Глава 24. Божественный Взор.

20.03. 160 год до ВРШ.

Королевство Отиум. Столица Флюмен. Резиденция Святого Архимага.

В то время, как Шайн постигал основы магии, за сотни километров от него вершилась история.

В окне роскошного особняка стоял молодой юноша. Он был одет в белый наряд с золотыми вставками. Нечто среднее между рясой священника и мантией мага. У него было аристократично-бледное лицо без единого изъяна. Платиновые волосы коротко пострижены. Холодные, голубые глаза были равнодушны. Санктус Веррус — Святой Архимаг предавался размышлениям о высоком, наблюдая за суетой слуг в саду. Сегодня он наконец проведёт ритуал «Божественный Взор». Всё должно быть идеально: идеальное место, идеальный день, идеальное время, идеальная жертва. Место — ритуальный зал имения расположен на пересечении трех «Жил Дракона». День — Весеннее равноденствие. Святейший день в году. Время — полночь. Период истончения мировой завесы. Жертва — собственная плоть, кровь, и мана. Ритуал позволит услышать глас божий. Архимаг оторвался от уже наскучившего зрелища и решил ещё раз проверить приготовления к ритуалу. Он двинулся в глубь здания, к портальной арке. Проходя по богато украшенным коридорам, Санктус думал о своей цели. Даже полубожественный разум могли терзать сомнения, даже мысли Архимага могли путаться. «Если даже Господь не поможет мне вернуть Габриэль, то придётся признать, я ужасный брат. Сотня лет поиска ради этого дня. Десятки неудачных попыток. Сотни тонн золота, потраченных на эксперименты. Десятки лет работы лучших умов мира. И абсолютное бессилие магии. Даже Тёмная магия не смогла помочь. И лишь божественный знак помог двигаться дальше. И всё ради того, чтобы совершить невозможное — воскресить мёртвого.» Незаметно он добрался до малого ритуального зала. Величественная арка из меритового серебра возвышалась в рунном круге. Тысячи рун мягко светились светло-голубым. Архимаг подошёл к арке. Небольшое усилие воли и вот магия соединяет пространство за две сотни километров друг от друга. Санктус равнодушно шагнул в портал. Магическое чувство привычно ослепло от пространственного перехода. И вот он уже в такой же арке в своей лаборатории. Меритовое серебро, оно же пространственное серебро, также известно как мерит — голубоватый металл, получаемый путём вливания маны пространства в чистое серебро посредством ритуала. В процессе серебро получает условно единую пространственную координату, из-за чего позволяет открывать устойчивые порталы. Также имеет фантастическую прочность и тугоплавкость на уровне стали. Из-за количества маны используемого в ритуале, стоит крайне дорого. В основном применяется для «порошка бегства» и портальных арок. Он привычно двинулся к главному ритуальному залу. Несколько минут петляния по зачарованным коридорам, и Санктус уже стоит перед массивными митриловыми воротами, исписанными рунами защиты. Мимолётное усилие воли, и образец маны открывает их. Из зала хлынул поток маны, временно притупляя магическое чувство. Митрил, он же «живое серебро» — бледно-красный металл с ярким металлическим блеском. Периодически он слабо пульсирует. Добывается из ядер сереброрудных големов. По теориям магов, образуется из-за напитки обычной серебряной руды энергией жизни в смеси с маной смерти. Так как повторить такое искусственно не выходит, явление было списано на аномальную активность, а к местам, где она повторяется периодически, были приставлены совместные отряды от гильдий магов и авантюристов. Из-за огромной концентрации энергии жизни имеет высокую сопротивляемость магии. При правильной обработке и соответствующем зачаровании магическая сопротивляемость повышается до предела, но появляется полная податливость определённому типу маны. Обычно это конкретный маг или целая стихия. Поэтому крайне высоко ценится среди артефакторов. Чаще всего встречается в шахтах Митры и Аргемонта. Ритуальный зал представлял собой полусферу около сотни метров в диаметре. На куполе из нобелиуса, словно звёзды, мерцали сотни кристаллов солнечного янтаря, выполнявшие роль фокусираторов. В его центре было отверстие, открывающее вид на небо. Целостность купола поддерживалась четырьмя аэролитовыми колонами, парящими в воздухе. По всей поверхности они были инкрустированы камнями аэра. В центре зала стоял круглый алтарь, отлитый из овеществлённого лунного света. В его центр была вмонтирована большая круглая чаша. Нобелиус, так же известный как антимагическое железо — чёрный металл, известный за то, что полностью экранирует ману. Образовался из железной руды в результате неизвестной аномалии, произошедшей в середине Темной Эры на острове Дигнит. Из-за неё металл, добываемый на острове, находится в состоянии полного баланса маны, и поэтому не пропускает сквозь себя потоки маны. Несмотря на то, что нобелиус был образован из железа, по своим физическим свойствам он сравним с оловом. За всю историю ману, хранящуюся в нём, не удалось добыть ни одному магу. Но всё равно он крайне высоко ценится среди артефакторов. Солнечный янтарь — минерал ярко-жёлтого цвета, светящийся изнутри. Получается путём напитывания обычного янтаря маной с оттенком «Света» и «Святости» в равных пропорциях, посредством ритуала. Из-за невозможности такого сочетания у одного мага для ритуала требуется как минимум двое. Так же «Свет» и «Святость» должны быть «чистыми», то есть вливающий ману должен быть как минимум на вершине класса Подмастерья, при том имея не менее девяносто пяти по Клари. Получившийся в процессе минерал имеет поразительную проводимость «светлой» и «святой» маны. По стоимости соперничает с настоящими драгоценными камнями. Аэролит, так же известен как небесный камень — металл, встречающийся на Небесных островах и поддерживающий их в воздухе. Выглядит как сине-голубой камень с небесно-голубыми вкраплениями выглядящими как потоки ветра. Образуется из-за напитки обычного камня огромным количеством «чистой» маны воздуха. Процесс может быть проведён искусственно, но для этого требуется как минимум класс Мастера и около нуля по Клари. Ценится за огромную манопроводимость, около нулевой вес и возможность парить при контакте с маной воздуха. Впрочем парение можно обратить, окропив его кровью. При обработке получают аэрофазную сталь, она же аэрофаза. Она выглядит как голубой металл с золотистыми вкраплениями. Обладает чудовищной манопроводимостью, ещё меньшим, чем аэролит весом, при том сравнимой со сталью прочностью, но утрачивает способность к левитации. Аэролит, в зависимости от чистоты, по цене сравним с золотом или кратно его превосходит. Аэрофаза в любом случае в разы дороже золота. Камни аэро — светло жёлтые кристаллы, редко встречающиеся на небесных островах. Представляют собой концентрированную суть воздуха. Вырабатывают ману воздуха. При подаче нейтральной маны превращают её в воздушную с девяносто девяти процентным коэффициентом. Очень высоко ценится среди артефакторов. Овеществлённый лунный свет — молочно-белая с мерной небесно-аквамариновой пульсацией жидкость. При специальной обработке высококонцентрированный лунный свет можно заставить принять постоянную форму. Для этого требуется положить аквамарин, равный по объёму требуемой форме, в специальную конструкцию под открытым небом, а затем с помощью ментальной магии минимум мастерского уровня «убедить» новополученный материал в необходимости принятия нужной формы. Полученный в итоге материал обладает огромной манопроводимостью, прочностью, сравнимой с качественной сталью, способностью хранить большие объёмы маны. Оружие, сделанное из него, никогда не тупится. Так же он, находясь под лунным светом, восстанавливает повреждения или отклонения от заданной формы. Жидкий лунный свет получают путём падения лунного света в специально зачарованный мраморный колодец, находящийся на большой высоте, сквозь аквамариновую линзу. Полученная жидкость почти не имеет веса и обладает огромной текучестью. Жидкий лунный свет является отличным катализатором. Особенно сильно его свойства проявляются при работе со Светом, Святостью и, как ни странно, с Тьмой и Смертью. Он так же является обязательным ингредиентом в большинстве высший ритуалов взаимодействия с богом. Очень ценится алхимиками и ритуалистами. Из-за небольшой скорости производства жидкий лунный по стоимости сравним с кровью низших драконов. Твёрдая его вариация производится исключительно на заказ и имеет колоссальную цену. На песчаниковом полу зала был выбит ритуальный рисунок. Он состоял из малого круга, опоясывающего алтарь, среднего круга, находящегося в десяти метрах от малого, и большого овала. Почти во весь зал размером. Между малым и средним кругом поверх песчаника был выложен тонким слоем синего лабрадорита. Большая часть поверхности пола была исписана мелкими рунами. Сверху ритуальный рисунок напоминал причудливый глаз. Большой овал был заполнен жидким светом вперемешку с пылью лунного серебра. Это сочетание должно было оградить Санктуса от внешнего мира и обеспечить ему прямой проход в божьи чертоги, минуя борьбу с миром. Лунное серебро — слегка голубоватый металл. Является сплавом обычного серебра, звёздного железа и мерита, в пропорциях восемьдесят/девятнадцать/один, облучённого по технологии создания жидкого лунного света, с заменой линзы на горный хрусталь. По физическим свойствам полностью повторяет звёздное железо. Является крайне сильным изолятором для маны пространства, при том прекрасно пропускает Святость. Звёздное железо — тёмно-металл, добываемый в малых количествах при добыче железа на вершинах гор. В самородном виде не встречается. Его пыль иногда находят среди железной руды. Оружие из него не тупится и не ржавеет, по прочности превосходит сталь минимум на четверть. Увеличивает скорость восстановления предметов из твёрдого лунного света. Чаще всего встречается на Кацумина Аваритие. Средний круг был засыпан бирюзовой пылью с редкими вкраплениями золотого. Смесь мифриловой и меритовой пыли с добавлением сцинта. Эта смесь позволяла проколоть реальность и избежать пространственного сопротивления. Мифрил, он же святое серебро, он же высший митрил — серебристо-бирюзовый металл. Является редкой разновидностью митрила. Преобразовывает кинетическую энергию в ману святости. Все излишки маны крайне быстро выбрасываются из него. С помощью специальных зелий можно временно прекратить преобразование энергий. По понятным причинам не используется в оружии. Броня и щиты из мифрила считаются лучшими. Особенно популярна мифриловая кольчуга, ведь в таком случае эффект преобразования не теряется, а вес значительно падает. Так же мифрил является прекрасным вариантом в построение обширных магических кинетических щитов. Обычно такие артефакты используют перенаправление энергии атак на небольшую мифриловую пластину, от которой запитывается этот же щит. Мифрил образуется при невыясненных обстоятельствах из митрила. Предположительно происходит «наслаивание» аномалий, из-за чего мана смерти вместе с энергией жизни преобразуется в так называемый «пермут», так же известный как энергия преобразования. В обычных условиях «пермут» преобразует всю доступную энергию в себя, а затем, когда скорость преобразования становится меньше скорости распада, происходит взрыв накопленной энергии. Но из-за аномальной природы происхождения, количество окружающей маны святости на порядок больше, чем скорость преобразования «пермута», он превращается в «Сбалансированную Святость», которая превращает в себя только кинетическую энергию. Именно «Сбалансированная Святость» и является основой мифрила. Так же из-за ней образуются «Великие Сереброрудные Големы», в ядрах которых и находится мифрил. Он крайне ценится среди кузнецов и артефакторов. Сцинт, в Северных королевствах известен как скинт — пыль или мельчайшие кристаллы неизвестным образом образующиеся у древних портальных арок или устойчивых пространственных аномалий. Кристаллы крайне прочны, невероятно тугоплавки, притом относительно легки и имеют околонулевую проводимость любой маны кроме пространственной. Её они проводят слегка лучше большинства материалов. Основное свойство этих кристаллов — стабилизация пространства. Даже пара грамм этого вещества делает абсолютно нестабильный портал, корёжащий объекты или вообще не приводящий их в точку назначения, в вершину безопасности. Так же известны случаи когда естественным образом появляющийся скинт закрывал пространственные аномалии. Самым известным случаем такой аномалии является «Брешь Стульта» — пространственный разлом, стабильный на протяжении тысяч лет, который был закрыт незадолго до конца Эры Архимагов. По свидетельствам, на дне оставшегося кратера был обнаружен кристалл скинта весом чуть более двух килограмм. Из-за непостоянной скорости появления имеет заоблачную цену. Особенно ценится среди ритуалистов и артефакторов. В малом круге хаотично клубилась золотистая пыль, светящаяся изнутри — фрактовый порошок на основе мирита. Он должен был отправить сигнал ритуала к богу и выступить ориентиром для построения пространственного туннеля. Фрактовый порошок — объединённое название для ряда веществ, полученных с помощью ритуала «Дробление Фракта». Исходный материал смешивается с камнями аэро и эликсиром «Оковы Мира», затем дробится. Эликсир «Оковы Мира» обычно используется в некромантии для привязки души к телу или предмету. Способен действовать на объекты с большим количеством маны. Действует вечно. Полученный порошок посредством ритуала облучается Хаосом. В итоге получается устойчивое облако хаотично перемещающихся частиц материала, сходного, но не повторяющего свойства материала-основы. Обычно это усиление магических свойств. Облако ведёт себя как нечто среднее между газом и жидкостью. Фрактовый порошок высоко ценится среди ритуалистов и алхимиков. Миритовое золото, оно же кровавое золото, оно же мирит — ярко-золотой металл, получаемый из чистого золота путём напитки его «Святостью», посредством ритуала и окроплением кровью мага с этим атрибутом. Требуется минимум Подмастерье с девяносто девятью по Клари в «Святость». Мирит отличается от обычного золота лишь чудовищной проводимостью «Святости». Используется в артефакторике и ритуалистике. Крайне ценится церковью. Стоит куда дороже обычного золота. Санктус придирчиво осмотрел зал. Не то чтобы это требовалось. Всё же у Архимага была идеальная память и ошибок он допустить не мог, но даже самозванному полубогу не чужд страх ошибиться. Но всё было идеально. Санктус удовлетворился подготовкой и пошёл в соседнюю комнату — алхимическую лабораторию. В отличие от роскошного ритуального зала лаборатория была небольшой скромно украшенной комнатой. Никакого золота или ещё чего более дорогого — только качественное чёрное дерево. В самой комнате на множестве больших столов стояли всевозможные перегонные кубы, котлы и прочие неприметные, но жутко дорогие приспособления для настоящей алхимии. Среди тёмных тонов комнаты выделялся миритовый кувшин, из которого исходил разноцветный переливчатый пар. В нём содержался изменённый Эликсир Прозрения. Эликсир Прозрения — в стандартном исполнении, выглядит как синяя жидкость, по консистенции напоминает воду. Относится к «Тёмным Искусствам», для производства нужна лицензия, получаемая в гильдии магов как минимум Магом с соответствующей предрасположенностью. При применении на некоторое время дарует принявшему восприятие схожее с таковым у Архимага. Логично, что на самих Архимагов не действует Важно, что для всех ниже Мастера эффект будет схож с таковым у сильных помутняющих разум веществ. Из-за возможности замены дорогих реагентов их более дешёвыми аналогами пользуется большой популярностью среди криминала. Готовится следующим образом: за основу берётся экстракт аниса, росшего на земле с повышенным магическим фоном, в идеале на пересечении Жил Дракона (можно заменить обычным анисом в ущерб безопасности), затем в него добавляется сердце магической твари не меньше второго класса, в идеале из семейства кошачьих (можно заменить и сердцем обычной кошки в ущерб продолжительности или наоборот использовать сердце Высшего Дракона, как и поступил Санктус), смесь настаивается месяц на постоянном магическом огне (можно использовать обычный огонь и настаивать всего день, но в таком случае будет вызывать привыкание). На последнем этапе добавляются глаза невинно убиенного мага, чем сильнее тем лучше (но можно использовать и глаза обычного человека, во вред здоровью применяющего). Санктус использовал глаза недавно убитого им же Мастера. При добавлении фрактового порошка на основе мерита и сцинта начинает хаотично менять цвета и теоретически позволяет видеть другие миры, все кроме Архимагов умрут при применении. Даже Архимаг получает эффект схожий с тем, что получают немаги при применении стандартного эликсира. Санктус аккуратно взял кувшин и пошёл обратно в ритуальный зал. Содержимое кувшина было залито в чашу в центре алтаря. Теперь всё готово. До ритуала осталось несколько часов, и он решил посвятить их очередной проверке ритуала. Стоит пояснить, что за ритуал он хотел провести. В церкви ещё со времён основания хранится ритуал «Божественный Глас». С помощью Эликсира Прозрения с добавлением пары грамм мирита и специальной ритуальной схемы монах погружался в специальный транс, в котором обращался к богу. Если кандидат был сочтён достойным то он выходил из транса с ответом от бога. В противном случае он умирал, не выходя из транса. Проблемой ритуала являлось то, что даже достойный кандидат умирал спустя минуту после выхода из транса. Даже Архимаг не был уверен в своём выживании в этом ритуале и он решил его переделать для своей безопасности и выполнения планов. Так и появился жутко дорогой и сложный, но безопасный аналог «Божественного Гласа» — «Божественный Взор». За нудной перепроверкой протянулись часы. Вот уже луна почти в центре купола. Санктус стоит перед алтарём и считает секунды до начала. Десять — в голове метаются мысли об ошибках прошлого. Девять — им на смену приходит страх за будущее. Восемь — мысли пронзает страх ошибки. Семь — разум судорожно метается вновь сверяя точность фигур. Шесть — сознание заполняет иррациональный страх смерти. Пять — появляется непреодолимое желание бежать. Четыре — оно подавляется исследовательским азартом, ведь никто никогда не описывал божий чертог. Три — перед глазами проносится всё, чего он достиг за жизнь. Два — перед глазами застывает образ Габриэль — потерянной ещё в юности младшей сестры. Один — разум настигает понимание дерзости того, кто решил заявится к богу без приглашения. Ноль — разум вновь спокоен. Зал заполнился светом луны. Он был почти осязаемым и медленно тёк от купола к алтарю. Санктус начал читать молитву на давно мёртвом языке. Слова медленно текли и казалось проминали саму Реальность. Янтарные звёзды на куполе засветились неестественным для них бледным сиянием. Не останавливая чтения молитвы Архимаг с помощью ритуального кинжала из мирита вспорол себе руку и пролил кровь в чашу с эликсиром. Тот заискрил и стал чёрным. Затем Санктус отрезал безымянный палец левой руки и тот упал в чашу. Чёрная жидкость вспыхнула призрачным золотым пламенем и приобрела кроваво красный цвет. Руны, до этого мерно сияющие белым, загорелись золотым пламенем. Янтарные звезды исчезли. Им на смену пришли тысячи белых глаз. Зала наполнилась божественным вниманием. Последний этап — усилием воли Архимаг наполняет чашу своей маной. Насколько ему хватит сил. Жидкость в чаше медленно приобрела золотой цвет. В тот момент казалось мир остановился. Пламя потухло. Даже луна стала светить тусклее. На её экваторе появилась полоса. Невыносимо долгое мгновение ничего не происходило. Вдруг полоса медленно разделилась и центры новых линий поползли к краям лунного диска. В центре Луны появились ещё два круга. Она стала похожа на огромный глаз.

Бог взирал на мир.

Сама Реальность задрожала. Жидкость в чаше стало быстро испарятся поднимаясь тысячами белёсо-золотых частиц. Затем так же стали испарятся руны и наполнение ритуальных кругов. Вслед за ними испарятся стала сама Реальность. Весь зал заполнился восходящими частицами застилающими обзор. Магическое чувство отключилось. Через несколько секунд весь взор Санктуса заполнился белым. Он почувствовал на себе оценивающее внимание существа выше его понимания. Он почти услышал удовлетворённый хмык, перед тем как его понесло поток непостижимой силы. Спустя неизвестное время, с равной вероятностью бывшее мгновеньем и вечностью, Санктус осознал себя сидящим на удобном кресле в каком то бедном саду. Он моментально узнал это место. Сад его дома, прямиком из беззаботного детства. Небольшой, огороженный от всего мира клочок земли только для него и Габриэль. Сожжённый больше сотни лет назад. Сбросив наваждение он огляделся. По левую руку от его кресла стоял маленький чайный столик, а за ним другое кресло как у него. На этом кресле сидел… он же. Тот же, но неуловимо более идеальный, совершенный. Он-не-он был одет в идеально-чёрный жакет со столь же чёрными брюками. Под жакетом была снежно-белая рубашка, на ней выделялся кроваво-красный галстук и дополняли образ блестящие антрацитовые туфли и идеально-чёрный цилиндр. Неизвестный казалось наслаждался видом. Заметив внимание к своей персоне бог, а это был именно он, повернулся. Архимагу было непривычно видеть на своём лице настолько широкую улыбку. Он заметил ещё одно отличие, у его бога были карие глаза. — Приветствую, Михаил, — заговорил тот — можешь звать меня Обсервато. Чаю? — Улыбка стала ещё шире, на грани неестественности.