Часть 24

             От лица Мириам       Я видела тебя с этой смертной, Каин. Зря ты думаешь, что можешь просто так отказаться от того, что было между нами. Я — не какая-то мимолетная тень, которую можно просто забыть. Я — Мириам, и всё, что я считаю своим, рано или поздно возвращается ко мне. Особенно, если это ты, Каин. Я видела, как ты смотрел на неё — на эту... человеческую игрушку, словно она была каким-то драгоценным артефактом, а не очередной хрупкой куклой из плоти и крови. Твои глаза, обычно полные ледяной иронии, горели от нежности и восхищения. Ты всегда был падок на такие развлечения, Каин, но я... Я — не игрушка. Я — твоя равная, твоя пара, сотворённая из той же энергии, что и ты. И я не позволю какой-то смертной, чей жизненный путь — лишь мгновение в нашей бесконечности, занять моё место.Она — всего лишь искра, которая скоро погаснет. А я — вечное, неугасимое пламя, что будет гореть, пока ты не вернёшься ко мне.       Я наблюдаю за тобой столетия. Твои связи с земными женщинами... Они никогда не трогали меня. Ведь они ничего не значили для тебя, ты всегда был... таким. Непредсказуемым, страстным, ненасытным. Энергетика человеческих женщин для тебя была как нектар, как опьяняющее вино, ведь наполовину ты и сам человек.       Для них ты был идеальным любовником: внимательным, страстным, загадочным. Но в твоих глазах не было ни любви, ни нежности, лишь глубокая, древняя пустота.Ты приходил в мир людей, как охотник, ищущий свою добычу, и каждая новая девушка была для тебя лишь временным источником энергии.        Это была игра, жестокая, но привычная. Мы, смотрители, все играем в неё. Это часть нашей тёмной природы.       Но с этой новенькой... всё по-другому. Это не просто игра. Я вижу, как ты смотрел на неё. В твоих глазах нет привычной хищной жадности. Есть что-то... мягкое. Что-то, что я никогда не видела по отношению ко мне. В твоём взгляде мелькает что-то, что я не могу понять, что я боюсь понять. Ты смотрел на неё, как на нечто ценное, нечто, что не хочешь сломать.       Ты привёл ее в наш мир, в Бастион, в точку пересечения реальностей. Обычные люди не могут попасть сюда. Только те, кто обладает исключительной силой: опытные маги или шаманы, способные путешествовать между мирами и взаимодействовать с духами. Такие люди — большая редкость, и девчонка, очевидно, не из их числа. Но есть и другой способ: иметь невероятно сильную и особенную связь со смотрителем, которая настолько крепка, что позволяет преодолевать барьеры между мирами. Это сердечная, любовная связь.       Воспоминания о твоём взгляде на неё снова появляются в моём разуме. Ты смотрел на неё не как на источник энергии, а как на нечто уникальное, ценное. Значит, между вами нечто большее, чем просто отношения охотника и добычи.       Это осознание выводит меня из себя. Гнев, смешанный с ревностью, захлестывает меня. Любовная связь? Я задыхаюсь от мысли об этом. Ты который презирал привязанности, который воспринимал человеческие эмоции как слабость, оказался втянутым в нечто настолько человеческое и уязвимое? Это немыслимо и нестерпимо!       Когда я пытаюсь заглянуть в её душу, чтобы понять, что в ней такого особенного, ты ментально преграждаешь мне путь. И тогда, в коридоре Бастиона, ты встал между нами, закрыв её собой. Ты не хотел, чтобы я видела её, чтобы почувствовала её ауру.       Но твоё желание защитить эту девчонку и есть твоей ошибкой. Ты думаешь, что ты обезопасил её от меня. Но теперь я знаю, насколько она важна для тебя, и это делает её моей целью.              Она ничего не знает о тебе, о твоей настоящей натуре. Она не видела, как твои глаза меняются, когда ты действительно чего-то хочешь, когда твой взгляд становится острым, как лезвие, и ледяным, как зимний ветер. Она не видела тебя в бою, не видела, как ты двигаешься, как дикий зверь, как каждый твой удар — это не просто удар, а абсолютная сила, способная разбить камень. Она не знает, как ты забираешь энергию у других, как они слабеют, теряют волю к сопротивлению, просто находясь рядом с тобой. Она не знает, как ты ломаешь их, если они стоят на твоём пути, превращая их в пустую оболочку. Но я знаю. Я видела это. Я знаю, насколько ты опасен. Эта девчонка не сможет быть с тобой. Она не сможет принять твою дикую, тёмную сторону, которую ты не можешь контролировать. Она не сможет выдержать её, потому что эта сила может поглотить её. Она не такая, как мы. Только равный по силе может быть с тобой. Только тот, кто способен выдержать твою мощь, кто знает, что такое боль, сила, жажда крови, смерть. А если даже после всего, что она узнает о тебе, она решит остаться с тобой, что ж, я этого не допущу.        Она — твоя уязвимость. Ты можешь улыбаться и делать вид, что всё в порядке. Но я вижу, что ты нервничал. Я видела мимолётную тень смятения в твоих глазах, когда мы встретились в Бастионе. Я знаю, что между вами есть что-то большее, чем обычное увлечение, но это не имеет значения. Потому что я, Мириам, обладаю магией, которой нет ни у одного смотрителя. Я — хозяйка контроля, иллюзий и обмана. Я заставлю тебя вернуться. И я уничтожу твою куклу.        Я сама уберу эту девчонку с твоего пути, ведь моя магия проникает в самые потаённые уголки души. Мне не нужно ломать её тело, я просто сломаю её разум. Мой план изящен в своей жестокости. Я проскользну в её сознание, как тень, и начну плести морок, создавать монстров, глубокие страхи и мучительную боль. Я сделаю так, что её кошмары станут неотличимы от реальности. Я заставлю её усомниться в собственном рассудке, в твоей любви, в самой своей реальности.

***

      Мириам сосредоточилась на образе смотрителя и начала своё погружение в сознание Каина. Сначала её встретил хаос — перед её мысленным взором возникали сцены, полные ярости и отчаяния. Она видела, как Каин, совсем ещё юный, учится владеть своим телом, превращая его в смертоносное оружие. Образы его изнурительных тренировок, где он доводил себя до предела, перемежались с картинами кровавых столкновений с другими сущностями. Мысли о жажде крови, о чувстве абсолютной власти над противником, о мести — всё это вихрем проносилось мимо Мириам. Она чувствовала его гнев, его тёмную сторону; казалось, можно утонуть в этой бездне ярости, но вдруг, совершенно неожиданно, весь ментальный шум смолк, отступая. И в самом центре этого жестокого мира возникло нечто удивительное. Перед Мириам предстало мягкое, словно сотканное из света, розовое облако. Оно переливалось нежными оттенками, от персикового до цвета лепестков розы, и источало тепло. Мириам поняла, что это эмоции и мысли смотрителя о его земной девушке и попробовала пройти дальше, в эту часть его сознания. И в этот момент она будто наткнулась на стену. Ее буквально отбросило назад, вытолкнуло из ментального поля смотрителя. Она почувствовала не только леденящий холод, но и силу, с которой Каин сам, сознательно, отбрасывал её от своих мыслей. Это было личное, целенаправленное действие. Смотрительница ощутила, как по её венам разливается кипящий гнев.       —Значит так, Каин? — тихо произнесла она, и в её голосе звучал не вопрос, а вызов.       — Ты думаешь, что я сдамся после одного толчка? Просто уйду, потому что ты так сказал? Ты недооценил меня. И я это тебе докажу.        В чёрных, бездонных глазах Мириам ярость смешалась с холодной, расчётливая решимостью.       —Ты можешь защитить свой разум, создать любые иллюзии и барьеры, но ты не можешь полностью закрыть мир вокруг себя. Потому что энергия всегда оставляет следы. Они как пыль на мебели, которую можно смахнуть, но она всё равно остается в воздухе. Следы всегда есть, просто нужно уметь их искать. А я умею.       Она сделала шаг назад, и её голос стал тише, но не менее угрожающим.       —Эта девчонка была в Бастионе, она дышала нашим воздухом, касалась наших вещей. Её энергетический след обязательно есть. Нужно только найти его, и тогда...       Мириам закрыла глаза. Она не просто искала — она охотилась. Её сознание стало острым, как скальпель, пронзающим пространство. Она полностью сосредоточилась только на едва уловимых колебаниях энергии. Сначала она не чувствовал ничего, кроме смутного гула, словно эхо далёких голосов. Она игнорировала эти отвлекающие звуки, просеивая их, как песок сквозь пальцы, ища что-то большее, что-то конкретное. И тогда она почувствовал это. Сквозь шум начали пробиваться слабые, едва уловимые колебания. Они были похожи на тонкие нити, тянущиеся сквозь пространство, словно следы от прикосновений. Мириам знала, что это не просто случайные импульсы. Это был энергетический след земной девушки, её уникальный отпечаток в мире Каина.       Вдруг перед мысленным взором смотрительницы возник чёткий образ — оружейный зал Бастиона. Он был словно живой, наполненный деталями и звуками. На мгновение Мириам увидел Каина и его спутницу, стоящих рядом и разговаривающих. Девушка с любопытством рассматривала оружие, касаясь его пальцами. Каин что-то объяснял ей, и в его голосе звучала непривычная мягкость, которой Мириам никогда раньше не слышала. Обычный человек не придал бы значения этой мимолетной картине, но для Мириам это был ключ. Она торжествующе улыбнулась. Это был тот самый момент, который она искала, тот самый след, что соединял Каина и его девчонку. Это был её шанс. Теперь, когда она нашла этот след, она сможет проникнуть в разум этой земной девушки и узнать всё, что ей нужно.       Харриет возвращалась с работы, погруженная в свои мысли. Она шла по улице, перебирая в голове привычные картины прошедшего дня: утренний кофе с коллегой, монотонное жужжание офисного принтера, последний разговор с начальником о новом проекте. Девушка не подозревала, что её спокойные размышления сейчас будут нарушены.       Харриет свернула за угол дома, не заметив ничего необычного. Она опустила взгляд, думая о чём-то своём, и вдруг её путь преградила тень. Харриет подняла глаза, и от неожиданности её сердце сжалось. Мириам. Хотя Харриет видела ее совсем недолго, там, в Бастионе, но забыть этот тяжёлый, гипнотический взгляд было невозможно.       Голос Мириам, холодный и отстранённый, прозвучал резко, отдаваясь в сознании:       —Ну здравствуй, Харриет, кажется, так тебя зовут? — и это звучало не как вопрос, а как утверждение.       —Не рада нашей встрече?