Часть 1

Плотный воздух покоев напоен горьковатым ароматом лириума, мерцающего в дальних углах, отбрасывающего бледно-синие блики по резным стенам. Эльгарнан напряжён, стоит у окна, широкие плечи вычерчивают суровый контур властной фигуры. Его грудная клетка поднимается чуть резче, чем обычно, скулы стиснуты, взгляд упирается в тёмную даль. Проблески света скользят по чётким линиям шеи и предплечий, подчеркивают упругую мускулатуру. Скверна внутри гудит, просит выхода, разрывает его изнутри. Рук входит без предупреждения, дышит неровно, сердце колотится, будто гонит горячую кровь по венам с утроенной скоростью. Её кожа влажнеет у основания шеи, груди тесно, пах наливается гулким томлением. Она переступает порог, зрачки расширяются, грудь выдаёт прерывистые вдохи. От прикосновения к атмосфере этой комнаты реальность обретает сокровенную интимность. Между ними натянутая струна напряжения. — Ты не нужна здесь, — хрипло роняет Эльгарнан, голова всё ещё повернута к стеклу, но угол губ дёргается, выдает внутреннюю борьбу. Голос звучит низко, сдержанно, тяжко. — Уходи. Рук не двигается, глаза смелеют, кровь пульсирует в висках. Её сердце отказывается согласиться с приказом, тело вибрирует от предчувствия. Сглотнув, она выдавливает: — Не хочу уходить. Твоё присутствие… слишком сильно. Эльгарнан разворачивает голову, тяжёлые веки полуопущены, взгляд тёмен, густ, проникает под кожу. Губы сжаты, ноздри расширены. Магическая мощь и затаённая ярость сливаются в нём с дикой страстью, в которой он не желает признаваться. — Упрямая Da'len, — роняет он с нажимом. Глаза горят холодными искрами. Рук приближается, каждый шаг упругим ударом отдаётся в пах, сводит живот узлом желания. Голова поднимается, хотя он намного выше, мощнее, фигура — монумент силы. Она приподнимает подбородок, держит взгляд, яркий, пылающий. Её губы чуть дрожат, внутри вспыхивают жар и холод. Не разрывая зрительного контакта, она опускается на колени. Камень под ними прохладен, но тело раскалено. Руки аккуратно обхватывают его ладонь. Губы касаются костяшек — медленно, бережно, нежно. Эти пальцы крупные, сильные, сотканные для власти, их хочется любить. Он замирает, изумлённый и раздосадованный собственной реакцией. Её губы приближаются, дышат влажным теплом на кожу его ладони. Поцелуи медленные, трепещущие. Язык скользит по рельефным линиям, ловит солоноватую ноту мужской сути. Её лицо пылает, алые щеки, зрачки расширены, ресницы чуть подрагивают. Тело отвечает на каждое прикосновение неконтролируемыми пульсациями между ног. Язык мягко скользит, пряный вкус его кожи пьянит, лишает рассудка. Она вскидывает взгляд, помутневший, глубокий, обрывочный. Её голос ломается на шёпоте: — Мне нравится… пробовать тебя.. Он замечает всё. Его дыхание учащается. Её маленький розовый язык легонько касается суставов, затем запястья, оставляя влажный след желания. Она приоткрывает рот, мягко принимает один из его пальцев внутрь, омывая горячим дыханием, гладя языком. Жар прокатывается по ней волной, бедра сжимает сладкая судорога, соски наливаются тяжестью. Она продолжает этот восхитительный ритуал, ласкать его руку — символ его власти и силы. Эльгарнан выдыхает глухо, ломко. Его рука вздрагивает, затем захватывает её подбородок, приподнимает лицо. Движение резкое, но без грубости. Её губы блестят прозрачной слюной, взгляд смущённо отводится, словно она застигнута в момент сокровенной шалости. — Какие игры ты задумала? — шипит он, хрипло, голос отдаётся низкими вибрациями. Её дыхание сбивается. Скверна внутри него бурлит, магическая сила колышет пространство. Он ощущает, как она вся пропитана жаждой, горячей влагой, возбужденными импульсами. Его хватка меняется, пальцы опускаются ниже. Он подхватывает её под бёдра, прижимает к собственной груди, раздвигает ей ноги, удерживает навесу. Её дыхание срывается, пот скатывается по лопаткам. Его тело давит, а сзади прямая опора мужской мощи. Губы низким рычанием прикасаются к её шее. Он погружается в её жар пальцем глубоко, решительно, ощупывает влажную тесноту, наслаждается стоном, рвущимся из её горла. — Скажи, каково ощущать мою власть, м? Скажи мне… — приказывает он, тёплый шёпот царапает ухо, пахнет безумием страсти. Она хрипло стонет, не может выдавить членораздельный ответ: — Пожалуйста… Он ощущает, как её тело пульсирует вокруг его пальца, как она сжимает бедра, вынужденно зависнув в его руках. Её дыхание колотится, глаза влажные, горячие слёзы страсти на краю век. Он сжимает зубы, скверна бушует, зовёт к безумству. Ему тяжело, яростный голод обжигает нутро, но что-то внутри ломает порыв. Его глаза блестят, губы кривятся в ухмылке: — Думаешь, заслужила продолжение? Ошибаешься. Он отступает, медленно, но решительно. Его палец покидает её тело, её ноги возвращаются на пол, дрожат от напряжения. Руки осторожно отпускают, и она стоит, пошатнувшись, пытается стабилизировать дыхание. Его глаза сверкают злой иронией, тоской и вожделением. Он бросает короткий, хищный взгляд, будто обещает новый этап этой опасной игры, и уходит. Его шаги удаляются, оставляя её истекающей невысказанным удовольствием, растерянной, но опьянённой силой их столкновения, в одиночестве, со вкусом его кожи на губах и пульсом, гремевшим как колокола похоти. Покой наполняет горьковатый аромат неутолённого голода. Каждый нерв стонет в ней о продолжении. Отзвук его тяжёлых шагов гаснет в коридоре, а в воздухе остаётся пряный шлейф несостоявшегося единения, притягательнее любого магического артефакта.