздухе, пульсируя мягким оранжевым светом. Девочка облегченно выдохнула, её лицо озарила улыбка.       — Получилось! — воскликнула она, её голос дрожал от радости.       Морико и Наоки обменялись взглядами, полными гордости. Они знали, что это только начало пути их рыжеволосой малышки. Масако не могла отвести взгляд от своего достижения. В его мерцании она увидела не только собственный талант, но и поддержку своих подруг. Волнение переполняло её, и ей казалось, что магия теперь стала частью её сущности. Девочка сияла от счастья, её глаза светились ярче, чем только что созданный огненный шар. Она повернулась к своим подругам, которые тоже улыбались, но в их взглядах читалась тревога.       — Масако, ты просто невероятна! — воскликнула Морико, обнимая её. — Я не думала, что у тебя получится так быстро!       Наоки кивнула, её фиолетовые волосы мягко колыхались.       — Ты действительно сильная, — сказала она, её голос был мягким, но в нём чувствовалась гордость. — Ты справилась, несмотря на все трудности.       Тиба смущённо улыбнулась, но её сердце было переполнено радостью.       — Спасибо вам! — сказала она, обнимая их в ответ. — Без вас я бы никогда не смогла это сделать.       Они ещё немного посидели на снегу, не замечая холода, наслаждаясь моментом, а затем Масако повернулась к огненному шару. Он всё ещё парил в воздухе, пульсируя мягким оранжевым светом. Она протянула руку, и шар послушно подлетел к ней.       — Он такой красивый… — сказала она, осторожно касаясь его пальцами.       — Но не забывай, что это только начало. Впереди ещё много испытаний и трудностей. — Морико кивнула на слова напарницы.       Они ещё немного поговорили, обсуждая, что делать дальше. Затем девушки потушили огонь, используя заклинания, чтобы он медленно растворился в воздухе. И когда с этим было покончено, они вернулись в общежитие, где их уже ждала теплая и уютная обстановка. Наоки нашла посох Масако, недалеко от входа в общежитие. Морико же решила осмотреть девушку, убедившись, что она не пострадала.       — Ты выглядишь немного уставшей, — сказала она, обрабатывая пару царапин на лице Тибы. — но это нормально после такого.       Она кивнула, чувствуя, как усталость начинает накатывать на неё.       — Да, я немного устала, но это того стоило. — сказала она. — Я чувствую, что теперь я действительно на правильном пути.       — Мы всегда будем рядом, чтобы поддержать тебя, — сказала она, улыбнувшись. — а теперь давайте отдохнём.

***

      — Итак! До нового года остался всего месяц, а это значит, что пора бы уже начать украшать зал гильдии! — воодушевленно произнесла Чоу, держа в руках планшетник, стоя на втором этаже гильдии.       Миллианна, стоя рядом с ней, не могла сдержать своего восторга, охваченная радостью надвигающихся праздников. Ее глаза искрились от идей, она мысленно простраивала план украшений, представляя каждый уголок, каждую деталь, которые наполнит атмосферу волшебством и светом. В голове её рождались образы сверкающих гирлянд и ароматных еловых венков, которые привнесут тепло и радость в сердца всех членов гильдии. Как яркие звездочки на зимнем небе, её идеи начинали собираться в единую симфонию, которая обогатит этот священный зал, превращая его в царство чудес. В этот момент, каждая из них ощущала, что они вместе создадут нечто поистине незабываемое.       — Да, вот только почему по твоему плану, такие большие траты на декорации — из-за спин девушек неожиданно появилась Акеми Кубо, чем явно напугала их.       — Акеми, ты нас напугала! — воскликнула Миллианна, прижимая руки к груди от изумления. — Но, если вспомнить с каким размахом мы праздновали в прошлом году…

…

      Перед их глазами предстала необычная картина. Столы были перевернуты, а за ними прятались некоторые члены гильдии. Из центра зала раздались какие-то ругательные крики и вдруг. Огромная волна силы вырвалась и попала в каменные колонны гильдии.

…

Миллианна и Эстер перехватили Патрицию и Ксеобию, чтобы те не натворили ещё хуже дел. Яма в каменном полу…

…

Оглядев всё здание, аловолосая увидела, что гильдия некогда украшенная различной мишурой, гирляндами и елкой, выглядела уже не так празднично. Но эта ёлка уже валяется вся разобранная под ногами её согильдийцев, что так печально вздыхали над ней, а все украшения фактически уничтожены.

…

      — И правда… — произнесла Араки и девушки вслед за ней печально вздохнули облокотившись на перила.       — Нам стоит подумать о более экономичных вариантах. — продолжила Акеми. — Например, мы можем сделать некоторые украшения своими руками. Это не только сэкономит деньги, но и добавит личного присутствия в каждую деталь.       Чоу задумалась, ее фантазия начала рисовать сцены, где каждая участница гильдии трудится над созданием уникальных элементов декора. Они могут собрать вместе, поговорить, обменяться теплотой и смехом, пока создают гирлянды из бумаги, шьют оригинальные салфетки или изготавливают волшебные снежинки.       — А что если устроить вечеринку по созданию украшений? — предложила Миллианна, ее голос полон энтузиазма. — Мы можем пригласить всех и вместе сделать этот зал поистине уникальным!       — Это отличная идея, — поддержала Чоу, и в ее глазах загорелся огонек вдохновения. — Вместо затратных покупок мы создадим что-то, что олицетворяет дух нашей гильдии и приближающихся праздников.       — Ну и дополнительный бонус: в случае разрушения это не так сильно ударит по бюджету гильдии. — Щелкнув пальцами произнесла Кубо       — Точно! — воскликнула Миллианна, и все девушки, будто поддавшись общему вдохновению, начали обсуждать детали. — Давайте выберем день, когда всем будет удобно встретиться. Мы можем приготовить горячий шоколад и печенье — это создаст теплую атмосферу!       — Согласна, — произнесла Араки, улыбаясь. — А еще заранее соберем материалы, чтобы у всех были необходимые инструменты. Можем даже организовать небольшие мастер-классы, чтобы помочь тем, кто не умеет делать декорации.       Чоу почувствовала, как ее сердце наполнилось радостью. Она представляла, как они все вместе собираются, смеются и вдобавок создают что-то прекрасное. Этот час творчества не только сблизит их, но и сделает праздник особенным.       — Звучит очень даже ничего, но вы не учитываете, что эта парочка — Акеми указала на Патрицию и Ксеобию, что только что получили очередной нагоняй от Кагуры. — может доставить вам проблем…       — Не переживай, возьмем Кагуру и Эстер, мы втроем сможем за ними присмотреть. Давайте запишем идеи по поводу декораций! — предложила Миллианна, доставая блокнот. — Мы можем даже создать общий план, чтобы ничего не забыть. И пусть эта вечеринка станет не только подготовкой к празднику, но и началом новой традиции в нашей гильдии!       — Новая традиция? — статный женский голос донесся из-за спин девушек. — Звучит неплохо…       Мастер гильдии — Кимико Магна, только покинув свой кабинет, заглянула через плечо Чоу, рассматривая что записано в планшетке девушки. Движения их мастера плавны и грациозны, что позволило ей аккуратно подкрасться к ним, а осанка величественна. На ней был надето яркое и богато украшенное кимоно синего цвета, которое украшено различными узорами. Её кимоно было выполнено из шёлка, которое мягко струилось при ходьбе. Волосы Кимико аккуратно уложены в причёску, которая украшена заколкой с бутоном сакуры на конце. Глаза умело подведены, а губы накрашены нежно-розовой помадой, в тон цветка на волосах. Руки её украшены изящными браслетами и кольцами, которые подчёркивают её статус и мастерство.       — Да, новая традиция! — ответила Чоу, почувствовав, как сердце замирает от волнения, что Магна могла услышать о прошлогоднем происшествии. — Мы хотим сделать праздник особенным для всех, и чтобы это стало началом чего-то хорошего в нашей гильдии.       Кимико внимательно выслушала их, ее уголки губ слегка приподнялись в знак одобрения.       — Это замечательная идея, — произнесла она, её голос звучал мягко и уверенно. — Такие моменты сближают нас и укрепляют дух сообщества. Но помните, что важно не только веселье, но и совместная работа.       — Мы собираемся подготовить всё вместе, мастер, — заметила Араки, одобрительно кивая. — И каждое из предложений будет учтено. Мы хотим, чтобы каждый чувствовал себя вовлеченным.       — Тогда я думаю, что смогу вам немного помочь. — произнесла Кимико, сделав шаг вперед и достав ключи из карманов своего кимоно — Это ключи от подвального помещения, оно уже давно пустует, а я не смогла придумать что там обустроить. Организуйте там пространство для вашего творчества. Пусть это станет событием, которое наши члены будут вспоминать с теплом и радостью. Закрепим еще одну традицию в нашей гильдии…       — Вы в добром расположении духа мастер… Впервые вас вижу за эту неделю, много работы накопилось?       На второй этаж гильдии поднялись Кагура и Эстер. Аловолосая, чуть запыхавшаяся от стремительного подъема по лестнице, остановилась на мгновение, чтобы привести в порядок свои волосы. В воздухе витал дух ожидания, наполняя пространство необъятной перспективой и вдохновением.       — Все хотят устроить себе небольшой отдых на праздники, вот совет и прислал кипы документов. Нужно будет поторопиться с оформлением, если я тоже хочу отдохнуть в рождество — Кимико печально вздохнула, прикладывая руки к вискам, представляя сколько еще работы ей предстоит. — Не жалуюсь… Решила прерваться, как услышала ярое обсуждение наших девушек — она кинула на них ехидный взгляд, давая понять, что слышала явно больше чем нужно.       Чоу, Акеми и Миллианна неловко рассмеялись, чувствуя как алеют их щеки.       — О чем они так оживленно беседовали? — спросила Кагура, устремив взгляд на девушек.       — Похоже планируется что-то интересное. — ответила Эстер.       Кагура с недоверием прищурилась, но внутри неё зашевелилась искра любопытства. Она знала, что идеи её товарищей всегда отличались необычностью и креативом. В этот момент все взгляды обратились к ней, и колебания в воздухе стали почти зримыми. Её друзья, привыкшие к вечно серьезной Миказучи, принялись рассказывать их смелую идею.       — Что ж, я не против новых идей, — произнесла она наконец, скрестив руки на груди. — Но учтите, что времени у нас не так много.       — Мы всё успеем, — уверенно ответила Миллианна, глядя прямо в глаза Кагуре. — Главное — начать.       — Ладно, давайте тогда обсудим детали, — предложила Араки, открывая чистый лист на планшетку. — Предлагаю сначала определиться с темой. Может быть, сделаем что-то в стиле ретро или добавим немного волшебства?       — Я за волшебство, — поддержала Миллианна, её глаза загорелись. — Можно сделать гирлянды из светящихся палочек и украсить зал волшебными снежинками.       — А как насчёт ретро? — спросила Араки, задумчиво глядя на потолок. — Можно сшить оригинальные салфетки с кружевами и добавить винтажные украшения.       — Давайте проголосуем, — предложила Акеми, поднимая руку. — Кто за волшебство?       Все, кроме Кагуры, подняли руки.              — А кто за ретро?       На этот раз руку подняла только Араки.       — Значит, решено, — заключила Чоу. — Волшебство!       — Хорошо, — кивнула Акеми, записывая идею в блокнот. — Теперь нужно выбрать материалы и инструменты.       — А теперь, — прошептала Кимико, наклоняясь к уху Эстер, — нам нужно обсудить кое-что важное. Пойдём в мой кабинет.       Эстер вздрогнула, предчувствуя, что её ведут в кабинет не для похвалы. С лёгким кивком она последовала за Кимико, оставляя девушек, увлечённых обсуждением предновогодних хлопот, и ощущая, как сердце её сжимается от смятения. Она знала, что разговор будет серьёзным, но не могла даже представить, о чём именно пойдёт речь. Когда они вошли в кабинет, Кимико медленно закрыла дверь и уселась за стол. Аловолосая заняла кресло напротив, чувствуя, как растёт неловкость между ними. В воздухе витала напряжённая тишина, словно ожидание бурь, да были ли это предвестники перемен. Она старалась собраться с мыслями, внимая своим мыслям, но радость подготовок словно улетучилась, оставив только лёгкое беспокойство. Каждое мгновение растягивалось, а вместе с ним и её ожидание. Эстер, уставившись в стол, думала о том, что могла бы сказать мастер, чтобы облегчить атмосферу. Но вместо этого, она просто ждала, чувствуя, как застывают её слова. Кимико, притягивая к себе чашку ароматного чая, начала разговор:       — С твоего возвращение в гильдию прошло две недели, долго бегать от меня собиралась, думала я не замечу? — Магна старшая поставила кружку в сторону и положив руку на руку, отвернулась от собеседницы в сторону окна, пристально разглядывая вечерний пейзаж. — Три месяца… Почти три месяца ты провела непонятно где и непонятно с кем — произнесла она, но в голосе её слышалась тень серьёзности. — Ни одного письма за все это время, как ты это объяснишь Эстер Магна?       Эстер, сглотнув, вздрогнула от холодного тона Кимико и подняла голову, встретившись с её пристальным взглядом. В её голове вихрем проносились мысли: «Сурова как всегда. Но она права, письма… Я совсем забыла». Она понимала, что объяснения не имеют значения, но всё же попыталась подобрать нужные слова.       — Я … — начала она, но голос дрогнул. — Я даже не знаю как объяснить. Сложно все как-то. — слова звучали неубедительно, и Эстер чувствовала, как краснеет от стыда. Кимико снова повернулась к ней, её взгляд был ледяным.       — Сложно? — переспросила она, поднимая бровь. — Ты пропала без вести, Эстер. Ты исчезла, и я не знала, жива ли ты. До тех пор пока не расспросила Морико.       Эстер почувствовала, как её сердце сжалось. Она не могла смотреть в глаза Кимико, её взгляд блуждал по комнате, избегая встречи. Сейчас её отчитывали словно маленькую девочку. Именно поэтому волшебница все это время избегала этого разговора.       — Я знаю, что ты переживала, — произнесла Эстер, стараясь собраться с силами. — Мне тоже было нелегко. Я… я нашла некоторые ответы, которые искала, но это не оправдывает меня перед тобой.              Кимико внимательно слушала, но её лицо оставалось непроницаемым. Она снова перевела взгляд на окно, словно пытаясь скрыть свои эмоции. Она встала из-за стола, её движения были резкими и решительными.       — Почему? — повторила она. — Почему, ты пренебрегаешь мной, будто я для тебя лишь мастер гильдии? Ты моя ученица, Эстер, я тебя вырастила, я отношусь к тебе как к дочери.       — Я не знала, как тебе сказать, — прошептала она поднявшись со стула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Не хотела тебя беспокоить. Я думала, ты поймёшь. Прости меня… — она склонилась перед ней — я не пренебрегала тобой, не знала, как сказать. Впредь такого больше не повториться       Кимико сделала глубокий вздох, и её гнев постепенно утихал, словно вечерний ветер, уносящий последние тени бурь. Она шагнула ближе к Эстер, и, с нежностью и пониманием, положила ей руку на плечо.       — Я знаю, — сказала она мягче. — но ты должна была сообщить мне. Я не могу позволить себе терять дорогих мне людей. — Кимико улыбнулась, но её улыбка была немного грустной. Приподняв легким движением голову своей ученицы, она продолжила. — А теперь расскажи мне о всем, что с тобой случилось за все это время. Естественно за чашечкой чая, угощайся…

***

      Город замер в ожидании, погружённый в магию наступающего вечера. Солнце, убаюкивая горизонт, раскрашивало небо в нежные оттенки розового и золотого, словно художник, отпускающий свои последние мазки. Ветер, словно нежный музыкант, играл с листвой, создавая мелодичный шёпот, который наполнял пространство живой энергией. И в этот чарующий миг на главной площади города появился он — старинный экипаж с изящными резными узорами и золотыми крыльями, в сопровождении ещё более величественных телег. Белоснежные лошади, запряжённые в его упряжь, выглядели словно ожившие облака; их глаза искрились, как далекие звёзды, способные заглянуть в самую глубину души.              Когда экипаж остановился, из него вышли шесть загадочных фигур. Их лица были скрыты масками словно каменные статуи, а силуэты окутаны светом, словно они сошли с небес. Каждый из них был облачён в синие плащи, украшенные золотой тесьмой, и их движения были столь грациозны, что каждый шаг напоминал танец. Собравшиеся на площади не могли отвести взгляд. Впереди всех вышел человек с длинными золотыми волосами, выпадавшими из-под капюшона. Подняв руки, он запел, и его мелодичный голос окутал площадь, наполнив сердца слушателей трепетом и восхищением. Фигуры начали свой танец. Их движения были плавными и грациозными, словно они плыли по воздуху. Они поднимались в небо, кружились вокруг экипажа, а затем снова спускались на землю. Люди смотрели на них, затаив дыхание.       Но вдруг что-то пошло не так. Когда они начали показывать фокусы и иллюзии, они вызывали у зрителей не радость и веселье, а тревогу и страх. Предметы, которые должны были исчезнуть, появлялись в самых неожиданных местах, а животные, которые должны были танцевать, вдруг начинали вести себя агрессивно. Люди начали расходиться в спешке. Они создавали иллюзии, в которых люди видели свои самые страшные кошмары. Они показывали сцены насилия и разрушений, нагоняя самые жуткие страхи, заставляя зрителей чувствовать себя беспомощными и испуганными. Они смеялись, наблюдая за реакцией людей. Их смех был холодным и безрадостным, как эхо далёкого шторма.       — Начнем же настоящее представление…