Часть 3

      Пнув ногой железную тарелку с остатками засохшей каши, Агнес прошлась вдоль камеры. Волосы жирными и блестящими прядями спадали на усталые поникшие глаза, что уже прекратили метаться по тюремной камере.       «Это ж какие идиоты у них в лаборатории, что они столько дней не могут разобраться с эссенцией?». Сев на пол, девушка потерла глаза. Спать здесь было невыносимо, еда — помои для бродячих собак. Как же ей хотелось выбраться из этого места, однако даже спустя стольких дней тщательного осмотра, Агнес не смогла найти слабостей в конструкции.       Свет в коридоре давно был выключен, кажется сейчас была глубокая ночь. Агнес размеренно дыша лежала на холодном бетонном полу, прикрыв раздраженные от пыли глаза. Теперь ей казалось, что не ученые идиоты, а что про неё просто забыли, оставив в камере для передержки, даже не удосужившись перевести её в нормальную камеру хоть с какой-то лежанкой.       Резко сев, Агнес пыталась вглядеться за пределы решетки. «В такое время охраны нет. Показалось?» Однако после скрипа двери, девушка услышала небольшой стук. Затем ещё один. И ещё. Агнес медленно подползла к решетке и вслушалась. Звук был таким знакомым, но она все никак не могла вспомнить где слышала его.       Тяжелый вздох.       Не Агнес.       Сведя брови к переносице, девушка хотела было что-то бросить в темноту, однако она услышала тихое «тш» и звук загорающийся спички. Янтарные, как мёд, глаза уставились на неё в давящей тишине. Агнес сглотнула и рефлекторно завела руку, надпись на который уже давно стерлась, за спину.       — Здравствуй, я Виктор. Я пришел поговорить.       Агнес бегло перевела взгляд на трость зажатую в мужской руке почти сразу возвращая его. «Вот почему звук казался мне знакомым.»       — Разве нам есть о чем говорить? — девушка ответила так же тихо, совсем не узнавая свой осипший и грубый голос.       — Я ученый и…       — Я знаю. — быстро дополнила. — Что ты ученый.       — Наши лаборанты не могут найти связь в твоих соединениях. — Агнес прыснула, то ли от смеха, то ли от безысходности. — Если ты не объяснишь, тебя поведут на казнь, ты же понимаешь это?       — Какое тебе до этого дело? Ты меня знать не знаешь. — девушка приподняла бровь, равнодушно осматривая чужую радужку, однако в ответ вместо замешательства она получила… Напористость?       — Я нашел связь.       Спичка потухла.       Кончики пальцев закололи, немея. Как нашел?       И снова зажглась.       — Твои соединения… Как ты добилась того, чтобы химтек и мерцание не конфликтовали между собой?       — Зачем тебе знать об этом?       — Не за чем. Абсолютно.       — Тогда почему ты пришел?       — Надпись. На руке. Что ты выяснила о хекстеке?       Агнес молчала, напряженно потирая надпись, которой и в помине уже не было, пытаясь стереть её призрак. От его вязкого взгляда казалось, что надпись все еще такая же четкая и что в воздухе витает терпкий запах чернил.       — Так ты из Зауна, Виктор. Неожиданно встретить земляка, с учетом того что ты не за решеткой. — девушка поморщила нос, нервно улыбаясь.       — Не переводи тему.       — Если ты смог понять мои лабораторные записи, наверняка понял что я написала на руке.       — Верно. Но я хочу знать как это произошло.       — Что я получу взамен?       А вот и замешательство которого так ждала Агнес.       — Я могу добиться смягчения приговора и…       — Меня не устраивает гнить здесь до конца своих дней.       Спичка потухла.       Виктор опустил взгляд и нервно запустил ладонь в волосы. Что он мог предложить ей? Пленнице, которой кроме свободы ничего не нужно взамен. Но уйти просто так, не получив никакой информации, он тоже не мог.       Зажглась.       — Что если я помогу тебе выйти от сюда?       — Кому ты врешь? Это не в твоих силах.       — Я могу поднять тему лояльности к жителям Зауна. — янтарные глаза вновь впились в неё с напором. Да таким, что Агнес приподняла бровь, ведь лицо ученого и такой неподходящий ему взгляд вызывали резонанс. — Поговорить с профессором Хеймердингером, чтобы он позволил тебе работать с нами в лаборатории.       — А ты уверен… — Агнес прижалась лицом к решетке, подзывая ученого ближе к себе. — что после того как ты сделаешь все вышеперечисленное, я не сбегу вниз? — девушка опустила глаза вниз и вернула обратно, облизывая сухие губы.       — Если честно я и не рассчитываю что ты останется. Но… — Виктор в той же манере опустил взгляд и поднял его. «И как ему не страшно так близко у решетки сидеть? И не боится же что я его прямо сейчас за загривок схвачу. Или знает что этого не сделаю и пользуется этим.» — у нас в лаборатории больше возможностей чем внизу. И вероятность получить то чего ты добиваешься намного больше, чем в Зауне.       — Никто не позволит мне заниматься этим в стенах академии.       — Я позволю.       — С чего такой интерес к моей персоне, Виктор?       — С того, что мы преследуем одну цель. И с того, что нам нужен свежий взгляд, не похожий на наш.       Агнес хмыкнула и отодвинулась от решетки. Звучит все так необычайно легко, однако способен ли этот парень воплотить то, что задумал? Свежий взгляд. Из свежего в этом помещении был только сам Виктор.       — Решайся быстрее, я не смогу вернутся снова.       Спичка потухла.       Виктор и сам не понимал, на что идет, это было ясно по глазам. Вывалил все что было на уме, но не подумал о последствиях. Адреналин от незаконного проникновения в тюрьму бил по голове вспышками, возможность раскрыть потенциал хекстека заставлял кровь бурлить в нетерпении, а возможность соединения мерцания и химтека лишь подначивала и без того разгоревшееся любопытство.       Однако Виктор не собирался зажигать спичку снова.       Агнес шепотом подозвала Виктора ближе, хватаясь за его руку и так же вплотную прижимая к решетке, проверяя его реакцию. Однако он не стал вырываться или кричать, и тогда девушка решила что это единственный шанс не слиться с тюремной камерой в вечности.       — Что мне нужно знать? Хермен… Хеймре…       — Хеймердингер.       — Не суть. Он даст какие-то задания?       — Судя по тем клочкам бумаги что я видел, подготовка тебе не понадобится. Экзаменацию ты пройдешь с высокой долей вероятности.       — Ты успеешь обо всем договорится?       — Постараюсь, но ничего не обещаю.       Виктор хотел выпрямился, однако боль в спине отдающая в бедро не дала ему этого сделать в полной мере.       — Виктор.       Сделав шаг, парень почти сразу же остановился.       — Хекстек чувствует все вокруг. Абсолютно все. Он живой.       Парень кивнул, скорее самому себе, нежели пленнице, вряд ли бы она что-то разглядела и направился к выходу, стараясь как можно тише опираться на трость.       А Агнес снова легла на бетонный пол, вздрагивая всем телом, когда по руке пробежала очередная букашка. Если все пройдет как надо, вернувшись в Заун она докажет что из «Тихого омута» еще как возвращаются.